Ваша оценкаЖизнь как океан, и океан как жизнь. Бесконечное странствие человека за Доброй Надеждой по мертвой зыби невзгод и в яростном ветре удачи. Красивые светлые люди, покоряющие океан и несущие к берегам уверенность и смех. Веселые яркие морские истории бессмертного Петра Ниточкина заставят кого угодно покинуть берега и выйти к чистым морским горизонтам, лишь бы увидеть его героев. И с легкой печалью взглянуть на облака...
Жанры
Рейтинг LiveLib
4,4
6 оценок
- 567%
- 417%
- 317%
- 20%
- 10%
Ваша оценкаПрочитали 9Хотят прочитать 11
Рецензии
varvarra17 мая 2023 г.О людях, море, кораблях. О жизни.
Читать далееНа первый взгляд, книга напоминает сборник рассказов: разные даты (хронология соблюдена), разные герои, разные места - то крайний север, то дальний юг, то Ленинград... В какой-то момент, в главе "1950 год. Павел Басаргин", мелькает в повествовании девушка Тамара из зимнего блокадного Ленинград 1942 года, а в Степане Синюшкине, работающем на шахтах в 1953 году, вдруг узнается мальчишка-ремесленник, вырвавший хлеб из её ослабевших и замёрзших рук. Все герои, разбросанные по большой стране, оказываются связанными тонкими ниточками, иногда они сами не догадываются об этом, как не догадался Павел Басаргин о том, что выпивая за столиком в столовой гостиницы "Англетер" со случайным лётчиком, он разговаривал с тем, кто общался с его пропавшим братом Петром.
Замечать старых знакомых, вычислять их по ключевым фразам, связывать друг с другом, напоминало игру в теорию шести рукопожатий (социологическая теория, согласно которой любые два человека на Земле разделены не более чем пятью уровнями общих знакомых и, соответственно, шестью уровнями связей).Когда роман дочитан до конца, можно уже вычислить главного героя. А можно догадаться раньше, ведь Виктор Конецкий сам был морским офицером с богатой практикой плавания, поэтому в центре повествования естественно поставить моряка. Павел Александрович Басаргин через родственников и знакомых соединяет главы-рассказы воедино, его биография проходит через судьбы всех героев от 1942 до 1966 года.
В творчестве Конецкого подкупает, в первую очередь, искренность, правдивость. Читателя не обманешь, он чувствует, когда писатель сочиняет, а когда рассказывает то, что лежит на сердце. Неудивительно, что самые яркие картины - корабельная жизнь. И как тут не заслушаться байками, историями на морскую тематику!
Хочется верить, что у меня получится продолжить знакомство с остальными произведениями Виктора Конецкого.59606- varvarra6 июня 2023 г.
Без китайских церемоний
Но надо пытаться множить юмор на утопию. Это помогает жить самому. И следует забавлять рассказами мир, даже если он свесит ножки в яму. Этим принесешь миру пускай относительную, но пользу.Читать далееПочитать рассказы о Ниточкине захотелось после книги Виктор Конецкий - Кто смотрит на облака , в которой Пётр Иванович фигурирует среди других героев. Не знаю, в каком соотношении автор множит юмор на утопию в этом произведении, мне оно показалось вполне реалистичными, просто с долей литературного преувеличения, причём не самого писателя, а героя-рассказчика.
Сюжет простой: в военно-морском училище планируется очередной симпозиум славного ДОСААФа, на который и были приглашены бывшие морские офицеры. Многие из них давно занимаются новой деятельностью. Кто-то стал крупным ученым в "таинственных околофизических областях", кто-то - специалистом по Древнему Китаю, сам Виктор Конецкий, один из участников досаафовского симпозиума, увлёкся писательством.
Некоторое время ушло на узнавание, чтобы уже на первом перекуре погрузится в мир воспоминаний и морских баек: "в мир мужской моряцкой травли — ведь флот стоит одной ногой на воде, другой на юморе".
Основной темой разговоров стал рассказ Петра Ивановича Ниточкина, о том как их с контр-адмиралом "шарахнуло гранатой". И, конечно же, красной нитью через всё повествование проходит вопрос о морских традициях.
Обычно там, где традиции очень сильны, вырабатывается иммунитет к радикальным нововведениям.Но даже очень крепкие традиции иногда терпят поражение и отходят на второй план, уступая место новым явлениям и структурам. Если по палубе катится неразорвавшаяся "лимонка", то для такого случая существует традиция прикрыть её собственным телом. Молодой лейтенант с испуга забыл обо всех традициях, помчался по трапу с криком: "Спасайся, кто может!". Адмирал Беркут не изменил традиции, по которой настоящие моряки умирают не от той солёной и холодной воды, а захлёбываются в собственной ругани.
53701 
strannik10214 декабря 2022 г.Божья коровка, полети на небо, принеси нам хлеба!
Читать далееЭта повесть не является составной частью романа-странствия «За Доброй Надеждой». А является полностью художественным произведением Конецкого. Хотя конечно же основана на каких-то личных переживаниях и собственном опыте Виктора Викторовича, начиная от блокадного Ленинграда, продолжая курсантское прошлое и затем взрослые моряцкие годы, морских и сухопутных людей, впечатления и всё прочее...
Вот существует красивое высказывание-фраза, что одну книгу может написать практически любой человек — книгу о собственной жизни. Конецкий своими художественными и путешественными произведениями одновременно и подтвердил эту максиму, и, если не опроверг, то дополнил её, ибо сумел написать не одну и не две книги о своей жизни, а целый цикл. И конечно частично внёс в тексты художественных произведений и личный опыт. Который зачастую "сын ошибок трудных".
Итак, перед нами абсолютно художественное произведение. Которое имеет своеобразную форму. Ибо состоит из отдельных рассказов, в каждом из которых меняются главные герои, по крайней мере в первой половине книги. При этом читатель вместе с героями повести продвигается по шкале времени из военно-блокадного Ленинграда зимы 1942 года (ГГ девочка Тамара) сквозь не менее военные 1943 (ГГ Пётр Басаргин и уже появляется пока что ещё пацанёнок Ниточкин) и 1944 гг. (тут и вовсе ГГ некая взрослая женщина из, казалось бы, другой оперы) в уже послевоенные рассказы, героями которых становятся то рабочие-строители, то Басаргин уже Павел, то курсант Ниточкин, который затем превращается в моряка и далее мы уже встречаемся с ним и другими людьми из предыдущих глав-рассказов в самых разных жизненных, драматических и лирических ситуациях.
При этом в каждом отдельном рассказе непременно есть какая-то своя острая особенная ситуация, в которую попадают главные герои и из которой либо выходят победителями, либо всё провисает в неизвестности … до времён более поздних.
В конечном итоге перед нами разворачивается жизнь нескольких человек в течение почти четверти века, и судьбы этих людей, их поступки и дела не оставляют читателя в равнодушии и бесстрастии.
Ну, а о филигранной точности метафор от Конецкого я уже как-то писал в рецензиях на предыдущие его книги:
Гнедой от старости автобус судорожно прыгал по ухабам и лужам
Мокрое дерево скрипит тускло— написать так кратко, точно и ёмко способен только большой мастер литературного слова.
Продолжаю свой личный флешмоб по творчеству этого любимого и почитаемого мной автора. Впереди «Вчерашние заботы».
45659
Цитаты
- varvarra4 июня 2023 г.Читать далее
И вот именно правдивость и есть самое ужасное в человеческих отношениях.
Если ты с полной искренностью заявляешь, что терпеть не можешь чавкающих людей, то тебе заявляют, что ты нетерпим к людям, не умеешь владеть собой и являешься негодным членом коллектива. Парадокс здесь в том, что самое высокое человеческое качество — правдивость, искренность — при существовании в коллективе есть самое дурное и вредное качество. И чем больше, и шире, и чистосердечнее ты информируешь людей о своем к ним истинном отношении, тем хуже идут дела в коллективе.13591 
Penelopa211 октября 2016 г.Гриша по кличке Айсберг, например, исчез с флота в результате одной-единственной радиограммы своей собственной жены: "Купи Лондоне бюстгальтеры размер спроси радиста твоя Муму".
132,3K- varvarra5 июня 2023 г.
— Флот всегда отличался тем, что, будучи невыносим для некоторых людей определенного вида дарования, выталкивая их из себя, успевал, однако, дать нечто такое, что потом помогало им стать заметными на другом поприще.
— Только отчаливать с флота надо в точно определенный момент, — сказал я.
— Да, — согласился Ящик. — Тут как в фотографии: передержка гибельна.10287