Фантазии г-на Радзинского на тему Французской революции, пафосно, экзальтированно, с мистическим оттенком. Собрав все известные легенды, мифы и анекдоты этой страшной эпохи, автор вложил их в уста палача Сансона, мемуары которого, надо думать, он тоже прочитал.

Я буду долго вспоминать полупустую Бастилию, проходя по переполненным революционным тюрьмам...

Уже исходя из цитаты, думаю, понятно, что автор стоит на монархической позиции. Ни слова о причинах революции, ни слова о реальных последствиях, ни грана анализа. Мне вот интересно, кто на Либе ставит сочинениям Радзинского тег "биографии и мемуары"? Это чисто художественное произведение, история здесь - пресловутый гвоздь, не более. Чего только стоит сцена, в которой Робеспьер, Дантон и Демулен смотрят на телегу Сансона из окна квартиры Робеспьера и хихикают... Мне, если честно, даже стало интересно, почему именно в такой компании? Потому что это самые известные имена революционэров или автор какую-то личную неприязнь питает? Далее. Автор питает странное пристрастие к слову "потомица"... Ну да, "потомок" женского рода, устаревший феминитив. В современном русском языке, к слову, не употребляется, так что ухо резало только так. Еще... ну, это уже из области курьезов... г-н Радзинский, видимо, не в курсе, что, отрубая голову, рубят шею. Поскольку фразы типа "опустил нож гильотины на ее глупую голову", встречаются неоднократно. Так что - фи... э... это произведение вполне сгодится развлечься в дороге, благо, начитано оно профессионально, и не автором, завывания г-на Радзинского я бы точно долго не выдержала. А так - послушала, глядя на пейзажи за окном. Если не искать зерен истины, очень даже содержательно. И даже сойдет как ликбез. Главное, чтобы слушатель в своем познании на этом не остановился.

Не так много читала Радзинского, сложно отнести написанное им к документальной прозе, но погружение в эпоху ему удается замечательно. Опять же и рассказчик Эдвард Станиславович отменный, а если кому-то не нравится его голос или манера, эдакая вычурно-пафосная, то предлагаю послушать аудио версию в исполнении Эммануила Виторгана, сдержанно-бархатную.

С самого начала Радзинский проводит параллель между кончиной последнего русского царя Николая II и французского короля Людовика ХVI. Схожесть прослеживается не только в судьбах царственных особ и их семей, но и двух революций, впрочем, все революции чем-то схожи. Любит автор разбавить свои произведения слухами и легендами мистического характера, выдавая их за исторический материал, не обойдется без таинственных предсказаний и на этот раз. Будет упомянуто пророчество Казота, о создании орудия смерти – гильотины и толпе аристократов, выстроившихся в очередь к ней.

Эдвард Радзинский предлагает посмотреть на Великую французскую революцию глазами парижского палача. Почему именно палача выбрал автор в главные герои? Да потому, что любая революция - это прежде всего смерть.