Devils

Когда-то в студенчестве читала этот роман, но тогда он особо не впечатлил на фоне других романов Достоевского («по молодости – по дурости» полагала его нудным). Решила перечитать после сильного впечатления от спектакля Севастопольского театра имени Луначарского. И поняла, что это пророческое произведение, до которого нужно было дорасти. Для понимания его мощного нравственно-философского посыла нужен определенный жизненный и социальный опыт.

Насколько же прозрения писателя оказались актуальными! К сожалению… Этой самой бесовщины столько в нашем сегодняшнем мире, что просто страшно. И она может принимать очень разные обличья, подчас соблазняя неокрепшие души, увлекая мишурным блеском.

В романе есть практически все свойственные Достоевскому темы и мотивы. Есть «случайное семейство» – а как иначе можно определить столь странные многолетние отношения Степана Трофимовича Верховенского и Варвары Петровны Ставрогиной? А скрываемый странный брак Ставрогина и Марьи Тимофеевны Лебядкиной? Есть некая «идея», которая подминает под себя человека, становится его судьбой, и в этом смысле «Бесы» – идеологический роман. Есть герои, трагически одержимые этой «идеей», – например, Кириллов с его стремлением избавиться от Бога, т.е. от «боли страха смерти», и, по доброй воле уйдя из жизни, «заявить своеволие» и сделаться «человекобогом»; или отчасти Шатов, не имеющий веры в Бога, но верующий в русский народ-богоносец и мужицкий труд как залог обретения Бога. Есть идеи, которые снижаются автором с помощью горького комизма (Верховенский-отец) или сарказма (Верховенский-сын). Есть мотив спасительного обретения Евангелия (старший Верховенский перед смертью).

Есть обязательный у Достоевского герой – нравственный нигилист. Здесь он дан в двух чудовищных вариантах: крайне циничного «мелкого беса» Петра Верховенского и страшного грешника, «князя бесовского», «антихриста» Николая Ставрогина. Первый страшен своей устремленностью к хаосу, к сознательному разрушению и разложению нравственных основ бытия («Затуманится Русь, заплачет земля по старым богам...»). Последний, при всей своей внешней привлекательности, – гордец, крайний индивидуалист, безбожник, источник тьмы и гибели окружающих. Это частый в романах Достоевского герой-двойник, внутренне мучительно раздвоенный, разъедаемый скепсисом, взыскующий гармонии, но созидающий дисгармонию. О его тягчайшем грехе, которому нет прощения, и тяжких душевных терзаниях в связи с этим рассказывает его исповедь в дополнительной главе «У Тихона», не вошедшей в канонический текст романа. Без нее вряд ли до конца можно понять последний поступок Ставрогина.

Наконец, в романе есть любовь, уродливо «вывихнутая», какая-то искалеченная, лишенная светлого начала. Лиза Тушина (тоже двойственный характер) и любит, и (одновременно!) ненавидит Ставрогина. Ему же она до определенного момента очень дорога, т. к. он надеется, что Лиза любит его такого, как он есть; но наступает горькое разочарование: она, как и многие, лишь «ладьёй соблазнилась», полюбила не его, а того «Ивана-царевича», которого придумал Пётр Верховенский. Даша же любит Ставрогина настолько самозабвенно, что готова принять со всеми его грехами, не оставляя пространства для каких-то положительных в нём изменений. Это-то всепрощение и заставляет Ставрогина временами ненавидеть её. Вот так всё сложно. Впрочем, как всегда у Достоевского.

За основу произведения писатель взял реальную историю убийства членами революционного кружка студента Иванова, изъявившего желание покинуть данное тайное сообщество.

Достоевский изучил материалы дела, опубликованные в прессе, и в художественной форме донёс до читателя не только историю одного убийства, ошеломляющего своей жестокостью, но и целый спектр мыслей по поводу революционного движения, начинающегося в то время в России.

В книге несколько главных героев. С каждой новой главой кто-то раскрываются все больше и больше, а кто-то, наоборот, обрастает ореолом таинственности. Изначально может показаться, что персонажи несколько карикатурны. Возможно, так оно и есть. Но постепенно, с лёгкой иронией, переходящей в сатиру, Достоевский подводит нас к настоящему трэшу. Впрочем, этот "трэш" преподносится автором так, словно события описываются в газетном некрологе: без эмоций, сухо и сдержанно. Если честно, в финале я ожидала гоголевской мистики, казалось, автор ведёт именно к такому развитию сюжета. Но это всё ж Достоевский, поэтому будет жутко, но виной всей этой жути будет не мистическое стечение обстоятельств, а людские пороки.

По этому произведению можно написать огромный анализ. Разложить по косточкам каждого героя по отдельности, но я этого делать в рамках отзыва не буду, а просто скажу, что моя любовь к Достоевскому, возникшая ещё со школы, никуда не исчезла. А вот за что его люблю, сказать не могу, ведь читать запойно Достоевского у меня не получается (только к данному роману я шла года два), но когда мы с автором совпадаем, то я просто наслаждаюсь. Слогом ли? Или умением раскрыть человеческую сущность?

В планах перечитать "Преступление и наказание" и "Идиот" и познакомиться с "Белые ночи".

Книга не впечатлила. Возможно, я просто привыкла к тому, что произведения Достоевского обычно вызывают у меня бурю эмоций и от этой книги ждала того же. В каких-то местах было интересно, но не особо заинтересовывало. Из персонажей никто не приглянулся, ко всем относилась либо нейтрально, либо негативно, и это меня огорчило (обычно я выбираю любимчиков, за которых наиболее переживаю). Если затронуть содержание, то много говорится о политике (и, прочитав это произведение, я поняла, что книги с политическим направлением - это не моё). В остальном произведение содержит в себе также много психически нездоровых людей, различные страдания персонажей (к которым я, увы, не смогла проникнуться) и, конечно, любовную трагедию.

Горький называет роман "Бесы" произведением "садическим и болезненным", одним из "темных пятен злорадного человеконенавистничества на светлом фоне русской литературы" ("О "Карамазовщине"), а самого писателя гением, но "злым гением нашим", "великим мучителем и человеком больной совести"....

Это одна из причин, почему я так долго подбиралась к Достоевскому. Приготовилась к тяжелому эмоционально чтению, но все пошло не так :)
На удивление роман читается легко. Тонкий юмор, прекрасный язык, - неожиданное удовольствие, даже упоение от чтения. Как же видел он насквозь человеческую натуру, как же не любил и подверг такому прозрачному осмеянию все описываемое им общество городка... Следила за языком, за Достоевским, как писателем, за персонажами....Восторг.

По мере углубления в роман, конечно, ощущения меняются. И как ни искала достойного персонажа "делать жизнь с кого", так, увы, не нашла ни одного. Вызывают сочувствие Шатов, Кириллов, Даша, но не более того. Во всех бесы, у всех внутренние конфликты и у кого борьба с ними и попытки преодоления, а кто ими и просто одержим. Этих бесы ведут к убийству других людей, тех - к самоубийству.... "Непроходимая бездна"...

Раздумывала над фразами Достоевского о счастье и страдании «Без страдания и не поймешь счастья. Идеал через страдание переходит, как золото через огонь. Царство Небесное усилием достаётся», но в этом романе никто из главных персонажей не преодолевает своего внутреннего страдания.

Если сузить фокус до одного из главных персонажей - Ставрогина: он - явно человек здравого ума, ищет во всем здравый смысл (но довольно редко его находит), он хорошо понимает добро и зло и отличает одно от другого, но самоанализ, понимание своих пороков и внутренние страдания не приводят его к преодолению и к ожидаемому счастью (исходя из теории Достоевского), все это не мешает ему совершать аморальные поступки и дальше. Он ищет свободы скорее из собственной эгоистичности и желания независимости от других. Но он не проявляет стремления к улучшению и себя и мира вокруг, поскольку это требует напряжения воли, иногда отречения от себя или ограничения ...а он слаб, он ищет даже не просто прощения себе, а цинично выражаясь, "чтобы у него все было и ему за это ничего не было" ... все-таки слаб, хотя многие почему-то его считают волевым и сильным человеком. А в чем же тогда его воля? В презрении окружения? В том, что держится обособленно, одиноко? В том что способен к честному самоанализу? Этого мало. Нужен следующий шаг, а он оказывается не способным его сделать и выбирает наименьшее из зол - прекращает свой путь в этом мире (хотя само по себе это тоже акт волевой).

Хм.... известное дело, на формирование человека оказывают влияние наследственность, среда и воспитание. Размышляла над корнями "бесовства". Ну, Петруша Верховенский понятно - рос без отца, недо...любленный мальчик, недооцененный, страждущий самоутверждения и прочая и прочая. А Ставрогин? Сын генерала, и наверняка какие-то качества отца унаследовал (хотя генерал генералу рознь, и как-то не помнится, как Достоевский характеризовал отца Ставрогина). Воспитание он получил от С.Т.Верховенского, который хоть и умен и просвещен, но не может признать свое несостоявшееся величие; любование собой и своими (незавершенными) деяниями сопровождает его всю жизнь; Варвара Петровна обвиняет его в эгоизме - не впитал ли и Николай Всеволодович этого... Окружение Ставрогина не предлагает никаких образцов, за коими можно было тянуться и совершенствовать самого себя. Либо он настолько уверовал (и небезосновательно) в невозможность изменений к лучшему ни в окружающем обществе, ни в государстве в целом, что не видит смысла в потугах что-либо предпринимать. Кого из персонажей ни возьми, каждому Н.В. так или иначе доставил страдания - соблазнил, довел до смерти, сердце разбил, разочаровал. Холодный и бесчувственный... не умеющий побороть свои желания и выполнять моральные обязательства. Почему? Что сделало его таким....

В романе, собственно бесами - разными по силе и характеру - одержимы практически все персонажи. Да и понятно, не бывает личностей без внутренних бесов. Но одни справляются с ними, в других же бесы вырастают до таких размеров, что иссушают, затмевают все и подчиняют человека себе полностью.
А самое печальное, что тема эта ... вечна....непроходимая бездна...

Когда началась эта история? Где ее исток? С приездом ли Ставрогина в неназванный город после долгого отсутствия? Тогда ли, когда Петруша, одержимый злобой и жаждой власти, "придумал" будущее и стал его лепить? Или раньше, когда маленького Николашу с расстроенными нервами услали от истерического гувернера? Или ещё раньше, когда младенца Верховенского "по почте выслали"? А может и вовсе в те стародавние времена, когда предавали за тридцать серебренников, убивали братьев Авелей и совершали первородный грех?

Кто герой этой истории? Гордый ли красавец Ставрогин, дающий полцарства за эмоцию? Мелкий ли пакостник, выдумщик и подлец Петруша? Прекраснодушный ли эгоист и слабак Степан Трофимович? Или горожане, сплетничающие, ропщущие, ожесточенные непониманием и им же до смерти испуганные? А как же Кириллов, которого "съела идея" и молчаливый, но справедливый Шатов? И как быть с целой плеядой фееричных персон, начиная со вздорного, приблажного  фон Лембке и кончая змееподобным Липутиным?

Я прихожу к такому ответу: нет у этой истории ни начала, ни конца. Герои ее - все и никто. Протянулась она из прошлого в будущее, как дремлющий, но свирепый в пробуждении своем океан.

Эта книга - о недовольстве. О недовольстве собой, устройством социума, да в конце концов - мироздания. Все сладко дремлющие в самозабвении будут грубо разбужены. Все ворочающиеся с боку на бок, недовольные сползающим одеялом сознания - будут доведены до исступления и очнутся у края пропасти. Но кому-то же в нее и падать. Бездна требует жертв, чрево ее голодно и неразборчиво.

Этот роман многослоен. Можно рассматривать его с позиции наблюдателя человеческих судеб, сочувствовать героям, корить их, смеяться над ними (слой А). Можно считать его романом-аллегорией; здесь уже мало эмоций, придется поломать голову над босхианскими загадками и системой символов (слой Б). Оба варианта одинаково жизнеспособны, но я остановлюсь на втором, так как рациональный подход мне ближе эмоционального.

Роман начинается с образа Степана Трофимовича. В слое А это смешной и нелепый чудак, совершенно не приспособленный к жизни, как пиявка паразитирующий на теле жертвы, одураченной его простодушием, и даже до странности влюбленной в это его образованное юродство. Он говорит о добре и сеет зло. И здесь мы переходим в слой Б. Своей неспособностью сделать выбор, своей слабостью, плаксивым анемичным безволием - Степан Трофимович не только разрушает, мечтая о созидании; он ещё и развращает молодую кровь, заражая ее своей прилипчивой хворью равнодушия. Громкие слова у него всегда соседствуют с импотенцией действия. И единственный совершенный им поступок - побег, завершившийся обретением новой жертвы.

Степан Трофимович при всем своем краснобайстве и ничтожестве - настоящее "око бури". От него расходятся вихри, разлетаются бесы и демоны. Претендуя на роль светоносца, он источает лишь отравленную тьму, и эта тьма расползается беспощадно стремительно.

У этой тьмы два главных порождения: Петруша и Николай.

Николай Ставрогин - титан среди карликов. Даже тень поверженного титана затмевает суетливую возню пигмеев. А мы встречаем Николая уже разбитым и склеенным из осколков. Когда-то он был "сокол", "князь", "принц Гарри". Теперь же он лишь слабое отражение в треснувшем, пыльном зеркале. Здесь мы можем вполне верить внутренней зоркости безумной Хромоножки, которая его не узнает.

Ставрогин - человек, не ставящий себе ни в чем предела. Это гордая участь, но к чему же он пришел? Безмерность желаний привела его к безразличию, утверждение крайнего индивидуализма привело к полной утрате личности. Человек не может существовать, не выбрав одно из двух. Добро и зло, свет и тьма, правое и левое, тепло и холод. Ставрогин отказывается от выбора и медленно гибнет в безвоздушном пространстве.

Петруша - предводитель бесов. Кукловод и актер одновременно, он "сочиняет" мир и существует в нем. Он хочет быть и часовщиком, и шестеренкой, но только чтобы все сразу! Петруша всегда в движении, всегда озабочен и разгорячен. Эта его крайняя суетливость выглядит особо комично на фоне статичного небытия Ставрогина.

Смута, злоба, нетерпение - ноты, по которым он разыгрывает свою визгливую пьеску. Как вздорный провинциальный  антрепренер, он выходит из себя, когда что-то идёт "не по плану". Он готов властвовать хоть над руинами, хоть над пепелищем, лишь бы властвовать.

И как же угадал здесь Достоевский самую суть предводителя "пламенных революционеров". Чернь и отбросы общества - стали его благодарной публикой, ожесточение и зверство - струной, на которой он сыграл виртуозно. И запылал прежний мир, утонул в крови. А обещавшие рай на земле устроили вакханалию террора и истребления. Обещавшие свободу - построили тюрьмы и лагеря.

Ирония заключается в том, как Ставрогин, утверждающий абсолютную свободу, оказывается скован по рукам и ногам безумным вымыслом Петруши. Желая быть вынесенным за скобки жизни, он оказывается втянут в самые мелочные интриги. Он как бы заключён в чужом сне, и не может из него вырваться, не может никак проснуться. Желая самобичевания, он вынужден закончить бегством. В главе "У Тихона" нам становится вполне ясна степень его нечеловеческого отчаяния. В религиозной картине мира Достоевского - не бывает греха непростительного. Но условие для отпущения - понимание и прощение грешником самого себя. Не понял сам себя, не простил - вечная пустота утраченного покоя скалит зубы в ухмылке, и прячет она за спиной в корявых руках револьвер и верёвку.

Хочу отметить один момент. Как при первом прочтении, так и сейчас, меня поразил эпизод убийства Лизы. Мы даже не успеваем понять, что произошло. Все происходит лихорадочно быстро и скомканно, отрывисто, парой фраз обрисовано. И даже не совсем понятно сначала, выжила Лиза или умерла.

У меня есть теория. Возможно, многие герои повествования - своеобразные "двойники" Ставрогина, а точнее - осколки его изношенной души, "крестражи". Будто отделились от него разгул и пошлость и стали капитаном Лебядкиным. Вышел из него бес безумия и превратился в Марью Тимофеевну. Мечты о новом мире и новом человеке - породили Шатова. Исторгнутая и искореженная вера - Кириллова. Лиза же - воплощение его способности к страсти и нежности. Она погибает одной из последних и гаснет в мире само воспоминание о том, каким когда-то был, каким мог бы стать Николай Ставрогин, найди он архимедову точку опоры, приложение всей своей мощи, своим дарованиям, своему гению. Но точка опоры не найдена и сверхновая звезда с нарушенным равновесием  обращается в черную дыру.

У Достоевского - неутешительный прогноз для человечества. Остаются в живых мелкотравчатые мещане, лакеи чужой мысли, лицемеры и ханжи; остаются злые, ожесточенные, осуждающие, бездумные; покидает мир все величественное, одухотворённое, устремленное за пределы сущего. Вырождается, становится болезненным уродом, а затем пропадает без следа.

Даша, Книгоноша, Варвара Петровна - женские образы, воплощающие милосердие и самоотверженность в романе - остаются нам как единственный луч надежды. Значит ли это, что зло победит лишь любовь тихая, невопрошающая; которая " долготерпит, милосердствует...не завидует, не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине; все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит и никогда не перестает"?

Что ж, узнаем в конце. А сейчас - самое время покопаться в себе и вышвырнуть пару-тройку затаившихся бесенят, пока они не обосновались со всем комфортом...

Действие «Бесов» разворачивается в провинциальном городке, где большой вес в обществе имеет вдова генерала Ставрогина - Варвара Петровна. В её имении уже долгие годы живёт Степан Трофимович Верховенский - бывший учитель сына Варвары Петровны, Николая. В городе зреет революционная ячейка под предводительством сына Петра Верховенского, сына Степана Трофимовича. Пётр имеет намерение привлечь к своей деятельности и Николая Ставрогина, однако Николай – личность очень непростая.

Если честно, любой синопсис к «Бесам» получается немного штрих-пунктирным. Основная сюжетная линия романа развивается очень медленно, а бОльшую часть повествования занимает экспозиция и знакомство с различными персонажами. И все эти люди очень непростые. Любое первое впечатление в итоге может оказаться неверным. Потому что людей хороших и плохих не существует. Есть лишь поступки людей, которые каждый раз дополняют их портреты.

Например, мне поначалу казалось, какой же этот Николай Ставрогин загадочный, неоднозначный человек, вроде как насмехающийся над всей этой салонной шушерой. Но почему же он таков? А потом я узнаю о его некрасивой истории с Марией Лебядкиной, нездоровой девушкой. А потом дохожу до главы «У Тихона» (которая кстати была исключена редактором, но невероятно важна для полного понимания картины), и у меня этот персонаж и вовсе вызывает чувство отвращения.

Роман и веселит, и шокирует одновременно. Чего стоят одни только монологи инфантильного Степана Трофимовича, длинно и нудно вещающего на симбиозе русского и французского языка. А бал в поддержку гувернанток, на мой взгляд, одна из самых ярких и запоминающихся кульминационных сцен в русской литературе.<

Достоевский - это всегда не про абстрактных людей, это про нас с вами, ибо тёмная сторона никого не может обойти стороной. Если вы хотите прочувствовать весь едкий юмор великого нашего классика, то этот роман подойдёт идеально.

Невозможно не любить Достоевского. Все книги читаются на одном дыхании и «Бесы» не исключение. Вопросов для размышления море.
«Бесов» считают самым политизированным романом Достоевского, и это бесспорно так. Но нельзя не отметить как точно писатель раскрывает психологию человека.
Персонажи все получились яркими, но проникнуться хотя бы к одному не получилось. Главные герои к концу книги падают в глазах.
Несмотря на то, что роман был написан давно и стал классикой русской литературы, он остается актуальным и современным сегодня.

Достоевскому было 27 лет, когда в конце 1849 года он был арестован вместе с другими членами кружка Петрашевского. Впереди было четыре года ссылки, но перед этим осужденным еще пришлось пережить одну из самых известных инсценировок приготовлений к казни, когда смертельный приговор был отменен в последнюю минуту. Трудно представить, каким испытанием это стало для молодого писателя, особенно если вспомнить, что один из петрашевцев в результате сошел с ума (сам Достоевский вложил впечатления от произошедшего в уста князя Мышкина, главного героя романа "Идиот"). Эти события неизбежно оказали влияние на мировоззрение Достоевского, заставили его не только отвернуться от социалистических идей, но и обратиться к христианскому учению.
Спустя двадцать лет, в 1869 году прогремело громкое судебное дело об убийстве студента Иванова членами революционного кружка "Народная расправа" под руководством С.Г. Нечаева, которое было затеяно с тем, чтобы сплотить группу с помощью убийства.
Роман "Бесы" вышел в 1871-1872 годах и изначально планировался как небольшое произведение, но в процессе создания замысел, как видно, углубился, а событие, послужившее толчком к написанию отодвинулось на второй план. Это, на мой скромный взгляд, минимум из того, что необходимо знать, чтобы воспринимать и понимать роман было легче, но этого отнюдь не достаточно. Есть, в книге, к примеру, некий "великий писатель" Кармазинов, настолько карикатурный, что трудно не заметить, что в нем изображен реальный человек, но чтобы иметь представление о том, что это за персонаж и почему изображен именно таким, полезно ознакомится с историей взаимоотношений И.С. Тургенева и Достоевского.

Как бы лучше охарактеризовать ощущения после прочтения романа. Разочарование? Не совсем. Раздражение? Немного. Страдание! Вот оно. "Бесы" – книга, которая заставляет читателя, в моём лице по крайней мере, страдать, причем сразу на нескольких уровнях.
Во-первых, действительность в ней, как и, похоже, во всем творчестве Достоевского, изображается исключительно в серо-черных тонах. Бедный Степан Трофимович воспринимается как некий островок спокойствия, на котором утомленный читатель может слегка перевести дух, несмотря на то, что сам автор (если быть совсем точной, рассказчик, а не сам Достоевский) открыто презирает его. И нет, эпизод с рождением ребенка не считается, потому что вставлен исключительно ради того, чтобы потом можно было побольше драмы нагнать. До самой концовки, в которой градус всеобщей "несчастности" доводится до предела и всем персонажем, которым не повезло оказаться в фокусе внимания Достоевского, достается от души.
Во-вторых, чтение "Бесов" само по себе литературный мазохизм. Текст не предназначен для того, чтобы им наслаждались, сквозь громоздкие, вязкие конструкции приходиться продираться. Монологи некоторых персонажей порой настолько путанные и лихорадочно-обрывочные, что я выпадала из них прямо во время чтения, приходя в себя под конец речи персонажа и понимая, что текст совершенно не воспринимается.
В-третьих, специфичность персонажей. Набоков в своих "Лекциях о русской литературе" приводит весьма занимательную классификацию героев Достоевского, пытаясь разделить их по психическим заболеваниям, от которых те страдают. Не хочу заходить настолько далеко, однако сложно не заметить, что поведение и речь персонажей далеки от естественности.

Не понимаю также, почему такой огромный акцент сделан на Степане Трофимовиче и почему так поверхностно раскрыты главные герои, те самые бесы – и я говорю именно о персонажах как о личностях, потому что на их идеях Достоевский напротив останавливается с дотошным вниманием. До мельчайших подробностей раскрывается биография Верховенского-старшего, а этапы формирования персонажей, о которых больше всего и хотелось бы узнать, подаются как можно более размыто, по кусочкам. Это можно сказать и о сюжете. На первом плане долгое время находится губернская жизнь, с её доходящими до нелепости героями, отчего роман порой напоминает водевильную комедию, а "бесовская" – происходит где-то на фоне, на втором плане, и только после кульминации события начинают разворачиваться во все более трагическом ключе. Может это и отвечает задумке автора, однако у меня складывается впечатление, что я читаю два разных романа.

Центральная идея романа, характеры персонажей, затронутые темы тем не менее требуют более глубокого, тщательного разбора, нежели тот, который я могу себе здесь позволить. Со своей стороны могу заметить, что мне уловить настроение, суть книги в большей степени помогли именно личные письма Достоевского, вероятно, во многом потому что они раскрывают убеждения и взгляды писателя; только после них мне стала ясна очевидность многих деталей, в которых я почему-то пыталась увидеть какую-то иносказательность и метафору. И это при том что в названии и эпиграфе к роману Достоевский чуть ли не прямым текстом раскрывает замысел романа: о том, что "все эти гнусные новые идеи нечто заразное, вредное, бесовское – всё это временное, нечто, должное вымереть со временем само собой, а стремиться нужно к почвенничеству, народности и православию" и всё в таком духе. Или словами самого Достоевского:

Именно поэтому мне кажется, что роману очень не хватает вырезанной главы "у Тихона", в которой Достоевский сводит героя, которого считал центральным, с "величавой, положительной, святой фигурой" (по его собственным словам) в лице архиерея, прототипом которого был реальным человек, пользовавшийся большим уважением Фёдора Михайловича – Тихон Задонский. И даже если опустить то, что в этой главе, по сути, сталкивают персонажи, воплощающие идеи, противопоставление которые происходит в романе, глава просто-напросто помогает читателю лучше понять Ставрогина и лишает его мистического флера недосказанности.
Но пару слов о персонажах заметить всё же хочу. Чисто субъективно, главным героем Ставрогина не вижу. В моих глазах он упорно рисуется мающимся от безделья барчонком, не знающим куда направить свою энергию, поэтому ввязывающимся в авантюры, испытывающий грани дозволенного, от скуки играющего людьми. Понятия "духовного растления", к которому якобы причастен Николай Всеволодович остается для меня чем-то туманным, в отличии от вполне себе самого что ни на есть натурального совращения несовершеннолетнего ребенка (если принять во внимания главу "У Тихона" и поверить в то, что Николай не врал в своей исповеди).

В заключении только хочу добавить, что было бы крайне глупо с моей стороны отрицать талант Достоевского, сложность его персонажей, значимость романа в целом, да мне этого и не хочется. Но я не могу наслаждаться им с литературной точки зрения, сюжет и его подача вызывают у меня неприятие, а поднятые темы слишком сильно связаны с временными рамками, в которых роман был написан, и личностью писателя, поэтому книгу сложно воспринимать без глубокого погружения в исторический контекст. Я верю, что если однажды вернусь к этому роману спустя некоторое время, то благодаря расширившемуся (смею надеяться) багажу знаний, смогу прочитать его по-новому и вычерпну для себя еще больше интересных деталей.
Вот только опыт первого прочтения внушает мне такое стойкое отвращение, что боюсь что мне еще долго не захочется возвращаться к Ф.М. Достоевскому в целом, не говоря уже о его "Бесах".

Честно скажу, я не поняла этот роман. Достоевский в целом тяжел для восприятия и некоторые идеи не так легко анализировать, но в данном случае помимо немалого количества политики я мало что смогла понять и оценить так, как нужно.
Главных героев немало, но особенно важен, как мне показалось, образ Николая Ставрогина. Этот человек, казалось бы, отстаивает порой вполне неплохие идеи, но в итоге оказывается достаточно пуст внутри - что доказывает конец романа. Ставрогин вспыльчив и эксцентричен и многие его желания противостоят укладу общества - например, его увлечение Лизой, хотя сам он женат. В целом, каждый герой книги имеет свою индивидуальность, которая раскрывается по ходу действия романа. Персонажи глубоки и порой было сложно понять их философию и мысли.
Если все-таки вернуться к идее романа (как я ее поняла), то могу сказать, что жизнь ради идеи, ради каких-то не всегда понятных целей порой приводит к печальным последствиям. И роман, основанных на реальных событиях, тому доказательство. Таких именно героев в жизни и не было, но каждый персонаж характеризует определенный пласт народа.
Само собой, книгу надо перечитать лет через 20. Может быть, тогда будет проще проанализировать и понять все идеи Достоевского.

Замахиваться и писать на великого Достоевского дело не простое. Поэтому для отчета только немного впечатлений от книги.
Читались Бесы совсем не сложно, только довольно долго. Немного запуталась в ФИО героев. К концу книги они стали привычными и запомнились. Удивил юмор Ф. М., его в книге я совсем не ожидала найти.
А еще Ф. М. изобрел смайлики, что еще более неожиданно :) Диалог во время написания письма под диктовку:

Очень рада, что прочитала именно Бесов. Идиот ждал своего часа лет 10 и еще подождет)