Каханне падчас халеры

Вторая книга Маркеса, и снова в избранное, без раздумий! Люблю его неповторимый, своеобразный стиль. Прекрасный, ясный язык повествования. Я получила огромное удовольсвтие от чтения этого романа, так же как и от "Ста лет одиночества".

Я читала "Любовь во время чумы", и буд-то я качалась на тёплых, мягких волнах. Размеренно, приятно.
Повествование неспешное, но очень увлекательное и душевное.

Как долго можно ждать свою любовь? Ждать и надеяться? Флорентино Ариса побил все рекорды в этом вопросе. Он ждал Фермину Дасу 54 года. Но любовь ли это? Больше похоже на одержимость. Случайный взгляд в юные годы, пара фраз и сотни любовных писем. Большие планы на совместное будущее, которым не суждено было осуществиться. Долгожданная встреча влюблённых, общавшихся на протяжении ни одного года лишь через письма, принесла Фермине разочарование. Неужели этот жалкий, невзрачный паренёк и есть тот, с кем она собиралась связать свою жизнь? Неужели именно он писал ей все эти красивые письма? Неужели по нему она вздыхала и так ждала встречи? Не может быть...она всё себе надумала, придумала любовь, придумала любимого и влюбилась в прекрасный образ. Фермина решила вычеркнуть несчастного Флорентино из своей жизни и постараться забыть его. А флорентино? Он не мог её разлюбить, не мог не думать и не мечтать о ней. Он решил ждать её столько, сколько потребуется. Если верность Фермине он хранил сравнительно не долго, то преданность всегда, всю жизнь. У него было множество женщин (даже очень много...более шестиста), некоторые привязанности, но королевой его мыслей и сердца всегда оставалась она - Фермина Даса.
Ждать любимую полвека и верить, что рано или поздно она будет с тобой - превратить свою жизнь в одно сплошное ожидание. И все эти годы дрожать от одного звука её имени...с жадностью вдыхать воздух, которым недавно дышала она, купить и повесить у себя дома старое зеркало только потому, что она когда-то два часа кряду смотрелась в него. Это невероятно!

Однако Флорентино Ариса не прекрасный принц. А порой вызывал недоумение и был противен. Взять историю с Америкой Викуньей. Просто мерзость! Хорошо же он обошёлся со своей воспитанницей. И чем всё это кончилось... История с бедняжкой Америкой сильнее всего подпортила мне впечатление о Флорентино.

Фермина Даса - была ли она счастлива? С мужем, которого полюбила не сразу, но постепенно. Так же как баклажаны. Только те она по-началу и вовсе ненавидела, но однажды, неожиданно для себя, страстно полюбила. Со стороны Фермина Даса и Хувеналь Урбино были идеальной, счастливой парой. А на деле? Всякое бывало за долгую совместную жизнь.

"Любовь во время чумы" - история о сильных чувствах, пронесённых через года. О сумасшедшей любви, о страсти, и далеко не в последнюю очередь о сексе.
В этом романе Маркес много внимания уделяет теме старения и старости. Тело постепенно увядает, но душа не хочет этого принять, не хочет стареть. И тело начинает казаться чужим, коварным предателем. А любви, как известно все возрасты покорны. И в 75 лет хочется (и можется) любить и быть любимым не меньше чем в 20. Не смотря на морщины, дряблую кожу, запах старости и седину.

Очаровательная книга о тех временах, когда влюблённые ещё писали друг другу письма. На бумаге, от руки, вкладывая в конверт засушенные цветы. Но жизнь движется вперёд. Человечество вступило в новый век. Писем влюблённые друг другу уже не пишут. Технический прогресс не стоит на месте, как и мода. Наши герои приблизились к закату своей жизни. И только чувства Флориентино Арисы к Фермине Дасе так же сильны, как в самом начале, 54 года назад.

Насколько тяжело и мучительно давалось мне чтение «Искупления», настолько же легко было читать Маркеса. Хотя, казалось бы, и тут, и там, тягучее, плавное повествование, с минимумом диалогов. Но нет, Маркеса читать приятно, мне импонирует его слог, его сюжеты, его герои.
Книга о любви? Конечно! О всех ее проявлениях. О любви вечной, через всю жизнь. И о любви плотской, мимолетной. Любовный треугольник, где у каждого своя роль, у каждого своя жизнь.
Флорентино Ариса – по моим ощущениям именно он главный герой этой книги. Этой любви. Сохраняя моральную верность Фермине Даса, он вел список своих плотских утех. И насколько чист он был в своей любви к ней, настолько «грязен» в делах постельных. Да, если это устраивает двоих, то ничего страшного. Но все же, именно его образ никак не вязался у меня с изменами, замужними женщинами, а самое главное с Америкой. Было ли это каким-то лицемерием? Нет. Это просто жизнь. Его жизнь.

Хувеналь Урбино – мне так понравилось как описывались их отношения с Ферминой. Эти трогательные стариковые традиции, когда ты знаешь как стоят его тапочки и каким мылом он моется. Но была ли любовь? Вот в чем вопрос. Сначала я бы ответила – да, а к концу романа засомневалась.

Фермина Даса – гордая, неприступная. Кого любила она в своей жизни? Мужа, с которым прожила столько лет, или свое первое увлечение, кому писала письма, от кого ждала весточки, посылала свой локон?

Маркес описывает порой вещи, которые, казалось, читать не приятно (запах стариков, дряблые тела), но вместе с тем, понимаешь, что «любви все возрасты покорны», и нет в этом ничего стыдного. Зачем они ждали 50 лет? Любила ли все это время Фермина Даса Флорентино Арису? Наверно, и не нужны ответы на эти вопросы, если в конечном счете, они вместе, они счастливы, даже несмотря на возраст, на упущенное время и на то, что впереди так мало…

Но были в романе такие подробности, которые меня, кхм, потрясли. Например, женщина, которая сосала соску во время секса. Или как они ставили друг другу клизмы. Ох и затейник был этот Габриэль )))

Понравилось чуть меньше, чем "Сто лет одиночества", но книга не менее достойная. В чем-то, хотя и косвенно, ее идеи пересекаются с "Чумой" Альбера Камю, а это произведение мне очень-очень нравится. В любом случае, эта книга читается на одном дыхании. На время ее прочтения забываешь обо всем, что происходит вокруг тебя.

Знаю, что книга эта издавалась еще в СССР, как подчеркивающая революционные идеи. Ну я бы так не сказала... рожденная в 1994, уже после распада этой огромной страны, я смотрю на эту книгу глазами человека из 21 столетия и вижу завораживающее хитросплетение магии и реальности. "Магический реализм"... особое направление латиноамериканской литературы, заворожившее весь мир... Вы еще не читали Маркеса? Тогда самое время начать! Вы не разочаруетесь!

Масштабный роман о любви, браке, судьбе, жизни и смерти. О прозрачной нравственности и тотальной безнравственности. О мечте, о жадности и ненасытности чувств, о подлости и духовной опустошенности и пустоте. Об искренности чувств и беспринципной, ошеломляющей лжи.
В целом роман произвел тягостное впечатление. Неприятен главный герой. Несмотря на все его головокружительные успехи и в деловых, и в личных сферах, он жалок, пуст, неинтересен, порой просто омерзителен. Эти ощущения не покидают меня на протяжении всего повествования. Так ли он самозабвенно любил женщину своей мечты, или просто зацепился за своё чувство к ней, будучи дерзко отвергнутым и не имея возможности занести её в коллекцию своих побед? Его упорство в чувствах к ней вызывает у меня не восхищение, а раздражение. Я бы сказал тут как Станиславский: не верю!
Несмотря на поднятые автором многие вопросы морали, нравственности, вечные вопросы скоротечности жизни, проблемы личной жизни и взаимоотношений, я не поставил высокую оценку книге, потому что мне она показалась всё-таки несколько поверхностной, скорее повествовательной, чем философской. Может быть это особое мастерство — поднять проблему и не акцентировать на ней внимание, мол, думай далее сам, читатель. Но такое идёт в разрез с моими предпочтениями. Я ищу в книгах диалог с писателем, жажду его трактовок и умозрительных впечатлений, а не жду простого поднимания ила со дна человеческих чувств и страстей. Всю книгу ждал чего-то значимого со стороны автора, но так и не дождался, даже конец показался каким-то бледным, невыразительным, как оборванный конец шпагата...
Отдельно хочу сказать о моём личном очень тяжелом восприятии латиноамериканских имён. Хотелось лезть на стену из-за того, что имена совершенно не интуитивно воспринимаются, слышалось обратное звучание мужских и женских родов, постоянные двойные/тройные имена-фамилии, они перемешивались и повторялись, просто дремучий лес какой-то. Тут, конечно, Маркес не виноват, мы просто живем на разных концах планеты, отличия в этой части наших культур и языков разительны. Просто это очень усложняло общее восприятие произведения. Пришлось распечатать себе шпаргалку с именами героев книги, принудительно их зубрить, это было безумно сложно, и так до конца книги я их все назубок и не выучил!

О том, что Маркес великий писатель, узнала много раньше, чем о том, что не мой великий писатель. Книги в СССР были дефицитом и к тому времени, как получила возможность лично спознаться с "любимым романом шахматистов", по уверению первого мужа, успел развалиться не только Союз, но и мой брак. "Сто лет одиночества", однако купила при первой возможности, вон она и теперь стоит на полке, черненькая, рядом с "Островом пингвинов" Франса (которого так ценили герои Маркеса и, надо полагать, сам писатель) в серии "Нобелевская премия в литературе". Но в отличие от Франса, которого без особого восторга еще в девичестве одолела (и даже "Восстание ангелов") Габриэля нашего Гарсию не смогла.

"Это несовместимо с жизнью", - подумала после первых пятидесяти страниц, захлопнула и больше уже не возвращалась. Мне вчера сказали MelkijParazit , что надо было сто прочитать, а потом оно как по маслу пошло бы. Могет быть-могет быть, но тема ребенка, заживо сожранного муравьями, пока папа предается фирменному "соледад" в ближайшей рыгаловке, как-то не добавляет энтузиазма и решимости эту сотню одолеть. Просто не мой писатель, хотя и великий. И за всю жизнь одну только еще его вещь прочла, "Похороны великой мамы", и не решилась бы на что-то больше, когда бы ни аудиокниги. А точнее - аудиокниги в исполнении Игоря Князева.

Нет, нобелиант не стал, как по мановению волшебной палочки, моим писателем. Но некоторые микронные сдвижки восприятия случились и хорошая умная сильная книга смогла войти в ум и сердце, минуя внутреннее органическое сопротивление. Что уже хорошо. Это любовь. И все-таки, наверно не во время чумы, а во время холеры, вот и испанская обложка, которую использую для иллюстрации, со мной согласна. И это не какая-то невероятная пасьон мортале, вспыхнувшая во время эпидемии, как можно было бы заключить из русского названия, но долгоиграющая романтическая привязанность. Такая же бесконечная, как непреходящая угроза помереть от холерной бациллы в этом парадизе, который природа и люди позаботились сделать почти таким же несовместимым с жизнью, как проза Маркеса.

Они встретились юными и он мгновенно полюбил ее. А она его нет. И он добивался взаимности пятьдесят три года - время, за которое она успела выйти замуж и прожить наполненную яркую жизнь. И он прожил в каком-то смысле наполненную и яркую, даже во многих смыслах, если считать шестьсот девяносто три любовных связи, запротоколированные им в дневниках (и это не считая мимолетных перепихонов со случайными партнершами). Ну вот, они заслужили свое закатное счастье и станут наслаждаться им, посреди загаженной реки, по которой время от времени проплывают раздутые трупы.

У него в анамнезе одна сошедшая с ума партнерша, одна, потерявшая голову (нет, в буквальном смысле - муж отрезал опасной бритвой, увидев неосторожно оставленный им след); одна, совершившая ради содействия его карьере столько мерзостей, что это состарило ее прежде времени и одна лолита, покончившая с собой, после того, как он ее оставил. Ничего так списочек, да? А у нее только ослиное упрямство и невероятная самоуверенность, которая позволяла держать осаду сколь угодно долго, не заботясь, что ухажеру это может наскучить и он махнет рукой Ну, может поэтому Маркес и не мой писатель.

И еще по идиотической привычке всякий раз при упоминании персонажа величать его полным именем. Как будто недостаточно просто имени или личных местоимений не существует в испанском языке (я точно знаю - существуют: эль, эйя). Как будто по страницам книги расхаживают стада Флоренино и Фермин, и нужно непременно пристегнуть к имени фамилию, чтобы не запутаться самому и не запутать читателя. В русском варианте это выглядело бы, как: "Пал Никанорыч Зюзиков думал пойти на кухню, но тут Павлу Никанорычу Зюзикову пришло в голову, что не смыл за собой в туалете, и он вернулс, и довершил начатое, со всем тщанием нажав на кнопку, венчающую эмалевый бачок". Ну, вы понимаете. Но может ему за количество знаков платили, Маркесу, тогда понятно.

А так книга прекрасная, настоящая энциклопедия любви. Всех возможных ее проявлений. И очень афористично. И любви ведь, на самом деле, нет заботы до того, куда катится этот мир, какие горести и боли терзают его. Все как есть правда и внутренняя логика повествования безупречна. Потому Маркес и великий писатель.

Две болезни со сходными симптомами. Две болезни, завидев которые, надо поднимать флаги, слать сигналы бедствия, одновременно отдаляясь от объекта заражения.
Отчего-то рассказ начинается не с главных действующих лиц, а с некоего господина, что определил, будто пережить 60 лет и продолжить медленно продвигаться на встречу смерти - неприлично, в ее объятия стоит прыгать весело и с разбегу. Этот господин то ли во имя отличия, то ли желая иметь что-то свое, непопранное, незатасканное, как чувства проституток в публичном доме, что при денежном недостатке можно подсмотреть через щелочку, имел полузапретную связь с некой мадам, что во имя Чумы помогла отправиться ему на свидание со смертью. Собственно, вместе с кончиной господин исчезает из сюжетной линии. И скажу я Вам, пропускает много интересного.
Флорентино Ариса решает поступить наоброт. Коль из гордости, неприступности и глупости не вышло соединить сердца в юности, можно подождать до старости. а в это время мучительно, сладострастно убивать в себе сердце, консервировать его, подавая жалкие крохи любви до лучших времён.
Клин клином вышибают. Любовь лечится чередой половых связей, что даруют иллюзию обладания.
Хорошо, когда есть чего ждать. Когда можно успеть свидеться на этом свете. Такая больная, заразившая окружающих любовь просуществовала более 50 лет, обгладывая в ожидании предсмертного пиршества худосочные косточки.
Многие не понимают как мог Флорентино вычеркнуть из памяти Америку во имя часов блаженства с Ферминой. Уверены ли Вы, что после ожидания длиной в 50 с хвостиком(с хвостищем) лет (не всем удается столько прожить), чья-то смерть Вас остановила бы? Выигрывает тот, кто остается в живых!
Фермина Даса - собственно, источник заражения, последствия которого не мог излечить даже прославленный врач, весьма своеобразна. Ее портретная характеристика не дает представлений об искусе поддеривать свою чуму. Чумой, правда, заражаются весьма хаотично, достаточно мимолетного столкновения с воздушным пространством (единым для доктора, Фермины и Флорентино). Чума жестока! Она косит всех, кто случайно попал в зону заражения (Америка). Однако...Пережить доктора из упрямства - достойный похвалы поступок.
Любовь здесь не приукрашена розами, трупы, плывущие по реке любви отнюдь не благоуханны, от такой любви шарахался бы даже Петрарка. Она - сама Жизнь, безобразная, величественная, желанная, сладостно-мучительная, с элементами мазохизма, что именуются инстинктом самосохранения и единственным вектором - Смерть.
Какова мораль сей басни? Почему-то не желают стираться начальные строки повествования, отчего кажется, что это не гимн любви, а насмешка над любовью, что переросла в абсурд, потому достойным является самоубийство "не по любви" (не по любви ли?) или же ловля попугаев в почтенном возрасте с последующей встречей с Костлявой.
Эта книга должна была нравиться Маяковскому!

Если бы я не читала и не была горячей поклонницей «Ста лет одиночества», исследованной в свое время вдоль и поперек, есть вероятность, что «Любовь…» стала бы для меня открытием. Но не стала.

Ощущение дежавю, повторения пройденного с каждой страницей усиливалось и не покидало. И еще какое-то противное ощущение – выпячивания этой самой магии и того самого реализма, стремления «дотянуть» до шедевра, держать планку и быть все тем же Г.Г. М.

Те же абсурдные ситуации, те же чудные «нерусские» имена, те же зубодробильные характеры, те же проблемы, которых не случается в реальности. Короче, я принимала эту книгу как сироп от кашля – по глоточку, по странице, иногда думала, что уже втянулась, но вот нет. Герои казались сплошь дураками, а если не дураками – то картонными фигурками, нарезанными из обложки «Ста лет одиночества». Избавиться от наваждения не удалось.

Макондо форева.

Флорентино Ариса влюбился в Фермину Даса как только ее увидел. Он начал свои ухаживания, несмотря на все сложности. Долгое время молодые люди обменивались письмами, но внезапно Фермина решила, что Флорентино ей не подходит и вышла замуж за доктора Урбино - более состоятельного мужчину.
И это был не спойлер - книга начинается со старости главных героев - нас знакомят с четой Урбино, а затем рассказывают историю молодости Фермины.
Главные герои не вызвали у меня особой приязни. Фермину я не поняла: иногда она упрямо принимает решение и держится его, а иногда, точно с тем же упрямством, разворачивается на 180 градусов и начинает двигаться в противоположном направлении. И не сказать, чтобы она была ветренной, или, наоборот, долго размышляла, строила планы и тщательно выбирала путь. Ее душа осталась для меня загадкой. Доктор Урбино - он просто есть, непримечательный, без характера, хотя у него шикарная репутация и огромное уважение в обществе. Флорентино - он решил, что не женится ни на ком, кроме Фермины. И все бы хорошо, только большая часть книги посвящена его любовным похождениям с различными дамами.
Ариса всю жизнь прогонялся за призраком женщины, которую сам себе и выдумал - ведь он едва ли перекинулся с Ферминой и парой слов. Все эти беспорядочные любовные связи... А если бы Фермина не отказала ему, изменял бы он ей? Сама Фермина, прожив много лет в браке не понимает, был ли это счастливый брак. С другой стороны, не появись Ариса вновь на горизонте, возможно, она бы об этом и не задумалась.
Книга мне поначалу понравилась, финал тоже замечательный. А вот серединку можно было бы и выкинуть или хотя бы сократить. Жизнь Арисы довольно скучна и уныла, за его любовными победами не интересно следить. Мне кажется, хватило бы и одного-двух эпизодов для понимания картины.
В целом, идея вроде и неплохая, но есть вопрос к Арисе, а стоило ли оно того? Или можно было бы прожить свою лучшую жизнь довольствуясь тем, что есть, а не гнаться за идеей, которую вбил себе в юности. Романтичной книгу я не могу назвать - ведь скольким девушкам Ариса разбил сердце, ради удовлетворения своих страстей, даже если и сумел пронести через всю жизнь любовь только к одной Фермине.