Листья травы / Leaves of Grass

Выраженное Уитменом новое мироощущение потребовало художественных нетрадиционных средств. Самым радикальным нововведением в «Листьях травы» был свободный стих, который в большой степени предопределил неуспех книги у современников, считавших, что поэзия невозможна без правильных размеров и системы рифм, обязательных в классической лирике. Верлибр Уитмена, в котором отсутствуют эти компоненты, представлял собой сложный синтез фольклорного и библейского стиха, синтаксического параллелизма, отличающего ораторскую прозу, ритмически однородных пассажей-перечислений («каталоги»), внутренних аллитераций и ассонансов, придающих завершенность строкам и всей строфе.

Считая, что его стих должен быть естественным, как дыхание, Уитмен решительно отверг каноничные поэтические формы, на которых, как он считал, лежит печать безжизненной литературности, и заложил основы новой поэтики, получившей исключительно интенсивное развитие на протяжении XX века, особенно в англоязычных странах. Одним из первых, кто оценил значение сделанного Уитменом для последующего движения поэзии, был И. С. Тургенев. Среди русских поэтов, объективно наиболее близки к Уитмену, — Велимир Хлебников и В. В. Маяковский.

Для первого издания поэтического сборника в Америке Листья травы 1855 года были необыкновенно богато оформлены. Сборник включал 12 стихотворений и пространное предисловие; открывавшая книгу поэма позднее получила название Песня о себе (Song of Myself). Вместо имени и фамилии Уитмен предпочел поместить на титульном листе гравюру со своего портрета, где он изображен в рубашке, рабочих брюках и щегольски сдвинутой набок шляпе. Во вступительной поэме он представлялся как «Уолт Уитмен, космос, сын Манхаттена», она начиналась словами «Я славлю себя», к которым позднее поэт добавил «и воспеваю себя». Главная тема поэмы – смысл человеческого бытия – вбирает в себя мотивы божественности человеческого «я», неразрывной связи души и тела, эволюции форм жизни, равенства всех живых существ и вечного странствия души в процессе рождения, смерти и нового рождения. Эти мотивы варьируются в прекрасной поэме, названной впоследствии Спящие (The Sleepers).

Одним из немногих, кто сразу же высоко оценил Листья травы, был Р.У.Эмерсон, находившийся тогда в зените славы. Письмо Эмерсона настолько вдохновило Уитмена, что он предпринял в 1856 второе издание, добавив новые стихотворенияи и включив письмо Эмерсона. Критика проигнорировала книгу. После двухлетнего редактирования «Бруклин таймс» Уитмен снова остался без работы и начал готовить новое издание Листьев травы. Книгу опубликовало в 1860 недавно возникшее бостонское издательство во главе с деятельными Тейером и Элдриджем, не выдержавшими, однако, финансовых потрясений, связанных с Гражданской войной 1861–1865. Из всех изданий книги Уитмена это самое примечательное. Помимо новых 124 стихотворений, оно включало три новых, очень существенных цикла: Демократические песни (Chants Democratic), Дети Адама (Enfants d'Adam, позднее название Children of Adam) и Каламус (Calamus).

В начале 1880х гг. Уитмен сумел подготовить очередное издание Листьев травы, окончательно определив композицию книги. Книгу напечатало ведущее бостонское издательство Осгуда. Однако некоторые стихотворения, которые Уитмен отказался убрать, были сочтены непристойными, что заставило Осгуда приостановить распространение тиража и заключить договор с Уитменом. Согласно договору, Уитмен получал печатные формы, и Р.Уэлш выпустил в 1882 в Филадельфии новый тираж, а также прозаическую книгу Памятные дни (Specimen Days), содержавшую автобиографию и ряд живых эпизодов времен Гражданской войны.

Перипетии с бостонским изданием получили огласку, благодаря чему издание Уэлша и допечатка, сделанная Д.Маккеем, продавались так хорошо, что Уитмен смог приобрести небольшой дом в Камдене. Несмотря на тяжелую болезнь, ему удалось в последние годы жизни подготовить издание Листьев травы, известное как «предсмертное». Маккей выпустил это издание и Прозу (Prose Works) в одинаковом оформлении.

Одним из немногих, кто сразу же высоко оценил Листья травы, был Р.У.Эмерсон, находившийся тогда в зените славы. Письмо Эмерсона настолько вдохновило Уитмена, что он предпринял в 1856 второе издание, добавив новые стихотворенияи и включив письмо Эмерсона. Критика проигнорировала книгу.

В XX веке «Листья травы» признаны одним из важнейших литературных событий, знаменовавших собой революцию в поэзии, связанную с появлением свободного стиха (верлибра), новаторской стиховой системы, пионером которой выступил Уитмен.

«Leaves of Grass» написаны не стихами, а ритмической прозой.

Много места занимают в них перечисления различных предметов, снабженных для разнообразия большим количеством эпитетов. Эти списки в лучшем случае можно сравнить с гомеровским «каталогом».

Язык В. трудно понимаем для неподготовленного читателя; часто приходится прочесть несколько страниц, прежде чем найти подлежащее или сказуемое, объясняющее грамматический смысл целого; богатство прилагательных, рисующих мельчайшие оттенки предметов, немало увеличивает запутанность и без того длинных фраз. Вот почему так мало истинных ценителей «Leaves of Grass».

Даже самые лучшие знатоки поэзии В., как американцы О’Коннор и Бук, сознаются, что многое в ней им не понятно.

В своеобразную форму В. воплотил оригинальное содержание. Будучи прежде всего демократом, В. мечтает для своей страны о поэзии, которая, отбросив все европейские источники вдохновения, забыв греческое искусство и средневековый романтизм, отразила бы жизнь американца со всеми ее мотивами. Он полагает, что открытие Америки так же интересно, как поход аргонавтов, что война между штатами столь же драматична, как осада Трои, и т. д.

Национальный американский поэт должен заботиться о поднятии своего народа в физическом и нравственном отношении. Государству нужны крепкие, здоровые граждане с пониманием истинной нравственности, с любовью к истине и красоте. Поэтому поэт должен воспевать всего человека, а не только его ум или его душу.