Дети мои

Про впечатления. Книга, где главный герой - наша Волга. Не река, на фоне которой разворачиваются события, а именно герой. Она живет, дышит, кормит, вдохновляет на сочинение сказок, учит любить, приносит страдания, заставляет плакать и смеяться. Вершит революцию, воюет. Она, вместе с немецким учителем Бахом, учит детей грамоте, сама учится с его будущей женой и говорит на своём речном языке с Анче, его дочерью. Утешает, когда ему приходится отпустить детей в большой мир.
Про саму книгу. Почти 500 страниц, качество книги намного лучше первого романа: размер больше, приятная на ощупь обложка, белые страницы, большие поля. Событий не очень много, в основном описания природы, уклада поволжских немцев, переживаний героев. Не зря выбрали для тотального диктанта. Сказки внутри текста можно отдельной книжкой читать, также как и главы про Сталина.
Напомнило мне книгу «Тени исчезают в полдень».

Про аудиокнигу. Читает Александр Клюквин. Слушать получается медленнее, чем читать самому.

Под пером Гузели Яхиной незамысловатая история простого учителя Якоба Баха расцвела множеством красок, превратилась в сложный и яркий роман. Бедный шульмейстер – вовсе не герой, он не обладает ни гениальным умом, ни недюжинной силой, ни храбростью, ни красотой. Необычного в нём – только непонятная страсть к грозам и огромный силы страх, крепко обосновавшийся в его теле. Якоб живёт тихой спокойной жизнью, пока всё не меняет нежданное письмо и новая работа: обучение юной Клары, дочери хозяина отдаленного хутора Удо Гримма. Приезд на хутор и знакомство с Кларой становится началом его новой, полной приключений и испытаний жизни.

«Дети мои» - это роман не только о судьбе одного человека, но и о всей огромной стране. Гузель Яхина смогла найти что-то сказочное в советском государстве. Карлики и гиганты, изменения, происходящие будто по мановению волшебной палочки, поля золотой пшеницы и глубокие моря крови, возвышение нищих и низвержение принцев. Советская сказка – страшная и грубая, как настоящее, исконное народное сказание.
Сказка Яхиной о том, что всё что было, было не зря. Все написанные сказки, все собранные яблоки, каждая капля украденного молока. Наши корни все еще в нас. Иногда проскользнет в зеркальном отражении дед-немец или бабка-татарка, почудится что-то затерявшееся века назад, промелькнет трагический отсвет судьбы России. В нас всё ещё живы и большой тиран, и маленький учитель. Все мы появились из них, поэтому другими быть не можем. Не могут быть другими наши страхи, надежды, желания, наша любовь и наша ненависть. Все мы – дети нашего прошлого, а эта книга будто примиряет нас с наследием страшного XX века.

У Гузели Яхиной получилась книга, совсем не похожая на принёсшую писательнице известность «Зулейха открывает глаза». «Дети мои» не хуже и не лучше, они просто другие. «Зулейха…» - очень живая, порывистая, написанная будто на одном дыхании и прекрасная в своих несовершенствах. «Дети мои» - это более искусственная вещь, в ней все четко выверено, доведено до идеала, максимально усложнено. Каждая деталь в неё неспроста, постепенно они складываются в узор, который можно полностью окинуть взором только к концу книги.

Начало этого романа давалось мне нелегко. Читать было тяжело, страшно. противно. Ожидание надвигающейся катастрофы давило на меня, страх, засевший внутри Баха, передавался и мне. Я чуть не бросила книгу, но с появлением Анче что-то вдруг изменилось, будто с приходом ребенка родилась и надежда, а окончательно страх отпустил к концу книги.

Начала читать с интересом, можно сказать с любовью к автору. Книгу купила в "читай-городе", везла домой, радовалась. Красивая. Первую половину прочла за день. 20-30-е годы, поволжские немцы, небольшая деревушка на берегу Волги, общение на немецком, русских слов в обиходе - не больше сотни. ГГ - учитель Бах. На трагедию деревни смотрит со стороны - с правого высокого берега, где прячется на одиноком хуторе. Страдает, конечно. И пишет сказки. Типичные для немцев - с большим количеством отрицательных персонажей, насилием и пр.. И сказки воплощаются в жизнью. Иносказательно, конечно. Отсюда и жанр, к которому относят роман - магический реализм.
Мне нравилось все - сюжет, стиль, ритм, идея. Насчет последней созвучные мысли. Когда-то писала, любая идея имеет душу, но воплотиться может, благодаря человеку. Вот и ищет его. Выбирает, стучится, порой бывает отвергнутой. Но, воплотившись, живет, пока нужна. Потом уходит, как и все на Земле. И человек, служивший идее, уже не нужен, и тоже уходит....
Читала и радовалась за Гузель Яхину. Тираж "Дети мои" 60 тыс., раскрутка - высший пилотаж. Так раскручивают звезд на эстраде. В данном случае есть за что. И первый роман "Зулейха раскрывает глаза", и второй останутся в русской литературе - уверена. Но вот, что интересно - тот же господин случай для автора, тот же сюжет Золушки. Десятки отказов, и даже публикация в журнале "Сибирские огни" не помогла. А потом судьбоносная встреча с Еленой Костюкович..., и рукопись попала на стол Елены Шубиной. А она - супер-редактор, она умеет зажигать звезды. Так все и произошло. "Зулейха" выстрелила. Бестселлер, две крупные литературные премии. И вот второй роман - "Дети мои". Повторюсь, начало - отлично, а потом скучно. Верней так, скууучно!
И не потому, что опять про злую Россию. Неласковую, неспокойную. А потому, что пропал темп. Вторая половина романа - длинная, вязкая. В ней что-то потеряно. Будто бы было, но растряслось по дороге. А жаль.
Стиль хороший. Есть сильные описания. Например, ночи над Волгой.
Теперь вижу, "Зулейха" лучше.

Второй роман автора знаменитой «Зулейха открывает глаза» Гузель Яхиной - «Дети мои» рассказывает нам про волжских немцев в довоенное время, а именно об одном представителе учителе Якобе Бах. Книга на примере одного человека показывает жизнь маленькой немецкой колонии, которая обособлено существует вне времени со своими обычаями и со своим уникальным укладом. В жизни Баха появляются люди которые будут менять его: жена Клара, дочь Анче, коммунист Гофман, беспризорник Вася, и которых, не подозревая, будет менять он сам, своими сказками, музыкой, стихами Гёте.

Роман написан непередаваемо красивым языком, наполнен аллюзиями, метафорами, мистикой, если «Зулейха открывает глаза» была полна характерами и персонажами, то «Дети мои» полна живой природой, когда читаешь словно слышишь дыхание Волги, чувствуешь запах яблок, которые Бах возит детям в детский дом, видишь бесконечный ноябрь, окруживший его одинокий хутор.

«Напиши мне сказки, Бах...»

Итог: роман мне понравился своим интересным приемом: рассказать посредством мистического сюжета про страшные годы: репрессий, голода, отчаяния и борьбы за существование. Главный герой меня раздражал, заставлял жалеть его, потом ругать, потом опять жалеть, прямо как Зулейха из первого романа. Когда я думаю о Яхиной, теперь у меня перед глазами стоит не только образ Зулейхи, кормящей своей кровью из пальца голодного ребёнка, но и немого Баха, несущего стакан молока своей дочке сквозь Волгу, которую он получил в обмен на свои сказки.

О, как я ждала новую книгу Яхиной! После прочтения "Зулейхи" я очень ждала, что Гузель Яхина напишет что-то еще. И она меня порадовала.
Книгу я прочитала за 4 часа (не подряд, мне 2 дня потребовалось), было просто не оторваться, и когда я закончила, то подумала - вот! Вот такой должна быть книга. Ее нестерпимо хочется читать дальше.
Я все время мечтаю о том, чтобы самой писать книги. К сожалению, писать их я не могу, не умею, таланта нет. Но все же попробовать-то можно! Однако, когда я читала Яхину, я думала, что если я не могу писать так, как она, то я не хочу быть писательницей. Я говорю не о слоге или манере письма, а о том, что это так втягивает, так трогает, я реально ревела на некоторых страницах, мне приходилось делать паузу, чтобы успокоиться.
Я сама потомок этих поволжских немцев и мне это было еще и с исторической точки зрения очень интересно.
Я очень надеюсь, что следующая книга не заставит себя долго ждать.

Якоб Иванович Бах - российский немец из колонии Гнаденталь с томиком стихов Гёте.
«Волга разделяла мир надвое»
Среди этих миров и жил Бах, про которого говорили:
«Всегда был с придурью, а теперь и вовсе очумел».
История жизни, борьбы за жизнь, искреннюю любовь и преданность. Преданность семье, преданность слову, преданность себе и вере.
Начав читать роман, невозможно представить, как сложится жизнь этого деревенского учителя. Невероятная история!
Конец 27 главы просто нечто. Настоящее освобождение:
«Однажды ночью Бах проснулся от ощущения невероятной легкости. Первая мысль была - умер. Но нет: чувствовал руки и ноги. Однако члены были странно, немыслимо легки - будто наполнены воздухом. Что-то ушло из тела... Страх ушёл из Баха. Страха не стало. Впервые за полвека жизни».
«Он не должен был - никому и ничего. Осталось только единственное и главное - дети. Только им он должен был».
Просто великолепие современной российской прозы. Красивая речь, прекрасное художественное изложение. Слова льются, будто Волга разливается между хутором и Гнаденталем.
После «Зулейхи» ждала новое творение автора и думала: Как это будет? Что это будет? Будет ли также живо, ярко и пронзительно? Да! Так и было. Я снова жила неподалёку, совсем рядом с хутором.
Книгу и читала, и слушала. В исполнении Александра Клюквина - это шедевр!
Советую!