Der Idiot

"Идиот" третий роман за лето Федора Михайловича Достоевского. Уже практически стала любить Достоевского,но этот роман немного охладил мой пыл. Ожидала большего, но , увы, не сбылось... Для меня в нем слишком много персонажей мне не понятных,точнее не поняла я их роль в этом романе. Мышкин, Рогожин, Настасья Филипповна... любовный треугольник, казалось бы, ан нет... появляются и появляются новые персонажи...размышления обо всем и не о чем... Женщины странные: сначала предлагают себя в замуж, а потом отказываются. Не впечатлил, скорее утомил...Думаю сделаю небольшой перерыв в Достоевском (в плане еще два произведения)...

В школе с Федором Михайловичем отношения не сложились, но время идет и я решила попробовать почитать его книги снова. Книга меня привлекла одним названием, давно стояла на полке. Кто же идиот? Почему? Действительно ли Мышкин идиот или прикидывается? Вот такие у меня возникали вопросы в начале чтения.

Мне книга очень понравилась, поставила 5 звезд. Она читалась тяжело и долго, потому что некоторые реалии того времени так и остались мне непонятными да и к слогу Достоевского привыкала долго, но читала с удовольствием. Федор Михайлович умеет накалить обстановку, ты уже в напряженном ожидании, что сейчас что-то будет, а он обрывает эту сюжетную линию на самом волнительном моменте и возвращается к ней только через пару глав.

Основная сюжетная линия, которая лежит на поверхности – это любовный многоугольник, ну и душевные терзания персонажей, куда же без них. У каждого персонажа свои тараканы и своя боль, автор не щадит никого. Князь Лев Мышкнин мечется между двумя красавицами: Аглаей Епанчиной и Настасьей Филлиповной, соперничество которых обостряется до предела, нервы натянуты у всех, страсти кипят.

Не скажу, что после этого романа Достоевский стал моим любимым автором, все-таки тяжеловат он на подъем, но буду продолжать знакомиться с его произведениями.

Прочитав данную книгу, я не смог отделаться от грязи, ею пестрят страницы. Я упорный человек, но мне морально невероятно трудно читать издевательства. Каждый персонаж друг друга стоит. Князь Мышкин по идее, как Христос. Единственный в своем роде адекват, несмотря на болезнь, не глядя на прочие его неприятности. Один напротив этого "дикого мира". Не удивительно, что с ним сотворило общество (в конце концов так должно было быть). Если ему и гибнуть, то на кресте...
Произведение тяжелое, даже отвратительное, иногда как будто не до конца доработанное. Основа базируется на мнении автора о разных вещах философских. Все главное, на мой взгляд, можно было изложить гораздо короче, уделив внимание больше диалогам. Здесь бессмысленно искать красоту фраз, или интересный сюжет. Сам слог неудобен для чтения. Идея явно религиозного характера. Иногда философия кажется абсурдной, а морализаторство крайне неприятным. Времени я потратил достаточно, хотя и прочел книгу за 4 дня. Ощущение такое, словно испачкался.
Роман переполнен низменностью, убогостью и пороками. Люди, измывающиеся друг над другом: лжецы, воры, льстецы, нищета, безумство, жестокость, смерть ребенка, насмешки, издевательства над больными, бесчеловечность, презрения друг к другу, смерть вообще, болезни, унижения, попытки суицида - одним словом все это именно здесь, в одной единственной книге! Каждый персонаж был задуман с пороками или недостатками. Персонажей много, роман переполнен и перегружен ими. Я считаю, что это сделано очень зря. Действительно в жизни чего только нет... А тут открыл роман, прочел и попал в пучину сплетен "черных новостей из газет".
Здесь друг друга все терпят или подло подставляют. Все двусмысленно и не имеет какой-то единственной стороны. Есть и хорошие вещи на земле, но здесь все беспросветно и тревожно, депрессивно. Никакой надежды на лучшее.
У автора явно был особый смысл совместить в книге все человеческие подлости мира, чтобы на фоне их особым вышел князь Мышкин. Персонажи, как участники пьесы, разыгрывают драмы.

Встреча с книгой. Встреча с Книгой. Встреча с КНИГОЙ. Наверно, каждый, кто пожелал поделиться на этом форуме своими впечатлениями о прочитанном, имел одну из таких встреч (разумеется, если это не «профессиональный» рецензент). Прочитав «Идиота» я понял, что это – КНИГА! Причём бесспорно и навсегда! До этого и предположить не мог, что есть такая Литература.
В 16 лет Достоевский написал в письме брату: «Человек есть тайна. Ее надо разгадать, и ежели будешь ее разгадывать всю жизнь, то не говори, что потерял время; я занимаюсь этой тайной, ибо хочу быть человеком». Почти через 30 лет, написав «Идиота», грандиозная юношеская мечта-задача была воплощена и – выполнена. Впоследствии, даря эту книгу М.А.Александрову, Достоевский с чувством сказал: «Читайте! Это хорошая вещь… Тут всё есть!» Да, в «Идиоте» тайна и истина о человеке раскрыта с небывалой силой. Именно поэтому вот уже почти полтора века этот роман продолжает притягивать, волновать и потрясать читателей. Подобно многим мыслящим современникам, Достоевский тоже мучительно думал о несправедливости общественного устройства, причинах зла, но в отличие от многих, корни этого зла он видел не во внешних обстоятельствах человеческих отношений, а внутри самого человека. Соответственно, и рецепты лечения общественных недугов предлагались в глубинной перемене духовно-нравственного состояния человека. Ну, а путь к такой перемене – показать неотразимо прекрасный образец такого человека – задача, конечно, безмерно трудная, но в князе Мышкине, кажется, удавшаяся.
С первых страниц романа главный герой проверяется на прочность, погружаемый во всё более жёсткие и конфликтные ситуации и при этом выходит победителем, причём «побеждённые» отнюдь не ощущают себя таковыми и в момент «поражения» проявляются их лучшие человеческие качества. Например, Рогожин, случайно встретившись и разговорившись с князем, во время прощания вдруг сообщает князю, что полюбил его и совершенно искренно приглашает к себе, предлагает и материальную поддержку, хотя поначалу рассматривал мёрзнущего бедного попутчика насмешливо и высокомерно-снисходительно. Подобно и лакей генерала Епанчина, поговорив с Мышкиным, любезно соглашается удовлетворить просьбу князя покурить, несмотря на то, что сначала был категорически против. Далее, сам генерал Епанчин, уже почти указывая князю на дверь, вдруг переменяет своё решение и опять-таки реально помогает ему – деньгами, с жильём, с работой. По характеристике отца семейства женская половина уже имела представление о князе как о жалком идиоте, принимающем подаяние на бедность, однако после полуторачасового общения все они, конечно, имели совершенно другое мнение о новом госте. Причём, после беседы с князем нравственная атмосфера в доме Епанчиных как-то вдруг улучшилась – генеральша встала из-за стола в хорошем расположении духа и девицы смотрели весело, хотя вначале Лизавета Прокофьевна была раздражена, и в первую очередь на мужа (неприятный слух о подарке генералом дорогого жемчуга Настасье Филипповне), но это раздражение переключалось и на князя. Достоевский, постепенно знакомя главного героя с читателем, с удивительным мастерством изображает именно «закулисную» сторону межчеловеческих отношений. Как гениальнейший режиссёр он подбирает нужный состав актёров, наделяя каждого из них какой-то идеей, точно расставляет на сцене, создаёт им конфликтную ситуацию и как бы отпускает в свободное плавание, тем не менее зорко следя за каждым. В общем и целом, читая «Идиота» не оставляет ощущение поразительной иллюзии достоверности описываемого. Понимаешь, что роман – плод художественной фантазии автора и тем не менее эта фантазия почти «действительнее самой действительности». Но главный вопрос: а куда ведёт читателя гениальный режиссёр и художник? Достоевский, одному ему ведомыми способами извлекает читателя-зрителя из зрительного зала и втаскивает его на сцену, к актёрам. Спектакль становится необычным - бывший зритель невольно подчиняется могучему режиссёру и становится полноправным участником сценического действа. В спектакле под названием «Идиот» включение зрителя в актёрский состав готовится постепенно и выход на сцену запланирован ближе к финалу. Попав на сцену, зритель, разумеется, перестаёт быть зрителем и ему надо определиться, к какому актёру примкнуть и какую роль играть, остаться самим собой невозможно – ты на сцене. Разумеется, любой мало-мальски амбициозный актер (а других и не бывает) хочет играть главные роли, к ним и примеривается. В нашем спектакле это князь Мышкин и Настасья Филипповна. Понятно, что начинающему лицедею никакой режиссёр главной роли сразу не даст, надо поискать что-то попроще - выбор богатый. Правда, то, что попроще можно быстренько тут же сыграть и переключиться на более сложные роли – режиссёр и спектакль это позволяют, потому-то он и необычный. Таким образом можно подобраться и к главным ролям, если другие уже освоены. Но тут возникает одна загвоздочка. Эти главные герои, несмотря на созданную им художником-режиссёром привлекательную харизматичность, неоднократно и даже настойчиво называются «сумасшедшими» или «помешанными», ну, а самый главный, само собой – «идиотом». Играть сумасшедшего – значит самому в какой–то степени (а при подлинной игре так и в полной степени) стать сумасшедшим. Такая перспектива не каждого привлечёт. Но опять-таки: это из зрительного зала можно рассуждать о сумасшествии отстранённо, на сцене – невозможно. Или – почти невозможно. И это «почти» надо использовать. Нужно непременно на сцене разрешить вопрос вменяемости именно главных героев, ибо вокруг них вращаются остальные действующие лица и от разрешения этой проблемы зависит исход всего спектакля. Достоевский в определённом смысле даже жестокий режиссёр. Погрузив читателя-зрителя в сценическое действо, он оставляет ему широчайшую степень свободы, которая, как известно, невыносима (но известно и хорошо разъяснено это будет только в «Братьях Карамазовых»). Доведя читателя-актёра до состояния близкого к вакуумной невесомости, писатель-режиссёр практически отстраняется от него, заставляя действовать самостоятельно. Это нелегко… Нужно самому искать воздуху и точки опоры. В конце концов только двигающаяся лягушка способна спастись и из глубокой кринки со сметаной… В случае с человеком, попавшим в экстремальную ситуацию – надо думать. Размышления приводят к выводу, что не Мышкин и Настасья Филипповна сумасшедшие, а как раз те, которые считают их таковыми. Они двое в наибольшей степени несут в себе христианский образ и именно опора на Христа позволяет им быть наиболее сильными, цельными, прекрасными и привлекательными героями. В идеале они могли бы составить гармоничную счастливую пару, но «реалист в высшем смысле» (он же режиссёр-постановщик спектакля) Достоевский завершает мистерию несравненно трагичнее и тем самым бьёт читателя-актёра. Цель этого «битья» - возбудить в читателе глубочайший умственный и сердечный протест против окружающего безобразия. Одновременно, в ум и сердце читателя заброшены настолько сильные семена любви, гармонии, радости и счастья, что семена эти мощно и лавинообразно рвутся в рост, попутно подавляя всегда имеющиеся сорняки гордыни, зависти, злобы и тщеславия. И такого нового человека Достоевский с театральной сцены снова переправляет в реальный мир, предлагая самому уже стать режиссёром, но не в театре, а в жизни. Круг замыкается. Краткий сценарий такого преображения показан в «фантастическом» гениально-пророческом рассказе «Сон смешного человека», а подробный и реалистичный процесс изображён в «Идиоте». Но какую же истину должен нести людям новый Смешной? Ведь всё уже давным-давно сказано и наизусть известно. «Я есмь путь и истина и жизнь», - сказал Господь Иисус Христос, - и никто этих слов не поколебал, не опроверг и никогда не опровергнет (а желающих опровергнуть было и есть немало!). Словом, делом и своей жизнью эту истину с первых времён христианства несли и по сей день несут пламенные подвижники в отшельничестве, в монастырях, в миру. Что нового может дать нам Достоевский и, в частности, «Идиот»? Как известно, ничто не ново под солнцем, и часто всё новое – хорошо забытое старое. Тем не менее, вставая утром, мы никогда в точности не знаем, как закончится день, насколько оправдаются наши планы и желания, а потому новое неизбежно. Другое дело – что именно, а точнее, с каким сердечным настроем мы планируем предстоящий день? Дух творит формы. Какого мы духа – таковы и наши дела. В Швейцарии князь Мышкин ложился спать довольным, а вставал ещё счастливее - и понятно почему. Он спасал и по сути спас душу несчастной бедной Мари, вытащив её из чёрного мрака отчаяния к любви и свету. При этом перевоспитаны были и детские души – агрессивное недоброжелательство к Мари, воспринятое от взрослого окружения, сменилось на истинную детскую любовь и привязанность. Несомненно, что посеянное Мышкиным в детях есть именно доброе семя и плод оно может дать соответствующий. Ну, а другие семена и плоды? В отеческой России деятельность Мышкина показана несравненно шире. Критики романа сетуют на то, что князь ничего не изменил и никого не спас. Во-первых, это не вполне верно, а во-вторых – трагичность романа призвана не смириться с ней, а изменить трагичность окружающей нас жизни. Достоевский даёт указания.
Один мемуарист свидетельствует, что писатель очень интересовался отношениями между полами. Свидетельство вполне банальное, потому что эта тема всегда привлекает любого писателя и читателя. Достоевский указывает вариант наиболее гармоничных и счастливых отношений между мужчиной и женщиной. Известно, что для взаимной симпатии нужен по крайней мере взаимный интерес, который, в свою очередь, возникает при близком уровне темперамента и интеллектуального развития. Наиболее гармоничный союз возможен в случае, если мужчина будет чуть-чуть умнее, сильнее (что одно и то же) женщины. При большой разнице интеллекта почти неизбежна потеря интереса к своей половине со стороны более сильного. В случае, когда женщина намного сильнее мужчины, может возникнуть даже невольное презрение с её стороны. Только князь Мышкин превосходит Настасью Филипповну по уму, остальные мужчины перед ней пасуют. Но признаться в собственной слабости (особенно мужчине перед женщиной) и именно самому себе часто очень нелегко. Афанасий Иванович Тоцкий к «большому и (таково сердце человека!) к несколько неприятному своему изумлению, вдруг, по одному случаю, убедился, что если бы даже он и сделал предложение <Настасье Филипповне выйти за него замуж>, то его бы не приняли. Долгое время он не понимал этого». Да и куда уж понять! Ведь жил он так легко, по-хлестаковски срывая цветы удовольствия, без особого труда добиваясь девичьей и женской благосклонности. Однако о Настасью Филипповну споткнулся настолько, что подумывал заказать её, либо самому застрелиться. А вначале ведь он с презрением смотрел, как дёшево ему досталась эта нежившая душа, но потом эта же ожившая душа к нему самому питала презрение до тошноты и самое бесчеловечное отвращение. Как аукнется, так и откликнется. «Любить» не любя женщину, да вдобавок более умную, не проходит бесследно… Позорной катастрофой для Гани заканчивается его «сватовство» к Н.Ф.Барашковой. И Евгений Павлович получает на орехи от неё же, быть может, за попытки развлечься… Сильная и страстная любовь Рогожина к Н.Ф. так же не могла закончиться благополучно – по вышеописанным причинам. Достоевский на примере Настасьи Филипповны и с помощью её педагогики (даже можно сказать - христианской педагогики) очень зримо очерчивает грани, которые переступать не следует. Можно добавить, что никакая она не «женщина –вамп», никакого в ней нет «демонизма» и сумасшествия. Сумасшедший – окружающий мир, который и она, и Мышкин призваны перевернуть, дабы поставить с головы на ноги, иначе всё и все погибнут. Как предотвратить гибель? Только искренней, горячей христианской любовью, которая есть в каждом человеке, но из-за личных грехов этот бесценный дар уменьшается, а очищая душу от скверны – увеличивается. Мышкин несёт в себе христианскую любовь и распространяет её на окружающих. Хоть немного, но люди меняются. Настасья Филипповна выступает в роли соработника и помощника князю, но в другой ипостаси – она наказывает за измену Любви. Да, Любовь нуждается в охране и защите всеми возможными способами, потому что только Она истинно живит, питает, окрыляет и несёт по жизни человека! Нам дано полное воплощение Любви – Христос. Только с Ним и в Нём возможна подлинная Жизнь. Как исчезает туман от яркого утреннего солнца, так и в Свете Его Любви исчезнут гордость и зависть, сребролюбие и лень, жестокое сладострастие и эгоизм. Всё просто и давно известно. Тем не менее, именно сегодня как никогда Любовь нуждается и в защите, и в распространении. Враг не дремлет, и любовью сегодня называют то, что ею не является. Во времена Достоевского, да ещё и лет 30 назад не было выражения «заниматься любовью», разве что в каких-нибудь тёмных углах оно произносилось, но никак не в публичном пространстве, как сегодня. Поэтому, говоря словами Мышкина-Достоевского, «нам нужен отпор, и скорей, скорей! Надо, чтобы воссиял в отпор Западу наш Христос, которого мы сохранили и которого они не знали!» Вообще, горячечная речь Мышкина на вечере у Епанчиных по сути является речью самого Достоевского, его confession de foi. Это исповедание веры и есть главный идейный финал романа. «Наши как доберутся до берега, как уверуют, что это берег, то уж так обрадуются ему, что немедленно доходят до последних столпов; отчего это? <…> И не нас одних, а всю Европу дивит в таких случаях русская страстность наша: у нас коль в католичество перейдет, то уж непременно иезуитом станет, да еще из самых подземных; коль атеистом станет, то непременно начнет требовать искоренения веры в бога насилием, то есть, стало быть, и мечом! Отчего это, отчего разом такое исступление? Неужто не знаете? Оттого, что он отечество нашел, которое здесь просмотрел, и обрадовался; берег, землю нашел и бросился ее целовать! Не из одного ведь тщеславия, не всё ведь от одних скверных тщеславных чувств происходят русские атеисты и русские иезуиты, а и из боли духовной, из жажды духовной, из тоски по высшему делу, по крепкому берегу, по родине, в которую веровать перестали, потому что никогда ее и не знали! Атеистом же так легко сделаться русскому человеку, легче чем всем остальным во всем мире! И наши не просто становятся атеистами, а непременно уверуют в атеизм, как бы в новую веру, никак и не замечая, что уверовали в нуль. Такова наша жажда! «Кто почвы под собой не имеет, тот и бога не имеет». <…> Откройте жаждущим и воспаленным Колумбовым спутникам берег Нового Света, откройте русскому человеку русский Свет, дайте отыскать ему это золото, это сокровище, сокрытое от него в земле! Покажите ему в будущем обновление всего человечества и воскресение его, может быть, одною только русскою мыслью, русским богом и Христом, и увидите, какой исполин могучий и правдивый, мудрый и кроткий вырастет пред изумленным миром, изумленным и испуганным, потому что они ждут от нас одного лишь меча, меча и насилия, потому что они представить себе нас не могут, судя по себе, без варварства. И это до сих пор, и это чем дальше, тем больше! И...»

После прочтения данного произведения, остались очень двоякие впечатления. Автор отлично показал образ идеального человека, который пытался ужиться в мире, но в этом мире слишком много лжи, притворства, лести и других человеческих пороков. Так как герой не умел ни лгать, ни притворяться в глазах персонажей произведений он выглядел Идиотом. Автор очень удачно включил в произведение исторические события, общественные разногласия, начало расслоения общества. Книга отличная, правда немного разочаровала концовка, но если подумать то другой концовки и быть не может, потому что идеальный человек не может выжить в обществе с таким количеством пороков.

Из романов Федора Михайловича прочитала три: "Идиот", "Преступление и наказание", "Братья Карамазовы". Для меня роман "Идиот" самое сильное, самое мнослойноее произведение из трех.
Напишу о нескольких героях, которые вызвали наибольший отклик.

Очень понравилась Лизавета Прокофьевна Епанчина. Захотелось встретиться с ней, пообщаться, уточнить мнение по волнующим меня вопросам, спросить совет. Несмотря на частые перемены настроения, капризный, избалованный характер, в ней чувствуется жизненная сила и стержень. Она никогда не пропадет, переживет невзгоды и поддержит своим жизнелюбием окружающих. С ней можно в огонь и в воду, и в медные трубы. Напомнила мне Скарлетт из "Унесенных Ветром".

Настасья Филипповна понравилась больше Аглаи. Я согласна с мнением olastr в рецензии:

Но Настасье Филипповне можно простить жестокие поступки, вспоминая ее детство, взросление, реакцию на нее окружающих из "высшего общества". Аглая выросла в других условиях, все к ней благосклонны, и ее надменность и гордость вызывают отторжение.

Князь Мышкин... Хороший, сердечный, святой, добрый человек. Лев Николаевич с сердцем нараспашку. Но не вынесет сердце все страдания людей, это невозможно. Князь слишком восприимчивый и добрый для жизни в любом обществе. В его характере заложена гибель или полное помешательство, чем и заканчивается роман.

Ипполит - противный герой. Мне он напомнил Смердякова из "Братьев Карамазовых". У обоих непростая судьба, вполне могли бы получить от жизни гораздо больше, но не повезло. При этом, оба не могут нести свою участь достойно (как Нина Александровна Иволгина, например), поступают неблагоразумно, подло. Ипполит не вызывал никакого сочувствия, все время хотелось, чтобы умер уже скорее и не мешал окружающим.

Рогожин - человек-чернота. Сперва произвел впечатление такого типичного разудалого русского мужика. Сегодня гуляю на всю катушку - море по колено, завтра за это расплачиваюсь - каюсь за содеянное. Влюбился в неприступную красавицу - Настасью Филипповну, все готов ради нее отдать. Опять в параллель вспомнился герой "Братьев Карамазовых" - Дмитрий Карамазов и его страсть к Грушеньке Светловой.
Но потом, сгущаются тучи, Рогожин уже как будто и не человек, а демон какой-то. Особенно стало страшно после описания его дома. Берлога, темница, склеп - вот, что приходит на ум.

Вообще, после прочтения "Идиота" еще раз убедилась, что некоторые авторы переносят определенные типаж, характер героя из произведения в произведение. Оттачивая детали, представляя героя слегка под другим углом. Эти типажи не отпускают писателей. В пример могу привести кроме Достоевского (Рогожин/Дмитрий Карамазов, Настасья Филипповна/ Грушенька, Ипполит/Смердяков), Набоков (Лолита/Магда, Гумберт/Кречмар). Еще заметила нечто подобное у Л. Н. Толстого, но сейчас не могу вспомнить героев.

Нет Богу места на этой земле. Бог это что-то несуществующее, идеальное, не пригодное для жизни. Стремление к Богу, к совершенству, возможно, но достижение его совместимое с жизнью - нет. Совершенство мертво. Его можно достичь или приблизиться к нему в келье, палате псих больницы, пещере или каком другом заточении. В миру же ему места нет. Парадокс, по сути, даже в самом позитивном аспекте стремления к совершенству проглядывается негативный отблеск стремления к смерти.

Эх, нелёгкие мысли навевает Достоевский, но как говорится жизнь пройти не поле перейти:). В романе Идиот, Достоевский попытался выполнить сложную задачу, нарисовать идеального человека, божье дитя. Задача интересная и заманчивая. Даже "король ужасов" Стивен Кинг, в своей зелёной миле, тоже пытался выполнить эту задачу. Герой Достоевского в лице князя Мышкина отражает недосягаемый идеал человека, больное совершенство. Он прост, кроток, мудр, его любят дети и не понимают взрослые. Его мотивы просты, добродушны и чистосердечны.Такому человеку нет места в бурлящем потоке социума. Достоевский знал это, но всё же влил Князя Мышкина в этот поток.

Есть даже такой негласный термин "Достоевщина", т.е. глубина глубин человеческой души, самый мрак, находящийся на границе подсознательного с бессознательным. Достоевский словно глубоководный дайвер, ныряет на такие глубины, мастерски их впоследствии описывая, которые многим не доступны. Описания его погружений ещё долгие годы будут светить ярким светом в бесконечном потоке мировой литературы.

Замечательно и прекрасно, восторг и удовольствие!
Пожалуй, даже сама не предполагала, что получу такие эмоции.
Погружение и всплытие для нового освежающего глотка, чтобы опять вернуться в течение реки повествования.
Ситуации, образы, персоны – круговорот деталей и событий, быть в эпицентре одно удовольствие.
Будучи прочитана в родных северных краях, книга, пожалуй, бы не и имела такой эффект как сейчас, когда Петербург уже стал родным. Путешествуя вместе с князем Мышкиным по улицам, ты точно знаешь, что это та самая Садовая или Гороховая, и вполне определённая не мифическая Петроградская сторона.
Как великолепны героини и как прекрасен «рыцарь бедный».
Впечатления и ощущения от книги хочется ещё поберечь, продлить послевкусие, оставить в себе.

Об этом романе было сказано много, скажу и я. Эта книга мне очень понравилась, из всех героев больше всего понравился князь.
Эта книга меня ставила во множество сложных ситуаций и вопросов (на которые мне кажется правильного ответа нету, это мое мнение).
Во-первых скажу о героях:
1.Князь Лев Николаевич Мышкин (называемый иногда и за глаза и в глаза "идиотом") мне здесь нечего и добавить, скажу лишь, что он меня просто заражал своей добротой на протяжение всей книги (как думаете когда-нибудь сможет ли измениться наш мир в лучшую сторону? Или его уже не изменить?). Еще скажу, что просто никуда и никогда не хотела этого персонажа отпускать (ив конце тоже. Да... недооценила я Достоевского, не думала, что будет такой конец).

• Настасья Филипповна (скажу честно между Настасьей Филипповной и Аглаей Ивановной не увидела разницы: если только возраст, а характер разницы не нашла.) О ней я могу говорить много, как и о князе Мышкине. Сначала я не могла понять: чего она так мечется (сбежала три раза от Рогожина, а потом со свадьбы князя.), но теперь вот какая версия у меня появилась: мне кажется, что она считала себя слишком падшей для Льва Николаевича, но загадка с Рогожиным для меня так и осталась загадкой). Эту женщину мне было жаль. Больше всего мне запомнилось мнение князя о ней: Помешанная! (все были правы и он тоже)
• Аглая Ивановна. Здесь дело сложнее, но мне кажется она боялась и не знала, как ей лучше поступить. С ней отношения как-то сразу не завязались