Senlin Ascends

У нас есть общество, но мы одиноки. У нас есть свет, но нет солнца.

«Требуется воздухоплаватель для священного похода навстречу несомненным опасностям и вероятной смерти. Жалованье низкое, вознаграждение моральное; предпочтение отдается филантропам»

– Том, ты бы научил ее считать, прежде чем переходить к алфавиту, – сказал карлик. – В нашем возрасте образование – пустая трата времени. Ты не в силах защититься, она не умеет считать, а я не могу научиться доверию. Мы слишком сильно увязли каждый в своей колее, чтобы сворачивать на новую дорогу.

Наши мысли не написаны ровными строчками, наши сердца не подчиняются уравнениям, а что касается совести... — она плохо учится на ошибках, описанных в учебнике истории.

Проблема с явившимися из грязи, Том, вот какая: оторвав одну ногу от земли, они думают, что забрались в рай.

Пуститься в бега было достаточно легко, а вот уйти от погони - трудно.

Ты не можешь вышибить дух из книги. Письмо под пыткой не заговорит. Дорожный знак нельзя придушить, чтобы он указал дорогу. Куда не взглянешь, всюду тайны, спрятанные на ровном месте.

Обучение начинается с неудач.

Честность так часто настраивает на поражение.

- Отчаяние - это не так уж плохо.

• Плохо, когда оно сочетается с безденежьем.

Доверие - слабая связь, и она для слабаков.

Парня, который любит картинки с голыми бабами больше жизни, я могу уважить.

«Вверх» - это вовсе не указатель прямого направления.

Естественно, утром лучше думать о чем-нибудь хорошем.

Но если бы вы рисовали нас такими, какими мы хотели бы выглядеть, мы оказались бы неузнаваемы. Какой толк в портрете, что не соответствует оригиналу?

Человеку, который сам принимает решения, можно доверять.

Чувство юмора у Комиссара не больше, чем у гильотины.

Узри самоубийство моды! Ох нет, прошу прощения: модное самоубийство!

Если бы твой план был лошадью, то с тремя ногами, двумя головами и без звонницы.

- Какой отчаянный бардак! - застонал Сенлин.

• Совершенно верно. Потому-то и нужен доведенный до отчаяния человек.