Преступление и наказание. Идиот

Раскольников говорит. Говорит много и настойчиво. Что он говорит?
В первую очередь, об убийстве – убийстве старухи.
Говорит, что старуха была «ошибкой», и что ошибочность эта заключалась в том, что убивать он её «пошел как умник» – именно это его и «сгубило», провалив намерение «Наполеоном сделаться», ибо Наполеон – в отличие от него, Раскольникова – убил бы старуху «без всякой задумчивости». Но…
Но ведь кое-кого Раскольников всё-таки убил по-наполеоновски, без этой самой «задумчивости». Лизавету, конечно же. В той сцене, после описания самой Лизаветы, вошедшей в комнату, Достоевский о том, что и как сделал тогда Раскольников, говорит буквальном одним предложением: «Он бросился на нее с топором». И всё. И никаких типичных и ставших уже к тому времени шаблонных и использованных многажды самим Достоевским ремарок вроде: «Он остановился на мгновение в задумчивости».
Правда, Раскольников однажды пытается-таки ответить на вопрос, почему он убил Лизавету. Ответ этот на фоне рассуждений его о старухе выглядит показательно бессвязным и удивительно кратким, так что его можно привести целиком (по ходу подсчитав количество многоточий): «Он Лизавету эту… убить не хотел… Он её… убил нечаянно… Он старуху убить хотел… когда она была одна… и пришёл… А тут вошла Лизавета… Он тут… и её убил».
Но если Раскольников совершил то самое убийство, почему же он не хочет признаваться в этом даже самому себе? Почему так настаивает он на том, что Наполеоном он не был и не будет? Почему он ничего не говорит и о Лизавете, «почти и не думает, точно и не убивал» (как он однажды всё же скажет, уже засыпая и, впрочем, потом более не возвращаясь к этому, забыв – да так крепко, что сама его – отнюдь не психологическая – забывчивость была благополучно предана забвению в литературоведении)? А когда говорит, то девять многоточий свидетельствуют о том, что посреди деятельности Раскольникова, повторяющего свои измышления о старухе на разные лады, возникает нечто, что эту речь затрудняет, тормозит.
Итак, надо сразу же уяснить, что перед нами не муки совести или невыносимость моральной кары. Перед нами случай, требующий классического психоаналитического толкования. Ибо выходит так, что речь говорит одно с тем, чтобы не говорить чего-то другого, как бы вырезая некий контур. Но почему? Что раскалывает эту речь? Почему Лизавета оказывается в таком странном положении: с другой стороны речи Раскольникова, находясь в то же время, как на ленте Мёбиуса, с той же самой?
Чтобы это понять, необходимо отстраниться от теории Раскольникова и перестать выяснять, был ли он в самом деле Наполеоном или нет, слишком ли дурно им было бы быть и что вообще означает эта фигура (главнейшая ошибка почти всех, кто пытался в этом произведении разобраться), как бы при этом ни приходили сами собой в голову, заброшенные удочкой Достоевского, концепции «власти» – от Ницше до Фуко. Необходимо сделать шаг в сторону – и прояснить кое-что ещё.
А именно логический статус этих двух убийств, совершённых Раскольниковым, который они имеют в рамках его рассуждений ввиду того, какой статус имеет сама теория. Статус или, вернее, место. А ещё точнее: местá, ибо мест этих два.
Так, в первую очередь необходимо понять, что такое «новое слово» в его отношении к теории.
По сей день это ставит в тупик иных интерпретаторов, ибо совершенно непонятно: во имя какого такого нового слова Раскольников пошёл убивать кого бы то ни было? Он не Ньютон и не Коперник. Что хотел он сказать миру? Какой «новый закон» хотел он предъявить, нарушив прежний?
А ответ лежит на поверхности, прямо как украденное письмо По – посредине стола.
Теория Раскольникова действительно не является новым словом, это верно. Но только потому, что теория его – это новое слово о новом слове, новом слове как таковом, по поводу всех новых слов вместе взятых вообще: актуальных и потенциальных, бывших и не бывших, одиночных и многомиллионных. Это новое слово второго порядка, которое «позволяет», легитимирует все новые слова как таковые, делает их истинными и действительными, подлинными и настоящими. Причём новое слово Раскольникова не просто накладывается сверху на новое слово Наполеона в качестве описывающего их «метанарратива». Нет, без этой теории новое слово как таковое вообще бы не получило определения в качестве действительного. Только в теории Раскольникова новое слово и получает своё терминологическую определённость. Сам закон, по которому Великие могут нарушать всякие прежние законы во имя своих новых слов, является новым словом, но ряд их он, тем не менее, не продолжает.
Убийство же старухи имеет точно такой же статус относительно наполеоновских пушек: оно, выпадая из ряда великих преступлений великих фигур, делает, так сказать, их возможными. Если что и хотел Раскольников сказать миру, то это – само убийство.
Осталось лишь сформулировать одно важное но. Раскольников здесь, как субъект, может занимать только одну позицию, лишь одно только место: либо быть тем, кто высказывает какое-то новое слово, либо тем, кто высказывает новое слово по поводу нового слова как такового. И ведь он даже вроде бы сделал свой выбор – в пользу второго и только второго, ибо никакого нового слова как такового у него и правда нет: нет ни теории относительности, ни метода толкования сновидений, ни чего бы то ни было вообще, во имя чего можно было бы укокошить старушонку.
Но – вот беда! – Расколькников таки совершил наполеоновкое убийство. Если чёрт и «тащил» его, то убивать вовсе не старуху (сдалась она ему), а, конечно же, Лизавету. Именно это убийство и встало в один ряд с Тулоном, замкнув цепь рассуждения на самую себя, перевернув её концы.
Раскольников оказывается буквально перед лакановским vel – или… или… Либо одно убийство, либо другое. Притом что, выбрав одно из них, он не выбирает ни одного, ибо в одном случае легитимировать нечего, а в другом – нечем. Позиция изначально была невозможной.
Именно поэтому, выбрав, конечно же, убийство старухи, на которое он и шёл, Раскольников самим актом помещает Лизавету по ту сторону своей речи. Но, как мы помним, перед нами не метанарратив и не надстройка. Другая сторона эта является одновременно и той же самой, поэтому никакое пре-ступление здесь попросту невозможно: единственное, через что на ленте Мёбиуса можно переступить, – это её край. Однако лента Мёбиуса не знает трансгрессии, и переход на другую сторону лишь перебрасывает на ту же самую, заставляя Раскольникова начинать сначала и при этом говорить: «принцип-то я и убил, а переступить-то не переступил, на этой стороне остался… Только и сумел, что убить. Да и того не сумел, оказывается…».

Очень сложно анализировать, не сравнивая с "Преступлением и наказанием". Книга несравненно тёплая, родная, этот слог, эта близость русского духа, русской старины.. Мне было тяжело читать, так как последнее время читаю только зарубежных авторов и отвыкла от отечественных писателей. Это повесть о человеке до того простому, что его считали идиотом, но до того и чутком, что все искали, и, непременно находили в нём друга и собеседника. Милый юноша, идущий на поводу у чувств. Столь же слаб, сколько силен духом, честен, но.. Увы. Угораздило его влюбиться в интригантку Настасью Филиповну, до того терзали они друг друга, что князь решил найти счастья с другой.. Но увы, НФ не потерпели, чтобы у неё отнимали князя. В таких случаях говорится - ни себе, ни людям. Концовка и вовсе шокировала.. Такого исхода я никак не ожидала.. Хотя и были предположения, что здоровья князя не железно, а Рогожин уж больно волен в суждениях и поступках. Всё идёт с головы, друзья.. Князь метался и не находил места укромного и постоянного, его было жаль, но он ни разу не вызывал той жалости, что граничит с отвращением. Напротив, я всею душой его понимала, поддерживали и даже.. Полюбила. Очевидно, Достоевский не промахнулся и создал именно того героя, величайшего героя своего времени.
4/5

И я пришёл к нему,
Я спросил: почему?
Почему умирает страна?
Он улыбнулся, шепнул:
У меня есть сестра,
Она, по-моему, в тебя влюблена.

Веня Д'ркин "Про Него"

Настоящие книги не забываются, не умирают. Идеи, заложенные в них, всегда актуальны, персонажи — живы вечно и являются всем нам примером. Всякий раз, перечитывая настоящую книгу, ты находишь в ней своё отражение и отражение мира, который тебя окружает.

Дочитала. Начинала её читать в 14 лет, дочитала до средины и забросила. Спустя десять лет вторая попытка. Приятно осознавать, что ты уже дорос, чтобы прочесть такую книгу. Может быть не в полной мере осознать, но прочесть осилил. Не скажу, что прочла её на одном дыхании, но не зря же она признана во всем мире и стала классикой. Хорошо, что этого произведения нету в школьной программе. Даже страшно представить, что из неё раздули бы в школьной хрестоматии:)
Очень многое стало для меня чем-то личным. Тонко описаны персонажи - Достоевский был отличным психологом. Раскрывает характеры и поступки так глубоко, что, даже будучи честным с самим собой, боишься себе признаться в том, что однажды чувствовал также. Все мы немного князь Мышкин.:) Кстати, отвратительный персонаж... Рогожин куда приятнее (о, страшная великая русская литература, которая всяких антисоциальных типов делает приятными:)). Аглая - маленькая скучноватая истеричка. Любимый персонаж - Настасья Филипповна . Такая себе женщина- женщиииинааа. Нравится она мне или не нравится, я так и не поняла. Да и далеко не все её поступки я одобряю. Но зато понять всё её выбрыки - легко!
В книге много страсти, безумия... ухххх, просто. Говорят, что французы умеют писать о любви... а нет! Оказывается, что Достоевский.
Очень интересно было прочитать про эпилептическую ауру. Красочно и подробно описано состояние князя Мишкина перед приступом.
Последние страницы - жуть. Особо впечатлительным не читать! Хотя, мне кажется, что исход понятен уже после первой встречи Рогожина, Мышкина и Настасьи Филипповны

Я захотела прочитать эту книгу ещё когда увидела её на полке в библиотеке. И вот я прочитала и она довольно хороша. Конец меня не много расстроил но это было вполне логично и шло к такому концу так что - хорошо.
Если говорить об герое главном то он имел плохую привычку которая от части привело его к такому концу. Сначала я не хотела читать дальше но после первой части мне стало интересно и я стала читать на одном дыхании. Мне стало интересно как он поступит? что сделает? Кого встретит? и т. д.. Иногда было не понятно почему он так сделал а не так как ожидалось а потом уже в тексте и было написанно обсуждение и всё сразу становилось понятно.
В последних главах было особенно удивительны действия героев и не ожиданные что является причиной назвать её хорошей.

Вот я и прочитал Идиота. Скажу честно, читал его не быстро. Легким произведением его никак не назовешь.
Достоевский рисует нам эпическое полотно, но вовсе не привычное, выраженное в череде глобальных событий, распространяющихся на годы. Нет, он рисует это все внутри персонажей романа. Это их чувства, переживания, менталитет и восприятие происходящего.
Достоевский - это великий философ. И тут он проявляет себя в этом качестве на запредельном уровне. Знаете, если посчитать какие-то "внешние события" романа, то окажется, что их совсем немного.
Загляни внутрь - и тут настоящий океан суждений. Федор Михайлович попытался создать настоящее воплощение добра в мире, в мире пороков, интриг, правил, устоев. И это добро лежит где-то выше всего этого. Оно не подчиняется этим идиотским законом. И этим добром тут выступает князь. И согласитесь, что на фоне всего этого он и правда сам кажется идиотом. Он наивен, доверчив, открыт до неприличия. Но еще он просто очень любит людей. И всегда их готов понять и простить. И тут безусловно напрашивается аналогия с Иисусом.
Но сам Лев Николаевич далеко не безгрешен. Желание всем помочь не всегда есть хорошо. А его неумение сделать выбор, проявить твердость (пускай на первый взгляд даже жестокую), несколько разочаровывает, но напоминает нам, что он тоже просто человек. Нет, не просто, а Человек с большой буквы. Он может ошибаться, но он живой как ни кто другой!

Достоевский - как много в этом звуке... При прочтении любого его произведения становится не по себе от мысли, что именно этого автора школьники читают в 16-17 лет. Даже прочитав его в 21 я понимаю, что это достаточно сложный для понимания автор, и для лучшего осознания всех его мыслей следует иметь за плечами какой-никакой жизненный опыт. С другой стороны, я сам не так уж далеко ушёл от школьников по возрасту, так что неудивительно, что читать было трудновато.
Что по поводу самого произведения, то у меня возникло поистине противоречивое мнение. Пожалуй, стоит сказать, что общая концепция книги порадовала - как минимум, отсутствие пресловутого хэппи-энда оставило неплохое впечатление. Герои, хоть и не блещут оригинальностью, но вместе с тем не выглядят картонными, насколько это возможно в литературе конца XIX века. За их взаимодействием интересно наблюдать, хотя лично мне метания Мышкина между двумя дамами показались идиотскими, простите мне мой каламбур.
Что понравилось больше всего, так это рассуждения самого Достоевского по поводу общества, размещённые перед каждой частью. Наверное, я их читал даже с большим удовольствием, чем всю остальную книгу.
Но, как и у любой художественной литературы, здесь есть и минусы. В первую очередь следует выделить монотонное повествование, которое норовит отбить желание читать, однако это весьма субъективный минус и вряд ли он будет замечен каждым читателем. Сюжет развивается неспешно, порой даже слишком неспешно, и это утомляет. Однако же самым главным минусом являются поступки некоторых персонажей, объяснение которым найти достаточно проблематично. Самым ярким примером является Настасья Филипповна, когда князь предложил ей выйти за него замуж, а она поначалу воображала себе жизнь в роли княжны, а потом просто взяла и послала его куда подальше. Вообще, с женскими персонажами тут проблемы - помимо Н.Ф. жутко бесила Аглая. Вот что хотите говорите, а эту женщину я ненавидел и от души надеялся, что князь впадёт в свой припадок и пропишет ей в лицо.
Как итог, стоит сказать, что книга для взрослых людей, и что-то мне подсказывает, что я её перечитаю лет через 10-15. Местами тяжеловата, но come on, это же XIX век - из современников легко читается, разве что, Шерлок Холмс. "Идиот" не идеален, но прочитать его стоит хотя бы для того, чтобы обогатить свой язык.

Эту книгу задали читать на лето(перед 10 классом). Я планировала прочитать её давно,но на тот момент читала "Братьев Карамазовых" (также очень хорошая книга, рекомендую).
Недавно закончила читать "Преступление и наказание"(прочитала за неделю и то из-за того, что были экзамены).
Что могу сказать? Я люблю Достоевского, до этого читала его произведения, поэтому и до прочтения восхищалась и преклонялась перед ним. Данная книга ещё раз убедила меня в том, что Достоевский пишет божественно.
"Преступление и наказание" - великолепная, прекрасная, впечатляющая книга, которая стала для меня одной из самых любимых.
Я рекомендую прочитать эту книгу каждому! У Достоевского легкий, доступный и понятный язык повествования. Книга читается на одном дыхании и запомнится, уверяю, надолго.

Свои многочисленные впечатления могу обозначить одним словом: ШЕДЕВР! Я приступала к чтению этой книги с некоторыми опасениями. Почему-то мне казалось, что Достоевский - это не совсем мой автор. Видимо, сказалось своеобразное преподавание литературы в школе. Но меня настолько захватил сюжет, каждая страница была для меня ценной, ни одной строки я не пропустила. Были моменты, когда некоторые отрывки романа я перечитывала несколько раз, так как не сразу удавалось понять смысл того, о чем рассуждал тот или иной герой. Но для меня было настолько интересно и важно вникнуть и разобраться, что это не вызывало никаких отрицательных эмоций. Каждый герой находил отклик в моей душе, положительный или отрицательный, но героев, оставивших меня равнодушными, в этом романе просто не было. Лев Николаевич Мышкин - потрясающая личность, на мой взгляд. И идиотом я его не посчитала абсолютно. Хотя, многие его качества и отношение к людям и их поступкам порой меня очень изумляло! Такая доброта, детская иногда наивность, абсолютная вера в то, что все люди хорошие, такое безграничное прощение всех жестоких и непорядочных, по отношению к себе, поступков, желание оправдывать каждого негодяя - все это не оставило меня равнодушной. Настасья Филипповна получила то, что и заслуживала. Эту героиню почему-то мне не хотелось оправдывать. Аглаю Ивановну Епаншину мне порой хотелось высечь за все ее выходки, но все равно мне было жаль ее. Рогожин тоже вызывал очень спорные эмоции, то жалко его было, то я его презирала. В общем, резюмируя все мои впечатления (хотя это слишком сложно сделать кратко), могу сказать:потрясающий роман, потрясающий автор, русская классика это чудесно, обязательно буду читать Достоевского. Всем очень рекомендую!!! Эта книга не сможет оставить вас равнодушными! Вы обязательно найдете для себя в этом романе что-то очень важное!