Флаг миноносца

Юлий Анненков – писатель, драматург родился в1919 году на Украине, учился в Московском институте философии, литературы истории им. Н.Г. Чернышевского. В 1941 году ушел добровольцем на фронт, служил в воинской части, сформированной дл защиты Москвы, впоследствии 305-й гвардейский минометной Радомский ордена Александра Невского полк моряков. В составе полка воевал на Западном, Южном, Северо-Кавказском, Карельском фронтах, сначала рядовым наводчиком орудия, а потом офицером – командиром подразделен...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,3

17 оценок

5
53%
4
35%
3
12%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 18Хотят прочитать 15

Рецензии

Marikk
18 октября 2025
Книгу добавила в хотелки сто лет назад, кто-то в Что читаем очень советовал. И вот - свершилось!
Роман начинается с того, что лидер "Ростов" идет обстреливать Констанцу (город в Румынии), где сосредоточены огромные запасы нефти. И, к сожалению, гибнет. В живых остаются 5-6 моряков и флаг миноносца. Корабль уничтожен, но люди живы - и воевать надо!
Командира корабля Арсеньева назначают командиром дивизиона реактивных минометов («катюш»). Тяжелые бои под Москвой в декабре 1941 года, отступление на Дону и Кубани, бои в горах на перевалах к черноморскому побережью, а потом контрнаступление и прорыв «Голубой линии» на Тамани. Тяжело и морально, и физически. Бомбежки, ранения, смерти друзей. И это всё война, и это всё есть в этом романе...
Повествование довольно динамичное, героев много, не всегда понимаешь, за кого "болеть" надо, но автор четко показывает, как формируется характер человека в непростых условиях, как из вчерашних мальчишек получаются командиры, как люди показываются свои истинные лица.
Читать далее
58 понравилось
0
191
russischergeist
4 июня 2017
Немало хороших книг написано о Великой Отечественной войне советского народа. Я сказал — немало. И все-таки недостаточно. Может быть, когда-нибудь явится гений — новый Пушкин, Толстой или Шекспир. Наверно, он сумеет в одном великом произведении оживить гигантскую панораму тех дней — горные вершины Сталинграда и Севастополя, могучие реки нашего наступления и неприступные скалы обороны. Может быть, в этом романе (или поэме) предстанет перед нами всё: русские солдаты и генералы, и враги, и друзья, и военные сводки, и полевые кухни, госпитали и штабы, взорванные танки на размытых дорогах, и город, притаившийся в ночи под маскировочными шторами. Мы прочтём там о скромных тружениках тыла и о судьбе жены солдата, о великих полководцах, сумевших объять мыслью целую эпоху, и о маленьком сержанте, у которого хватило сердца только на то, чтобы прикрыть им чёрную дыру ствола вражеского пулемёта. В той книге будет все: чувства всех, выраженные через немногих, душа миллионов, радость и горе народов. Если бы я мог перечислить все, что там будет, то, наверно, попытался бы сам написать эту книгу. Но я не знаю, как передать в одном романе эпоху. И это вовсе не значит, что все мы — простые солдаты писательской армии — должны дожидаться создания будущего гения, а пока сидеть сложа руки. Пусть каждый расскажет о том, что он знает сам. Пусть каждый, кто может, попытается передать чувства, волновавшие его, свою боль и свою радость, и да будет благословен этот труд, потому что каждое зерно попадёт в житницу народа. Ему одному принадлежит будущее, настоящее и прошлое. Он один сумеет отобрать полноценные золотые зёрна от шелухи.
Сегодня, в ночь полнолуния, я открыл нижний ящик моего стола. Я давно ждал этой минуты и счастлив, что она пришла. Ворох писем и дневников покрывает бумаги сегодняшнего дня. На столе лежат выцветшие фотографии и другие — совсем ещё сочные и чёткие, будто они сделаны вчера. Старую карту нужно разворачивать очень осторожно. Она совсем перетёрлась на сгибах. Ведь вы знаете, как полагается складывать военную карту? Её складывают сначала вдоль, а потом гармошкой, чтобы можно было перелистывать её, как книгу. Офицеры читали эту книгу при свете электрического фонарика или коптилки, сделанной из снарядной гильзы, а иногда даже при свете луны, когда она бывала такой щедрой, как сегодня. Синие и красные дуги на карте, маленькие овалы, ромбы, кружки. Стрела — удар. Извилистая линия — рейд в тыл врага. Об этой карте можно писать день и два, и больше, и все равно не напишешь всего, что она рассказывает знающему её историю.
Невозможно написать обо всем. И вот я решил рассказать только о Флаге миноносца. Я пишу «Флаг» с большой буквы потому, что для нас, которым его дали, не было ничего больше его. Я хочу рассказать вам о Флаге миноносца и о любви. Говорят — любовь к родине. Эти слова стали совсем привычными, и часто мы сами не думаем, что за ними лежит наша любовь ко всем, кто шагал вместе с нами по дороге, к городам и домам, и знакомым деревьям, которые цветут и отцветают и дают плоды.
Только что Вы прочитали отрывок из предисловия автора к этой книге. Юлий Лазаревич Анненков был свидетелем описанных в книге событий. Фамилии, имена слегка изменены, сюжет описан тонко и высокохудожественно, но в остальном книга получилась честной, правильной, рассказывающей о героических поступках моряков, сражавшихся как на море, так и на суше в первые дни и годы Великой отечественной войны.
Искренние слова автора в предисловии меня сильно взволновали, я бросился читать само произведение и уже не смог оторваться. И сразу же первая глава романа, как говорится, без всякой передышки и путанных введений издалека, была проникнута полнотой драматизма истории лидера эскадренных миноносцев "Ростов" и дальнейшей судьбы его флага. После прочтения этой главы я бросился искать информацию о судне и не нашел точной информации. Похоже, что писатель изменил и название корабля. Очень похожа по срокам и времени последнего боя история лидера "Москва". Только 6 лет назад румынские дайверы-спасатели нашли место, где корабль был затоплен. Истинные причины его быстрой гибели до сих пор еще не до конца выяснены. Понятно, что от мины он не мог разломиться пополам. У писателя описана своя версия тех драматических событий, при которой флаг этого эсминца (лидеры эскадренных миноносцев близки по типу к эсминцам) считанным морякам удалось спасти.
И очень логичным можно объяснить тот факт, что после возвращения флага на родную советскую землю, его получило свежесозданное сухопутное подразделение - дивизион зенитных орудий, которое сформировали из новых бойцов и уцелевших в разных боях моряков, и после краткосрочных курсов обучения сразу направили на оборону Москвы. Забегая позже, писатель рассказал нам и о боях при обороне города Ростова, где дивизион также проявлял отвагу и мужество.
Закаливаемые в первых боях молодые бойцы могли равняться на своих товарищей, уже бывалых моряков и мы видим на примере одной небольшой батареи орудий, как рождалась сплоченность, самоотверженность, смекалка, любовь к родине и поклонение самому дорогому в дивизионе - выжившему в первых морских баталиях Флагу "Ростова".
Это сейчас, в настоящее время, десантные войска считаются элитой современной армии, а тогда лучшими из лучших считали именно моряков. И неважно, где они воюют, на берегу, в кубанской степи, в подмосковных лесах или кавказском предгорье. Мы видим, как эти выбранные персонажи - молодые люди, принятые в дивизион под Москвой, становятся похожими на своих старших товарищей и их уже не зря называют также Настоящими моряками. И действительно, когда ребятам было очень туго, они одевали на морские бушлаты и бескозырки и шли гордо и бесстрашно на верную смерть!..

— Полк… На Флаг — смирно!
Горнисты поднесли к губам свои трубы, и они разом вспыхнули в солнечных лучах. Моряки стояли сомкнутым строем. Ветер развевал за их плечами гвардейские ленты с надписью «Ростов».
— Флаг поднять!
Солнце взошло над синей водой. Опалённый залпами, пробитый осколками, освящённый матросской кровью поднялся на грани суши и моря бело-голубой Флаг миноносца.
Вольно, дорогие читатели! Но не забывайте героев войны, спасших нас от нацизма. А книга действительно стоящая, возможно, одна из лучших среди романов о военных моряках! Я думаю, и вы предложите мне в комментариях стоящие книги о таких бесстрашных героях в бескозырках.
Читать далее
30 понравилось
0
425
metaloleg
24 июля 2024
Моряки на "катюшах" под флагом корабля
Личный состав 1-го Краснознаменного Дивизиона 305 -го Гвардейского Ордена Александра Невского Радомского минометного полка моряков. Германия, 5-го октября 1945 года.
Эта книга по сути является собой литературным портретом одной необычной части, в которую автор, студент 4-го курса ИФЛИ Юлий Лазаревич Анненков, попал добровольцем прямо в разгар битвы за Москву. Тут длинная история, прослеживаемая по документам и даже мемуарам, например точно что-то писал Н. Г. Кузнецов про 200-й артдивизион, укомплектованный моряками БалтФлота и Артиллерийского управления ВМФ. Эти стационарные орудия участвовали в боях в вяземском котле, впоследствии из выжившего и вышедшего из окружения личного состава был сформирован 14-й гвардейский морской минометный дивизион, командиром которого стал капитан-лейтенант Москвин. Вот туда именно и попал Анненков, частично выведя себя в книге под вчерашним студентом Соминым, ставшим командиром расчета ПВО-ПТО, а вот с фигурой капитана Арсения Москвина связана, видимо, единственная литературная натяжка в завязке книги. По замыслу автора командир дивизиона капитан Арсеньев, главный герой книги попал на сухопутный фронт после того, как его корабль, воображаемый лидер "Ростов" и участвующий с ним в одном рейде на Констанцу лидер "Киев" были потоплены почти со всеми экипажами, с "Ростова" кроме капитана спаслось пять человек, успевшие заодно спасти флаг корабля, ставший флагом дивизиона. В целом, натяжка в том, что нет примеров во время ВОВ, чтобы командир крупного боевого корабля, то есть не менее капитан-лейтенанта по званию, уходил после гибели на сухопутный фронт во главе морпехов, где его знания вряд ли бы пригодились бы адекватно. Даже батареи, переданные на сухопутный фронт всегда комплектовались профильными командирами.
Художественная книга очень документальна в изображении боевых действий реального 14 гвардейского оминдн моряков. После битвы за Москву их перебросили на юг на Миус-Фронт, где они стояли в резерве с февраля по начало "Блау", ЖБД дивизиона, найденную мною на "Памяти народа" состоят из одной-трех страниц за месяц, в которых лейтмотивом идет фраза изо дня в день, что дивизион занимается боевой подготовкой с незначительными происшествиями. Анненков написал книгу и про бои, в которых моряки преимущественно боролись с танками лупя по ним прямой наводкой, что было собственно нештатным использованием установок на "Студебеккерах", но обстановка так требовала. Эта борьба с танками как-то незаметно стала у автора главной боевой работой сначала дивизиона, потом отдельного полка, как и реальности сформированном в декабре 1942-го. И не меньше в книге отведено повседневной жизни дивизиона моряков на колесах, с их достаточно шаблонным по литературным меркам, но вероятно списанными с живых людей твердым и уверенным командиром Арсеньевым, отцом-политруком Яновским, душнилой-начштаба Будаковым, залихватскими офицерами и матросами в разведке, искательницей приключений Людмилой, то служащей у моряков, то сбегающей от них. За исключением одного перебежчика, застреленного Соминым и апатичным начштаба, Аннеков вывел отрицательным персонажем одного политработника, пока "свой" комиссар лечился после ранения. Технически сложная техника, плюс излишне секретная по замыслу командования, обусловила много технических происшествий вокруг которых иногда развивается сюжет романа, то проблемы с контактами запала, то некондиционные ракеты. Основной сюжет происходит со второй половины 1942-го по середину 1943-го, то есть отступления через Ростов за Дон, а дальше за Кубань и бои в горах на перевалах к черноморскому побережью, а потом контрнаступление и прорыв "Голубой линии" на Тамани. Изображение кубанских степей и станиц видимо тоже документально, хотя если по 14-му дивизиону ЖБД есть за большую часть 1942-го, то по 305-му полку нет ничего, что странно.
Вот такая книга, которую можно читать как вполне правдивое и не очень украшенное, особенно идеологической накачкой, изображение повседневной жизни боевой части. И в который раз выделяю факт притягательности морской пехоты во всех ее проявлениях для литераторов, дивизионов реактивной артиллерии было за время ВОВ больше полутысячи, но только два из них были "морскими", и об одном есть целая книга, чего нет зачастую про другие, более крупные полки, бригады, дивизии... И да, это не морская проза, за исключением первой главы, а сугубо сухопутная, но видно, что автор всегда рвется на море, а раз моря нет, что представляет свою часть в роли сухопутного корабля рассекающего степью по вражеским водам.
Читать далее
19 понравилось
0
237