Henry and Cato

Проснувшись, Генри мгновенно ощутил, что в мире появилось что-то новое и удивительное. Какое-то неожиданное чудо вошло в его жизнь. Что же это? Ах да, его брат Сэнди умер.

Генри - тридцатидвухлетний неудачник по типу "ты хоть купи лотерейный билет". В, повторяю, тридцать два года рвёт на себе волосы, потому что мамочка предпочитала ему брата. Когда такая мамочка предпочитает тебе брата, надо кричать ура. Возвращается, дабы вступить в права наследования. Молитесь, девки, ложитесь, бабы. Колетта - осьмнадцатилетняя девственница по типу "уж замуж невтерпёж, шестеро детишек, что угодно, лишь бы не учиться". Верит, что защищена своею невинностью, как тройною бронёй. На деле невинность - это лишь один слой, остальные - дурость и рыцарская самоотверженность. Катон - брат Колетты, и приятель Генри, и слуга Господа на грешной земле, в просторечии поп. Хорошее настроение - есть Бог на небесах, и всё в порядке. Не с той ноги встал - весь мир - бардак, все бабы - твари, и Бога никакого нет, одна мерехлюндия. Эмоциональная лабильность Катона такова, что взаимоисключающие картины мироздания сменяют друг друга, как в калейдоскопе. Джо - духовное чадо Катона, цветок помойки. Делает биографию с Алекса из "Заводного апельсина", и заводится, надо заметить, с полуоборота. Мастерски пользуется своей сексуальной привлекательностью. Были бы мозги, он бы и мозгами мастерски пользовался.

Трое из них пройдут ритуалы перехода и предстанут перед Великим учителем. Но кто-то один не справится с ритуалами перехода и не сможет предстать перед Великим учителем.

"Генри и Катон" - произведение такого рода, что хоть по нему снимай аниме с большеглазыми прогульщицами, хоть притчу в духе Бертолуччи с соколами, превращающимися в распятия и обратно - главная мысль не переменится. И у всякого окажется своя. Четверо заколдованных кружат в невидимом лабиринте, сходятся и расходятся, страшными очами зрят друг друга сквозь стеклянные стены, ожесточённо швыряются камнями и выберутся все в шрамах от осколков. А вокруг дивится старшее поколение, которым эти ритуалы перехода - есть ли жись на Марсе, нет ли жиси на Марсе... Книга-то и чудесна портретами старшего поколения, неглавных героев. Посплетничать с женственной Стефани Уайтхаус. Исповедаться мудрым отцу Брендану и отцу Милсому (pater reverendissime, я знаю, что Вы существуете). Побрюзжать с Джоном Форбсом, что, как бы ни было, а всё не так. Повосхищаться несгибаемой Гердой, но ни в коем случае не горевать с ней, что погиб не Генри, а Сэнди. И обязательно пройти по парку Гердиного поместья под ручку с беззаботным приживалом Люцием Лэмом, который написал много дрянных стихотворений и одно очень хорошее.

Оно называлось "Великий учитель".

Эта книга стала моим знакомством с мердок, и должна сказать, что я не разочаровалась. Слог, стиль, чисто британский юмор - все мое. Но чего-то таки не хватило до высшего балла, правда чего именно - пока не поняла. В целом, история о самых обычных англичанах, с совершенно обычными человеческими проблемами, которые могут терзать любого хомо сампиенс в любой точке мира. Надобно только включить местные особенности и национальный колорит, а так ничто не ново под луной с людьми-человеками.

Два главгера - это друзья детства генри - младший сын местного лорда, и катон - католический священник и сын местного жителя где-то там в англиях аля 70-е гг. прошлого века. Обоим минуло за тридцать, а конкретней, дело близится как раз к роковой цифре "тридцать три". И их жизни вообще как-то дали трещину помимо, собственно, символичной даты. Генри внезапно стал лордом, а катон внезапно засомневался в вере. И через их экзистенциальные кризисы у остальных участников этой комедии-драмы тоже все пошло вкривь и вкось.

Генри - нелюбимый и ненужный сын немедленно стал объектом внимания мамаши, до этого откровенно плевавшей в него обильной слюной. Теперь же она крутится как рыба на раскаленной сковороде, потому что новый лорд чего-то не хочет скакать под ее дудочку. И мать моя, до чего она - омерзительная, гнусная старуха, не гнушающаяся ничем, вот просто ничем, лишь бы добиться своего. Натуральная гадина, кинувшая ребенка на растерзание мужа-самодура, лишь бы соблюсти личный комфорт и удобство. А теперь, в старости, подайте ей сыновью любовь. И ведь пробила, щука такая, парня. Сыграла на его чувстве жалости. И все, начисто пропал генри. Правда, после ряда нелепых и смешных инцидентов он обзавелся хорошей женой, которая искренне любит его. Так что осталась надежда для неповзрослевшего и нелюбимого мальчика, всю жизнь искавшего в других людях взаимности в любви.

У катона же все намного печальнее, так как помимо кризиса веры случился кризис сексуальной ориентации, и объект его чувств - тушите свет, кидайте гранаты, идите-ка лучше в монастырь. И в финале, когда с ним произошла ужасная трагедия, никто не поддержал его, все так или иначе предали. Отец весь избулькался, обвиняя его в трусости и нерешительности, считая, что сам-то он огого какой удалец. Сестра, которую катон спас от насильника-психопата, посчитала, что он перегнул палку. И хоть оба ничего не высказывали ему, но он же буквально каждой клеткой организма чувствовал, считывал их мысли. Так что помимо самообвинения и самонепрощения - вот такая образовалась "поддержка" от самых близких людей. Однако контрольным выстрелом стало фактически отречение друга, собрата по вере. Ибо раз катон удалился из лона католической церкви, то теперь "давай, до свидания". Как, как мог поступить так священник и друг с тем, кто нуждается в помощи? Раз потерял веру, то рвем концы, теперь ты не представляешь интереса? Получается, так. Короче, бедный, бедный катон...

Ну, и помимо генри и катона, в книге хватает всяких колоритных кадров: смешных, нелепых, эксцентричных, трагичных и откровенно уродливых. В общем, получилась неплохая такая галерея из людей-человеков.

Как из священника превратиться в гея в вельветовом пиджаке! Можно было бы предположить, что это роман как раз о падении священника, пути от веры к не версию, НО вернёмся к названию. ''Генри и Катон''. Если Катон священник, который, пытаясь спасти других, сам вязнет в болоте, то кто есть Генри? Роман-то о двоих личностях и было бы неправильно вычеркнуть одного героя во славу другого. Священник и атеист - две разных пути к одному концу, бесчисленное множество вопросов на один ответ. Оба пытались идти дорогою добродетели, презирали собственность, в душе оставаясь ее рабами, пытались спасти других, повинуясь чувству собственного превосходства, чувству обманчивому и опасному.

Иди мой друг, всегда иди дорогою добра

Всякий раз мыслящий человек в попытке определить смысл своего существования приходит к выводу, что раз он наделен большим умом, нежели его собратья, он может стать для них проводником в этом хитросплетенном мире. Одни определяют свое мировоззрение как религиозное и становятся представителями Бога на Земле, иные исповедуют светский гуманизм и пытаются стать, если не добрыми( ибо это свойство сердца), то добренькими( одно из побочных действий интеллекта). Первый путь выбрал Катон , в каком-то религиозном экстазе возлюбивший Христа, а как известно всякое нежданное восхищение, затмившее разум, проходит через некоторое время, как ветрянка у детей. Он пришёл в религию не через мучения, не дорогой странствий, не предначертанностью рода и даже не через умозаключения или же осененный божьей любовью. Отнюдь, он пришёл в религию неожиданно для самого себя, налегке, влюбившись в красоту обрядов и человечность Христа. Второй дорогой пошёл Генри. Неудавшийся помещик с комплексом нелюбимого ребёнка в семье, неожиданно обретший мать, имение, деньги, любимую. Все это досталось ему также неожиданно, не собственным трудом, не годами упорства, не талантом. Перешло в наследство от ненавистного брата. Все уже бывшее в употреблении. Даже любимая очарована старшеньким, а Генри для неё суррогат, неравнозначная замена. У обоих родилась idea fix. У одного - направить на путь истинный малолетнего преступника Красавчика Джо. У другого - спасти бывшую стриптизершу-проститутку (?) Стефани. И заодно оставшееся человечество, освободившись от нежданного богатства. Тут на сцене появляется ружьё. Вернее револьвер. Каждое ружьё обязано выстрелить. Как и когда выстрелит этот револьвер, если священник, завидев в нем источник зла, кинул его в речку?

Далее священник постепенно влюбляется в Джо. Генри постепенно перестаёт любить Стефани. Обоим приходится спасать себя. А затем и свою семью. Книга многосюжетная, с несколькими слоями размышлений. И что поразительно, сюжет таков, что никогда не догадаешься, что ждёт героев в следующий момент. Детективисты нервно курят в стороне. Такой и должна быть человеческая жизнь. В идеале она должна быть возвышенной, осмысленной, не мелочащейся. Но ''человеческая комедия'' в том, что

«РАСПРОБРЮКИ». Ему хотелось смеяться и плакать. Бога нет, мир проклят, и все тихо сошли с ума, только продолжают жить как обычно. Вселенная хрупка, смешна, ужасна, недолговечна. Человеческая жизнь — бессмысленное копошение насекомых. РАСПРОБРЮКИ. Вот что это такое. Жизнь — это просто распробрюки.

А трагическая составляющая в том:

Человек предполагает, Бог располагает.

Так и живём. Смотрим в небо, глазеем на звезды, завидуя птицам и не замечая, что ноги все больше и больше вязнут в зловонной топи болота.