Les Misérables #01

Я бы поставила десять звёзд за этот роман. Великолепный язык повествования, звучные обороты, - это подтверждается множеством выписанных цитат!
Но, к сожалению, всё впечатление изрядно портят исторические вставки, буквально "притянутые за уши". Не очень понятно, зачем они были нужны автору. Ощущение такое, что это просто дань моде того времени, популярный приём "для массовости" при написании значительного по объёму произведения.
Ссылки на исторические события я встречала и у других писателей. Но, если у того же Мельникова-Печёрского подобные главы не слишком длинные и гармонично вписаны в сюжет, то Гюго явно злоупотребляет тягомотиной. Несмотря на собственное заявление, что, мол, он не собирается описывать битву при Ватерлоо, поскольку это уже талантливо сделано другими.
Прочтение в один присест описания той самой битвы - само по себе тянет на подвиг. Горжусь тем, что я его осилила, причём не "по диагонали", а достаточно вдумчиво, чтобы вникнуть в суть. Правда, для этого понадобилась предварительная бодрящая тренировка в фитнес-клубе, мягкий диван там же и несколько стаканчиков вкусного крепкого кофе из автомата. Но я это сделала!!!
Оно, конечно, то, что мне так трудно даются описания сражений, говорит всего лишь о том, что я чересчур невежественна в подобных вопросах. И надо бы почаще о таком читать... И я постараюсь при случае закрыть этот пробел. Но не сегодня!!!

Р.S. В книге попалось на глаза упоминание о чрезвычайно опасном мансениловом дереве. Не знаю такого!
Полезла смотреть. Оказалось, манцинелла - дерево, несущее гибель любой своей частью. Ядовитое вещество, содержащееся в коре, листьях и плодах, растворимо в воде, поэтому смертельно ядовит даже дождь, стекающий с ветвей. Нельзя срубить дерево, потому что пострадают дровосеки. Нельзя сжечь, потому что дым будет также ядовит. Всё что можно - поставить рядом с манцинеллой предупреждающую табличку...
Млин, а я лучше просто не поеду туда, где эта пакость растёт. Нафиг-нафиг эти Карибы! При всей моей любви к ботанике...

Скорее, мои злоключения насчет всего Гюго. Снова решил потрогать Гюго, опять что-то меня смотивировало прикоснуться к этому, хотя я уже ни раз обжигался и истерично закрывал книгу, думая, как это вообще можно читать, имея хоть малейшее чувство слога. Безусловно, можно винить переводчика, чаще всего, самая неверная стратегия с литературной классикой, но "Отверженные" и "Человек который смеется" — разные произведения с разными переводчиками, а выводящий паттерн один и тот же, перевод которого нисколько его не изменил, не улучшил.
Снова те же ощущения, что Гюго имел удивительно-сильное воображение, которое заставляло его описывать всякую чухню непозволительно много, впадая в экзальтацию от самого процесса, словно каждый оборот — семяизвержение, весь его слог звучит, как монолог шизофреника-полиглота с огромным словарным запасом: мысли идут с такими подробностями и ассоциативными скачками, что буквально глаза режет и ты теряешь линию повествования, будто читаешь 12 главу Улисса, где подобный подход к описаниям высмеивался и гротескизировался. Дети постоянно тыкают пальцем на воду Толстого, у которого, к слову, эти описания выстроены органично, аккуратно и достойно, они читаются и доставляют удовольствие для тех, кто обладает чувством языка, а, как я думаю, его учитель, Гюго, вообще ни в чем похожем не обвиняется — винить его стоит, хотя, несомненно, этот стиль повлиял на многих авторов, заставив их быть более художественными и показав, надеюсь, какими быть вообще не стоит.
Похоже, стиль Гюго на меня повлиял и я написал так, как, собственно, Гюго бы написал отзыв, с огромным предложениями и пляской падежей.

Честно сказать, ну такое. Посоветовали мне книгу как любителю истории. По достоинству оценила различные длинные скучные вставки-описания исторического периода того времени. Люблю я это. Но в остальном... Герои безумно ОЧЕВИДНЫЕ. Да, они раскрыты отлично, но от того, что это герои наивные и богоугодные, начинает тошнить от их излишней прекрасности. Именно из-за этого их свойства конечная их судьба становится понятна ещё в начале второго тома. В итоге любимыми персонажами стали Жавер и Эпонина, как наиболее живые и даже трогательные. Нравился Гаврош, но то, как он закончил, мне не понятно. Героизма не вижу, только мальчишескую глупость и браваду.
Мелкие раздражающие детали в характерах персонажей очень сильно действуют на общую картину романа.
На меня "Отверженные" произвели неприятное впечатление. Все ухудшается всеобщей любовью к Гюго. Впредь буду осторожнее подходить к его произведениям.