Отзывы о книге Франкенштейн

Наверное каждый человек хоть раз слышал историю Виктора Франкенштейна, отголоски которой содержатся во множестве книг и фильмов. Вот и я много раз слышала о нем, но первоисточник попал мне в руки только сейчас. Удивительно, что повесть, изначально возникшая в рамках дружеского состязания, превратилась в такой глубокий фантастически-философский шедевр, который оказал влияние на целый пласт художественных и кинематографических произведений разных авторов. Повесть, хоть и задумана как ужасы, сейчас уже не производит именно "ужасного" впечатления. Больше всего она вызывает печальных чувств. Здесь, почти как у Экзюпери - "мы в ответе за тех, кого приручили", с той оговоркой, что не приручили, а сотворили. Конечно, во всех бедах, описанных на страницах книги, был всецело виновен Виктор. Ведь сотворивши чудовище, по своей природе не злобное, своим бегством от него, Виктор повлек свое создание на одиночество и страдания. Можно бесконечно осуждать людей, встреченных чудовищем впоследствии, за то, что не приняли, не увидели и т.д. Но посудите сами, а что бы сделали вы, увидев его? Так что не люди здесь были виной, а создатель, столь необдуманно вдохнувший жизнь в чудовище, и не давший ему ни малейшего шанса стать счастливым. Прекрасный образец классической литературы, написанный легко и захватывающе. Хоть сколько бы раз не слышали вы историю Виктора Франкенштейна, читать эту повесть все равно интересно и приятно.

Уникальное в свое время, невообразимо гениальное и актуальное произведение, написанное на спор. Казалось, что этот спор - небольшая игра в кругу писателей, но еще молодая Мэри Шелли подошла к этому событию с полной серьезностью, написав роман, который десятки раз поддавался необычным изменениям, и что самое главное - до сегодняшнего дня именно концепция "Франкенштейна" соблюдена во многих современных фильмах. С жанром произведения разобраться не очень просто. Шелли поместила на страницы ужасную историю о Викторе Франкенштейне, создателе ужасно уродливого монстра, но теплого и красивого своей душой. После создания, так называемый "Прометей наших дней", отказался от своего же детища, оставив безымянного монстра на растерзание алчным и несправедливым людишкам.(Современный Прометей - интересный вариант, так как действительно в каком-то роде Виктор является царем, непревзойденным создателем, а если еще внимательнее подумать, то здесь и возможен сарказм автора, легкая усмешка над слабым существом, неспособным довести свое дело до конца и ответить за свои поступки.) Виктора можно рассматривать с различных сторон, но все муки, которые ему пришлось испытать - вполне заслужены. Хоть и наш герой страдает, становится участником в игре со смертью, но этот "личный апокалипсис" навеял на себя сам же Виктор. Автор пытается четко донести до нас одну из многочисленных мыслей - отвечать за свои поступки. Свой мир и действия контролируем мы сами, управляем на протяжении всей жизни, а Виктор, к сожалению, не справляется с этой задачей и обрекает на смерть все самое близкое ему. Но чудовищные поступки "эксперимента Виктора", называемого настоящим проклятием, все же не могут восприниматься как врожденное желание убивать и причинять боль. Боль порождает боль, насилие порождает насилие. Существо было испорчено обществом, которое оказывало ему жесточайший прием. Люди, в первую очередь, смотрят глазами, но не ощущают душой. Шелли также пытается подтолкнуть к стандартной и часто встречающейся в культуре мысли - душа делает существо человеком, а не визуальный образ. "Франкенштейн" эффектно, мощно и лаконично раскрывает данный месседж. Кинофильмы значительно отличаются от оригинального романа, начиная хотя бы с элементарного образа чудовища Фоанкенштейна. Также, в кино, в большем случае, это бездушное каменное существо, иначе - машина для убийств, но в романе монстр - смышленый, обдуманный, умеющий подводить итоги и своим взглядом составлять анализ окружающего мира, природы, а что важнее всего - социума. Через такую жуткую, очень трагичную, ужасно трогательную историю, автор заставляет обратить внимание на серьезные темы, беспокоящие общество по сей день.

Не зря я всё-таки откладывала прочтение этой книги до последнего, внутренний голос подсказывал не браться за неё, но поддавшись какому-то неведомому порыву, я решилась, прочла и... разочаровалась. Не могу сказать, что книга плохая, но лично мне было дико, просто истерически нудно её читать, я буквально пересиливала и заставляла себя дочитать до конца. Вполне возможно, что причиной моих неоправданных надежд послужила культовость этой книги, но, чёрт возьми, я ожидала большего. Ставлю нейтральную оценку исключительно за идею, которая мне более чем импонирует.

Пожалуй, нельзя найти человека, который хоть краем уха не слышал о таинственном произведении "заигравшейся" двадцатилетней девушки - Мэри Шелли, создавшей на страницах повести так называемого сумасшедшего ученого и чудовище, вошедшее в мировую культуру, разобранное на паззл не только писателями, но и режиссерами, музыкантами и другими деятелями искусства.

"Франкенштейн" представлен в сборнике готических романов наряду с трудами Г. Уолпола и Т. Л. Пикока, однако мне, например, не было страшно... скорее страшно интересно и печально знакомиться с мрачной историей нового Фауста - Виктора Франкенштейна - и его бесприютного, сиротливого создания (правда, на протяжении текста я постоянно ощущала чувство дежавю: как будто уже когда-то читала/смотрела, но очень-очень давно, что все стерлось из памяти).

Роман навевает не ужас, а философские размышления на самые различные темы: мы в ответе за тех, кого приручили, творец и природа творчества, природа зла, на лицо ужасные - добрые внутри и т.д.

Я неслучайно назвала немецкого ученого. Помните Гомункула, которого создал "дружок" Фауста Вагнер? Этакого милого шекспировского эльфа, заключенного в колбу?

А, папенька! Я зажил не шутя. Прижми нежней к груди свое дитя! Но - бережно, чтоб не разбилась склянка. Вот неизбежная вещей изнанка: Природному вселенная тесна, Искусственному ж замкнутость нужна.

И. В. Гете. Фауст. Ч. 2

Напротив, от существа 19ого века (по сюжету - 17ого) герои готовы зарываться в землю самостоятельно, падать в обмороки, кипеть от гнева и ненависти, а затем травить проклятого зверя. И тут передо мной встают уже совсем иные ассоциации: например, чудовища из сказок, которые после поцелуя принцесс снова становились прекрасными королями.

Парадокс, но готический роман, где через каждые 50 страниц мы получаем известие о чьей-либо жуткой смерти, учит нас любви и добру по отношению к ближнему, каким бы невыносимым и жутким этот ближний ни был.

Тяжелая, мрачная, безвыходная книга... Книга, полная абсолютного отчаяния, бесповоротной безысходности и непроницаемого одиночества. Одиночество... Что мы вообще знаем об этом? Это Свобода? Это Независимость? Это Самодостаточность? Это и есть истинное Счастье? Эта книга докажет вам, что нет ничего страшнее одиночества. Человек мечтает об одиночестве, уставая от глупого общества, от людей, непонимающих его, стремится к нему... Даже не представляя, что это вообще такое... И к каким чудовищным последствиям оно может привести. Кстати, книга отличается великолепным языком, который глубоко раскрывает сюжет и его пронизывающие ужас и отчаяние. Одним словом, исключительная книга, не для слабонервных.

Книга оставила странные и непонятные ощущения. Совершенно не понимаю главного героя. Зачем было создавать "монстра"? Жажда знаний - понимаю. Помоги вылечить болезни, вырасти новое сердце, печень и т.д. Но зачем делать его такого большого - для удобства создателя, тогда при чем тут человечество? А потом еще возмущаться по поводу "монстра". Почему бы не создать ему пару? Каким бы страшным оно не было, ему одиноко и грустно (даже создатель видеть его не хочет). Оно будет спокойно жить в горах, где его никто не увидит. Ты - его сделал и должен понимать: сдержит оно свое слово или нет. Если ты так против, а оно еще и убивать начинает, устрой охоту и вылови его. Оно не иголка в стоге сена. В итоге куча противоречивых чувств (создателя тоже жалко, он мучается). Да, книга цепляет своей идеей, но отталкивает трагичностью и злобой, которая кажется пропитала книгу.

Возможно, если бы я познакомилась с этим произведением не в формате аудиокниги, впечатления были бы иными, ибо томные интонации диктора (напев «Голубая луна, голубая» в исполнении Бориса Моисеева так и просился в начало каждой главы) зарубили атмосферу на корню. Также впечатление подпортила однообразность слога: все герои вне зависимости от возраста, пола и социального статуса говорят одинаковыми заковыристыми сложноподчинёнными предложениями. Ну да ладно, спишем неуместные языковые экзерсисы на то, что повествование ведётся в виде писем, автор которых всё переиначил по-своему. Но ведь и сюжет тоже весьма э-э-э… как бы это обозвать, чтобы никого не обидеть… В общем, пример. Шёл монстр по лесу, встретил пацана, грохнул, и тут (сюрприз-сюрприз!) оказывается, что это был не просто пацан, а брат главного героя. Доктор Франкенштейн сразу догадывается, кто убил его родственника, но почему-то вплоть до конца книги не предпринимает ничего, чтобы защитить отца и сестру. Даже после того, как монстр убивает его лучшего друга, мысль о том, что тот собирается мстить Франкенштейну, отнимая у него близких, не приходит доктору в голову. Вообще, такие вот откровенные «рояли», которые главный герой упорно игнорировал, до последнего принимая за нечто, загадочно темнеющее в кустах, меня лично порядком нервировали. «Серое небо плакало дождём. Я закрыл глаза и, придерживая шляпку гвоздя пальцем, изо всей силы шарахнул по ней молотком. О, я несчастный! По какому-то странному стечению обстоятельств между гвоздём и молотком оказался мой палец. О, жестокий мир!» - вот в таком стиле написан весь роман. Что остаётся? Атмосфера. За неё и накидываю пару баллов, хотя, как уже писала выше, дивный голос диктора не позволил насладиться даже ей.

Вы когда-нибудь видели мягкие зеркала? Зеркала, на которые можно надавить и в местах давления изображение сильно исказится, оставляя при этом большую часть отражения абсолютно правильным. Именно таким был "Последний человек". Осилила я её скорее из уважения к серии "Литературные памятники", обширные комментарии меня хоть немного отвлекали и, наверное, помогли лучше сформулировать, что в этой книге не так. И почему первое, что я вижу на её странице, это рецензии тех, кто дочитать не смог и разочарован.

Но обо всём по порядку. "Последний человек" - рассказ о жизни Лайонела, последнего живущего человека, который застал чуму, убившую весь человеческий род. Вопреки этому книга, которая описывается как апокалипсис и научная фантастика о будущем, никакого апокалипсиса не содержит минимум половину книги. Да и будущее здесь весьма условное, для людей эпохи Мэри Шелли изменения происходили гораздо медленнее. И если сравнить будущее описанное ей с будущим писателей 20 века, это видно. В её 21 веке люди всё еще используют лошадей для передвижения. Изменения нравов, моды и быта не видны. И фокус был на другом, и не мог человек начала 20 века предугадать такое ускорение прогресса. В отрыве от пары моментов для современного человека эта книга смотрится как книга о 19 веке. Это вполне объяснимо. А вот что необъяснимо плохо это самые большие проблемные точки - главные герои. А конкретно, то что Мэри Шелли пыталась вложить в них образы своих родных и друзей, выписывая их идолами и богами автор потеряла всякий психологизм и если честно вызывала только раздражение. Первая часть книги - бесконечное облизывание и восхищение всеми автобиографичными героями и попытка выставить их ещё лучше и героичнее. Это похоже на фанфик про твоих любимых героев, Шелли вроде и канона пытается придерживаться, и в ООС не провалиться, но при этом всех белыми и пушистыми выставить, городя противоречия. Великая слепая.

Пердита, Раймонд и Эвадна, они же Байрон, сводная сестра автора, Клэр и какая-то светская дама очередная любовница Байрона. Байрон - кумир своей эпохи, гуляющий, изменяющий, себялюбивый и тщеславный, ищущий славы и признания. Но так как он друг семейства Шелли автор, изображая его, сильно сглаживает и оправдывает его грехи, да и не грехи это вовсе, он герой и всех жалеет и всем помог. Любит только жену. Тут могло отразиться и неоднозначное отношения автора к изменам, Клэр была Байрону любовницей, а не женой. Да и сама Мэри была любовницей Перси Шелли, прежде чем стать его. второй женой. От отсутствия этих троих роман ничего бы не потерял, а только приобрел. Умерли они еще до чумы и эту часть фанфика о своих друзьях можно было бы и опустить.

Не таким героем к сожалению является Адриан, олицетворяющий Перси, мужа Мэри Шелли. Он присутствует во всех частях книги и бесит до зубного скрежета. Романтично-идеалистический флёр с каким его пытаются изобразить разбивается о него самого. Знатных кровей Адриан за равенство, братство, весь такой мягкий и эмпатичный. Но когда он встречает Лайонела, вымазанного в крови лесничего. Он очень проникается им и упреков за ранение человека не звучит. Отец Лайонела был другом отца Адриана, а значит он хороший. Все мы братья, но кто-то больше и я вижу, что он хороший. Из этой же оперы рассуждения Лайонела и Адриана о том, как счастлив крестьянин в труде. И вон те женщины и дети, которые тоже трудятся, но работа у них лёгкая. Рассуждают об этом люди, которые никакой такой лёгкой работы не делают. У них понимаете ли умственный труд. Они читают, учатся и рассуждают о великом. Сам Лайонел - это естественно Мэри Шелли. Айдрис, его жена, тоже имеет прототип, но в них обоих автор вложила себя саму и не пыталась выписать идолов для восхищения, поэтому получились они местами живыми. В связи со всеми героями напрашивается сравнение с Дорианом Греем. Книга полна романтической веры в то, что красивое лицо означает и внутреннее совершенство. И то ли мы не те, то ли эпоха не та, но в это не верится. Все выглядят лицемерными святошами.

С попеременным участием этих шестерых проходит вся "дочумная" часть книги в духе дешевого мексиканского сериала. Это минимум 1.5, а то и 2 тома из 3. Всех кто бросил эту муть, поддерживаю.

И в противовес всему выше сказанному апокалиптическая часть описана очень хорошо. Это постепенная эволюция взглядов и настроений общества. Когда сначала к эпидемии относятся как к чему-то далекому и потому несерьезному, потом готовятся бороться и верят в себя, затем теряют всякую надежду, под конец борьба - это скорее иррациональная привычка, потому что больше ничего не остается. Мэри Шелли дарит множество запоминающихся второстепенных персонажей: это и астроном Мерривел, теоретик равнодушный к жизни, в конец обезумевший после потери семьи; и одинокий француз Черный Призрак, и Джульетта с её трагедиями и короткими приступами счастья; сэр Томан Браун из Винзора и его более поздний "коллега" лжепророк, который пользуясь слабостью людей искал власти. Даже Айдрис и сам Лайонел в период чумы раскрылись в общей трагедии. Дети и взрослые в неисчислимых крошечных эпизодах, всё многообразие человеческих чувств и реакций передо мной ожило. И свелось к одному:

Сперва мы простились с вещами, существовавшими многие тысячелетия и потом казавшимися вечными: с правительством, законом, торговлей, домашней жизнью, которые с незапамятных времён формировали наши сердца и наших способности. Потом простились с патриотизмом, искусствами, славой и понятием родины. Мы утратили всякую надежду вновь изобрести это; утратили все, кроме слабой надежды, сохранить среди общего разрушения собственную жизнь. Ради того, чтобы её сохранить, мы покинули Англию. Впрочем, уже не Англию; ибо без её детей на какое название мог претендовать этот бесплодный остров. Мы упорно цеплялись за все правила и порядок, какие могли спасти нас, веря, что, если удастся сохранить нашу маленькую колонию, этого будет достаточно, чтобы когда-нибудь возродить человечество.

Этот роман напоминает культового героя Мэри Шелли - Франкенштейн , то же нечто сшитое из разных частей. И хотя современникам по видимому пришлась не по вкусу именно последняя часть из-за её жесткости, предположу, что вкусы людей 21 века будут прямо противоположными. Это был бы прекрасно описанный апокалипсис, но несправедливо оценивать весь роман по последнему его тому.