Lincoln in the Bardo

Шел когда-то во всех кинотеатрах Америки в далекие 90-е фильм «Освободите Вилли!». Жалостливое такое кино, про китейку.

Я не знаю, что там случилось с братьями Уорнерами и почему они вдруг к 25-летию выхода первого фильма, решили передать франшизу в руки Джорджу Сондерсу. Тот подошел к делу концептуально, не стал размениваться по мелочам, устроил настоящий перезапуск серии.
Киты нынче не в моде. Тем более косатки. Зомбаки и мертвечина идут лучше. Общество стало гуманнее, толерантнее. Поэтому в центр надо поставить человека. А чтоб публика раскупала - человека необыкновенного. Чтоб не скучала, разнообразить дело. Вбросить рядом с затертым до штампа персонажем, каким является Эйб Линкольн, менее затасканного, сынка Вилли. Это хороший выбор. Мы же знаем, настоящие актеры – дети и животные. Вот и поменяли одно хорошее на другое, не хуже.

В чем была беда голливудских сценаристов? Узко мыслили. Делали семейный фильм из сюжета достойного греческой трагедии. Променяли глобальную тему свободы на узкую «осторожно, черепаха!». Совершили типичную для творческой интеллигенции ошибку – не отразили роль партии.

В романе «Линкольн в бардо» Сондерс все поправил. Решения вашингтонского обкома отразил, публику мелодраматическим сюжетом порадовал, прогрессивной интеллектуальной общественности потрафил.

Многие отметили, роман Сондерса - свидетельство того, что дело постмодернизма живет и побеждает. Опора на тексты, а не на реальность – есть. Игра словами – присутствует. Внешнее отрицание абсолютной истины, переходящее на деле в идею ее комплиментарности – имеется.

Ну да, перед нами его новая ипостась - политкорректный постмодернизм. Незубастый. «Покойники не кусаются». Постмодернизм в бардо.

Весь роман построен едва ли не на одном приеме – античного хорового пения, которое подчеркивает, что различие между мертвыми и живыми имеет не такое уж большое значение. Ну да, по соборным сондерсовым записям легко проследить как быстро составляются легенды и мифы о героях и покойниках, как быстро они обрастают необходимыми качествами благодаря искренним стараниям публики. Но вся эта внешняя бутафория скрывает до ужаса тривиальный сюжет достойный голливудской постановки.

Перед нами мелодрама (умер сынку у отца, он и плачет без конца), книжка для подростков (жителям загробного мира надо, в натуре, освободить Вилли) и одновременно пропагандистский патриотический роман, не уступающий по пафосу борьбы за американскую демократию (таков ныне коммунизм не только для Америки, не только для мира живых, но и для покойников) произведениям социалистического реализма.

Папа освобождает рабов на этом свете, сынок покойников – на том.

Конечно, такой потрясающий сюжет не мог быть не одобрен американской общественностью. Отсюда – буря восторгов.

Ну а нам-то что с этого?

С точки зрения литературы приема и борьбы за ценности отцов-основателей и апологетики современной политкорректности книга Сондерса самое то. Но если вы ждете от романа каких-то эпохальных прозрений, то вас ждет разочарование. Это текст, несмотря на все формальные навороты, рассчитан в основном на инфантильную публику, выросшую на фильмах, упомянутых в самом начале, исповедующую простые и прописные, одобренные современным культурным сообществом истины.

Значит ли, что эта книга плоха? Нет. Совсем нет. Просто она адресована лицам среднего интеллектуального возраста, для которых достаточно устроить разноголосицу комментариев и упразднить привычную форму повествования. Предыдущие букеровские лауреаты – Марлон Джеймс, Пол Бейти в своих романах были более изощренными в плане формы и насыщенными с точки зрения содержания. И понятно, отчего они выглядят на фоне Сондерса выигрышней – попса и партийность убивает литературу.

Есть такие книги, которые нам читать не особо приятно. Но мы читаем, ведь что-то в них все же притягивает и удерживает твое внимание. Вроде до ужаса отвратительная вещь, но мы роемся в этом грязном белье, валяемся в этом мусоре, потому что, на самом деле, нам это нравится. Как раз недавно я читала подобные произведения, поэтому сейчас четко вижу разницу. Так вот, книга Джорджа Сондерса не из таких.

Если бы мне не посоветовали "Линкольн в бардо" на флешмобе, я бы все равно взялась за нее, ведь это чудо висело у меня в хотелках. Но если бы не флешмоб, очень сомневаюсь, что дочитала бы ее до конца. Уверяю, от этого я бы ничего не потеряла, только сберегла бы немного своего драгоценного времени и не менее драгоценного рассудка. Но раз уж взялась участвовать, то будь добра, соблюдай правила игры. Поэтому я мучилась долго, но таки домучила это пренеприятнейшее чтиво. Читала тогда, когда совсем уж изнемогала от скуки где-нибудь в трамвае, но честно сказать, даже просто смотреть в окошко было бы интереснее.

Обычно спокойно отношусь к вещам, которые лично мне не понравились, но я в состоянии понять, за что их могут полюбить другие. Не в этот раз. Я даже не представляю, для кого это написано. Для тех, кто потерял близких? И чем это им поможет? Разве что ввергнет в пучину еще большего отчаяния. Или для тех, кто уже лежит в своем хворь-ларе и смотрит на свое хворь-тело?

Я абсолютно не поняла эту книгу и никогда бы не посоветовала ее ни одному нормальному человеку. Бесполезное чтиво. Абсолютно бесполезное.

Сын президента Авраама Линкольна Уилли заболевает брюшным тифом и вскоре умирает. Большая часть книги происходит в бардо (термин позаимствован писателем из буддизма) - пограниченном состоянии между жизнью и смертью.
Это роман-эксперимент, который во главу угла ставит форму, а не содержание. Сюжет здесь не просто второстепенен, его попросту нет. Все, что происходит в книге - это обрывки фраз разговоров, сказанных в реальности и в сюрреалистичном состоянии бардо.
В книге много тлена, много скорби. Душераздирающей скорби родителей, потерявших маленького сына. И бессильного горя Уилли по самому себе, по утерянной жизни.
Очень много голосов, очень много страданий, печали, утерянных надежд тех, кто в бардо и тех, кто в реальном мире, среди живых.
Книга чертовски необычна, автор, экспериментируя с формой, подачей, синтаксисом, написал и об истории Америки, и о страхе смерти, и о любви к жизни. Любовь и скорбь, жизнь и смерть, надежда и утрата, - все это переплетается в книге, составляя гремучий коктейль постмодернизма.
Кажется, что книга писалась для премии, не для читателя. Так иногда снимают фестивальное кино. Мне было тяжело читать, я словно сама оказалась в бардо, в этом вязком тумане. Не могу сказать, что понравилось. Но это тот случай, когда, несмотря на то, что книга меня лично не зацепила на эмоциональном уровне, рационально я понимаю, что она хороша как представитель жанра трансреализм.
Я считаю, что книга достойна прочтения. Потому, что это любопытный эксперимент. Потому что в книге есть атмосфера. И потому что, скорее всего, раньше вы такое еще не встречали.

Первая мысль, которая посетила меня после того, как я дочитала "Линкольн в Бардо" - "И как я буду писать на нее рецензию?". Это тот случай, когда даже не знаешь, с чего начать, так как в голове одновременно и куча разнообразных дум и полнейшая тишина. И все это одновременно превращается в какой-то назойливый белый шум, который напоминает души, которые Сондерс заключил в Бардо.

Хочется сразу отметить тот факт, что перед прочтением я примерно представляла, что именно ждет меня в книге. Если бы до этого я не прочла некоторое количество отзывов на это произведение, боюсь, я бы крайне долго въезжала в происходящее. Здесь не самый привычный для чтения и восприятия текст, автор играет и с формой, и с подачей. Во-первых, у нас нет одного рассказчика. Каждая душа, заключенная в Бардо, рано или поздно обретает свой голос, дополняет фразы предыдущего оратора, обрывается на середине предложения, чтобы передать эстафету другой душе. Изначально немного непривычно, но через некоторое количество страниц втягиваешься и читать становится проще. Во-вторых, в тексте довольно много мест, которые состоят из цитат из разнообразных исторических источников времен Авраама Линкольна (а именно за несколько дней до и после смерти его младшего сына Уилли).

Форма крайне интересная, но, как по мне, исполнение задуманного все же немного подкачали. Ни одна душа не выделилась на фоне остальных, я долго не могла запомнить, кто есть кто. Их голоса звучат одинаково, смешиваются в одно монотонное звучание. Лишь истории из времен их жизни отличаются, но и тут забываешь, кто кем был и как именно умер. Потому ни к одному участнику этого огромного сонма призраков я не прониклась. Цитаты в свою очередь обладают довольно интересной особенностью: каждый свидетель того времени имеет что сказать, вот только очень уж противоречит предыдущему факту. Например, никто точно не скажет, какой именно была луна в день смерти Уилли: кто-то утверждает, что ее совсем не было, кто-то говорит о полнолунии, кто-то о серебряном серпе молодого месяца. Так же сложно сказать, какими именно были глаза у президента Линкольна. Эта игра фактами мне очень понравилась, в очередной раз осознаешь, что ни одна книга по истории не способна передать точного течения событий. В то же время, цитат все же недостаточно, чтобы проникнуться к президенту и его трагедии. Голос обоих Линкольнов звучит крайне редко, да и слишком тихо - призраки все время пытаются быть в центре событий.

Сондерс поднял не одну важную тему: где-то более подробно остановился, где-то ограничился намеками. Но в итоге мне все же не хватило какой-то глубины и последней точки во всей этой истории. Концовка вышла какой-то смазанной. Ты вроде бы дочитываешь, ждешь кульминации, тебя вот-вот должно (ну должно же!) пронять. Но нет, этого не происходит. Жалкий пшик, словно воздушный шарик начал выпускать воздух. Хотя не исключаю, что я просто не поняла весь глубоко заложенный в историю смысл.

Превью книги врёт. На самом деле это книга про шизиков, застрявших в мире между "жизнью" и "смертью", которые вспоминают как умерли и как жили, общаются друг с другом в странной манере и смотрят на разлагающегося сына Линкольна и на самого Линкольна и дают очень тупые комментарии. Книга никак НЕ про Линкольнов.

Когда я начинала читать, то меня немного смутил стиль повествования - набор цитат с указанием источников о том, как болел и умирал сын Линкольна. И надо было прислушаться к этому смущению и не покупать книгу. Хочу заметить, что проблема книги не в стиле, он как раз интересный, а в полном отсутствии адекватности и отсутствии центрировании на Линкольнах (при том, что они позиционируются как центральные герои).

Для тех, кто ожидает прочитать о переживаниях Линкольна и его горе - забудьте об этом. Часть книги состоит из повыдерганных цитат о том, как выглядел Линкольн, о трагических событиях, и немного о том, как он выглядел президент, когда справлялся с горем. Но большую часть книги автор вас погружает в мир между жизнью и смертью, в котором оказался маленький сын президента США. Вы будете читать про каких-то ноунейм умерших шизиков, которые ходят по своим мертвым делам и трындят о том, как они умерли. Иногда будет всплывать сын Линкольна, но только изредка и с каждым разом книга будет бесить все больше и больше. Иногда эти шизики будут читать мысли самого Линкольна о его утрате, но опять же очень изредка.

Особенно раздражают цитаты на обложке, которые говорят о том, что это якобы семейная история и что якобы Сондерс "самый человеколюбивый американский писатель". В книге практически не упоминается семья Авраама Линкольна, его жена и ещё один сын упоминаются мельком. И тем более ни слова о том, что они чувствуют и как поддерживают друг друга во время горя. Ничего "семейного" в этой книге нет. А если описания того, как мертвые шизики входят в Линкольна, чтобы направить его в склеп, а потом рассказывают о том, как возбудились (это не шутка, там реально это есть) - являются человеколюбием, то рецензентов книги явно зря выпустили из психбольницы.

Сондерс очень зря решил отдать эту свою "семейную историю" в печать, он поступил очень некрасиво и только очернил трагедию, которая произошла в семье Линкольнов. Это книга это одна большая издёвка. Очень некрасиво, Джордж Сондерс

Никому не советую

Честно говоря, ожидала от этой книги чего-то совершенно другого. Джордж Сондерс с его «Линкольн в Бардо» предлагает нам уникальный опыт чтения, и хотя это звучит заманчиво, я не уверена, что эксперимент удался на все сто.

Главный герой книги, Авраам Линкольн, показан не как великий политик, а как обычный человек, отец, который потерял своего сына. Его душевные муки переданы через призраков, которые населяют промежуточное пространство между жизнью и смертью — бардо. Эти призраки, каждый со своей историей и болью, создают мозаичную картину, наполненную страданием и надеждой.

Вначале было трудно привыкнуть к стилю повествования. Сондерс использует множество голосов и отрывков, напоминающих документальные источники. Это придает книге особую атмосферу, но требует от читателя концентрации и терпения. Иногда я ловила себя на мысли, что теряю нить повествования, и это, пожалуй, главное, что меня разочаровало. Когда в книге так много голосов, иногда сложно сфокусироваться на чем-то одном.

Тем не менее, есть в этой книге и то, что меня поразило. Сцены с Линкольном у гроба сына вызывают искренние эмоции. В эти моменты забываешь, что читаешь книгу — настолько мощно переданы чувства утраты и любви. Сондерс умеет тронуть за живое, и это неоспоримо.

Что касается персонажей-призраков, каждый из них запоминается. Они символизируют не только личные трагедии, но и коллективные переживания эпохи. Их истории пересекаются и переплетаются, создавая сложную, но увлекательную картину. В этом и заключается магия книги — она как мозаика, которую надо собрать самостоятельно.

В конечном счете, «Линкольн в Бардо» — это книга о жизни и смерти, о том, что каждый из нас оставляет за собой след. Призраки Сондерса напоминают нам о том, что наша жизнь — это не только моменты радости, но и боли, которые формируют нас.

Могу ли я порекомендовать эту книгу? Скорее да, чем нет. Она требует терпения и открытости к необычному формату, но вознаграждает глубокими эмоциональными переживаниями. Если вы готовы к экспериментам и любите книги, заставляющие задуматься, то эта история вас точно не оставит равнодушными.

Интерес к теме

Пройти мимо этой книги лично мне было сложно. Интерес возник моментально: книга получает Букера, писатель, Джордж Сондерс, всего второй американец, который получает эту награду (их как-то не жаловали в этой премии), писатель - буддист, книга непосредственно пересекается с буддизмом. Всё крайне интересно, маст рид.
Углубляюсь в тему: оказывается книга рассказывает историю умирания сына Абрахама Линкольна (что реально), но место действия - Бардо, переходное состояние между смертью и новой жизнью (прошу прощения перед знатоками, если неточен в определении). Ясное дело - хочу это прочесть.

Разочарование

Начиная читать, я предвкушал, что меня погрузят в это самое состояние Бардо, таинственное место между жизнью и смертью (или даже между жизнями). В памяти возникали воспоминания о "За закрытыми дверями" Сартра и выпуск "Сумасшедшего Фрэнки" про Бардо Тхëдол (Тибетская книга мертвых). Вероятно, ожидал я что-то похожее. Тем более, что выпуск "Сумасшедшего Фрэнки" был построен через аутотренинг, где ты умираешь и проходишь весь путь согласно тибетской книги мертвых. Мощное ощущение.
И тут меня постигло разочарование из-за художественной формы.  Дело в том, что книга экспериментальная. Тут надо оговориться, что букеровская премия как раз-таки выискивает всякого рода экспериментальную литературу, и всячески её поощряет. Этого я в то время не знал.
Помню, как-то слушал лекцию Дмитрия Быкова, где тот  рассказывал про современную литературу, в частности американскую, рассказывал, что современные американские авторы как раз-таки ищут новые художественные, литературные формы. В качестве примера Быков приводил Марка Данилевского с его "Домом листьев" Марк Z. Данилевский - Дом листьев , но я уверен, что Джордж Сондерс вписался бы в эту концепцию. Писатель, который ищет новые формы выражения.

Форма

У меня есть некоторые сомнения, нужно ли вообще что-то говорить про форму, в которой написан роман, потому что это, пожалуй, известный факт. Выскажу свое восприятие. Роман (а у меня есть сомнения в жанре, скорее экспериментальная пьеса) написан такими рваными клочками, всё повествование перемешивается между выдержками из документальных источников и пребыванием персонажей в Бардо. И та часть, которая повествует из  Бордо - написана без знаков препинания, с нарушением всех возможных правил, где перемешивается то, кто сейчас говорит, что сейчас говорит и так далее так далее. Именно это рваное повествование испортило моё впечатление. Никакого погружения в странный тибетский мир, а вместо этого меня окунули в литературный эксперимент, который мне совершенно не понравился.
Может быть будучи филологом я бы что-то почувствовал и поразился смелости новаторства Сондерса .А может быть, если бы я читал этот роман в оригинале, на английском языке, то в этом случае я что-то бы увидел и почувствовал, но всё сложилось так, как сложилось.
На мой взгляд "Линкольн в Бардо" Джорджа Сондерса - это роман не для всех и, в частности, не для меня.

Не хочется анализировать жанр, стиль и форму произведения, сравнивать с другими произведениями букеровских лауреатов, потому что не считаю это чем-то имеющим значение.
Местами чтение выходило чуть усталым по причине частых смен подписей персонажей, походит на пьесы, которые всегда усваиваются сложнее. И все же впечатления не омрачает. Множество мыслей зарождается в мозгу при прочтении.
Произведение будто бы вообще не о Линкольнах, а о человеке как собирательном понятии вне зависимости от времени, положения в обществе и о том, как прискорбна его жизнь и как только она же для него со всеми её ужасами и имеет смысл. Самое забавное то, как бардо на самом деле похоже на бета-версию жизни и как уже мертвые духи пытаются остаться там как можно дольше, сознавая что вернуться к жизни для них уже не возможно, но пытаясь обмануть других и себя, что могила - это лишь место, которое может помочь им с их «недугами». Особенно подталкивают к этому эпиграфы из исторических хроник: личных переписок, мемуаров неизвестных мне (что лишь усугубляет ощущение) личностей, которые так убиваются по поводу смерти маленького Линкольна и радуются тому, что их сыновья все еще живы; или матерей, обвиняющих Линкольна в том, что обуглившиеся тела их мальчиков лежат в ямах; или терзания командиров по поводу результатов их приказов и о том, кто и зачем вообще начал войну — потому что все эти люди тоже мертвы уже так давно, что от них ничего не осталось. Здесь всё зацикленное. И жизнь и смерть есть одно и то же - погоня за жизнью и побег от смерти. Поэтому ни то, ни другое смысла не имеет.

«Бардо» — это слово из буддизма, оно обозначает пограничное состояние между жизнью и смертью. В романе это бытие кладбищенских призраков — душ, которые не смогли уйти. Что-то, у каждого свое, удерживает их между мирами. Они убеждены — ведь в желанное так легко верится — что они ещё живы, просто болеют, поэтому их уложили в хворь-ларь и заперли в каменном доме. Но они вот-вот поправятся и вернутся к своим близким. А мимо идут годы и десятилетия.

У Сондерса есть тот же блистательный дар, что и у Стивена Кинга. Нет, не дар пугать до холодка в позвоночнике. У Сондерса, как и у Кинга, почти каждый персонаж — понятный и живой, даже если он давно мертвый. Это очень подкупает и трогает, особенно когда призраки принимаются рассказывать свои истории: про заветные желания, которые никогда уже не будут исполнены, и про обиды, которые некому уже залечить. И самое беспомощно трогательное — они верят в то, что могут еще что-то докончить и исправить. В романе много ярких образов — удивительных, противоречивых, нелепых и печальных. Книга нежная и циничная, лиричная и физиологичная. Но требует определенного читательского опыта — иначе будет просто раздражать. И да, русский перевод местами очень режет.

Это лучшая книга, которую мне доводилось читать за последние полгода. Что-то я стала слишком часто бросаться такими громкими заявлениями, но что поделаешь, если это правда? Первый роман американского писателя Джорджа Сондерса с довольно-таки интригующим названием «Линкольн в бардо» сразу же попал в литературную десяточку – в прошлом году писатель был удостоен одной из самых престижных литературных премии – Букеровской.
В первую очередь, поделюсь с вами сюжетом. В Белом доме в самом разгаре Гражданской войны чета Линкольнов устраивает праздничный банкет. Играет музыка, стол ломится от яств, гости веселятся, а наверху в детской комнате разворачивается настоящая трагедия – от тифа умирает Уилли, одиннадцатилетний сын американского президента. Охваченный горем утраты, Авраам Линкольн проводит ночь в склепе своего малыша. Именно имя Уилли и вынесено в заглавие романа, это он тот Линкольн, что пребывает в бардо. Термин был позаимствован писателем из буддизма и подразумевает интервал между моментом начала умирания, и моментом, когда имеет место разделение ума и тела. Всё бы было ничего, но маленькие дети в этом состоянии не могут пробыть долго. И настоящие неприятности возникают, когда Уилли, надеясь, что его отец придёт к нему вновь, отказывается покидать это состояние, что чревато смертью. Окончательной: «Его единственный грех в том, что он ребенок, а создатель этого места по каким-то неведомым нам причинам счел, что быть ребенком и любить собственную жизнь в достаточной мере, чтобы хотеть остаться здесь, в этом месте, есть страшный грех, заслуживающий самого сурового наказания». И вот здесь на помощь малышу приходят призраки. Призраки эти вовсе не понимают, что они мертвы, а думают, что всего лишь больны и в скором времени вернутся к нормальной жизни. Свои тела они называют хворь-телами, а могилы – хворь-ларями, отказываясь взглянуть правде в глаза. У каждого призрака своя причина оставаться в этом состоянии. «Ты хвораешь, Кугель? – спросила бабушка. Разве доктора кладут хворых в хворь-лари?» Если вы думаете, что я вам заспойлерила весь сюжет, смело берите книгу и читайте. Это лишь вершина айсберга.
Следует также упомянуть, что в основе произведения – реальная история. Американский президент после смерти сына неоднократно посещал его склеп и даже прикасался к телу покойного. Зная об этом, невозможно оставаться равнодушным, читая роман Сондерса: «Это самое тяжелое испытание в моей жизни, – признался он медсестре, и, словно бунтуя, этот человек, отягощенный заботами и скорбями, воскликнул: За что? За что?».
Но роман необычен не только своим сюжетом, но и манерой повествования. Сондерс рушит традиционную структуру сюжета и обращается к мозаичной, в которой вместо одного рассказчика, вы встретите 166. Автор делит рассказ на две части – вымышленные диалоги призраков того самого кладбища, где был похоронен Уилли, и реальные воспоминания современников о Линкольне. Эти диалоги небольшие, чем личном мне напомнили столь же короткие записи в твиттере. Каждому призраку свойственна своя собственная манера повествования, что делает чтение романа в разы интереснее. Что мне больше всего понравилось, так это ненадежность повествования. Автор позволяет читателю самостоятельно делать выводы о том, каким человеком был Линкольн и не навязывает свою точку зрения. Причем во всем, начиная с описания внешности, приводя разные, часто противоречащие друг другу, заявления. Это настоящая экспериментальная проза. Без преувеличений.
Вывод: читать и только читать. В обязательном порядке. В этом произведении прекрасно всё, начиная с сюжета и заканчивая стилистикой. Признаюсь, открывала «Линкольна в бардо», как роман о человеческих переживаниях, но почерпнула для себя гораздо больше.