1
Ваша оценкаРоман "Весна на Одере" Эммануила Казакевича был написан в 1949 году и представляет собой многоплановое повествование о последнем периоде Второй мировой войны. За это масштабное произведение, героями которого стали маршалы Жуков, Конев и Рокоссовский, писатель был удостоен Сталинской премии.
Жанры
Книга из цикла
Роман-эпопея
Рейтинг LiveLib
3,8
48 оценок
- 538%
- 431%
- 323%
- 24%
- 14%
Ваша оценкаПрочитали 72Хотят прочитать 77
Рецензии
red_star20 февраля 2024 г.И всех опьяняла весна
Читать далееОчень хорошая книга. С разных углов зрения, с анализом и учетом времени написания и без него, так или иначе – очень хорошая книга. Да, можно считать, что это расширенная почти до фронтового масштаба Звезда , да, это опять про разведчиков, но тем не менее – это хорошая книга, в которой действуют живые, похожие на людей люди.
Казакевич начинает очень кинематографично – с яркого эпизода с баронской каретой, и вполне предсказуемо этот эпизод перекочевал без изменений в среднюю в остальном экранизацию (несмотря на крайне хороший актерский состав химия в кино не сложилась). Первые страницы кажется, что текст будет слишком лакированным, заставляя шевелиться сомнения и стереотипы – как же, книга конца 40-х, наверняка будут умолчания и политические вставки. Будут, будут, как же без них, Сталина будут славить последовательно и часто, но всего раза в два больше, чем в В окопах Сталинграда , так что оскомину это не набивает. Но оказалось, что Казакевич специально в первых эпизодах пытался передать эйфорию от вступления Красной Армии на территорию Германии, это именно ощущение бойцов и командиров, а не автора, который знает, что все будет не очень-то легко до самого конца.
А потом эйфория разлетается на осколки от соприкосновения с реальностью. Описание штурма Шнайдемюля показалось мне крайне похожим на то, что писал Исаев о штурме немецких фестунгов – и больше всего именно в описании маневренности немецкой обороны, тщательного перебрасывания самоходок и подготовленной пехоты на угрожаемые участки. Казакевич знал то, о чем писал, и на тактическом звене (чего стоит только упоминание о сборе тысяч фаустов и выпуске русскоязычных инструкций для них), и на стратегическом. После прорыва к Одеру в книге все идет как в реальности – угроза с правого фланга, поворот лицом к Балтике, только в апреле бросок к Берлину. Любопытно, что главные герои при этом не попадают в сам Берлин, их соединение охватывает его через Потсдам. Для броска на Берлин Казакевич использует симпатичную метафору из Шекспира, вспоминая про Бирнамский лес.
В классической советской манере говорить о типическом Казакевич населяет роман интересными людьми. Для разговора о женщинах на войне в романе есть наисимпатичнейшая главный хирург Таня и медсестра Глаша, генерал возит за собой дочку, которую вышестоящие начальники постоянно требуют отправить в тыл. Среди солдат есть мудрый парторг от сохи и боец с коммерческой жилкой, который пытается тянуть из Германии все, что плохо лежит. Есть те, кто воюет и пишет стихи, есть те, кто пришел в Германию мстить, потеряв всех своих в Ленинграде. Перед нами художественная проза, поэтому люди будут встречаться, конфликтовать, постоянно перемещаясь дальше на запад.
В романе много любви. Любви чистой и взаимной, любви расчетливой, с изменами, любви невозможной, маловероятной, но политической. Наши освобождают несметные количества подневольных работников (при этом автор не забывает про разницу в статусе славянских и западноевропейских работников в глазах немцев), и автор разрешает советскому капитану и голландской красавице-блондинке пару встреч и пару поцелуев, не дав, правда, никакого ответа о развязке истории.
В книге крайне много уместной политики. Как может не быть политики в книге о конце войны, когда на земле устанавливаются новые стандарты? Поэтому автор позволяет себе некоторое послезнание, метнув несколько шпилек в союзников по коалиции, но без нажима. Интереснее другое – весь эпизод, в котором наши встречают живую помещицу. Тут ценны все аспекты – от удивления до негодования, от попытки сразу все исправить, убрать доминирование, до какого-то энтомологического интереса со стороны молодых ребят из Красной Армии, которые такого чуда как крупный землевладелец и не видали никогда.
И время написания, и размах просят провести сравнение романа Казакевича со Знаменосцами Олеся Гончара. Тут есть даже некоторая языковая схожесть – роман Гончара, также отмеченный Сталинской премией, был написан на украинском, а Казакевич раньше писал на идиш (по поводу оригинального языка именно этого романа согласия у исследователей нет). Но проза Казакевича явно лучше, тут и динамика повествования, и образы героев, и большая зрелость очевидны.
Из менее прямолинейных сравнений в голову приходят Благоволительницы . Это, конечно же, текст из другой эпохи, но коллапс рейха дан авторами в схожем ключе, да и горящий Берлин кажется одной локацией в обоих текстах. Робкие попытки героев Казакевича строить новую жизнь для немцев на территории бывшего рейха заставляют вспоминать кино. Это, конечно же, и «Германия, год нулевой», и один из любимых моих военных фильмов – «Мне было 19» Конрада Вольфа, где наши, показанные через туннель реальности режиссёра из ГДР, начинают переход к новой нормальности в занятых городах. Это пограничное состояние многих интересовало, породив замечательные произведения, и Казакевич хорошо вписался в этот ряд.
Что будет с Лубенцовым и Таней? Встретит ли Чохов свою белокурую Маргарет? Все это за рамками той самой весны сорок пятого, ставшей таким притягательным образом в нашем (и не только в нашем) искусстве. Но недосказанность эта кажется обещающей, аналогом открытого финала, все еще будет. Для тех, кто дожил.
51 понравилось899
panda00727 декабря 2015 г.Хотела, как лучше, а получилось...
Читать далееЧестно решила приобщиться к волшебному миру советской литературы. Но недооценила его волшебности. И ведь, казалось, всё сделала наверняка: и тема интересная (последние месяцы войны), и писатель – очевидец событий, и имя у него известное. Не сработало.
Подташнивать начало уже на первой странице, когда речь зашла «о великом Сталине, который вел и привел их сюда». Ладно, решила я, книга написана в определённое время, такие были правила игры, из песни слова не выкинешь, может, всё остальное будет лучше. Но лучше не стало. От картонности и плакатности героев сводило скулы. Таблички на них можно было вешать, не глядя: «мудрый командир», «много повидавшая женщина», «шутник и балагур», «отчаянный и безбашенный». Достоинства их были безразмерны, а недостатки стремились к нулю и были легко объяснимы тяготами военного времени. В общем, любимый советский конфликт – борьба хорошего с лучшим.
Что ещё отвращает от книги, так это попытки автора «писать красиво». Как загнет что-нибудь про «горделивое сознание собственной непобедимой силы», хоть выноси всех святых. Это сочетание пафоса с бесконечным описанием быта рождает ощущение невыносимой фальши. Если прибавить к этому растянутость, отсутствие динамики и внятного сюжета и потуги на юмор, мои мучения станут понятны.
А кончилось всё тем же, чем и начиналось:
— Сталину спасибо.
«Да, спасибо ему, — думал член Военного Совета, глядя на светлые воды Эльбы. — Спасибо его могучему уму, железной выдержке, несравненной настойчивости и беспримерной прозорливости…»Всё это было бы смешно, когда бы не было так грустно.
29 понравилось1,4K
George37 февраля 2019 г.В преддверии победы
Читать далееРоман Э. Казакевича «Весна на Одере» это многоплановый рассказ о последних месяцах Великой Отечественной войны. Весна 1945 года. Советские войска готовятся к форсированию Одера. Тяжелые бои за месяц до победы над фашистской Германией унесут еще десятки тысяч жизней советских солдат и офицеров
Как мало все-таки читают книги о войне, причем написанные писателями,которые сами ощутили на себе ее ужасы, сами принимали непосредственное участие в достижении победы.Таким был и Эммануил Казакевич, написавший этот роман,когда победа была уже так близка. Эта весна оказалась радостной и для двух любящих сердец, расставшиеся в первые годы на дорогах войны. Такое необычное окончание даже вызвало волну критики за его идейно-тематическое благополучие, к которому еще не привыкли. А читать было радостно, тем более, что выходила вторая книга дилогии "Дом на площади" писателя24 понравилось1,4K
Цитаты
- panda00723 декабря 2015 г.
Немцы любят приказ, на свой страх они действовать не будут. А те, что поумнее, те попросту понимают, что это бесполезно.
6 понравилось998 - panda00723 декабря 2015 г.
Над дверьми, над кроватями и в простенках висели напечатанные на картоне древнеготической вязью изречения в стихах — главным образом на тему о необходимости довольствоваться малым и о преимуществе тихого семейного
счастья перед мирской суетой. Под стишками висели фотографии двух улыбающихся германских солдат — видимо, сыновей хозяина дома — на фоне улиц и площадей европейских столиц: Копенгагена, Гааги, Брюсселя и Парижа. Сыновья хозяина не довольствовались малым!5 понравилось879 - panda00723 декабря 2015 г.
Дом был полон белых перин и стенных часов разных размеров, отличавшихся таким простуженным звоном, словно они просились под эти перины.
5 понравилось720
Подборки с этой книгой
Экранизированные книги
- 1 811 книг
"... вот-вот замечено сами-знаете-где"
- 39 918 книг
Дебют известных и знаменитых писателей
- 3 011 книг
Произведения, которые печатались в журнале "Роман-газета"
- 453 книги
Экранизации
- 7 482 книги
Другие издания
