Отзывы о книге HHhH

Рейнхард Гейдрих был протектором Богемии и Моравии, главным идеологом Холокоста. Его называли пражским палачом и мозгом Гиммлера. В июне 1942 года на Гейдриха было совершено покушение – не совсем удачное с технической точки зрения, но цель была достигнута. Операция называлась «Антропоид». Её исполнители – словак Йозеф Габчик и чехи Ян Кубиш и Вальчик – стали национальными героями.

Лоран Бине рассказывает не только о покушении, но и о восхождении Гейдриха по карьерной лестнице и его окружении; о массовой казни в природном овраге Бабий Яр; о «матче смерти» между киевской футбольной командой и немецкой в 1942 году; о сносе статуи Мендельсона, еврея по национальности, с крыши здания Оперы; о судьбе жителей деревни Лидице, на которых нацисты выместили злость за убийство Гейдриха, а также семей, помогавших Габчику, Кубишу и Вальчику.

По форме это скорее документальная проза, чем исторический роман, что для меня – существенный плюс.

Я вообще сторонница сухого изложения исторических фактов, без эмоциональной оценки, когда читателю оставляют право самому проанализировать предлагаемую информацию и сформировать мнение – своё, а не заглатывать точку зрения автора, каким бы «экспертом» он не был. И по большей части Бине всё-таки дарует подобную роскошь: приводит разные версии случившегося, указывает на отсутствие точных данных и т.п.

И даже рефлексии аккурат после попыток воссоздать диалоги мне сначала нравились: автор честно признавал, что всё это – художественный вымысел; разжёвывал, почему этот разговор мог быть именно таким. Это подкупало. Но вскоре стало бесить.

Вызывали негодование и бесконечные отступления. Вам, конечно, интересно, когда у Бине возникла идея написать данный роман? Бесспорно. А сколько у него было подружек, как их звали и в какой период работы над книгой они расстались? А отношения с отцом? Не беспокойтесь, вы на все вопросы получите ответы – и даже больше. Конца-края нет этому потоку личной информации. И это – главный существенный минус, на мой взгляд.

Кроме того, Бине приводит другие художественные произведения, затрагивающие в той или иной мере предмет его исследования, – и активно критикует их. Больше всего, как я понимаю, досталось «Благоволительницам» Литтелла. Правда, редакторы оставили только две небольшие главы, остальное было позже опубликовано в виде отдельной статьи. Спасибо им, конечно, но, с моей стороны, автору это очков не добавляет. Многие его пассажи отдают высокомерием:

…Но правдоподобное не значит достоверное. Или я не прав? Когда я говорю об этом, меня считают за психа. Люди вообще не видят проблемы

Отчасти он, конечно, прав, но форма подачи оставляет желать лучшего. По-моему, если считаешь, что всё написанное на твою тему – откровенная кака, напиши свой идеальный роман, а не поливай грязью других.

При этом, учитывая скрупулёзность исследований Бине, обескуражил отрывок из чешской газеты «Либерасьон» от 6 сентября 2006 года, который автор выделил в отдельную главу и оставил без каких-либо комментариев:

Интернет-сайт, созданный для чешских подростков, чтобы заинтересовать их историей деревни Лидице, полностью разрушенной нацистами в июне 1942 года, предлагает интерактивную игру «Сжечь Лидице за самое короткое время»

Вот как оценивать этот вырванный из контекста текст? У меня вывод напрашивается только один.

И, слава богу, что сотрудники издательства (нашего или французского – не знаю) вставили сноску по этому поводу:

<….> Ставка делалась на то, что интерактивная игра «Сожги Лидице» привлечёт их внимание к отечественной истории. Правила придумали довольно простые: выигрывает тот, кто пройдёт квест за наименьшее время и наберёт больше очков, начисляемых за то или иное действие (за убийство чеха, например, 50 очков). Но как только игрок, прочитав правила, кликал на «Начать игру», у него на мониторе возникал вопрос: «А ты вообще-то понимаешь, что делаешь? Это не игра, это реальность! Лидице давно сожжена дотла!» – и тут же давалась ссылка на сайт, посвящённый трагедии <….>

По-моему, разница существенная. Только как мог позволить такое столь деликатный к достоверной подачи информации Бине, в голове не укладывается. А сноски, между прочим, не постраничные (ещё один минус – уже издательству), а послетекстовые. Велика вероятность, что читатель просто не полезет в конец книги смотреть, что же по этому поводу думал редактор.

Вызвала оторопь и форма повествования, касающаяся попытки нацистов арестовать Габчика, Кубиша, Вальчика и других членов «Сопротивления», скрывавшихся в пражской церкви Кирилла и Мефодия. Буквально: идёт число, месяц, год (2008!) и подробности осады – в настоящем времени. Сначала я решила, что это некий авторский приём, использованный им для большей реалистичности: будто Бине – участник или наблюдатель тех событий, в те же дни, пусть и 2008 год на дворе. И я считала эти дни – получалось больше десяти! Мучил вопрос: как они смогли продержаться так долго?! Оказалось, что осада продолжалась всего несколько часов! Короче, даты – это просто дни, когда Бине написал именно этот кусочек текста. Зачем он их приводит? Кажется, чтобы набить себе цену. Там перед всем этим был длинный пассаж о том, как ему трудно далось написание последующих глав.

В общем, книга довольно стоящая и познавательная – для меня, по крайней мере. Но безмерное эго автора подпортило впечатления.

История операции "Антропоид" для меня стала наглядной демонстрацией эффекта Баадера-Майнхоф. До недавней поездки в Прагу Гейдрих был для меня лишь очередным именем из длинной вереницы нацисткой верхушки Гитлер, Гиммлер, Геббельс, Геринг и т.д. Но прогуливаясь по набережной Влтавы в поисках Танцующего дома, мы свернули на Ресслову улицу, где находится Кафедральный Собор святых Кирилла и Мефодия, с испещренным пулями узким окном и мемориалом погибшим участникам операции. Мое невежество тут же было ликвидировано посещением музея и странички на Википедии, а по возвращении домой я случайным образом наткнулась на неплохой фильм "Антропоид" 2016 года. И вот теперь на эту книгу.

Человек, более-менее знакомый с историей, вряд ли найдет в ней много нового, но тем не менее книга по-своему хороша, хотя и немного сумбурна. Сам автор определяет жанр как инфрароман:

То есть это рассказ, который подается как роман, но романом не является, поскольку не переходит границу того, что составляет суть романа, что делает роман романом – выдумку. Я стараюсь рассказывать так, как если бы это была фикция, но это – подлинная история. А настоящую историю я преподношу как роман.

Несомненно, эта книга в первую очередь о Гейдрихе, причем не о личности, а по большей части исторической роли, которую он сыграл во Второй мировой войне и формировании идеологии Холокоста, и как следствие важности его ликвидации.

Гейдрих был намного важнее как номер второй, чем Гиммлер как номер первый.

Сам Бине заявляет, что книга для него очень личная, и он делает себя полноправным действующим лицом, подробно излагая свои размышления об описываемых событиях. Многие видят в этом недостаток, но лично мне понравилось и то восхищение, с которым автор описывает подвиг чехословацких парашютистов, и то, что он зачастую отклоняется от основной истории и описывает не относящиеся к ним напрямую события, о которых тем не менее не может умолчать – как, например трагические события в Киеве - Бабий Яр и Матч Смерти.

А еще, автор так яростно критиковал "Благоволительниц" Литтела, что я еще больше захотела прочитать их и узнать, обоснованно ли. "HHhH" мне определенно понравился.

Итак, "великое исследование", "инфра-роман" прочитан. В 2 отрицательных и 4 нейтральных рецензиях уже высказано большинство справедливых претензий. Добавлю свои ложечки дегтя. Бине придает слишком уж большое значение покушению на Гейдриха в рамках Второй мировой. Не скупится на эпитеты, подчеркивая при этом и значительность своего труда. Никаких особых исследований ему проводить не пришлось, само событие раскатано и разложено по полочкам давным-давно. Однако он пыжится изо всех сил. Уже на первых страницах мы видим явное лукавство, автор упоминает прочитанную в детстве "Историю гестапо" Ж. Деларю, в которой пражский аттентат расписан если не подробно, то достаточно информативно. Но, спустя страницу, он отмечает, что "первые подробности" он узнал от словацкого помощника атташе в 1996 г. К делу не относится, однако на тех же первых страницах Бине походя пинает чешского теннисиста Ивана Лендла, кумира моего детства, что сами понимаете, никак не добавляет моей приязни к французу))) Пинает он и автора"Благоволительниц", неумно и бессильно. Литтелл крут и очарователен, он поработал в "горячих точках", знает, чем пахнет кровь и смерть. История написания его главной книги, хоть и не вставленная в роман, а может, придуманная пиарщиками, с ящиком виски в номере отеля, куда более интересна, чем многолетние потуги Бине поймать кайф "меж двух времен". Сам-то метод хорош и продуктивен, но не в данном случае. Идеальное воплощение - у Льва Данилкина с его пятилетним титаническим ленинским квестом. А тут... претенциозное, напыщенное, малоинформативное чтиво.

Эта та книга, которую я очень долго и очень сильно хотела прочитать, но в итоге принесла она мне скрежет зубов во время прочтения. Период Третьего рейха и Второй мировой (вместе с ВОВ) войны – время, масштабы ужасов которого очень трудно уложить в голове, даже если ты искренне пытаешься это сделать. Столько убитых, столько героев, столько предателей, что грани начинают стираться, а нам в нашей сытой и нормальной жизни это и представить сложно. И поэтому книги о войне, разные книги, документальные и не очень, автобиографии, воспоминания, свидетельства, романы с разной степенью вымысла. И тут на сцену выходит Лоран Бине – в белом пальто. Потому что он молодец, а все остальные дураки и неправильно все делают.

Лоран Бине рассказывает, как его захватила История с ее отдельной историей – покушением на Гейдриха. Как он начал буквально жить этим, собирать материалы, мучиться тем, как все это изложить на бумаге. Он рассказывает о главном городе этого события – Праге, но заодно и о других. Он рассказывает о своих девушках, о материалах, о том, где и как он собирал кусочки. И понемногу вкрапляет события, которые привели к покушению на Гейдриха, становление этого одного из главных деятелей Третьего рейха, его личную жизнь и жизнь общественную, деятельность фашисткой Германии, судьбу Чехословакии, историю Чехии, историю Праги, местность Праги, расстрелы и убийства, позорное поведение политиков... Видно, хорошо видно, как он болеет этой темой. Но он настолько ей болеет, что его болезнь занимает больший объем книги, чем сама книга. Выбранный им способ вести повествование оригинален, я не спорю, он рассказывает нам о своих творческих муках, но это были и мои муки с этим текстом. То он вдруг через 10 страниц сам себя поправляет, то он ничего не нашел про того или иного, но в сносках об этом человеке все же дается информация, то есть Бине не нашел, а издатель нашел, то в сносках информация уточняется или вообще опровергается, при этом основной посыл автора состоит в том, что он ничего придумывать не будет, а если будет, то честно об этом скажет. И поэтому автор рассказывает нам половину книги, какие все остальные написали неправильные книги и сняли неправильные фильмы. Мерседес был черным (ну или темно-зеленым, потому что вон в той книге все вроде правильно, значит, может быть и это правда, но все остальные врут-врут), и автор не будет говорить за других, но я все равно его на этом ловила. И это было бы ничего, тяжело написать роман, не сказав что-то от себя, но если ты говоришь, что не будешь этого делать, причем посвящаешь этому огромное количество страниц, но все равно делаешь.

И в итоге я не смогла эту историю принять близко к сердцу. И попытка воздать должное героям и рассказать о бессердечности Гейдриха, как мне показалось, оставила за скобками многие детали. Спасибо Бине за то, что он вспомнил тех, кто помогал парашютистам, но я бы, наверно, лучше прочитала что-то другое по этой теме. Например, Мирослав Иванов - Покушение на Гейдриха , где приведены показания и рассказы тех, кто помогал, и на эти показания часто ссылается Бине. В общем, не увидела я гения в этой книге. Увидела одержимость рассказать так, как хотелось бы автору, с душевными терзаниями, которые затмили для меня суть и смысл.

Книга необычного жанра - роман-эссе. Скорее документально-публицистическая, чем художественная проза. Аббревиатура в названии - это акроним немецкой фразы "Himmlers Hirn heißt Heydrich", "Мозг Гиммлера зовут Гейдрих". В основе романа лежит история убийства обергруппенфюрера СС Гейдриха в Праге двумя подготовленными в Лондоне диверсантами, Йозефом Габчиком и Яном Кубишем. Итак, что будет, если взять драматичную и захватывающую дух историю и отдать её на растерзание зануде-постмодернисту? Первую треть романа автор описывает, как к нему пришла задумка романа, как он проводил исследования, почему обращал внимание на какие-то определенные эпизоды, перемежая это своими размышлениями о жизни и писательстве вообще. Потом постепенно и помалу начинаются краткие исторические вставки: реальные события и биографические сведения, пересказанные в художественной форме. Немного о биографии Гейдриха, немного об оккупации Чехословакии и о реакции на это европейских политиков, немного о том, что пришлось перенести жителям оккупированных стран. И, конечно, не получится не рассказать о массовых убийствах и жестоких расправах. Тема оправданности политических убийств не затронута, это скорее пафосный гимн героизму и мужеству, а также возвышенные признания в любви к Праге и чехам (и к славянским девушкам). Интересный факт: при первой публикации романа издатель исключил из него 20 страниц критики в адрес "Благоволительниц" Литтелла. И только позже, когда "HHhH" также получил Гонкуровскую премию и был издан в Европе и США большими тиражами, эти страницы были опубликованы отдельно. Очень, очень едкие страницы: лавры Литтелла явно не давали Бине спокойно спать ночами.

Очень плохо. Бине написал огромную книгу самовосхваления и самовосхищения. 50% книги – растянутый и размусоленый пересказ википедийных сведений о Гейдрихе. Остальные 50% – рассказ Бине о том, как он писал эту книгу, примитивная критика других книг и фильмов о Гейдрихе (целую главу автор посвящает обругиванию «Благоволительниц» Литтелла) и бессмысленная вода. Ничего нового о Гейдрихе вы не узнаете, если читали вики и смотрели какой-нибудь нормальный фильм типа «Операции «Антропоид». Зато узнаете много нового о Бине, его тёлках, духовных метаниях и шмотках, которые он носит. За что тут дали Гонкур – загадка. 1/10.

Книга, которая этой осенью побывала со мной в трёх странах и выдержала 2 авиаперелёта, поезда и автобусы. А сколько всего выдержали и пережили герои этой книги с октября 1941 года по май 1942… На книгу я смотрела давно, заинтриговали четыре латинские буквы “H” на яркой обложке. Аннотация нисколько не уменьшила интерес к книге, потому что я люблю историю Третьего рейха. Оказалось, что за аббревиатурой HHhH скрывается немецкая присказка Himmlers Hirn heißt Heydrich — Мозг Гиммлера зовется Гейдрихом. Французский писатель Лоран Бине написал роман об операции “Антропоид”, целью которой была ликвидация Рейнхарда Гейдриха, начальника Главного управления имперской безопасности Третьего рейха. Не спойлер, а лишь исторический факт, что операция удалась. Пусть не так, как задумывалась изначально, но всё же. Гейдриха считали одним из самых опасных людей в Рейхе, поэтому от успеха этой операции зависело многое. Словак Йозеф Габчек и чех Ян Кубиш стали национальными героями Чехии. Книга написана в необычной форме: автор рассказывает о том, как её писал. Проводит читателя по всему пути сбора материала и написания книги. И параллельно выкладывает собственно историю покушения на Гейдриха. Очень интересный приём, который даёт вместе с автором радоваться находкам, которые появлялись в процессе создания романа. Но где проходит тонкая грань между документальным и историческим романом? Насколько достоверным должен быть Бине в своём тексте? В этой книге так много рефлексий автора над собственным творчеством, что многие читатели посчитали недостатком. Мол, нарцисс, пишущий на серьёзную тему и постоянной забывающий, что о ней пишет. Для меня же этот громкий авторский голос был плюсом и возможностью делать хотя бы небольшие передышки в этой страшной истории. А Бине и не обещал, что сейчас читателя ждёт основательное документальное исследование. Он просто написал книгу на интересующую его тему и прожил эту историю вместе с её героями. Дебютный роман Бине был удостоен Гонкуровской премии, а у меня на очереди еще одна его книга — “Седьмая функция языка”, и я надеюсь, что это будет так же увлекательно.

«Himmlers Hirn heißt Heydrich» — «Мозг Гиммлера зовется Гейдрихом», весьма распространенная поговорка времен Третьего Рейха. Рейхард Гейдрих — обергруппенфюрер СС, начальник Главного управления имперской безопасности, и.о. Рейхспротектора Богемии и Моравии, один из инициаторов Холокоста, и прочая, прочая, считался чуть ли не самым страшным человеком в кабинете Гитлера и был убит двумя отчаянными парнями в Праге, в 1942 году. Именно это событие легло в основу романа Лорана Бине, получившего Гонкуровскую премию.

Стилистика романа весьма необычна — это роман-эссе, в котором объединены художественная интонация и историческая достоверность. Бине дополняет текст воображаемой возможной правдой, получается вполне правдоподобно, но, автор настаивает, не достоверно. Никто не может знать, что чувствовал и думал в момент покушения Гейдрих, проносилась ли у него перед глазами вся его жизнь, Лоран Бине, опираясь на имеющиеся достоверные факты, может только предполагать и домысливать детали происходящего. Сам автор является полноценным героем романа — он присутствует на каждой странице, читатель получит возможность пошагово узнать как создавалась книга, которую он сейчас держит в руках, составит неплохое представление о личности автора, узнает о том какие книги он читал и какие фильмы смотрел во время работы над романом. Что касается самого покушения на Гейдриха, тема раскрыта досконально и даже больше. Бине проследит за Рейхардом с рождения и до самого рокового дня, подробно изложит его биографию и путь по карьерной лестнице, не обойдет вниманием тяжелые страницы истории Чехословакии, и, конечно, обязательно расскажет о массовых убийствах и кровавых расправах. Об исполнителях покушения, Габчике и Кубише, автор тоже не забудет. Так как главное событие романа произойдет в Праге, а Лоран Бине поистине влюблен в столицу Чехии, то этого славного города на страницах романа будет очень много — тут вам и историческая справка, и рассказ о главных достопримечательностях, и многочисленные легенды.

Очень добротная история, несмотря иногда на некоторую занудность автора. Безумно захотелось прочесть тех самых, так ужасно возмутивших Бине своей абсолютной художественностью и вольным обращением с фактами, «Благоволительниц» Литтела. Кстати, уже готовится экранизация романа, где в роли Гейдриха мы увидим Джейсона Кларка, да-да, того самого Джона Коннора из последнего «Терминатора», а в роли Лины Гейдрих — саму Розамунд Пайк.

Случайная цитата: Мертвые мертвы, и мертвым совершенно все равно, воздадут им почести или нет. Зато для нас, для живых, это кое-что значит. Память абсолютно бесполезна для тех, кого она чтит, она служит тому, чья она. С её помощью я упорядочиваю свою жизнь, ею я утешаюсь.

Сложная для оценки книга. С одной стороны, документальный роман в духе соцреализма о подвигах героев Второй мировой, только написанный трепетным, немного сентиментальным человеком. С другой стороны, внутренний монолог, где личные воспоминания, переживания, ощущения сталкиваются с голосом Истории. Одновременно читателя погружают в "кухню" создания романа, авторские метания по поводу адекватности тех или иных литературных приемов. Роман не вполне французский. Любовь к автобиографическим вставкам - плод влияния американской литературы. Сам текст дышит восхищением перед Прагой, любовью к ее площадям, улочкам, храмам, неравнодушием к красоте славянских женщин. Духовная связь с Чехией вызвала желание "поквитаться" на бумаге с палачом народа и в очередной раз напомнить о подвиге парашютистов, присутствии духа и мужестве. Существенным минусом являются некрасивые стрелы в адрес коллег-писателей: Кундеры, Шмитта, Литтелла. Для разбора чужих произведений существует жанр критических статей.

Binet has perhaps opened up a new kind of historical book—one where the author’s conflicts and opinions and neuroses about history are intertwined with the events themselves—for history as emotive as this, these perspectives and internal conflicts are a fascinating rush of human insight. Возможно, Бине открыл новый вид исторической книги - той, в которой авторские противоречия и мнения и невроз о истории переплетён с самими событиями - для такой эмоциональной истории, как эта, эти ракурсы и внутренние конфликты - захватывающий порыв человеческого понимания. MJ Nicholls, goodreads.com

Главная проблема книги Лорана Бине «HHhH», принесшей ему славу и Гонкуровскую премию в номинации за лучший дебют, — это авторское самолюбование. В самолюбовании как таковом — особенно ироничном (а Бине весьма ироничен и рефлексивен) — нет ничего ужасного, но в данном случае оно выглядит несколько неуместно. Пожалуй, все же не стоит кокетничать и поправлять перед зеркалом грим, рассказывая о событиях эпического масштаба — страшных, героических и величественных. Галина Юзефович

  У меня почти так всегда получается - прочитаю хорошую книгу, посмотрю рецензии, увижу, что всё уже написали до меня - желание что-то написать своё переплетается с желанием не быть при этом "капитаном Очевидностью" - второе желание часто оказывается решающим, чтобы я ничего не написал. Но всё-таки ещё чаще случается так, что затем мне попадается что-то такое, от чего я нахмуриваюсь, читая - это чужие мнения, не совпадающие с моими. И хмурюсь я не из-за того, что читатель мыслит иначе, а от того, что порой он делает настолько очевидные (для меня) ошибки, читая которые я понимаю, что пора мне снова надевать супер геройский костюм капитана "ГлупыеКритики!". В этом мало приятного, потому что критики - они же Критики! а я - кто? Чувак с красным человечком на аватаре? Но сам же себе отвечаю, что на Лайвлибе все "чуваки с какими-то аватарками", поэтому как бы норм.

  Уже второй раз на этом сайте я пишу рецензию из-за того, что "подгораю" из-за мнения Галины Юзефович. Читатель может решить, что у меня к ней какая-то неприязнь - абсолютно нет и в то же время - абсолютно да, потому что я отношусь к ней не как к обычному читателю, а как к литературном критику. Считаю, что огромная ответственность лежит на плечах этих людей, потому что кто бы что не говорил - но пока ещё мнение литературного критика чего-то да стоит и всё ещё может оказывать прямое влияние на окружающий мир. Дело в том, что печально часто мне встречаются такие критические опусы, в которых точка зрения критика лежит в плоскости самого простого пути - по моему мнению непозволительного для профессионального читателя: очень просто зацепиться за самый большой недостаток(и), и построить свою рецензию, опираясь на него, тем более, когда этот недостаток явный и действительно присутствует. Но когда это не недостаток книги, а неверно выбранная точка опоры для критики, которая отсекает на плоскости вариантов прочтения текста иногда даже больше половины от того, что в ней присутствует, то как говорил один интернет-мем - "это печально!". Для меня конкретно это печально тем, что мне неинтересно иметь в своём круге общения таких собеседников, которые когда-то читали такую критику и переняли этот опыт на себя - вот и прямая связь того, почему меня иногда (на удивление для меня самого - человека, которого довольно сложно по-настоящему разозлить) злит такая критика. Но ещё больше, чем злость, которая пропадает спустя несколько десятков секунд, она вызывает у меня грусть от того, что раз уж такие "просвещенные" люди так работают с художественными произведениями, то что уж говорить о среднестатистических читателях. На самом деле - мейнстримовая критика - на то и мейнстримовая, что отображает средний срез культурной грамотности общества, но полностью перекладывать вину с критика на общество я бы не стал по очевидным, не требующими моего комментария, причинам.

  В начале рецензии я привел две цитаты - первая - читателя с сайта goodreads, вторая - литературного критика. Удивительно, как профессиональный читатель не заметил очевидной "фишки" книги в контексте мировой литературы и культуры вообще, а читатель с гудридс - заметил. Возможно, тут дело в «Зимней дороге» - я не исключаю, что возможно Леонид Юзефович лучше справился с попыткой художественного отклика на историю, чем Бине. Обобщённо говоря, сегодня любой чувак, имеющий доступ к Google, может найти информацию об историческом факте из разных источников (речь не об их качестве) и слепить из неё художественный труд (а на самом деле так его подредактировать, чтобы антиплагиатом не спалили), затем его отдать издателю. Мне видится, что издать художественное произведение о Второй Мировой войне, обличающее злодеяния фашизма, довольно просто по причине того, что оно хорошо зайдёт в сегодняшний литературный мейнстрим. Основываясь на этом предположении и на том, что написала критик, читатель может сделать ошибочный вывод о том, что ему иметь смысла на полке книгу Бине нет, к тому же любой профессиональный историк, занимающийся "Пражским палачом" или непрофессиональный любитель, серьёзно изучающий Гейдриха, сможет также буквально утопить "HHhH" в критике: тут на самом деле было так, а здесь - вот так, а тут вообще такого не было и так далее. Что значит:

"в самолюбовании как таковом — особенно ироничном (а Бине весьма ироничен и рефлексивен) — нет ничего ужасного, но в данном случае оно выглядит несколько неуместно. Пожалуй, все же не стоит кокетничать и поправлять перед зеркалом грим, рассказывая о событиях эпического масштаба — страшных, героических и величественных"?

Следует ли мне (потенциальному писателю) исходя из этого писать очередную, бессчетную книгу о Второй Мировой войне с "серьёзной миной" на лице? Да такие книги по большей частью никому не интересны, как бы печально это не звучало. Реальными их читателями являются либо историки-профессионалы, студенты, либо отдельные личности, интересующиеся историей "Пражского палача", готовые серьёзно исследовать волнующий их вопрос. Поэтому КПД у книг такого "серьёзного" типа пусть и высокий для отдельных читателей, но ужасно низок для остальных, которые понятия не имеют о том, кто такой "Пражский палач". До знакомства с "HHhH" мои знания о личности Гейдриха равнялись нулю, и лишь благодаря Лорану Бине и издательству Phantom press, а также работе переводчика Наталье Васильковой я хоть что-то узнал об этой страшной странице в истории Второй мировой войны. И самым ярким достоинством "HHhH" является то, что начав его читать, вы уже скорее всего не сможете отложить книгу в сторону, не дочитав её до конца, даже если прочтёте статью на Wikipedia о жизни Рейнхарда Гейдриха и узнаете все сюжетные "спойлеры", потому что Бине буквально заражает читателя своим неподдельным, искренним интересом к истории - вам будет важно и хотеться узнать не голые, "серьёзные" факты - вам будет хотеться узнать о ней через "ироничный, саркастичный" взгляд профана и не профессионала - через взгляд Лорана Бине.

  Но пять баллов книге, конечно, не из-за того, что она меня просветила, ведь иногда один случайно прочитанный пост из тематического паблика ВКонтакте может просветить не хуже, чем профессиональный историк - моя высокая оценка в большинстве своём за то, что:

  1. Книга (как вещь) сделана очень хорошо начиная с обложки и заканчивая последним примечанием. Так получилось, что когда русский перевод "HHhH" был издан, я купил его в тот день, едва тираж пришёл в книжные магазины Москвы, потому что я сам тогда работал в независимом книжном магазине Dodo и расставлял новые книги на полки - в том числе и эту. В тот день я сразу купил её, так как меня зацепили необычное название и красивая, провокационная обложка. Так же хочу отметить достойное качество бумаги, что для меня тоже немаловажно, потому что часто даже бестселлеры издают на бумаге низшего качества (например, книги о Гарри Поттере, когда они впервые выходили у нас в стране - я всегда удивлялся, почему такое плохое качество бумаги). А как же деревья! - скажите вы, на что я с вами соглашусь, но давайте оставим деревья пока в стороне.

  Одна из забавных для меня историй, связанная с этой книгой, сейчас всплыла у меня в памяти, пока я пишу эту рецензию. Спустя небольшой промежуток времени после выхода перевода "HHhH" однажды читатель в магазине - мужчина солидного возраста и внешнего вида, попросил меня посоветовать ему художественную книгу из новинок. Я тут же предложил ему "HHhH", потому что сам уже начал его читать, но когда я стал рассказывать о его содержании, то заметил, что мне не просто это удаётся, потому что, во-первых, я не знал его взглядов на Вторую Мировую войну, а во вторых, я как-то странно себя почувствовал, причём довольно необъяснимо для самого себя пошло: как-будто я пытаюсь "втереть ему какую-то дичь", при этом делая это искренне и добросовестно. И вот в чём причина: дело в том, что художественные книги, написанные на тему Второй мировой войны и их сюжет с "моралью" часто предсказуемы: все знают, что фашисты были плохими, некоторые знают, что не все немцы тогда были фашистами, некоторые знают, что не все немцы, имевшие антифашистские взгляды после войны, на самом деле не сочувствовали Гитлеру во время войны, все знают, что в то же время советская власть жестоко убивала или калечила своих же граждан уже после войны и так далее и так далее. Сегодня феномен истории (особенно для тех, кто не застал в живых родственников, которые могли бы им рассказать о войне из своего собственного опыта) под названием "Вторая Мировая война" превратился в лейбл, в сказку, в миф, в бренд и даже в наклейку для автомобиля. Такие трансформации исторических событий нашли и находят отражение в думах многих людей: "процессы мифологизации и сказкотворчества как неотъемлемая часть способа общества существования с огромным, непрерывным процессом истории; мораль = инструмент; история = инструмент; этимология слова "симулякр" и работы Жана Бодрийяра; экзистенциализм; творчество авторов "Группы 47"; "Небо над Берлином" Вендерса, "Week End" и "Две или три вещи, которые я знаю о ней" Годара; фильмы Фасбиндера; "Рай" Кончаловского; методы работы Энди Уорхола; канал здравого смысла Евгения Понасенкова; Невзоровские среды".

  В общем, как писал Гюнтер Грасс в одном из своих трудов: "это тот момент, когда начинают покашливать в кулачок, прочищая горло, крутить головой, серьёзно хмуриться". Полагаю, что именно из-за этого я так неудобно себя почувствовал, рассказывая покупателю об "HHhH".

  Перечисляя достоинства книги я не могу не написать о том, что меня приятно удивило то, что в книге переводчик Наталья Василькова добавила 346 примечаний, которых нет ни в оригинале (на французском), ни в английском переводе тоже (я проверил). Поэтому уже в который раз меня приятно радует таким профессиональным подходом издательство "Фантом Пресс", когда к переводу они ещё делают справочный аппарат, на чьё отсутствие так часто сетовали русскоязычные критики, когда писали о Пинчоне, например (так почему же сейчас та же критик не написала о том, что переводчик сделала справочный аппарат к книге, когда прежде она печалилась из-за отсутствия оного? очередные двойные стандарты - м? или ещё что-то? мой опыт частой встречи с такими статьями говорит о том, что ответ кроется в дилетантском, поверхностном чтении ради быстрой рецензии и последующей естественно вытекающей из такого чтения обиде критика как и на автора, так и на переводчика). В серии книг, которые были выпущены в сотрудничестве с Додо Пресс: «Лучшее из Майлза» 566 примечаний, из свежего - «Учения Дона Б. Сатиры» Дональда Бартельми - 347 примечаний; к работе Амоса Оза «Иуда» - переводчик Виктор Радуцкий сделал справочный аппарат по кварталам Иерусалима (города, в котором происходит действие). Вот почему издательство "Фантом Пресс" завоевало мою любовь и уважение, о чём не написать я не мог.

  2. Теперь о содержании. Я не профессиональный историк, поэтому ту часть, что касается истории убийства "Пражского палача" я не буду комментировать. Чтение было захватывающим: хоть растянул я его на несколько лет, но с того момента, как я стал что-то узнавать об этой истории, я не перестаю вспоминать её от случая к случаю. И получилось так, что Лоран Бине, который 10 лет (!) писал свою книгу, пытаясь избавится от навязчивой формы невроза, с которым его связала услышанная в детстве история о "Пражском палаче", передал частичку своей зависимости мне - я тоже стал думать об этом историческом феномене, пытаясь как-то встроить его в свою историческую картину мира. И рецензия моя сейчас не об этой картине, и не потому что мне лень писать, а потому что для этого нужно "быть Джоном Малковичем", так сказать, да и не нужно, потому что я всего лишь хочу указать потенциальному читателю, возможно формирующему сейчас своё мнение о "HHhH" на то, что он не о Гейдрихе и в тоже время полностью о нём, он в большей степени о том, как можно в наше время работать с историей и бороться с налётом мифов, сказок и домыслов, которые окружают конкретное историческое событие. Лоран Бине задокументировал свой способ работы с исторической памятью, превратив его в роман, в котором отразился его опыт переживания и интеграции истории о "Пражском палаче" в его жизненный опыт, которая на протяжении многих лет жизни не давала ему покоя и просилась быть осмысленной в какой-то конечной форме. Своим примером Лоран Бине показал, что сегодня такой способ работы с историей может приобретать навязчивую форму, граничащую с психозом, размывающим границы прошлого и реального настоящего.

  Есть похожая книга - «Траектория краба» Гюнтера Грасса, тоже посвященная одному событию из истории Второй Мировой войны и то, как это событие оказывает влияние даже спустя пол века на новые поколения. Также у Гюнтера Грасса есть похожий на "HHhH" даже по форме роман, написанный маленькими главами, и тоже отражающий видение автора на историю - попытку «страстного отношения автора к истории как к постоянному источнику рефлексии и самопознания» (с такою формулировкой Лоран Бине был награжден Гонкуровской премией). Он так и называется - «Мое столетие» .

  Ещё интересные работы есть у чилийского прозаика Роберто Боланьо (сборник повестей «Чилийский ноктюрн» ), как он сам говорил: "я пишу, чтобы вспомнить прошлые истории и посмеяться над ними или превратить их в иные, придумав новый конец". Детектив «Его кровавый проект» Грэма Макрея Барнета - я прочёл в оригинале, когда он только вышел и он мне не понравился, но он чертовски созвучен тому, как написан "HHhH" и тому, для каких целей он был написан: в нём автор также пытается как-то избавиться от "исторической чесотки".

  В завершении повторю слова Марио Варгаса Льосы с обложки с которыми я полностью согласен: "Блестяще. Рассказано с элегантным изяществом. Современный шедевр".

С картинкой же всё просто, если вы действительно прочли мою рецензию.