Выбор Софи

Ну, вот и прочитала книгу Уильяма Стайрона 'Выбор Софи ". Рассказ ведётся от имени 22летнего молодого человека. В послевоенные годы, точнее в 1947,поселившегося в Нью-Йорке в съемных апартаментах и познакомившемся с необычной парой - Софи Завитовски и Натаном.
Рассказ о странной " дружбе" втроём. Софи полячка по рождению, получившая отличное образование, её отец профессор, в последствии оказавший на неё такое давление ужасное, приведшее к ненависти со стороны дочери. Нелюбимый муж, прихвостень отца. Двое детей-Ян старший и Ева. Обстановка в мире накануне вторжения немцев в Польшу.
И самое главное и роковое событие в жизни Софи-лагерь Аушвиц. И её решение по прибытии в него. Последствия этого решения, разрушившие личность Софи, продлившие её муки на несколько лет. Больная любовь и привязанность к Натану.
Отречение от Бога. Одна фраза.
Вопрос:"Скажи мне, где в Аушвице был бог? "
И ответ:" А где был человек? "
И вторая.
" Пусть любовь твоя распространится на всё живое. "
И окончание истории, как следствие...
Читайте эту книгу.
Лучшая в этом году.

Очень люблю подобные истории, цепляющие за душу.
⠀
В книге отражена трагическая история о женщине, пережившей концентрационный лагерь.
⠀
Главная героиня Софи Завистовская на протяжении всей книги рассказывает молодому писателю историю своей жизни и боли, которую она перенесла, постепенно переходя к самому сложному выбору в своей жизни.
⠀
Судить о правильности ее выбора, невозможно и мы не имеем на это право
⠀
Эта книга была экранизирована, но фильм я еще не смотрела, т.к. предпочитаю сначала насладиться чтением.

Очень двойственные у меня впечатления от этой книги. С одной стороны, очень понравилась, каждый раз, как бралась за нее, не могла оторваться. С другой, слишком в ней много про тему концлагерей. Автор описывает мелкие штрихи жизни, которые создают полный образ героев. Но некоторые моменты, на мой взгляд, нельзя описывать так: подробно, со смаком. Потому что, читаешь о кошмарных человеческих мучениях и получаешь от этого удовольствие (от прочтения хорошей книги), попахивает извращением. Понимаю, что такое было в человеческой истории и от этого никуда не денешься, не отвернешься и не спрячешься, но слишком уж заострять на этом внимание все же не стоит, чтобы кому-то, читая эту книгу, не пришло в голову повторить нацистский эксперимент. У меня буквально волосы дыбом стояли, когда я читала воспоминания Софи о концлагере. Хотя может быть и наоборот стоит, и еще как стоит. Я вот как-то не задумывалась над этим вопросом, вернее думала как все "да такое было, да это ужасно", но и все. А тут я впервые задумалась всерьез, ЧТО могут одни люди сделать с другими. В общем, понимаю, что еще долгое время мне необходимо читать только легкие книги, без намека на грусть, как лекарство, чтобы избавиться от впечатления от "Выбора Софи".
Поначалу я была в бешеном восторге от стиля книги, от этих длинных предложений с массой оборотов, от описания маленьких, на первый взгляд ничего не значащих, но отлично раскрывающих характер героя и событий, фактов, от мастерства переводчика. Потом конечно, все внимание уже было приковано только к происходящему.
Книга описывает события, которые произошли с молодым писателем за период менее года. Начинается все с того, как Стинго работает в издательстве МакГрей Хил, затем увольняется и переезжает в Бруклин. Там он садится писать свой первый роман и знакомится с Софи и Натаном. И по мере того, как Стинго сближается с Софи, она рассказывает ему о своей жизни. Сначала очень мало, но потом все больше и больше, самое главное оставив на самый конец. В процессе чтения я думала, как сложилась бы жизнь Софи, если бы она познакомилась и полюбила обычного простого человека, завела семью, родила детей. Но чем дальше, тем больше понимала, что другой жизни и другой любви у Софи просто быть не могло. Думаю, она любила Натана не только за его доброту и щедрость в периоды спокойствия, но и за те издевательства и мучения, которые Натан учинял над ней в период затмения. Для Софи это было сродни искуплению за то, что она выжила там, где погибли очень многие люди, ее дети, ее родители, ее друзья. Именно из-за того, что она выжила, ее снедало ужасающее чувство вины, это чувство стало главным в ее жизни после концлагеря, и именно оно в результате ее и погубило. Поэтому конец Софи и Натана не только логичный, но и обязательный, неминуемый. Потому что с таким просто нельзя жить.
В книге "Выбор Софи" очень много расовой и национальной непримиримости, нацистов к евреям, евреев к прочим нациям - гоям, белых американцев к черным и наоборот. Автор и в самом начале пишет, что тема этой непримиримости ему очень близка, так как он вырос на юге, где рабство процветало до гражданской войны. Еще в книге очень много секса, этому вопросу отведен вообще один из главных акцентов книги, потому что все повествование Стинго изо всех сил стремится избавиться от девственности, получая чаще всего динамо третьей степени, и сам чуть не сходит с ума на почве неудовлетворенной сексуальности. И все его метания протекают на фоне неуемной и дикой страсти между Натаном и Софи. В книге так же много музыки и литературы, хорошей классической музыки и хорошей классической литературы. Это мне особенно понравилось. По книгам и авторам, которые постоянно приводятся на страницах романа можно вполне составить представление об истории американской литературы первой половины двадцатого века. Большинство этих авторов я не то, что не читала, но даже не слышала о них. Захотелось восполнить.
Еще в книге ну очень много букв. Букв, слов, предложений, абзацев. Большая книга, короче говоря, настоящий такой солидный кирпичик. Посмотрела специально информацию об издании, больше 700 страниц.

Нет, нельзя, война прокладывает даже не отпечаток, а глубочайшую колею в душе человека, которую уже ничем нельзя заполнить. Можно создавать видимость наполнения, жить вопреки, накладывать на колею новые события, воспоминания, идеи, но тогда эта колея лишь станет центром души, в котором абсолютная пустота.

Мне очень сложно говорить о Софи. Я не была на ее месте (и слава Богу!). Но мне хочется о ней говорить и думать. Это очень сложный и очень простой образ. Понятный и абсолютно непонятный. Мне непонятно, КАК и ЗАЧЕМ она жила. Но понятно ПОЧЕМУ она так жила. Она притянулась к такому же пустому и потерянному человеку, как и она сама. Для нее невозможен союз с человеком, не обремененного серьезной психологической травмой, ибо она может сгореть от его нормальности и тяжести собственного морального груза. Два пустых же человека изо всех сил пытались жить. По сути экстравагантные наряды, американские горки, рестораны, шоппинг - это попытка нарисовать себя, заставить самих себя поверить в собственную настоящность и забыть незабываемое...
Образ Софи - это уникальнейший образ, о котором бесконечно тяжело рассуждать, но он является ключевым в этой книге и включает в себя удивительный экстракт человечности и бесчеловечного к ней отношения. Она проявляется как дочь, мать, жена, любовница, служанка, хозяйка, соблазнительница, отброс общества, человек и зверь. На ее месте я умерла бы гораздо раньше - просто не видела бы смысла в существовании и я удивляюсь ее решению продолжать жить (а по сути просто существовать). Может, она просто струсила умирать? Или она такая смелая, что попыталась жить? В любом случае ее решение очеведное и самое правильное, просто пришла она к нему чуть позже, познав какие-то праздные стороны жизни (а дали ли ей они что-то, кроме угрызений и мучений?), но за это время ее душевная рана глодала ее изнутри, разрывая ту светскую оболочку, которая едва держалась на ее измученной душе...

О нет, пустая страница - предел мечтаний для таких, как Софи и Натан. Не будь таким мелочным, писатель. Пустая страница - прекрасное начало, которое предоставляет так много возможностей!

А еще эта книга содержит уникальные исторические сведения об Освенциме, о жизни в довоенной и военной Польше, о гонении евреев и об организации подпольных обществ. А еще всяческие сексуальные фантазии озабоченного молодого человека, страницы которых так нелепо смотрелись на фоне шикарного произведения. Ну пусть небольшие минусы тоже будут.=)

Флэшмоб 2014, 55/80

Язык написания.
Невообразимо рада, что столь серьезная книга, со столь глубокими и сложными темами написана таким безумно увлекательным, непростым и острым языком, с огромным количеством настолько необычных сравнений и сочетаний слов, что прям ухх:

Сюжет. Чего в нем только нет. Я бралась за роман с мыслями " Следующая остановка Аушвиц-Освенцим, осторожно, впереди много шокирующих фактов,закрученных в историю, от которых возрадуешься абсолютно любому положению дел в своем текущем бытие, ибо ты сыт и одет" А получилось совсем не так. Ну то есть факты, конечно, были... но они были настолько в меру, учитывая довольно-таки внушительные объемы книги, что " не объешься ими, а будешь смаковать". Что еще было? А были любовь, вина, искупление, капля политики и наркотиков, естественно, расисзм, вера..в какой -то момент повествования так или иначе столкнешься с этим всем.

Что такое человек до, во время и после концлагеря? А это три разных человека. Как ни крути, попав туда люди теряли свою человечность, превращались в существ, борющихся за выживание.

Вот здесь и вспомнится, пожалуй, самая передовая фраза сей книги :

Эта книга была взята мной в библиотеке. Читала я ее довольно давно. Около 7 слет назад. Но вот незадача. Сюжет книги я помню олтлично. Настолько он врезался мне в память.

Поэтому это будет рецензия о воспоминаниях, которые оставила мне книга.

Я не помню мелочей.

Но я помню Софи.

Помню, как нелегко ей пришлось в жизни. Потому что ее жизнь, расцвет ее молодости, пришелся на страшные годы войны.

А она не была героиней. Она была просто женщиной. Обычной женщиной. Которая боялась. За себя. За своих детей. Боялась и пыталась выжить.

Вы не найдете в книге героических сцен. Нет. Здесь будет жизнь. Сломанная жизнь.

Концентрационный лагерь, в который попала Софи преподнес ей муки выбора. Ее собственная ошибка, о которой она будет вспоминать до конца своих дней, поставила ее перед гранью разумного. Щелчок, и человек ломается.

Она пережила лагерь. Она выжила. Но, разве слово жизнь применимо к кошмарам, которые преследуют тебя во сне и наяву. Разве слово жизнь применимо к тем мукам совести, которые не покинут тебя никогда.

Поэтому у меня не поворачивается язык назвать послевоенное существование Софи жизнью.

Она именно существовала. Пыталась все забыть, оставить в прошлом. Пыталась забыть все разными способами. Были попытки наслаждаться тем, что дало ей ее существование. Любовник. Отношения. Работа.

Но, увы, жизнь, сложно склеить.

Софи это не удалось.

И конец книги закономерен.

Эта книга не только о выборе. Она о том, как просто ломаются судьбы.

Я знаю, многие не увидели в книги ничего трагичного. Но для меня она оказалась очень морально тяжелой.

И я понимаю героиню. Могу понять ее поступки. Попытки заполнить пустоту. Безысходность, запертую очень глубоко.

Поэтому меня книга тронула и оставила свой отпечаток в моей душе. Я не помню все деталей книги, но историю Софи я запомнила навсегда.

Поразительное, ёмкое и очень объёмное произведение, о котором сложно что-либо содержательное написать, поскольку воспринимается оно скорее сердцем, чем умом. Думаю, что вряд ли кого-то этот роман оставит равнодушным хотя бы потому, что русский народ настрадался не меньше еврейского и польского во время Второй мировой. Концентрационные лагеря, геноцид, нацизм, насилия, массовые убийства... а тот, кто выжил в этой мясорубке - всё равно сломался.
Автор играет на контрасте: повседневная жизнь главного героя в благодатной и спокойной Америке перемежается повествованием об униженном существовании и борьбе за выживание в лагере Аушвиц. Поиски любовных приключений против маниакальной любви. Самоирония против самобичевания. Витиеватый литературный язык против ломаного английского.
Всем советую к прочтению.

Книга, которая обманула меня своей обложкой. Почему? Потому что я ожидала от нее большего, ожидала, что история будет посвящена только Софи и только тому, что она пережила. Я не была готова к пошлым сценам мужчины, который никак не мог найти себе женщину.
Стинго, молодой парень, работавший цензором в нью-йоркском издательстве. Монотонная работа его перестала устраивать, и он бросает издательство, решив сам стать писателем. Он переезжает в Бруклин, снимает квартиру в доме, где проживают молодая полька Софи Завистовская и ее возлюбленный Натан Ландау. Они и становятся его лучшими, единственными друзьями.
В процессе развития сюжета Софи видит в Стинго друга, которому может рассказать о том, что пережила, может ему рассказать то, чего не осмеливается рассказать Натану.
И вот сквозь политику, здоровье Софи, жизнь ее родственников и друзей в конце книги мы добрались до самых сокровенных тайн. Самая жуткая история — это о детях. У Софи было двое детей. Про старшего сына Яна она говорит чаще, и создается впечатление, что ребенок один, но оказывается, была еще дочь Ева. После доставки в Освенцим и в процессе «селекции» Софи приказывают сделать очень страшный выбор — решить, кого из детей оставят в лагере, а кого сразу отправят в газовую камеру.
После пережитых стрессов, после такой больной любви Натана, который оказался шизофреником, я бы сама тронулась. Ее тщетные попытки начать жить с чистого листа не увенчались успехом.
Вот такая вот трагедия.

#УильямСтайрон #ВыборСофи #книги

Всю книгу я прожила с мыслью, а достойны ли эти люди таких больших объемов страниц и ощутимо потраченного на них времени? Ведь можно сколько угодно скидывать с себя ответственность за свои выборы на войну, страну, Бога и родителей. И до последней страницы рука яростно их перелистывала, лишь бы поставить галочку "Прочитано", и предвкушала, как будет печатать злостную ехидную рецензию. Пока буквально на последней странице я не прочла вот это:

"Пусть любовь твоя распространится на все живое"

..Ведь разве Аушвиц не встал неодолимой преградой на пути такой всеобъемлющей любви, словно некая раковая опухоль в крови человечества? Разве он не изменил самую природу любви, сделав абсурдной мысль о том, что можно любить муравья, или саламандру, или змею, или жабу, или тарантула, или микроб бешенства - или даже вещи святые, прекрасные - в мире, который допустил существование черной громады Аушвица?

И первая библейская основа, и последующая отвечающая ей мысль заставляет меня сделать великое открытие в себе.
Мы - люди - беззащитные, хрупкие, потерявшиеся бедные дети, каждый ищущий свой путь. И каждый персонаж (еврей, поляк, немец, конфедерат, да без разницы) был достоин любви.

На вопрос Аушвица Стайрон отвечает: "Не знаю".
А я бы ответила так: не изменил. И случился Аушвиц по причине не хватающей в мире всепоглощающей любви.