Сахарный ребёнок. Люди. События. Факты

Я начала читать эту книгу вчера вечером и закончила в 2 часа ночи. И еще до 4х утра я не могла заснуть, переваривала прочитанное. Эта та книга, которую хочется иметь в двух экземплярах, а то и в трех.
Пару дней назад я отходила от книги "про дельфина", но эта меня впечатлила, зацепила, ранила еще больше. Я читала несколько часов подряд и время от времени прерывалась, чтобы просто посидеть, подумать, представить все происходящее в книге, передохнуть.
Эта история, в которой страшные вещи подаются от лица ребенка. Маленькой шестилетней девочки по имени Стелла, что в переводе с латинского, звезда. У неё была полная счастливая, любящая семья. Первые страницы я читала восхищаясь, какие же дружные, понимающие родители, какие они счастливые. Повествование начинается очень весело, легко, с замечательными шутками. Они всей семьей постоянно пели, рисовали, читали и рассказывали стихи. Со слов Стеллы, "все её детство было сплошной игрой, полной радости и счастья". Они были обеспеченной семьей по тем мерками. У девочки было множество игрушек, нарядов, всего самого лучшего.. Но однажды папа не вернулся с работы. Стелле сказали, что уехал по работе. Только позже она узнает, что начались политические репрессии, её отец был объявлен врагом народа и выслан в лагерь, на Колыму. И выслан абсолютно не заслуженно, в итоге так и не ясно почему именно он был выслан, то ли из-за того, что заступился за товарища, которого точно так же ни за что выслали, то ли просто оклеветали.
А затем и они с мамой, как "родственники врага народа" были высланы в лагерь в Киргизию. Вот тут детство Стеллы и закончилось. Не стало игрушек, теплой московской квартиры, одежды и обилия еды. Не стало няни. Они остались одни.
В лагере им с мамой приходилось спать на сырой земле, под пронизывающими ветрами, мама утром уходила на тяжелую работу, где о рубанок сбивала руки в кровь, а девочка оставалась одна, наедине со степью и колючей проволокой.
Так начинается эта история. Правдивая история. Что восхищает, удивляет и пугает.
Одна жизнь. Один ребенок.
Мы увидим всю жизнь невероятной женщины от её 6и лет, до глубокой старости. Меня восхищала сила маленькой девочки, сила воли, сила духа. Её ум и смелость, стремление к честности и правде. Я восхищалась её матерью, которая оставшись одна, с ребенком, в нечеловеческих условиях выживала, и никогда, никогда не была в плохом настроении. Как бы им ни было плохо, она всегда вселяла веру в ребенка, что все будет хорошо.
Эта история меня немного шокировала, это так страшно и так невероятно. Не верится, что столько событий, столько испытаний выпало на одну человеческую жизнь. Не верится, что это не художественный образ, а реальный человек, из плоти и крови, который мужественно все это перенес.
Эта история пугает и восхищает. Такая сила духа, стойкость, смелость, оптимизм и вера в лучшее.
Эта книга из тех, которые по моему мнению, обязательно нужно читать. Ольга Громова "Сахарный ребенок"

Как испортить впечатление о книге? А очень просто - начать книгу с обмана. Пусть легкого, неважного, для антуража, но обмана.
В главе об имени девочки автор на белом глазу заявляет, что муссор(mussor) - это звезда на турецком. Я знаю только одно название - yıldız- йылдыз. И да, здесь , в Турции, этим именем девочек называют, но не муссором. Но т.к. я не коренной житель Турции, поэтому я сначала у деда Гугла спросила слово "муссор" - такого слова гугл не нашел, а потом уже спросила у турков и у некоторых учителей. И этого слова никто не знает! Заподозрили,может,арабский, фарси,но нет, это не оттуда. В общем, этого слова я не нашла. Надеюсь, кто-нибудь знает и напишет, на каком же это языке так звезды называют.
А теперь о самой книге. Вот до какой степени мне понравилась первая половина книги(собиралась 10 ставить), до такой степени у меня вызвала чуть ли не отвращение вторая половина.
До ужаса(!) меня бесила эта девочка Эля-Стелла. Даже не так. Меня бесило повествование. Кого хотели обелить и очернить? Как некоторые факты прямо в нос суют - типа прочувствуй, тварь. Но вот только забыли рассказать, некоторые факты из жизни семьи девочки. И вот эти размышления девочки о...(все есть в книге, не буду спойлерить). Вот она была такая умная девочка, не по годам развитая, а тут, попав в школу, да еще и после лагеря, сразу отупела и недержание языка началось?
А еще поразило, как много антисоветчины в книге. Просто зашкаливает. Давно я такого не читала и в литературе для детей и подростков совсем не ожидала увидеть.
В общем, с каким удовольствием начала читать с таким отвращением закончила. Много детских историй читала о том периоде, но вот так испоганить - тоже уметь нужно. Дочитывала, будто стекловату жевала.

Прочитала книгу на одном дыхании настолько живо она рассказывает трудную историю девочки Эли, в шесть лет оказавшейся в ссылке в Киргизии. Многое ей пришлось перенести и не раз она оказывалась на краю гибели, но её мама была с ней, а ещё им не раз встретились добрые люди. Поразительно что пришлось пережить героиням повести, но ведь таких людей было немало в истории нашей страны и не все дожили до лучших времен. Особенно зацепили меня танцы с жеребенком, и то как Эля нашла помощь, когда её мама заболела, а ещё помощь соседей при очередном переезде, и рассказ о болезни брюшным тифом. Поразило и то, насколько мама героини оказалась стойкой и при этом постоянно воспитывала в дочери стремление к знаниям и учила её думать.
Последнюю четверть книги занимают документальные материалы, в которых автор знакомит читателей с тем, как она узнала историю героини и сделала из неё повесть. В том числе приводятся фотографии из детства Стеллы. Эти материалы замечательно дополняют книгу.

Роман-антидепрессант
В издательстве «КомпасГид» вышла подростковая книга, которая лет двадцать назад наверняка стала бы событием

Несколько лет назад немало зрителей приковал к телеэкранам документальный фильм «Подстрочник»: простейшая по форме – героиня смотрит в камеру и говорит, лишь изредка этот план сменяется архивными снимками, – история одной жизни трогала сильнее, чем иные лихо закрученные сюжеты. Позже воспоминания переводчицы Лилианны Лунгиной были изданы и в виде одноименной книги, ставшей бестселлером.

«Сахарный ребенок» Ольги Громовой – произведение во многом близкое «Подстрочнику», однако стать столь же популярным ему суждено едва ли по одной-единственной причине: никто не снял (и, есть риск, не снимет) по нему фильма, ни игрового, ни документального. Сегодня литература находится в роли догоняющего относительно других видов искусств, и книге стать подлинным событием культурной жизни невероятно тяжело. А лет двадцать назад «Сахарный ребенок» на звание события претендовал бы уверенно.

История, рассказанная в этом небольшом романе, напоминает признанную букеровским жюри лучшей книгой прошлого десятилетия «Ложится мгла на старые ступени…» Александра Чудакова: главный герой обеих книг – ребенок, чье детство превратилось в испытание. Пятилетняя Стелла Нудольская и ее мама высланы в Киргизию как члены семьи изменника родины – и здесь им приходится заново возвращаться к нормальной жизни, имея за душой лишь котомку с вещами. Причем возвращаться неоднократно, потому как раз за разом обстоятельства бросают их в неизвестное и отнюдь не более легкое «завтра».

Жанр романа-воспитания – из числа бессмертных, и сколько ни меняй фон, на котором происходит взросление, какие проблемы перед детьми или подростками ни ставь, у такого рода произведений не отнять главного – постоянного развития если не сюжета, то персонажа. За тем, как малышка Стелла осваивает премудрости взрослого мира на дюжину лет раньше, чем положено, наблюдать даже увлекательнее, чем за краткими, но емкими этнографическими зарисовками. Ольга Громова дает ровно столько «духа эпохи» и «духа места», сколько необходимо для оптимального баланса между аккуратностью исторических деталей и простором для читательского воображения. Автору парадоксальным образом помогли обстоятельства написания книги, изложенные в послесловии: с реальной Стеллой Дубровой она познакомилась, когда та уже была в летах, и выведать больше подробностей из ее детства просто не успела. Зато успела почерпнуть из воспоминаний «свидетельницы истории» несколько ярких сцен, сюжетную канву и – отдельное счастье для нас, читателей! – хорошо, по всей видимости, отрефлексированные и переосмысленные детские впечатления.

«Сахарный ребенок», несмотря на рассказ от лица маленькой девочки, не дает никакого «детского взгляда» на историю 1930-1940-х, не играет с нами в надуманные «перевоплощения в ребенка»: напротив, за рассказом якобы девочки отчетливо просматривается взрослый человек, достаточно отстранившийся от описываемых событий, чтобы обнаруживать потаенные причинно-следственные связи в течении собственной жизни и своем психологическом становлении. Например, в первой же главе Стелла, кроме шуток, расшифровывает смыслы, которые скрываются за словами «хороший человек», обращенными к ней отцом. «Хороший человек умеет делать все сам», «Хороший человек ничего не боится», «Хороший человек развязывает все узлы сам» – эти слова, будучи для совсем уж непонятливых выделенными курсивом, очевидно выполняют функцию Стеллиного кредо: весь дальнейший сюжет можно рассмотреть как попытку девочки стать «хорошим человеком» в отцовском понимании.

Поскольку роман рассчитан прежде всего на подростков, экзистенциальные проблемы, с которыми сталкивается героиня, предельно обнажены. Даже там, где они присыпаны будто бы беспристрастными фактами, чувство несправедливости, преодоление страха смерти и научение самой себя быть свободной все равно управляют героиней. Наивно ожидать от беллетризованных воспоминаний (а это все-таки именно что мемуары, местами за текстом Ольги Громовой даже угадывается неотредактированная речь Стеллы Дубровой, особенно когда речь идет о ее матери) философских прозрений кьеркегоровской глубины, но «Сахарный ребенок» и без того содержит больше, чем можно было ожидать. Это не просто цепочка разрозненных сцен рубежа 30-40-х, где сюжет заменен описанием развития личности, а сильнодействующий антидепрессант: какие бы испытания ни выпадали семейству Нудольских, хороших людей вокруг всегда оказывается больше. Может, это и прегрешение против истины ad verbum, но потому книга и проходит по ведомству художественной литературы. За буквализмом и всей палитрой людской мерзости – к литературе документальной.

Впервые об этой книге я услышал в какой-то телепередаче от Евгения Ямбурга. Довольно долгое время мне хотелось заполучить бумажную книгу, но в магазинах не мог её найти. И тут совершенно неожиданно увидел книгу в интернет-магазине да ещё и с хорошей скидной, и , естественно её приобрел.
Книга рассказывает о жизни в киргизской ссылке девочки по имени Стелла и ее мамы.

В книге практически не будет сцен насилия, откровенной жестокости. Эта книга - детский взгляд на страшные события периода репрессий, на тяжелейшее военное время. А, как хорошо известно, детский взгляд ловит хорошее и не замечает или старается не замечать окружающего зла и несправедливости. Книга приковывает внимание читателя в первую очередь к хорошим людям и к правильным поступкам, дает надежду на лучшее и учит видеть добро.

Хоть книга и находится в категории детской литературы, но советую её к прочтению в первую очередь взрослым.

Интересно, что делается в голове у взрослого мужчины, когда он бьет прикладом по голове шестилетнего ребенка? Хотя конечно, он всего лишь выполняет приказ.

История матери и дочери, сосланных в Киргизию, как ЧСИР. Интересное понятие - члены семьи изменников Родины. Интересное, потому что они должны отвечать за преступления, которых не совершали. Нет, понятно, что и "изменники Родины" в подавляющем большинстве случаев никаких преступлений не совершали, но на них хотя бы клеветали, а с членами их семей законность даже не изображали.

А книга получилась не только про ужасную действительность 30-40х годов прошлого века, а еще и про "круговую поруку добра". Без нее ни Стелла (историю которой записала и литературно обработала автор), ни её мать просто не выжили бы.
Подробнее в моем блоге:

Очень сложно давать какой-то комментарий тем историям, которые вызвали слезы, которые ужаснули и в то же время растрогали. Особенно если эти истории основаны на реальных событиях. Долго не решалась взять эту книгу в руки, хотя мне подарили ее несколько лет назад, так и стояла в шкафу – знала, что чтение легким не будет. Но оно того стоит.

Повесть расскажет вам о судьбе маленькой Стеллы и ее матери, отправленных в ссылку по обвинению "члены семей врагов народа". Судьба нелегкая: из Москвы их отправляют в Киргизию, сначала – строить бараки для заключенных, живя буквально в яме, потом – на поселение, где приходилось работать там, где придется. А впереди – война, и хотя боевые действия героинь не коснутся, но коснется голод, лишения. Впрочем, это очень камерная история, повествующая об одной маленькой семье, еще и глазами ребенка, пусть и вынужденного обстоятельствами повзрослеть очень рано. Не буду пересказывать трудности, с которыми им пришлось столкнуться: если откроете книгу, прочитаете сами. Но из книги хочется вынести две истины и ими поделиться. Первая: надо быть хорошим человеком. Вторая: хороших людей всегда больше. В последнее точно нужно верить.

Маме Стеллы, несмотря на все трудности, удалось вырастить того самого "хорошего человека": думающего, доброго, умеющего помогать, а когда нужно – промолчать. Терпеть, увы, тоже, но без этого в нашей стране никак. И в конце концов умеющего не бояться. Как у нее получилось? С помощью культуры: песни, сказки, история, проза – в пересказе матери это заложило основу нравственной культуры, кругозора, научило ценить прекрасное и критически мыслить. Большой подвиг.

Несмотря на наличие в повести действительно трагических сцен, все-таки она жизнеутверждающая. И люди героиням встречались по большей части хорошие, нередко помогавшие бескорыстно, что и сохранило жизнь Стелле и ее матери. Естественно, плохих людей не могло не быть, но, во-первых, все же это детские воспоминания, во-вторых, задача обрисовать неприглядные глубины жизни не стояло.

Первую половину книги занимает собственно повесть, вторую – комментарии Ольги Громовой, рассказывающей о знакомстве со Стеллой Нудольской и о работе с ней, о том, как появилась идея повести, как шло написание. Этот комментарий дополняет художественную часть.

"Сахарный ребенок" – книга сложная, где-то болезненная, где-то мрачная, но при всем этом чудесная, полная надежды на лучшее и веры в людей.

Читаю я много, причем во всех возможных форматах, и аудио, и в электронке, и в бумаге, а чем больше читаешь, тем сложнее тебя уже удивить. Багаж книг настолько велик, что ненароком проводишь аналогии с теми или иными историями. Думаешь, что все это уже было, или просто сюжеты не цепляют. Здесь случилась какая-то химия, я не могла оторваться.

Рассказ из уст девочки, о том как ее с мамой выслали в Киргизию. Почему в Советское время такое могло произойти? Конечно они враги народа, а точнее семья врага народа, но разве от этого легче? Они виноваты, на этом точка. Сколько им пришлось пережить. Бараки, болезни, адская работа, но что помнит детский разум? В сознании ребенка отпечатывается только хорошее: местные песни на нескольких языках, игры на природе, животные, бескрайние просторы неизведанных земель дальнего края, а главное - люди. Даже в нечеловеческих условиях они готовы помочь ближнему, хотя я все же думаю, что это особенности детского восприятия. Не видят плохого, а если и встречают, то все быстро выветривается из головы и сердца.

В конце книги нам показывают документальные фотографии и рассказывают от том, как эта повесть родилась на свет. Все здесь - правда. Естественно не доскональная, потому что диалоги невозможно воссоздать из глубин памяти, но основные факты истории - это события жизни реальных людей.

Если вы готовы к счастливой жизни отвратительно-тяжелого детства ребенка, то берите читать. Советовать книгу я точно никому не стану, потому что слишком тяжелой оказалась для меня история, но если вам все-таки книга понравится, могу посоветовать еще “Бел-горюч камень”. Схожая тематика.

Это познавательная, поражающее воображение история. Удивительно, сколько перенесла в таком юном возрасте девочка Эля, ставшая главной героиней этой книги. Если считать книгу своеобразным документом, свидетельством очевидца многих непростых событий из нашей истории, то это, безусловно, интересный и важный документ.

Но это не документальная проза, а все-таки художественное произведение, повесть. И с этой точки зрения книга, увы, получилась слабой. Сухой, как черствый хлеб.

Личностью матери Стеллы сложно не восхищаться, конечно – она через многое прошла, не склонив голову, и не только прошла, но и провела за собой ребенка в одиночку. Не восхищаться сложно, а вот не поверить – честно говоря, запросто. Как и в саму Элю. Воспоминания Стеллы, записанные другим человеком, то ли от времени поистерлись, то ли в чужих руках просеялись, но в персонажах осталось очень мало живого, человеческого. Девочка – просто супергерой в протертой юбочке. Почти никогда не плачет, все с полуслова понимает, память как энциклопедия, и все это в шестилетнем возрасте. Стойко переносит голод, холод, скуку, страх, боль, все что угодно. Почти никогда не вспоминает о любимом отце, не донимает вопросами, где папа и когда он вернется, этот человек вообще практически испарился из текста, как только был арестован по сюжету. Мать Стеллы и то немного живее крохотной дочери, она изредка проявляет какие-то человеческие чувства – но и она уж слишком несгибаемая, никогда не унывающая чудо-женщина. Я понимаю, что и в действительности у Стеллы было прекрасное воспитание, умение сохранять лицо в любой ситуации, несгибаемый внутренний стержень, и ее мама была, вероятно, и правда человеком уникальным. Но в повести эти героини стали утрированными, какими-то стерильными и оттого совершенно неправдоподобными.

Да и вообще повесть очень скупа на чувства. В ней очень много рассказано о том, как героини выживали в чудовищных условиях, как спасались от голода, как зимовали, но в ней практически ничего не сказано о том, что творилось в душе у дочери врага народа. Стелла получилась не живой девочкой, а тем самым пионером-ребятам-примером, даром что из пионеров ее исключили. Воистину сахарная девочка. Зачастую такие мальчики и девочки с исцарапанными коленками и идеально чистой душой становятся любимыми героями детских рассказов, но от документальной истории хочется совсем другого.

Кроме того, на повести очень сказалось, что она записана со слов героини, а не создана ею самой. Очень многое остается за кадром, многие пробелы не закрыты, и все время ощущение, что читатель не внутри истории, а где-то далеко за оградой, и доносятся до него лишь отголоски.

Я не вижу за этой историей живого человека. А без человека что остается? Ну, учебник. Познавательно, спасибо, можно законспектировать.

На протяжении всего повествования меня не покидало чувство излишней сахарности происходящего. Вроде тема такая тяжёлая и совсем не сладкая жизнь родственников политзаключённых описывается. И моменты довольно печальные есть, и жестокость, и беды разные. Но меня не оставляло всё время чувство, что нам рассказывают о правильных реакциях на эти тяготы и лишения. В них нет естественности их человеческого восприятия. А такое всепокрывающее принятие, прощение и понимание... Нет, не бывает такого. Что за идеальная мать? Что за идеальная дочь? Мать никогда не плачет по мужу, не кричит на дочь, не горюет естественными способами обо всех своих бедах. Ни одного мужчины, который бы покушался на отношения с ней, молодой еще и такой беззащитной в её положении женщиной. Дочь никогда не капризничает, ничего не просит, поступает только обдуманно и правильно, рассудительно. Люди такими не бывают. Единственное, на что можно это всё списать - это на то, что книга написана для детей подросткового возраста и не лишена некоторого морализаторства о том, каким должен быть "хороший ребенок". Для мемуаров это слишком неправдоподобно. Или второе объяснение - детская память очень избирательна. Поэтому героиня книги помнит не всё и не так, как было на самом деле. В результате из-за такой подачи даже страшные вещи приобретают оттенок игрушечности. Но это ведь неправильно, учитывая тему.