Японський коханець

Сердце - оно большое, можно любить не одного человека.

Старость - лучшее время, чтобы быть и заниматься тем, что тебе нравится.

Высоко поднятая голова и рот на замке - вот лучшая тактика.

Бедность - это не оправдание для грязюки.

Несчастья никто не фотографирует.

Жить в неуверенности, без прочности без планов и целей, отдаваться полёту подобно птице на ветру - вот чему я научился во время паломничества.… Я иду, вот и всё. Чтобы жить в дороге, мне нужно очень мало, почти ничего. Ах, свобода! Я ухожу, но всегда уношу тебя в своей памяти.

—Conozco a una viuda que ha pasado los últimos seis años en cruceros.
Apenas el barco atraca en su última escala, su familia le da un pasaje para otra
vuelta al mundo.
—¿Cómo no se les ocurrió esa solución a mi hijo y mi nuera? —se rió ella.
—Tiene la ventaja de que si te mueres en alta mar, el capitán echa el
cadáver por la borda y tu familia se ahorra el entierro

El que es un miserable no se vuelve generoso con los años, Irina, se vuelve
más miserable.

“The Germans are not a race of psychopaths, Alma. They’re normal people like you and me, but with fanaticism, power, and impunity, anyone can turn into a monster, like the SS at Auschwitz,” he told his sister.

“Do you think that, given the opportunity, you’d also behave like a monster, Samuel?”

“I don’t think it, Alma, I know it. I’ve been a soldier all my life. I’ve been to war. I’ve interrogated prisoners, a large number of them. But I assume you don’t want details.”

We´re not old because we are seventy. We start to grow old as soon as we are born, we change every day, life is a continuous state of flux. We evolve.