
Ваша оценкаРецензии
Wala5 марта 2015 г.Читать далееОчень необычная книга, начинать ее читать сложновато, но если переступите порог 50 страниц - она должна вам понравиться! Главный герой -Сапожников, тот еще герой)))) Книгу просто можно разорвать на цитаты и там не важен линейный сюжет как таковой, писателю и читателю будет не до этого. Любовь Сапожникова, его карьера, изобретения, его друзья и недоброжатели и совершенно уникальная атмосфера вокруг, уверена, очаруют вас. Такие книги читают не для развлечения, а для того, чтобы подумать, кто ты есть, зачем и почему. Попробуйте, может быть , это ваше.
17470
likasladkovskaya7 ноября 2014 г.Читать далееДорогой Освальд Шпенглер!
Помнится мне, что Вы авторитетно заявляли, что цивилизация - это агония культуры, апокалипсис общества, предсмертные судороги человечества и тому подобное.
Спешу сообщить Вам о самобытном советском писателе Анчарове, который по всей видимости стал творить, будучи вдохновенным Вашими депрессивными идеями. А также с радостью сообщаю, что писатель этот российский, да-да, из того уголка, который Вы старались не упоминать в своём труде, зная лишь Толстого и Достоевского. Это, конечно, не такой айсберг, но должно быть Вы найдёте его примечательным тем, что говоря о новом времени, Михаил Анчаров смеет заметить, что в России с культурой все в порядке, быть может несколько натянутые отношения с некоторыми высшими субстанциями, но в целом наблюдается тенденция всеобщего подьема духа.
Также хочется сравнить его с Платоновым. Не знаю, как считаете Вы, но я удивлена, отчего данный Михаил не преследовался и не был зачислен в диссиденты. Хорошо для СССР, что он говорил об избранности государства и его особом пути, но знаете, что он защищал? Страшно сказать. Он встал на защиту оригинальности и исключительности, выступил против уравнительных садовых ножниц. Да, на что замахнулся. Тут Вам уже станет ближе и понятнее. А замахнулся он на самого Пана и Сиренгу, обозвав их Миногой и Громобоевым. Да столько параллелей провёл, столько посмотрел, подслушал, да так пересказал, что сомнений не осталось. Но знаете в чем Вы правы? Народ при всей культурности и цивилизованности высокого не разумеет, и вновь готов распять кого-нибудь за намеки на разделение ''кесарего и божьего'', на возведение нового храма. Но тут вмешивается бюрократический закон. Уверена, что если бы у Иисуса были почетные грамоты за активное участие в общественной жизни и какой-нибудь , пусть небольшой, орден за спасение чего-нибудь от кого-нибудь, а лучше наоборот, то слушали бы его внимательнее, а скорее вообще не слушали, но уважали и считали бы, что существу общественно полезному мешать не положено. В Вашем духе, не правда ли? Трагично...Об идеалах и толпе...Вероятно, ещё одна мысль покажется Вам близкой. А именно об эталоне и идеале. По сути вещах противоположных, но часто вызывающих путаницу в голове. Анчаров смел заметить, что код эталон приходится вырезать совершенно разные по составу и функциям вещи, отчего порой они утрачивают жизненно важные органы, а идеал заполняет пустоты, безгранично расширяясь. Возможно буквализация покажется Вам чересчур претенциозной и даже вульгарной, однако это касается даже топ-моделей на подиуме и обычных матерей, жен, сестёр.
Метры и сантиметры суть репродукции одного-единственного и хранятся в сейфе, и отлиты из драгоценного металла, и вся ценность эталона, что он не изменяется, и одной и той же единицей можно измерить и человека, и отрез ему на штаны, и автомобиль. Но если превратить эталон в идеал, то начнёшь подгонять человека под штаны и автомобиль, а не наоборот.Знаете ли Вы, что этот российский писатель также посмел заявить, что не все теории одинаково применимы на практике и вероятно под практику придётся создавать свою теорию. Заявление смелое, но как ни абсурдно звучит, нашедшее подтверждение на все той же практике.
И тем же физикам стало вдруг понятно, что нельзя сначала изучить жизнь, а потом жить, и что сама неизученная жизнь, хотя и движется по неизученному пути, а всё же умудряется выжить.
Как-то вдруг обнаружилось, что музыку придумали раньше, чем ноты, и люди начали говорить прежде, чем придумали грамматику — странную науку, где девяносто процентов правил состоит из исключений.Также достопочтенный Освальд, наконец, хочу сказать Вам, что так думает не один Михаил Анчаров, а и, к примеру, ещё более неизвестный Вам представитель украинского народа Юрий Щербак в ''Хроніці міста Ярополя'' , который, смею заметить, также живёт цивилизованно( имею в виду народ), при том не собираясь уходить в закат.
Надеюсь, что исследование подобных мнений, поможет Вам в дальнейшей работе.
С уважением, диссидент и оптимист с верой в будущность культуры.17177
Amid290819929 апреля 2019 г.Читать далееОчень необычная книга! В первую очередь потому, что читается она довольно тяжело, но затягивает. Сложный язык как-то стимулирует продираться сквозь дебри авторских мыслей и находить немало интересных афористичных фраз, наблюдать за тернистым жизненным путём учёного-самородка, пытаясь постичь его непростую личность. В самом деле, наиболее интересной частью книги была для меня ненаучная. Где описывается детство Сапожникова, его семейная история, отношения с женщинами и друзьями. Всегда любопытно читать книги про гениев . Это вроде бы те, кем ты никогда не сможешь стать и в то же время тебе знакомы многие их проблемы, так как на твою долю выпал чуть более высокий интеллект, чем у большинства людей в твоём окружении. Мне жаль Сапожникова. На мой взгляд, выдающийся ученый муж так и не нашел своего места в жизни… Похожие эмоции вызывал у меня шахматный гений Лужин из романа Набокова. Кстати, своего героя Владимир Владимирович тоже всё книгу называет исключительно по фамилии, а имя открывается читателю только на последней странице…. А вот насчет Сапожникова я даже и не помню, чтобы автор сообщил, как его зовут! Вообще эта фамилия и судьба данного героя наталкивают меня на ассоциацию «сапожник без сапог»…
Язык произведения мне понравился афористичностью и яркостью , а вот стиль слишком навороченный оказался. Большое количество научных терминов и рассуждений Сапожникова о принципах работы его изобретений, попытки этого супермозга доказать теорему Ферма были сущим адом для такого махрового гуманитария, как Ваш покорный слуга.
Ещё очень напрягали постоянные игры со временем в сюжете произведения. Большую часть книги я реально не понимал, где и когда происходит действие, кто ещё жив, а кто уже мёртв и когда произошел очередной «скачок». Однако тут надо не Анчарову предъявлять , а мне, ибо я всё ещё не привык к таким стилистическим приемам в литературе. Могу сказать так: структура книги столь же сложна, как и личность её главного героя. Автор Самшитового леса тоже очень разносторонний человек, судя по аннотации.
Финал произведения тоже очень грустное послевкусие оставил. Даже не могу внятно объяснить, почему так… Наверное, книга вызвала много эмоций, а их всегда сложно вербализовать…
И всё-таки этот роман стоит читать хотя бы ради множества замечательных цитат, поражающих своей простотой и в то же время глубиной. Вот некоторые из них:
..к двоечникам я почему-то испытываю слабость. А почему – непонятно.
– Понятно, – сказал Магома. – Мы развиваемся по неизвестной программе, а отличники по известной.Домой - это туда, где можешь быть самим собой, а не тем, кем ты стал, будучи постоянно настороже"
"Когда ты счастлив - ты связан цепью с тем, что доставило тебе счастье, и страдаешь, когда она рвется. А блаженство - это когда ты связан с миром бесчисленными нитями, и, пока жива хотя бы одна, можешь испытать блаженство. Весь. А не только та часть тебя, которая этой ниточкой связывает тебя с миром. Из механизмов, известных ныне, это больше всего похоже на голографию, где в каждой точке картины изображена вся картина."
Вот уже больше сотни лет делают попытку подменить творчество образованием. А ведь образование - это чужой опыт творчества, и он часто глушит твой собственный.
Тебе нужна женщина, — сказала мама, — которая бы о тебе заботилась… А ты влюбляешься в женщин, о которых ты сам желаешь заботиться. Это твоя постоянная ошибка… Трудно тебе будет.
— Ма, а разве нельзя, чтобы оба заботились друг о друге? — тихо спросил Сапожников.
— Это один случай на миллион, — сказала мама. — Тогда тебе будет еще трудней.Ещё одним плюсом книги меня была как всегда потрясающая начитка Игоря Князева. Думаю, без его великолепного тембра я бы даже не дочитал роман до конца. Всегда поражаюсь его умению озвучивать именно те книги, которые даже невозможно представить в другом исполнении.
Выводы. Не уверен, что буду читать книги Анчарова ещё, но однозначно рад тому, что ознакомился с Самшитовым лесом . Современной отечественной литературы я читаю совсем мало, поэтому всегда особенно приятно встретить качественный экземпляр!
П.С. В конце аудиокниги Князев исполняет песню Михаила Щербакова (Имхо, лучше оригинала! Так что есть дополнительный стимул прослушать данное произведение!
163,5K
_katrin_13 июля 2011 г.Читать далееИ даже в физкультуре так. Если нагрузка не выше возможностей, получается атлет. Если выше — инвалид. Любой тренер это знает. Но он же знает, из кого сделать бегуна, а из кого штангиста. Одному дано то, другому это. Если развивать то и это, выходит чемпион. Но если перепутать то и это, то надо увольнять тренера
Огромное спасибо ari за совершенно по-новому открывшуюся для меня советскую литературу. И правда, здесь совсем нет занудства, горестей, печалей. Хотя и история это не предполагает. Таинственная, необычная, фольклорная. Деревушка, в которой происходит убийство и вообще много странных событий происходит, да и живут люди по-своему странные. И язык простой, коротенькие предложения, нет неподъемно больших и заумных предложений. Небольшое произведение, но впечатления приятные. Буду читать еще что-нибудь. На очереди Теория невероятности.
1691
Zmeewica3 марта 2019 г.Мэри Поппинс для взрослых.
Читать далееКнигу читала в игре, по условиям которой история должна соответствовать нескольким требованиями на или/или. Удивительно, но книга попала в несколько критериев: основные события происходят весной, один из важных персонажей книги – пожилой человек (если свадьба в 1947 г., то на начало 80-х, чисто формально, героиня не молодка; а если не формально, то родившийся в античности, совсем не молод), книги о людях творческих профессий ( художник есть), в книге важное место занимают музеи или архитектурные ценности (Третьяковка, здравствуй).
А ведь книга тоненькая.
А событий и идей много, а героев немало.
Где-то до середины книги в голове крутиться мысль – что за бред я читаю. Герои видят странное и откровенно глупое, но ведут себя как будто так и должно быть; диалоги дурные – собеседники как будто друг друга не слышат, либо я читаю не полный текст; сюжет – а он вообще есть? Герои что-то делают, но продвижения нет.
И только ближе к концу истории у меня стала складываться некая картинка, очень такая заманчивая и увлекательная картинка, нестандартная такая картинка, с чертовщинкой и мистикой. А после последней точки я поняла, что это та история, которую понимаешь только после последней точки, только после неё ты понимаешь, что это было. Понимаешь резко, как щелчок пальцев. И перечитать хочется, ибо после второго прочтения на ситуацию смотреть будешь совсем с другого ракурса – тогда и диалоги наполняются смыслом, и сюжет гораздо глубже, чем кажется, и несушки с коровами и их невероятными удоями и яйцами не выглядят сюрром, и фонтам боржоми в центре города, и чехарда взрослых мужиков на дороге уже не такая уж дичь и бред.
Жалость от слова «жалеть», а «жалеть» и «любить» в деревнях синонимы. Город об этом забыл и ещё не очень вспомнил. А Москва вообще слезам не верит.Интересно, кто те таинственные люди, что отвечали «не мешай ему». Из таких как сам Громобоев или из тех, кто просто знает кто он такой на самом деле.
Чувствуется, что книга написана на рубеже эпох – советской и капиталистической; на излёте, но всё же ещё в советское время – народ – это сила, народ – это хорошо, народ противопоставляется глупым индивидам из столицы.
— Стране нужна продукция, — сказал директор.
— А страна — это кто? — спросила Минога.
— Мы!
— Вы… А мы? — спросила Минога.
Директор хотел было сгоряча ответить, что, мол, вам пора уходить и уступать место новому и светлому, но ему вдруг стало не по себе, и он понял, что боится так ответить, и вообще понял, что чего-то боится, а он был не из боязливых и занимался альпинизмом.Автор смог показать встречу новой жизни и старой, переход людей из советского мира, с его передовиками, в капиталистический мир, с его рационализаторскими идеями и прибылью.
Ещё и диспут на тему в чём разница между эталоном и идеалом в сюжет умело вплёл.
Не ожидала, что значительная часть сюжета будет связана с борьбой с фашистами во времена Великой Отечественной войны. Кстати, с этим Васькой странность была – все знали, что он в войну был полицаем, но жил он при этом спокойно, никто ему не мстил.
Детектив на тему кто же убийца, и куда делся труп Васьки, здесь второстепенен. А вот кто такие Минога и Громобоев... Это да, это вызывает интерес; даже когда Громобоев честно ответил, кто такая Минога, его словам не веришь, думаешь, что это шутка или метафора. Но мне стала ясна обложка книги – действительно, это он с бутылочными глазами висит в Третьяковской галерее.
Громобоев и Минога странная пара… им понадобилось более 2,5 тысяч лет, чтобы понять друг друга и разобраться в своих отношениях.
Надеюсь, что когда мы поймём, они придут, как и обещали.P.S. Мне на выбор было восемь книг для чтения. А поскольку последняя прочитанная книга на тот момент была про античный мир с его героями и сильно мне понравилась, то хотелось чего-нибудь кардинально другого, как можно дальше по теме, не похожего от слова «совсем». Что может быть более не похожим, чем советский детектив про расследование убийства в захолустном городке, думала я. Зря так думала – эта книга оказалась гораздо ближе к античности, чем кажется на первый взгляд. И это уже пятая книга про античность, которую я читаю в этом году. Не знаю – то ли пугаться, то ли с интересом ждать сколько таких будет на конец года.
Содержит спойлеры15990
alenenok7230 декабря 2016 г.Читать далееСтранное впечатление у меня от этой книге. Она для меня как бы кусками.
Местами - завораживает и кажется очень доброй, близкой и мудрой.
А местами - вроде все то же, и мудрость, и доброта... но форма подачи отталкивает, не моя она. В таких местах спасало исполнение Игоря Князева, на нем буквально держалась, чтобы дойти до следующей близкой мне части.
Но вообще очень много интересных вопросов поднимает он в своей книге, причем очень мудро их раскрывает. И жизненные вещи, и семейные, и общественные.
И вечный вопрос касательно семьи:
Ма, а разве нельзя, чтобы оба заботились друг о друге? — тихо спросил Сапожников.
— Это один случай на миллион, — сказала мама.Вот почему так? Почему один на миллион?
15816
YurijMatvienko14 октября 2019 г.Проходняк )))
Мифологическая повесть о жизни захолустного городка в 20 веке в России. Вернее СССР. Пан и Синерга -два персонажа мифов живут в нашем мире, делая добро окружающим. Если вкратце - не понравилось!
14965
Kolombinka18 августа 2016 г.Читать далееПервое знакомство с Анчаровым скорее понравилось, чем нет. Но, пожалуй, я восприняла эту книгу слишком воинственно, поэтому оценка средняя. А воинственно, потому что в ней описывается прямо противоположный мне психологический тип и при этом автор с легкий руки сообщает, что все, кто не такие, - сирые и убогие, как штаны пожарного. Не то чтоб я обиделась, но кто сказал, что я должна кушать это с благодарностью? ) При этом Анчаров всего лишь один из типов психики описывает, а не человека будущего. Тип с ведущей интуицией и вытесненной функцией мышления, с повышенной эмоциональностью, иногда даже возникал вопрос, а кто ж тут девочка. Между тем, я выписала аж 6 страниц цитат, но, скорее, для споров, чем для согласного кивания ;)
Термин "нелинейная логика" всё время царапал сознание, но, возможно, во время написания книги еще не знали про дивергентное и конвергентное мышление. И про то, что гармонично развитый человек использует оба типа мышления, а не живет за счет бесконечных инсайтов. Кстати так себе живет - ни одно озарение Сапожникова никому не принесло счастья, и ему в том числе.
Наверное, именно размышления о счастье, очень яркая тема в этой книге, без конца напоминала о другом советском писателе, великолепном и оригинальном Платонове. Но больше содержанием, чем формой. Анчаровский язык для меня оказался труден и "коряжист", мне тяжело далась прогулка по самшитовому лесу. И всё же среди деревьев то и дело мелькала "счастливая Москва", что неудержимо влекло всё дальше и дальше. И в итоге выяснилось, что настоящий герой книги не Сапожников, а Москва Нюра, это она - основательное древнее прошлое, которое знает, как быть счастливой.
Но и тут возник повод для недоумения. Мало того, что Анчаров не особо жалует логиков и сенсоров, так ведь женщина у него тоже недочеловек какой-то. Для нее вообще мышление процесс излишний - мой пол, потом иди в душ. Если проблема не решилась, снова мой пол. Я со своей логичной логикой этой метафоры не поняла совсем - это про секс, про место на кухне, про семейный очаг, про гигиену? В чем сакральность мытья полов? Почему в мужчине главное - нелинейная логика, а в женщине - раскорячка с тряпкой? Что обидно, мне кажется, Анчаров действительно какой-то смысл обязан был вложить в этот образ, потому что Нюра - очень сильный архетипичный персонаж, который за время романа проходит все стадии женского архетипа - дева, блудница, мать, мудрая ведьма. Автор, похоже, интуитивно это всё прочувствовал и выдал на-гора - и очень хотелось бы проникнуть в тайну счастья через мытье полов! ;)14459
Librevista20 февраля 2017 г.Сиринга
Я вообще не верю в Бога и в богов.Читать далее
Я не верю, что существует разумная сила, способная влиять по своему усмотрению на мою жизнь.
Но я верю, что бывают на свете очень странные люди. Я просто знаю это.Б. Стругацкий "Бессильные мира сего"
"Прыгай, старик, прыгай!" достаточно странная вещь. Она вполне могла быть частью "Птицы Гаруда", но по каким-то своим причинам Анчаров решил написать её отдельно. Возможно потому что "Птица .." и так полна образов и загадок, хватит там Громобоева! Однако образ Миноги, то бишь Сиринги, гражданки Копыловой обладает настолько ярким и мощным потенциалом, что художник не удержался, посвятив ей отдельную картину. Да и старик Громобоев, хоть он еще жених хоть куда, еще не наигрался, не нашалился просто для удовольствия, да и для пользы дела.
Повесть вышла очень красивая, яркая, шумная как фонтан Боржоми посреди села.
Однако, читая её, не покидали меня мысли о прогрессорах.
Мы это вы, только вы этого еще не поняли...И будущие мы не такие занудные как работяги мира Полудня, а гораздо веселее, мудрее и не такие уж всесильные и всемогущие, как возможно надо было бы. Но ничего не сделаешь. Нельзя рубить идеалы под эталоны. Похоже Анчаров ответил на вопрос Стругацких почему у прогрессоров ничего не получается.
И не только поэтому. Не хватает женщин у них. Вроде они есть конечно, но как-то не очень. А вот Сиринга да, прогрессор экстра-класса. Кого угодно завернет в блин- вареник, только пальчики оближешь.13601
IlungaMasan12 ноября 2019 г.лучшая книга из моей советской юности
Читать далееза время, прошедшее с выхода этой книги, начиная с первой половины 80-х, я прочитал её три раза, последний же раз - прослушал в замечательном исполнении чтеца Игоря Князева, который своими тонко выверенными паузами усилил восприятие самых значительных её акцентов.
Предыдущий комментатор оказался слишком стар для неё, напомнив мне цитату из романа "Посмотри в глаза Чудовищ" Лазарчука/Успенского: "... выписывая свидетельство о смерти, в графе «причина» указал: «мертворожденность»" :)
Это роман о жизни, о свежести и пронзительности её восприятия, о личных усилиях, необходимых для непрерывного обновления этого восприятия. Это книга о "тихом взрыве", которой происходит внутри тебя при каждом прозрении, о целой веренице таких взрывов - которая и является переживанием жизни.
Как сказал китайский поэт Лю Чанцин (709-780) «Когда б мы не знали взаимного сострадания // В ком силы нашлись бы до белых туч подниматься…»
И о сострадании тоже.
123,8K