Буря Жнеца. Том 2

Сделай из человека мученика, и ты утратишь над ним всякую власть – над тем, кем он был при жизни, над тем, кем стал после смерти.

– Прошло всего три недели. А я уже объяснял – у меня такой огромный список реформ, что я рискую вообще ничего не успеть.
– Ваше признание собственной некомпетентности не может не восхищать, – откликнулся Бугг. – Из вас выйдет отличный император.

Люди, которые для себя что-то решили, никогда не слушают советов – особенно тех, которые идут вразрез с их решением.

Нельзя доверять ни любви, ни обетам, потому что почва расползается у нас под ногами. Ни в чем нельзя быть уверенным. Ни в чем.

Бремя, любовь моя. Оно означает – жить, когда те, кого любишь, умирают.

– Змей позорный.
– Сам ты лысый урод.
Некоторое время они посидели, дружелюбно помалкивая.

Но что же Удинаас? Который не выказал ни великих талантов, ни ужасной мощи. Который, сказать по правде, если что и продемонстрировал, так это крайнюю ранимость.

С тех пор жажды сражений у юноши заметно поубавилось. Сверстники находили в этом повод для насмешек, но они не видели вывалившихся кишок и раскроенных черепов, не слышали отчаянных стонов о помощи, на которые откликались лишь чайки да воронье.

Тот, кто не бывал в пустыне, никогда не поймет, какое это чудо – вода.

История – это память людей, повторы и пересказы. Когда правда начинает мешать, ее подменяют ложью, выдумкой.