Ваша оценкаЦитаты
Knigofiloff1 сентября 2025 г.— Мне ужасно нравится ваш конь. Такой огромный! Я и не знал, что кони бывают такие большие.
— В нем хватит кротости, чтобы унести на своей широкой спине самых могучих из людей, и хватит силы для самых крошечных.
— А можно мне на нем прокатиться? — спросил Никт.
— Когда-нибудь прокатишься, — сказала она, и ее паутинный подол блеснул. — Однажды. Рано или поздно на него садятся все.
— Обещаете?
— Обещаю.1226- Knigofiloff1 сентября 2025 г.
Музыка ускорилась, и танцоры тоже. Никт с трудом переводил дух, но не хотел, чтобы кончался танец: макабрей, танец живых с мертвыми, танец со Смертью. Никт улыбался, и улыбались все вокруг.
1221 - Knigofiloff1 сентября 2025 г.
Опекун задумчиво осмотрел Никта в новой одежде.
— Сойдет. Теперь по тебе не скажешь, что ты всю жизнь прожил на кладбище.
Никт гордо улыбнулся. Потом улыбка исчезла, и он посерьезнел.
— А ты ведь будешь здесь всегда, Сайлес, правда? И я не уйду отсюда, если сам не захочу?
— Всему свое время, — сказал Сайлес и промолчал весь остаток ночи.1222 - Knigofiloff1 сентября 2025 г.Читать далее
— Пляшем, пляшем макабрей, — вспомнил Никт. — А ты его танцевал? Какой он?
Опекун обратил к нему глаза, темные, как омуты.
— Не знаю. Мне многое известно, Никт, потому что я провел немало ночей в этом мире. Однако я не знаю, что значит танцевать макабрей. Для этого нужно быть или живым, или мертвым — а я ни то, ни другое.
Никт вздрогнул. Ему захотелось обнять опекуна, прошептать, что он его никогда не бросит, но обнять Сайлеса казалось не проще, чем поймать лунный луч, — не потому, что опекун бестелесный, а потому, что это было бы неправильно. Есть те, кого можно обнимать, — Сайлеса нельзя.1223 - Knigofiloff1 сентября 2025 г.
— Сайлес, а что такое макабрей?
Сайлес приподнял брови и склонил голову набок.
— Откуда ты знаешь это слово?
— Все кладбище о нем говорит. Кажется, это то, что будет завтра ночью. Так что такое макабрей?
— Это танец. Данс-макабр.1225 - Knigofiloff1 сентября 2025 г.
— Странные дела… — вслух произнес Никт и решил зайти в мавзолей семейства Бартлби, чтобы согреться и поболтать.
К сожалению, у представителей всех семи поколений (от самого старшего, который умер в 1831 году, до самого юного, похороненного в 1690-м), этой ночью не нашлось для Никта времени. Они занимались генеральной уборкой.1219 - Knigofiloff1 сентября 2025 г.
— Ну-ка, парень, присмотрись. У тебя глаза получше будут. Цветы видишь?
— Цветы? Зимой?
— Нечего мне рожи корчить! Всем цветам свое время. Почки набухают, распускаются и вянут. Всему свое время… — Она поплотнее закуталась в салоп. — Час труда и час затей, час для пляски макабрей. Верно, юноша?
— Не знаю, — ответил Никт. — А что такое макабрей?
Но матушка Хоррор уже скрылась в зарослях плюща.1217 - Knigofiloff1 сентября 2025 г.Читать далее
Долгая это была ночь… Никт сонно миновал крошечную гробницу некоей мисс с удивительным именем Картбланш Паразитт («Что потратила — пропало, что дала другим — осталось. Прохожий, будь милосерден!»), место упокоения Гаррисона Вествуда, пекаря сего прихода, и его жен Мэрион и Джоан. Мистер и миссис Оуэнс умерли за несколько веков до того, как телесные наказания детей объявили вредными, и, к сожалению, в ту ночь мистер Оуэнс сделал то, что считал своим долгом. Теперь ягодицы Никта ужасно болели. Правда, видеть встревоженное лицо миссис Оуэнс ему было куда больнее.
1217 - Knigofiloff1 сентября 2025 г.
Как тень, как пыль, как сон, как свист,
Как ночь, как тьма, как дух, как мысль,
Скользни, исчезни, прочь от глаз,
По верху вниз, меж них, меж нас.1215 - Knigofiloff26 мая 2025 г.Читать далее
— Сайлес уехал! — пожаловался Никт родителям.
— Приедет, малыш, — подбодрил его мистер Оуэнс, — куда ж он денется. Не переживай!
— Когда ты только родился, он пообещал, что если ему случится уехать, он найдет себе замену. Чтобы кто-то носил тебе еду, смотрел за тобой. Так и вышло, он нас не подвел, — добавила миссис Оуэнс.
Да, каждую ночь Сайлес приносил Никту продукты и оставлял в часовне. Однако Никт ходил к нему не только за едой, а, например, за советами — хладнокровными, мудрыми и всегда полезными. Сайлес знал больше, чем кладбищенские жители: благодаря еженощным вылазкам в большой мир он мог рассказать о том, что происходит сейчас, а не сотни лет назад. Невозмутимый и надежный, он был рядом каждую ночь, сколько Никт себя помнил. Поэтому у мальчика никак не укладывалось в голове, что часовня опустела.1219