Зов Ктулху

Рассказ «Герберт Уэст, реаниматор», принесший Лавкрафту первую популярность, написан как серия из шести газетных статей, и это единственный на мой взгляд его минус, что не позволяет поставить произведению твердую 5. В начале каждой из глав идет пересказ предыдущей (как в сериалах сейчас принято делать) и концовка каждой расплывчата. Из-за этого рассказ трудно воспринимать как единое целое. В остальном это отличная история в стиле Лавкрафта.

Главный герой от лица которого ведется повествование студент медицинского факультета, помогающий своему другу Герберту Уэсту ставить ужасные опыты. Разумеется, дело происходило в Аркхеме и опыты были по оживлению мертвых. «Уэст был невысоким стройным юношей в очках, с тонкими чертами лица, светлыми волосами, бледно-голубыми глазами и тихим голосом» он разумеется напоминает Франкенштейна именно поэтому рассказ включен в соответствующий цикл. Создав чудо раствор, друзья наконец-то находят подходящий труп.

К сожалению, увидеть результаты работы реаниматорам не удалось, влив раствор и отойдя по делам в другую комнату они услышали дикие вопли, испугались и убежали из дома. Вернувшись разумеется трупа не было, дом сгорел. На следующий день из газет они узнали, что «на кладбище для бедняков была совершена попытка осквернить свежую могилу: кто-то безуспешно пытался раскопать ее когтями»

Сюжет нельзя отнести ни к миру иллюзий, ни к повседневности бытия. При кажущейся конкретности происходящего, атмосфера повествования постепенно сгущается вокруг героев, становится менее явственной, вызывает у читателя тревогу и предчувствие трагической развязки.

Герберт Уэст, одержим гуманистической идеей борьбы со смертью. Их многолетние, и, казалось бы, напрасные усилия завершаются успешно, но с операционного стола исследователей сходят вовсе не благодарные пациенты, а разъяренные монстры с искаженным сознанием, стремящиеся уничтожить своего создателя.

Со временем трансформируется и сама идея фикс, вдохновлявшая фанатичного ученого. Из альтруистичной она превращается в нездоровое, безжалостное любопытство, которое, в конце концов, толкает главного героя на убийство людей, подходящих для его кровавых опытов.

Наблюдая метаморфозы личности Герберта, его друг меняет отношение к нему, но, все же, не покидает окончательно. Запугивая и интригуя, Лавкрафт вовлекает читателя в действие, полное леденящих кровь атрибутов смерти: кладбища, трупы, признаки разложения — все это присутствует в избытке.

Во время войны трупов было в избытке, и наш реаниматор решает почему бы не попробовать оживить тело без головы. Хорошая идея, сразу вспоминается профессор Керн, ожививший голову другого профессора Доуэля. Трупом оказался известный хирург Эрик Морланд Клапем-Ли когда-то тайно изучавший теорию реанимации под руководством Уэста. Раствор подействовал.

Сюжет интригует нравственными коллизиями, над которыми стоит поразмыслить. Удачным показался неоднозначный, хотя и слегка сказочный, финал истории, о котором рассказывать не буду чтобы не испортить вам впечатление. Финал хорош.

Рассказ «Герберт Уэст, реаниматор» был для Говарда Лавкрафта, переходом на более высокую ступень литературного творчества хоть и преподнесен нам в своеобразном стиле. Безусловно рассказ стоит прочесть всем любителям хоррора и просто хорошего триллера.

Типичный "лавкрафтовский" рассказ, в котором не просто присутствует ужас, но автор пытается постичь его природу, определить его происхождение.

Сегодня, после прочтения «Дзэн и искусство ухода за мотоциклом» Роберт Пёрсиг , этот рассказ показался мне особенно интересным. Возможно, если бы Пёрсиг читал Лавкрафта, его рассуждения о природе качества были бы более трезвыми и зрелыми. Ведь, в рассказе автор пишет именно о качестве - качестве окружающего нас мира, и о том, что наше восприятие этого мира с его качеством, целиком и полностью зависит от наших органов восприятия. Так что прав был Владимир Ильич Ленин, когда писал: "Материя - это философская категория для обозначения объективной реальности, которая дана человеку в его ощущениях".

Обращаясь к ленинскому определению материи и соединяя его с лавкрафтовским видением проблемы, мы приходим к выводу, что объективность воспринимаемой нами реальности довольно условна, она лишь фрагментарно объективна, без учета всех тех различных волн, которые не регистрируются нашими органами восприятия, все эти "ультра" и "инфра".

Кроуфорд Тиллингаст - герой рассказа, полусумасшедший ученый, - изобретает машину, которая, настроенная на шишковидное тело человеческого мозга, открывает совершенно иную картину окружающего нас мира. Мир безгранично многообразен и бесконечно непостижим, все зависит от органов восприятия, они могут кардинально менять образ существующей реальности.

Такой подход однозначно переводит проблему восприятия в область технических возможностей и, тем самым, открывает перед человечеством безграничные просторы совершенствования своих инструментов и позволяет рассматривать самого человека в качестве сложнейшего многопрофильного инструмента восприятия, который при соответствующем техническом и биологическом апгрейде, неизбежном при дальнейшем развитии научных знаний, может стать самым действенным средством постижения вселенской истины.

Странно, но этот маленький рассказ Лавкрафта напомнил мне и "Корабль-призрак" Гауфа, и "Рукопись, найденную в бутылке" По, и "Одиссею" Гомера. Такие разные вещи и вдруг сошлись в одной точке Лавкрафта. А рассказ, ведь, не совсем типичный для этого автора, здесь нет того запредельного ужаса, который царит в большинстве его произведений, но есть другая вечная составляющая Лавкрафта - исследование глубин собственной души и сознания,

Главный герой - Бэзил Элтон - сновидец, как и большинство героев рассказов, собранных в Цикле снов. Он - потомственный служитель маяка, возвышающегося над покрытыми слизью, скалами, Бэзил испытывает чувство неизбывного одиночества, ощущая себя последним человеком на Земле. И тогда, как спасение от подкрадывающегося безумия, к нему приплывает таинственный белый корабль и увозит его в величественный океан Страны Снов.

Как когда-то Одиссей, он посещает неизведанные и очарованные страны и земли, существующие в океане его собственного сознания. Земля Зар - обитель мечты и забытых прекрасных мыслей; Таларион - город тысячи непостигнутых чудес, населенный демонами; Зура - страна Недостигнутого Блаженства; наконец, прекрасная Сона-Ниль - страна воображения и фантазий.

Здесь, в последней из перечисленных стран, Бэзил познал истинное блаженство, это был настоящий Эдем, в котором не было ни времени, ни пространства, было только чистое наслаждение бытием. Но, история снова, как когда-то у Адама и Евы, повторяется - Бэзил горел страстью познания, он хотел постичь суть и природу Богов, он стремился в последнюю неизведанную страну - землю Надежды, обиталище Богов - Катурию.

Небесная птица, ведшая Белый корабль на Запад к неизведанной Катурии, выполняла роль змея-искусителя. Но всё закончилось трагически, божественная природа, манившая прекрасными образами и музыкой, не далась исследователю заветного Океана, и вместо Земли Надежды он попал в водопад крушения Надежд.

Наказанием за дерзость было возвращение в реальность из сладкого безумия, к обломкам Белого корабля, разбившегося о скалы, когда грезивший Бэзил перестал поддерживать огонь маяка - угасший разум похоронил великие надежды.

Очередная кошмарная повесть признанного мастера хоррора. Действие, как в большинстве рассказов Лавкрафта строится вокруг некого источника смертельного ужаса, в этот раз существующего на холме Вершина Бурь. Такое название местности дано неспроста, она притягивает страшные грозы, бушующие здесь намного чаще, чем в других местах.

Герой-рассказчик проявляет интерес к холму, на котором стоит заброшенный дом голландских поселенцев Мартенсов, после жуткой трагедии, разыгравшейся неподалеку, когда однажды в грозу странным образом пропали все жители небольшой деревни. Рассказчик подозревает, что эти события каким-то таинственным образом связаны со сгинувшем в небытие семейством, особенностью которых была фамильная черта строго передававшаяся каждому представителю - разноцветные глаза: один - голубой, другой - карий.
Мартенсы жили обособленно, ни с кем не знались, сначала они стали вступать в сожительство со своими слугами, а затем и инцест стал в семье вполне обычным делом. Но они исчезли более 100 лет назад, трупов в брошенном доме не нашли и было решено, что хозяева уехали.

Герой оказывается погружен в череду таинственных событий, в то время, как он и его спутники охотятся за потаенным ужасом, ужас охотится на них. Сначала, во время грозы, бесследно исчезают два помощника, затем, снова при грозе, погибает разделяющий сферу интересов рассказчика, репортер Монро. Наконец, герой, раскапывая могилу одного из Мартенсов, проваливается в систему подземных ходов, где ему открывается страшная истина - источник страха не мистические потусторонние силы, как казалось сначала, а вполне реальные существа, живущие под землей, построившие там разветвленную систему ходов.

Влекомый безрассудным стремлением, герой бросается в открывшийся подземный лабиринт и оказывается нос к носу с отвратительным подземных существом, но его спасет ударившая в тот момент молния, убившая монстра.

И всё-таки он дознается до сути - под землей живет целая колония человекоподобных чудовищ, выходящая наверх только во время гроз. Они рыщут в поисках поживы и готовы пожирать даже друг друга, чем-то они напоминают морлоков из повести Уэллса. Подстрелив одного из чудищ, рассказчик обнаруживает, что один глаз у него голубой, а другой - карий, тогда ему становится ясно, что случилось с семейством Мартенсов.

За своей коронной ширмой беспредельного ужаса Лавкрафт пытается исследовать тему вырождения человечества, когда узкая группа людей, лишившая себя добровольно всяческих контактов с окружающим миром, не имеющая поступления свежей крови и энергии, погрязшая в инцесте, мутирует и превращается в хищных человекообразных кротов, практически, в новый биологический вид.

Совсем небольшой по объему, но громадный по значимости в творчестве Лавкрафта, рассказ. Написан он в июле 1917 года, как раз когда в бывшей Российской империи был расцвет двоевластия и на полях Европы еще во всю гремели бои Первой мировой.

Я к тому, что ужаса в мире на тот момент вполне хватало, и рассказ начинающего американского писателя органично вписывался в контекст происходившего тогда. Ведь, реальность оказывалась непостоянной, текучей; ложась спать, люди не были уверены, что проснутся в том же мире, который был вчера. и не было гарантий, что новая реальность на самом деле реальность, а не продолжение так и не закончившегося сна.

Вот и мир, в котором живет герой рассказа, отличается такой же непредсказуемостью и изменчивостью. Там идет та же Первая мировая, там также неожидан и необъясним завтрашний день. И также непонятно во сне пребывает главный герой или наяву. Необъяснимость происходящего, необъяснимость собственных действий, некая подчиненность какому-то сакральному импульсу - сон переходящий в явь и наоборот, метания души, оборачивающиеся безумием.

Где есть реальность, где фантазия, где болезнь - все смешивается, переплетается, свивается в единую нить и ужас становится обыденностью. И непонятно, что страшнее - встретить живого дагона среди безмолвной пустыни поднявшегося дна мирового океана или остаться без ног, быть отравленным ипритом, увидеть вывернутые кишки собственного ребенка. Отчего можно сойти с ума, и можно ли вообще сойти с ума в этом безумном мире?

Этот больше похожий на сказку рассказ относится к «Сновидческому циклу». Являясь поклонником Лорда Дансени, Лавкрафт написал целую серию сказок подражая его манере: это и «Белый корабль», «Улица», «Карающий Рок над Сарнатом», «Ужасный старик» и другие. «Кошки Ултара» мне понравился больше всех. К слову Лавкрафт был кошатником, да, да он даже написал эссе «Кошки и собаки», где подробно объясняет преимущество первых перед вторыми. Итак, сам рассказ.

Уже давно в городе Ултар убийство кошек под запретом. Однако почему был принят такой необычный закон? Когда-то давно, в городе проживала семейная пара стариков, по слухам убивавшая каждую кошку, вторгшуюся по незнанию в их владения. Они даже ставили капканы и ловушки на котов. Не смотря на то что что все местные жителя догадывались, что виновниками пропажи их любимцев являются эти старики, никто не посмел их обвинить, уж слишком страшными они казались всем соседям.

Однажды с Юга в город прибыли темнокожие странники. В их караване был маленький мальчик-сирота, которого звали Менес. Единственным другом мальчика был черный котенок. Когда котенок пропал, Менес очень горевал. Местные жители рассказали ему он старике с женой, что скорее всего котенка он больше не увидит. И что делает мальчик?

А ночью внезапно в городе куда-то исчезли все кошки, которые вернулись только под утро.

Чем все закончилось, читайте сами, не буду портить вам впечатление. Смысл, как всегда у Лавкрафта прост, кошки олицетворяют преданность, красоту. Причинять и вред плохо и зло всегда будет наказано. Примечательно, что мальчика зовут Менес, как одного из фараонов, а «темнокожие странники», очень напоминают древних египтян. «...повозки их украшали странные фигуры с человеческим торсом и с головами кошек, соколов, баранов и львов. А голову предводителя каравана венчал двурогий убор с загадочным диском посередине.»

Сказка маленькая, даже очень, читать рекомендую всем.

Своё знакомство с творчеством Говарда Филлипса Лавкрафта я начала только в этом году. Из нескольких прочитанных рассказов "Артур Джермин" — самый любимый для меня на данный момент. Чего в нём только нет! И странное, неожиданное самоубийство, и семейные тайны, и загадки древних племён, и жуткая атмосфера и такая притягательная и опасная Африка... Лично мне, человеку, который мало знаком с прозой Лавкрафта и жанром ужасов вообще, рассказ показался невероятно интересным и местами непредсказуемым.

Итак, начинается история с самоубийства Артура Джермина. Причём ничто не предвещало беды: Артур продолжал дело своих предков, занимаясь исследованием Африки, и стоял на пороге величайшего научного открытия, способного полностью изменить представление учёных об истории этого континента. Но получив посылку из Африки с тем, что пролило бы свет на его исследования, Артур пришёл в неописуемый ужас, а затем сжёг сам себя. Так что же было в той таинственной посылке? И что побудило Джермина закончить собственную жизнь столь ужасным способом?

Развязка была для меня неожиданной. Возможно, в течение рассказа и были намёки, но, видимо, я не обратила на них внимание. Грустно от того, что это повлияло на множество поколений семьи Джерминов. Несмотря на мистическую, жуткую атмосферу, для меня этот рассказ больше история о безумии, чем о чём-либо ещё. Печальная и страшная история.

Говард Филлипс Лавкрафт подлинный мастер мистики и хоррора. Жаль я познакомился с ним не в детстве, тогда эти рассказы произвели ли бы на меня должный эффект. Сегодня подобными историями меня не испугаешь. Несмотря на это рассказы интересны и увлекательны, многие не большие по объему и за день можно прочесть несколько десятков и это большой плюс. На этот раз мы поговорим о рассказе «Затаившийся страх» или как он проходит в другом переводе «Притаившийся ужас», второе название ему больше подходит.

Сюжет: Главный герой журналист и конечно искатель приключений, готовый ринуться куда угодно лишь бы докопаться до истины. Узнав, что в маленькой удаленной деревушке, произошла череда страшных и необъяснимых убийств он отправляется искать виновника. Полиция ничего не может сделать, местные жители винят в происшедшем некоего монстра, который уже убил много лет десятки людей здесь же. Жители прозвали его «Затаившийся Страх». Герой понял одно, убийство происходят в грозу и скорее всего виной тому странный заброшенный особняк у подножья горы. Итак, взяв с собой все необходимое и двух бесстрашных друзей, герой отправляется в разгар грозы в дом, который годами внушает ужас всем жителям деревни…

Атмосфера: в духе Лавкрафта, достаточно пугающая. «Исходивший из самых глубин человеческого естества страх сливался в этом вопле с агонией бешеной и безнадежной борьбы против демонической тяги черных врат забвения, по ту сторону которых кончалась жизнь и начиналось неведомое.»

Не большой объем текста (15 страниц у меня на планшете), рассказ не затянут. Он довольно динамичен. Интрига держится, до конца. Это не первый рассказ Лавкрафта, где показан весь ужас деградации человека, превращающей его в нечто чуждое (например, «Крысы в стенах»), однако именно здесь это можно действительно прочувствовать и проникнуться.

Из минусов можно отметить концовку, слишком простенькую на мой взгляд. И оставшийся для меня не раскрытым вопрос, почему монстры несколько раз отпускали героя живым и невредимым?

Мог бы получится не плохой мистический детектив, однако, что выросло, то выросло. Не смотря не на что на мой взгляд здесь мы имеем оригинальную на то время историю, полную насыщенного ужаса и великолепного антуража.

Знакомство мое с Лавкрафтом началось лет 12 назад, когда в желтушном журнале паранормального толка мне попалась статья о необычном писателе, столь реалистично описывавшем ни на что не похожие ужасы, что складывалось впечатление, будто он сталкивался с ними лицом к лицу. Не то чтобы в такую постановку вопроса особо верилось, но наивно скрывать, что верить почему-то хотелось. Наверное, очень уж не укладывались у меня в голове образ создателя известнейших хорроров 20 века и фотография странного человека с худым лицом, забитым взглядом и ботанскими очочками. Это теперь мы без особой рефлексии читаем Касси Клэр, а тогда считали, что автор и исполнитель должны точно соответствовать написанному и исполняемому.
Ну, и без сомнения, это сейчас мы все знаем, кто давно уже фхтагн, а тогда зловещий силуэт Ктулху еще не реял над нами, стыдливо прячась под порнографическими обложками хаотических сборников фантастики и триллеров. Так что статья статьей, а до самого Лавкрафта мне добраться удалось только спустя несколько лет.

Удивительное дело, скажу я вам. Хоть рассказы из читанного когда-то сборника и из "Притаившегося ужаса" частично совпадают, я бы без напоминания их не узнал. В памяти моей отложились какие-то кошмарные пейзажи, лабиринты, подземелья, оскверненные дома, ломаные линии, погребенные на дне океана реликты и вообще древнее зло, вылезающее откуда-то из недр. Это была великолепнейшая мерзопакость, от которой захватывало дух, и снова хотелось верить, что Лавкрафт мог это всё видеть, ибо тогда планета в такой жопе, что жизнь прекрасна и удивительна.
Читая же сейчас это всё своим безнадежно избалованным мозгом, я неизбежно подмечаю выверенные художественные приемы, частые самоповторы, переработки, отголоски влияния других авторов и прочие скучные вещи, которые щекочут мне интеллект, но отнюдь не нервы. А было бы хорошо еще раз забраться в пирамиды с Гарри Гудини и поглядеть на монстроголовых мумий, вызывающих из тьмы небытия очередного Ньярлатотепа.
Хотя, признаюсь, что свободными от экзальтации глазами мне удалось увидеть много новых интересных вещей.

По сути рассказы Лавкрафта можно назвать прообразами прекраснейшей крипоты. Они даже композиционно напоминают большую часть контента Мракопедии, вплоть до стандартных приемов типа "Я пишу это впопыхах, но вы должны узнать" и "О нет, они уже на пороге!"
Хотя привыкшему к Миджунштз и smile.jpg битарду будет непривычно продираться через ровный и выверенный литературный язык, которым никакой адекватный человек на пороге смерти никогда изъясняться не будет, равно как и не будет на десяток страниц расписывать сарай, поляну или нелегкое душевное состояние дальнего родственника главного героя. Ужасно также и то, что в большинстве рассказов нагнетается и нагнетается, многочисленными намеками описывая, с каким нечеловеческим страхом все столкнулись, ни разу нормально не конкретизируя, потому что это якобы слишком страшно, от вида этих чудовищ все штабелями укладываются в обмороки и рады потом, что не разглядели их в подробностях. А в итоге всё либо и остается на уровне намеков и умолчаний, либо оказывается набором клювов и щупалец, неевклидовой геометрии и прочих физиологий, "настолько непоходящих на всё привычное нам, что нет слов, чтобы его описать". Ну круто чо. Памятуя о статье, могу предположить, что Лавкрафта в детстве сильно напугал осьминог. Я же принадлежу к поколению, взращенному на хентае, так что щупальцами нас не пронять, моар подробностей, пожалуйста.

Если отвлечься от конкретных страшилок, то основные сюжеты рассказов можно разделить на три типа...

Ладно, если отвлечься от конкретных страшилок, то основные сюжеты рассказов можно разделить на три типа:
1) Фэнтезийные зарисовки, частично несущие на себе следы влияния Дансени и английской поэзии. Волшебные сны, сказочные страны и города, греческая и более древняя мифология, восточный колорит
2) Ужастики со стандартными сюжетами, уходящие корнями к По и Блэквуду. Звери, сумасшедшие, зловещие эксперименты, мертвецы. Частый прием рассказа очевидца
3) Самые бесподобные, на мой взгляд, сюжеты, хоть немного коррелирующие с предыдущим пунктом, но базирующиеся не на привычных ужасах, а на той самой ни на что не похожей лавкрафтовской мифологии, за которую его все любят. Столкновение человека с неведомым и непередаваемым, жутчайшими реликтами ушедших эпох, сохранившими память о первозданном хаосе

Наивно отрицать, что даже сейчас читателя завораживает не то, что кто-то оживил мертвеца, а то, что при этом он выкрикивал имя Йог-сотота. Что уж говорить о читателях вековой давности, для которых и зомби были в диковинку. Лавкрафт, кстати, значительно усиливает эффект тем, что все события у него происходят "в наши дни" – в его дни, 1920е годы. Автомобили, скоростные поезда, телефоны, техническая революция и рядом – вылезающие из темных глубин твари, которым все эти навороты до лампочки. Существа настолько древние, что против них бесполезны и дубина, и нож, и обрез. Насчет светового меча я утверждать не стану, но и ставить на него тоже не рискну. И осознание того, что темные эпохи не ушли и не уйдут никогда, они по-прежнему здесь, скрываются под тонкой земной корой и человеческой слепотой, и весь свет науки против них бессилен, слегка пошатывает рациональное сознание. Пошатывает в 21м веке, будет пошатывать в 25м, и это, безусловно, победа Лавкрафта и его темных начал.
Хочется мне со временем собрать воедино всю картину этого обреченного мира, где под тонким слоем человеческой цивилизации и хрупких представлений об окружающем мире кроются невероятные бездны, куда всё это может рухнуть. Неслучайно большая часть таинственных событий происходит под землей: переходы и лабиринты, прорытые норы и катакомбы, погребенные под землей и под водой храмы и города, всплывшие из-под воды пугающие острова и свидетельства того, что задолго до людей планетой правили жуткие твари. И они до сих пор скрываются где-то на дне, в пещерах, под горами, близ земного ядра, спят, ждут. Поджидают.
И незримая грань между привычным миром и миром другим, существующим по иным законам, вне времени, в множестве пространственных измерений, может быть уничтожена. Лавкрафт вываливает на нас множество имен средневековых колдунов и запретных манускриптов, цитаты из которых настолько захватили умы читателей, что они долгое время искали их как реально существующие документы, а потом и начали подделывать. А потом начали дополнять и перерабатывать оригинальную мифологию. Я долго думал, что же в ней такого, зачем этот фанфикшн, а теперь понял, насколько прекрасно эта зловещая мертвая бездна Лавкрафта обнимает Землю, по доброй воле готовую рухнуть в небытие, хаос и ужас.

Что и где надо взорвать, чтобы Р'лайх снова всплыл?

Так получилось, что с Лавкрафтом я еще не знакома, да и не особо знаю вообще, что он написал. Если судить по каким-то отрывочным впечатлениям, то он мне представлялся писателем морских приключений с чудовищами.

В руки мне попал сборник Лучших мистических историй, постепенно читаю урывками, благо формат рассказов мне в этом случае только на руку. Веду пальцем по содержанию...Лавкрафт! Это судьба, думаю я. Предвкушая приключения, я и интересом берусь за рассказ..

И что же меня ждет? Не знаю, задумывался ли этот рассказ как мистический, либо автор вкладывал какой-то другой подтекст в историю. Я смотрела в лоб, и что же я вижу?

Два наркомана, испытывают себя и таинственные уголки своего разума под действием запрещенных препаратов. Как и большинство творческих людей, главный герой питается своими иллюзиями и выплескивает все это в свое творчество. И тут его накрыло конкретно... Его торкнуло так сильно, что аж соседи сбежались, потому что он бился в истерике, что пропал его друг. Соседи были на грани вызова дурки, пытались объяснить, что он одинокий творческий человек, что странности в его положении не совсем редкость, все пройдет, надо только слезть с запрещенки. Не знаю уж, чем кончил герой в итоге, но думаю, что недолго он крутил землю ногами.

В связи с чем у меня вопрос... Что это было!? Кто знаком поближе в Лавкрафтом? Что мне у него стоит еще взять почитать, или у него все настолько странное? Неоднозначные впечатления, но крест не авторе с 10 страниц ставить определенно не буду.