Морские повести и рассказы

Встретились как-то раз бывалые моряки, ну и стали вспоминать... Один: - Я вот как-то однажды белого медведя голыми руками задушил! Другой: - А я раз кита одним выстрелом убил... Третий, после некоторой паузы: - А вы Мертвое море знаете?... Так это я его.

Конецкий — бывалый путешественник, однако после его повестей отправляться в море не хочется совсем, но и сидеть на берегу тоже не тянет. Болтаешься в море между берегами, как будто в чистилище, а вокруг волны писательских встреч. Мир вокруг не враждебен, он просто есть, а ты созерцатель, романтик, взаимодействуешь с ним, основываясь на доверии. Тебе помогут близкие и далёкие люди, платя твоей же монетой, поддержав в минуту слабости. Однозначных героев, исключительно белых и пушистых не бывает. Кто-то вял, как недоваренная макаронина, другой плодит сущности, размножаясь поперечным делением, как спирохета и так без конца. Лучшая ассоциация со сборником — море, вы не поверите. Разного цвета, качает вверх-вниз, местами страшное, глубокое, мелкое и по большей части скучное. Отходим от берега, кранцы вам...на шею.

По шаткой метеосводке моего предыдущего абзаца непонятно, о чём же Конецкий пишет. Это не мемуары, а некий сплав жанров, роман-сплав, роман-путешествие, если хотите. Местами очень напоминало Пикуля, дуновениями лёгкого бриза, местами репортажный стиль навевал волчью тоску. Иногда прорывался занудный стиль Хейли и "чтовижутопою". Эта манера письма по принципу "а вот кстати" оттолкнула сильнее всего. Как мне показалось, восприятие основных произведений сборника сильно зависит от возраста читателя и градуса его цинизма. Чего в тебе больше, то увидишь и услышишь — тонкие, словно стеклянные, льдинки, тающие на чёрной воде, отражающие затерявшуюся в небе далёкую звезду или горький смех человека, евшего клей с обоев в Ленинграде, прикрывающего юмором своё одиночество и несбывшиеся мечты об идеальном, оправдывающего алкоголизм. В сборнике три повести и семь рассказов. Не искал специально, но показалось, что повести расположены в хронологическом порядке по мере написания: от пробы пера до произведения зрелых лет. Рассказы же для того, чтобы показать, как писатель умеет ездить без рук. Мама, смотри, я байки травить умею, которых все ждут от моряков! Мама, я ненавижу катастройку, вот моя пьеса-плевок общественному вкусу. Первыми стоят те самые юморески, которые все запомнят, отдушина после репортажного стиля "Вчерашних забот". Хотя все рассказы с разной атмосферой, кроме общей ностальгической нотки, приятно было видеть неожиданные грани творчества Конецкого, особенно порадовал постмодернистский "Огурец навырез". Отдельно стоит упомянуть две сквозные темы в этом сборнике, важные для автора, невытравляемые ничем, видимо. Город-герой Ленинград и фильм "Малахов курган". Они тесно связаны, являясь важными вехами для писателя, буями на форватере, святыми вещами, которыми не шутят. Читаем дальше, салаги, а не то под килем протяну!

Самая первая и самая приятная повесть — "Завтрашние заботы". Я люблю советскую атмосферу 60-х, показанную здесь исключительно точно. Дух времени, вера в светлое будущее, сентиментальность автора и много любви. Родительской, товарищеской, к Родине, к женщине. Именно любовь и честность лирического героя перед самим собой привлекли меня, оставляя за скобками море, льдины, сопровождение конвоя и даже смерть. Два капитана...море забудет, вспомнит земля. Эта повесть единственная цветная из всего сборника. Синие фонари затемнений в Ленинграде, оранжевые апельсины под Новый год, красная ракета прощания с ледоколом в Чукотском море, бело-зелёные фонтаны пены между валами...Я влюбился в повесть с первой строчки о матери, читающей газету. В лице старшего механика и матери капитана Вольнова мы видим это самое "вчерашнее", тогда как у молодых ожидается "завтрашнее".

"Путевые портреты с морским пейзажем" — такой плавный переход к "Вчерашним заботам", некая подготовка на прочность. Когда шутки пошучены, персонажи описаны, жизнь на судне становится размеренной — дней, когда ничего не происходит, предостаточно. Что же делать? Вспоминать, как пили чай, какие чаи бывают, пьют ли Майский в Гваделупе, будет ли тошнить человека, если непривычки выпить литр чая и попасть в шторм и т.п. Стремление показать в этой повести трагизм столкнулись с романчиком капитана и буфетчицы. Конецкий ещё не умеет на этом этапе писать отстранённо, как это будет в центральной повести сборника. Авторское отношение очевидно и заметно, что накладывает негативный отпечаток на эту часть повествования. За скобками остаются доморощенный психолог-пассажир, один пёс и много размышлений о Чехове. Лот за борт, до ближайшей земли одна миля...вертикально!

"Вчерашние заботы. Путевые дневники и повесть в них" — ядро сборника, описание рейса лесовоза "Державино" по маршруту Мурманск-Игарка-Мурманск. Лучшее в этом произведении — персонажи, за них готов простить многое. Узнаваемые типажи с простыми и понятными русскому сердцу недостатками. Особенно наглядно показано, что любое судно представляет собой замкнутую систему, ячейку социума, которая должна выдержать испытания рейсами. Тот же Арнольд Тимофеевич, всеобщий нелюбимец и посмешище, с присказкой про то, как в 39-м году было, является важным винтиком системы. Механику есть, кого ненавидеть, матросу — кого пародировать, капитану — слушать угодливые, значить, поддакивания. И понятно, что любые угрозы ссадить старпома на берег беспочвенны. Один только персонаж одолел, хуже горькой редьки стал. Это, конечно, Фома Фомич Фомичов. Не верю, что это собирательный образ. Больше похоже на то, что Конецкий решил таким образом "прокатить" кого-то крепко обидевшего его и слить желчь. Он капает ядом на макушку капитана всю дорогу, прикрывая это юморесками про то, как Фома Фомич татуировки сводил или в Германии из иллюминатора выпал. За день не произошло ничего интересного? И ещё пару дней штиль? Пора вспомнить про встречи с маститыми писателями. И кстати к слову рассказать, как Фома Фомич на даче пригубливает водочку. Не отнять, что людей автор описывает мастерски, нескольких штрихов хватает, чтобы понять главные черты. Например, лоцман на Енисее мечтает быть смотрителем далёкого маяка, потому что на реке де слишком шумно. Рутинное повествование нагоняет скуку, а лирические отступления начинают злить. Я пробовал разобраться, почему так вышло: 1. Второй подряд дневник путешественника за месяц. Это накладывает определённый отпечаток. 2. Необходимость прочитать и написать отзыв, не отходя от кассы. Пью залпом, закусываю огурцом. 3. Признаюсь в страшном — я не люблю море в целом и географию в частности. Для меня лучший моряк — это Папай. Знаю людей, которые читают и следят по карте маршрут парохода. Я так не могу, не волнует, куда они там плывут. 4. Конецкий всё-таки не писатель в полноценном смысле этого слова. Всё скатывается к описаниям пережитого, да, качественным, но не более того. Мне ближе всего оказалась именно его незрелая романтическая повесть, а не то, к чему он пришёл в писательском ремесле спустя годы. 5. В итоге в памяти останутся байки. И в разговоре о книге ты будешь жонглировать ими, как кеглями. - А помнишь, как Фома Фомич на буфетчицу пышногрудую возлёг? - Дааа. - А ты помнишь, как Фома Фомич трубы на дачу привёз? - А то! 6. Признаюсь в ещё более страшном. Я земляк Веры Пановой, но не люблю её произведений. Я не понимаю Олега Даля, хотя эти фамилии должны привести меня в трепет узнавания и обрадовать. Туманная книга. Перечитаю лет через двадцать, если доживу.

«Завтрашние заботы» - пронзительная, грустная, но при этом очень светлая история. Главный герой, Глеб Вольнов, - молодой капитан корабля, чьё детство пришлось на время войны, в которой он потерял своего отца, узнал, что такое голод и тяжёлый труд. После войны он поступает на морские курсы и встречает отца своего друга Сашки, который погиб, когда их тральщик подорвался на мине. Глеб взялся его опекать и берёт с собой в рейс главным механиком. Там им предстоит пройти через множество трудностей - ночи без сна и отдыха, сильные шторма, многие месяцы в открытом море. Этот рейс действительно состоялся в начале 50-х годов: рыбацкие сейнеры, которые не предназначены для плавания во льдах, прошли из Архангельска на Сахалин Северным морским путём.

Меня очень сильно тронула любовная линия между главным героем и девушкой Агнией, с которой он знакомится в ресторане «Интурист», куда приходит вместе со своим другой Яковом Левиным. Это любовь без монологов о высоком, громких слов, возможно, из-за робости главного героя к женщинам, но из-за которой рушится дружба, а девушка не отвечает на письма Глеба, который до последнего верит, что всё будет хорошо. Книга наполнена тонкими и живыми психологическими портретами, чувствуется тепло и любовь автора к людям.

Прочитала книгу с большим удовольствием! В ней также есть морской юмор, но он очень тактичный. Она прекрасно написана, с удивительной атмосферой, эмоциями, отношениями, характерами и образами. У автора было интересное восприятие мира, которое очень интересно читать. Добавила Виктора Конецкого к любимым писателям. Теперь хочу посмотреть фильм, снятый по книге, и прочитать его другую книгу Виктор Конецкий - Кто смотрит на облака . Она чем-то похожа на эту, судя по аннотации, но меня это только радует. Очень жалко, что Виктор Конецкий такой недооценённый писатель...

Даже если вы не читали Конецкого, вы наверняка его знаете. Виктор Конецкий - автор сценария бессмертной комедии «Полосатый рейс » . А я и не знала... (да, я тот человек, который не читает титры и даже актёров знает преимущественно в лицо). К тому же, (и это должно было стоять во-первых) Виктор Конецкий был моряком - он плавал около 20 лет и прошёл путь до капитана дальнего плаванья. Понимаете, да? Рассказы Конецкого писались не с потолка, они реалистичны и самобытны, в них отсутствует тот напускной туман романтизма3 который авторы склонны приписывать морякам со времён Жюль Верна.

Это же подчёркивает и сам автор:

От произведений, написанных на морском материале, традиционно ждут приключенческой романтики. Ее нет. Флот – это производство; каждое судно -огромный двигающийся цех, в котором работают инженеры, техники, высококвалифицированные рабочие, то есть мотористы и матросы. Эти люди любят море и свою профессию, но любят ее совсем иначе, нежели еще тридцать лет назад. Моряки стали производственниками в полном смысле этого достаточно неуклюжего слова. И пора настала не ожидать от морских книг развлекательного, приключенческого чтива.

Если быть честной, я, как бывалая любительница морских приключений, ожидала от этих рассказов именно того, чего в них не оказалось. В повести "Завтрашние заботы" меня напрягло обилие специфической терминологии. Из-за её краткости повесть оставила ощущение сумбурности. В ней мне не хватило сюжета. Тогда как персонажи не смогли оставить равнодушной. Молодой капитан - Глеб, которому приходится вновь отправиться в плаванье ради отца своего погибшего друга. Мать Глеба - воплощение всех матерей, остающихся на суше, вдали от своих детей, со своими страхами и надеждами. Механик, решивший дожить свой век на море… Проблем было затронуто очень много – от чувства долга до романтики, но всё как-то вскользь, скупо и коротко.

"Вчерашние заботы" я прочитала намного с большим удовольствием. То ли к стилю автора притерпелась, то ли объём оказался для меня боле комфортным. А возможно, сам Конецкий немного по-другому отнёсся к повести, в которой сам стал одним из героев. Хотя, у меня осталось чувство, что в большинстве своём морской юмор прошёл мимо меня. Уж очень он тонкий, не навязчивый, а местами даже серьёзный (не понятно, шутка это, или нет). Даже без юмора, повесть интересная, ведь даже самая бытовая деятельность корабельной жизни покажется нам, сухопутным, чем-то не обычным и увлекательным. Под конец, "за занавесом" даже стало грустно прощаться с командой "Державино".

Идеально мне подошли рассказы Петра Ниточкина. Вот на них я повеселилась. Возникло даже ощущение присутствия, будто дядя моряк сидит с тобой за одним столом и травит морские байки из своих приключений. Особенная любовь у меня возникла к рассказу о "психической несовместимости" - ярко, с юмором, задором и теми самыми ситуациями, от которых и плакать и смеяться хочется. Я эти истории про Жмурика с Барракудой и Саг-Сагайло с самим Ниточкиным надолго ещё запомню.

В конце добавлю, что я подошла к этой книге не совсем с правильным настроением и ожиданиями. Поэтому многие тонкости могли пройти мимо меня. Но через какое-то время я бы хотела вернуться к Конецкому и осмыслить его рассказы более зрелым взглядом. А пока пойду пересматривать "Полосатый рейс"...