Fünf Viertel einer Orange

Говорить о данном романе – все равно что балансировать на весах, то и дело подкидывая то в одну чашу, то в другую доводы за и против. Покачиваться из стороны в сторону, пока от такого утомительного испытания не закружится усталая голова. И даже теперь, когда перевернута последняя страница, а Буаз и Поль остались за пределами реальности, мне сложно выразить свое отношение к книге и героям.

Начать нужно с того, что ожидалось. А ожидалось легкое, необременительное чтение, позволяющее в полной мере восхититься чудесами кулинарии, жадно вдохнуть терпкие, острые, пряные, щекочущие нос ароматы и расслабиться. В паузах между постепенным погружением в ежевичные пироги, яблочные штрудели и кружевные блинчики с малиной мечталось также стать свидетелем развернувшейся семейной трагедии, вытягивания скелетов из шкафов на свет божий и интриг.
И ведь автор не обманет. Получит жадный читатель все, что желается, но… как! Взамен Джоанн Харрис попросит нешуточной выдержки, поскольку рассказ будет долгим, а повествовательница неторопливой, упрямой, прячущей за тщедушной земной оболочкой сильную натуру. Она предстанет перед ним суховатой старушкой с решительным выражением лица и непросто давшимся решением поделиться своей ношей. Начнет издалека… и добрую часть книги от начала читатель не получит ни серьезных сюжетных поворотов, ни существенных событий. Эту особенность повествования легко можно объяснить манерой изложения, да и попросту возрастом Фрамбуазы. А уж она-то расскажет так, как сама считает нужным! Уважь старушку и проникнись, а коли не нравится, поди вон.
И потому ее мысль разбежится по нескольким главам. Нарисует перед читателем крепкий дом и уютную кухню, фруктовые сады и мутную реку. Шепнет на ухо легенду о Старой щуке, способной как покарать, так и одарить, а после поведет к дощатому домику на дереве. Туда, где от тревог и забот прячутся одинокие дети. Где Кассис страшится ответственности и не может забыть отца, Рен-Клод мечтает о славе, а малышка Буаз выстраивает неприступную стену между собой и матерью. Где кухня, полная притягательных запахов, отнюдь не символ семейственности и тепла, а скорее карикатура на них.
Фрамбуаза медленно и верно погрузит в картины своего детства и только через главу сможет избавиться от скованности. Она обрушится потоками слов и колкостей, она обнажит свою душу и заставит слушать. В ее рассказе будет многое. И война, которая беспощадна как на боевой линии, так и в оккупации. И детские переживания, все чаще вмещающие в себя одиночество, желание быть услышанным. Быть любимым. Здесь найдется место и воспоминаниям о Ле-Лавёз и Анже. Буаз не забудет рассказать и о настоящем. О нелегком решении вернуться на родину, где нечаянно обнаруженная истина может разрушить все созданное прежде, где сомнения разъедают душу. Вот только ни с надоедливой ложной заботой, ни под пушечным выстрелом наша героиня не продаст свое прошлое и память о матери.
Повествование разделится на две сюжетные линии, на прошлое и настоящее. На тайну девятилетней девочки и боль шестидесятипятилетней старушки. Подойдя к роковому моменту, мысль Буаз заскачет с невиданной прытью, расставляя фрагменты мозаики в нужном порядке. Вот только уж слишком долго рассказчица будет оттягивать этот момент постижения истины.
История же в целом интересна. По сути, книга строится на взаимоотношениях матери и детей. Фееричных отношениях, надо сказать, сводящихся к попрекам, выволочкам и переходящих периодически в полное безразличие. Я откровенно негодовала от позиции Мирабель. Понимаю, что она больна и зависима от приступов, но не могу оправдать ее закрывание глаз на то, что ребенок пропадает в лесу и у реки сутками, не ест и разворачивает против тебя внутриусобную войну. Все это ей неважно, пока есть кулинарная книга, радость готовки, а в саду осыпаются перезрелыми плодами Прекрасная Ивонна, Конферанс и Вильямс. В ее финальную тираду на тему «Не троньте моих детей» я не верю. В эту запоздалую любовь, когда ты для собственных детей уже стала пустым местом.
С другой стороны – дети. Я, мягко сказать, была в гневе от этой истории с апельсинами, которую затеяла Буаз, чтобы вырываться в город. Ни тени сомнения в том, что ее действия могут обернуться страшными результатами для хоть и нелюбимой, но все же матери. О том, что дети не осознают последствий своих «нашептываний», я и вовсе промолчу.
Кстати, относительно отлучек в город. Вы верите, что девятилетняя девочка способна полюбить взрослого солдата? Очевидно, что для Буаз, как и для Кассиса и Ренн, Томас становится больше, чем просто знакомым. Он дарит ребятам долгожданное тепло, заботу. Вот только какой ценой они расплачиваются за эту заботу…. Томас – фигура, конечно, неоднозначная. Пусть каждый решит сам, кто он: такой же мальчишка, попавший на войну и ставший жертвой обстоятельств, или изворотливый проходимец, умело манипулирующий людьми ради собственного блага.
Взглянув же в целом на книгу Джоанн Харрис, я не могу сказать, что она скучна. Нет, скорее затянута. Она многослойна и дает возможность с разных позиций взглянуть на героев, попытаться их понять, оправдать, обвинить. Простить. Я думала, роман будет построен в форме дневниковых записей, а он обернулся длинной историей, в которую изредка вклиниваются старинные рецепты и мысли Мирабель.
А еще мне абсолютно никого в романе не жаль, что в принципе для меня редкость. Ни мать, ни детей, ни Поля. Приглянувшись к каждому, я вижу причину и последствия, но сочувствия в себе не нахожу.

По прочтении странное послевкусие. Как если бы вам обещали изысканный десерт, а подали к чаю пирожок с яблоком из муки грубого помола. Вроде вкусно, но не то, что ожидалось. Однако книгу советую. Быть может, просто я привередничаю? Роман заставляет читателя осознать, что подчас безразличие матери способно привести к ужасным последствиям. Оно может вырыть бездну отчаяния и одиночества, отвратить собственного ребенка, искалечить, поломать. Стать нестерпимой болью, пронесенной через годы.

Книга эта все время сбивала меня с толку своим постоянным дисбалансом … и судя по названию, это вполне осознанный авторский ход. Слишком много «четвертинок» у пресловутого апельсина; слишком разителен контраст между потрясающими описаниями еды и происходящими событиями; слишком странные отношения между матерью и детьми…

Фрамбуаз, младшая из трех детей Дартижан, получает в наследство от матери замаринованный трюфель и альбом с рецептами ее уникальных блюд… но помимо рецептов, в нем оказывается множество заметок на полях, написанных рукой матери, но не то зашифрованных, не то записанных на каком-то странном языке. И 65-летняя Фрамбуаз переносится в свое детство, когда их небольшая деревушка была оккупирована немцами; когда апельсины были под запретом (сначала из-за постоянных мигреней матери, а потом и из-за общей нехватки продуктов); когда их семья еще не стала изгоями; когда чтобы выжить, люди готовы были на многое…

И за все время чтения, я так и не смогла определить свое отношение к этой книге: с одной стороны, потрясающие описания еды, с другой - непонятная, порой, совершенно необоснованная жестокость…и если от немцев ее ожидаешь, то в отношениях матери и детей ей явно не место. Некоторые моменты показались мне совершенно неправдоподобными, но я многое готова простить автору за ее прекрасный язык и интересную историю.

Самое удивительное и прекрасное в книгах Харрис - это связь главной героини и ее матери, развитие их отношений в течение жизни. Мать главной героини - суровая, замкнутая в себе, принципиальная женщина, бунтарка, своенравная, всегда делает по своему, не считаясь с мнением окружающих. И в то же время она прекрасна, она всегда поступает по совести, она все делает правильно, в ней живет высшая справедливость, которая никак не связана с внешней суровостью. Невероятная мама. Многие смогут узнать в ней свою маму.

Я узнаю. Поэтому очень люблю книги Харрис именно за маму.

Джоан Харрис в этой книге исполняет свою (или мою? или твою?) мечту о тихой и спокойной жизни в маленьком городке. Жизнь, не очень насыщенная фактическими развлечениями, но полная эмоций. Мне кажется, что многие хотели бы отдать пол жизни (все те годы, которые остались до пятидесяти) чтобы оказаться там, на страницах ее книги, чтобы жить в свое удовольствие, помнить о прошлом и отстаивать свое будущее.

Ну, в конце-то концов, кто себе может представить жизнь без собственной блинной в маленьком городке Франции?

Фрамбуазе (малина) живет своей собственной жизнью, и только посмотрев на себя со стороны понимает, что стала почти идентична своей матери. Всегда их объединяла кулинария, но по прошествии многих лет их начало объединять нечто большее, какое-то внутреннее понимание жизни, умение отринуть форму во благо содержанию, уменее распознать добро и зло, и конечно же, умение сварить варенье из зеленых помидоров ;-)

Эта книга лежала у меня в више больше двух лет. Постоянно что-то слышала об авторе и её произведениях, но самой почему-то браться читать совершенно не хотелось, будто подсознательно отворачивало. Но наконец я добралась до романа "Пять четвертинок апельсина".

Книга оказалась не совсем о том, что я предполагала. История главной героини Франбуазы тянется от настоящего времени, где ей шестьдесят, к далёкому прошлому. В этом прошлом она - девятилетняя девочка, живущая в крохотной французской деревушке, оккупированной немцами с болеющей матерью, сестрой и братом. События одного лета, запутанные, болезненные, страшные, но воспринимаемые ребёнком, который очень старается быть взрослым.
Дети очень пластичны и восприимчивы, какими упёртыми бы ни казались. В условиях военного времени они всё равно остаются детьми, и пока взрослые живут в бесконечном страхе и напряжении, приспосабливаются и находят свои радости в жизни. Не сознавая до конца происходящего, могут совершать то, что со стороны взрослого было бы настоящим предательством.

Тайна семьи, того, что случилось тем далёким летом, отягощала Франбуазу всю её жизнь, этот секрет приходилось скрывать, утаивать правду даже от самых близких, тем самым отдаляясь от них. Постоянный страх разоблачения, жгучий стыд отравляют существование.
Страшную тайну читатель узнаёт по частям и очень медленно, героиня раскрывает её с явной неохотой, и от этой растянутости книга становится скучноватой, даже несмотря на обещанный в конце "приз".

Не могу не отметить обилия в книге описаний еды. Я так понимаю, это фишка Харрис. Это смотрится вполне органично, как ни странно, но не то чтобы очень аппетитно - впрочем, тут личное дело каждого.

Я одновременно люблю и ненавижу книги, где война является центром сюжета или играет мало-мальскую роль, и каждый раз, когда берусь за очередную подобную историю точно знаю, что читать её придётся очень долго. Что же, три месяца. Это не рекорд, но мне физически было больно следить за повествованием, когда героиня возвращалась воспоминаниями к прошлому, но не о матери, а о Томасе. Стоило ему появиться на страницах и я словно обиженная девчонка думала: "Ну давай же, соверши какую-нибудь ужасающую вещь, чтобы тебя все простили. За улыбку твою довольную, за искренний взгляд, за видимую всеми внутреннюю красоту, которую ты придумал". А с Томасом приходила война и нервозность возгоралась в стократ, ведь сразу две тяжело дающие мне темы. Страдания окончились и наконец-то могу с чистой совестью признаться в любви к книге. Вот такие странности.

Что же такого прекрасного повстречала здесь? Детскую глупость и наивность в военное время, прекрасную змею, постоянно поглядывающую на меня своими блестящими глазками, печальную историю материнской любви, непрекращающуюся болезнь и осознание приближающего безумия. Всё звучит как-то не особо привлекательно, но описано так, что в некоторых моментах сердце замирает, чтобы спустя мгновение болезненно забиться. От невозможности изменить прошлое — перечеркнуть ужасное отношение, неправильные поступки, собственное бессилие и всё то, что продолжало терзать героиню на протяжении большей части жизни. Думаю, мало найдётся людей, не жалеющих о своих детских решениях и выборах, и каждый из них не может переписать историю заново.

Сюжет.
Фрамбуаза Дартижан возвращается в родную деревню, из которой в далёком детстве ей вместе с матерью, братом и сестрой пришлось бежать. На протяжении всей книги она рассказывает о двух временных линиях: периоде немецкой оккупации, когда ей было девять и настоящего, где героиня всячески старается скрывать свою личность от местных жителей. Тайна заключается в причине побега и материнском личном дневнике, доставшимся Буаз по наследству. В прошлом её поджидают погибший в войну отец, больная мать, заикающийся мальчишка, старая щука и прекрасный Томас. В настоящем тоже не всё так прекрасно — плохие отношения с собственными дочерьми, своеобразная война с невесткой брата и его сыном, и всё тот же заикающийся мальчишка, превратившийся в замечательного мужчину.

Я даже не плакала, но это и неудивительно, ведь злость не давала возможности ни единой эмоции. Она поглотила и прошлое и настоящее, раздулась, как воздушный шар и притаилась у сердца, пока героиня справлялась с жизненными неурядицами и собственной совестью. Было обидно за маленькую Буаз, оставленную и непонятную, замкнувшуюся, но готовую открыться тому, кого посчитает достойным её доверия. Дыхание перехватывало от того, как уже старушке Буаз не дают спокойно жить, постоянно угрожая раскрыть великую тайну и тем самым испортить жизнь. И возможно слезу стоило всё-таки проронить — в миг, когда Буаз осознала свои чувства к Томасу, или когда поймала такую желаемую старую щуку, или при раскрытии причины побега, но я выгорела ещё к середине и ничего не могла с этим поделать.

Поначалу просто ждёшь, когда же откроется тайна в зашифрованном материнском дневнике, а после оказывается, что это конечно очень важно, но история полностью завладела вниманием и хочется как можно дольше оттягивать момент признания, ведь тогда наступит финал. И маленькая Буаз осознает, что совершила ошибку, потеряет то единственное, что держало её на плаву и превратится в свою взрослую версию, раз за разом переживающую одно и тоже. Смерть отца, отстранённость брата и сестры, медленно теряющую рассудок мать, охоту на старую щуку, разговоры с Томасом. Замкнутый круг, из которого ей не удаётся выбраться.

Что до тайны, то я удивилась, но так вышло, что к середине повествования интерес представляла для меня не она, а чувства малышки героини. Её одиночество и отчаянное желание любить и быть любимой, детский эгоизм, воспринимающийся правильным и необходимым, осознание во взрослом возрасте, как была неправа и переиначивание поведения собственной матери. Это всё было печально, душераздирающе и немного вселяло надежду, что в финале героиня получит своё освобождение и заживёт счастливо. От трагичной атмосферы отвлекали описания рецептов, вкусные названия и вино, но для знакомых с творчеством автора это не ново.

Персонажи.
Я постоянно упоминаю Томаса и не просто так. Для меня он такой же полноправный герой, как и Буаз. Их много связывало, они меняли жизни друг друга и с памятью о нём героиня прожила до своего настоящего. Уверена, что в дальнейшем она также будет его вспоминать, потому что несмотря на змеиную сущность, он помог ей, пусть и в довольно жестокой форме. Они как солнце и луна, как две стороны монеты — разные, но не способные существовать по одиночке.

Фрамбуаз — сильная, упорная и добивающая своего, как бы много людей в неё не верили. Она действительно схожа со своей матерью не только внешностью, но и характером. Непреклонная, стойко стоящая на месте, одинокая, но притворяющаяся, что так ей лучше. Понравилась и маленькая героиня и взрослая, хотя детские поступки и воспринимались труднее. Кстати, самой матери мне не хватило, как и её дневника. Чаще всего она проводила время либо на кухне, либо в комнате и героиня из-за своего возраста и плохого отношения не замечала её. А мне так хотелось узнать эту женщину получше.

Томас — немецкий офицер, "путеводная звезда" для героини и самый раздражающий персонаж, который не мог оставить меня равнодушной. Как персонаж совершенно не мой тип, но для сюжета значимая фигура и благодаря ему возникли самые увлекательные линии, так что нервишки он успел подпортить, но без него не существовало бы истории.

Поль — заикающийся мальчишка, в настоящем спокойный и уверенный мужчина. Пока что это лучший мужской персонаж автора. Его также мало, как и матери героини, но радует, что раскрыться у него получается и за короткий срок. Полю принадлежат отличные выводы и он тот самый человек, который вытянул бы не одну жизнь из ямы, дай ему это возможность.

Вот так читаешь книгу три месяца кряду, прикладываешься головой о подушку периодами, а в середине повествования так в неё влюбляешься, что уже ничего не волнует. Трагичная история о одиночестве, взрослении, сожалениях, но при этом она заставляет улыбаться и верить, что однажды все горести останутся в прошлом, где им и место, и жизнь преобразится.

Невыносимо тяжелым оказался для меня роман. Несмотря на то, что перечитываю, и тогда мне не очень понравился, детали совершенно стерлись из памяти, читала как в первый раз. Есть такая особенность у романов Джоан Харрис, приятно читать, погружаться в облако магического реализма, даже некоторое время держится послевкусие, но через несколько лет просто ничего не вспомнить.

В данном романе магический реализм выражается в противостоянии с очень старой щукой Матерой. По легенде, кто ее поймает, сможет загадать любое желание.

История о возвращении героини домой через пятьдесят лет под чужим именем. События, которые произошли в детстве оставили настолько глубокую рану в душах местных жителей французской деревни Ле-Лавез, что вернуться в дом матери было за гранью возможного. Но мать после смерти оставила в наследство младшей дочери свой альбом с рецептами, где между строк нашлись пометки, заметки на полях, по которым оказалось возможным восстановить, буквально по крупицам, историю тех дней, лучше понять мать Мирабель.

В период оккупации жизнь в Ле-Лавез протекала своим чередом. Кроме поборов продуктов со стороны немцев особенных ужасов не было. Страшно неприятно было поведение местных жителей, которые для своей выгоды вступали в сотрудничество, их называли пособниками. Вот и семья Дартижан, мать и трое детей: Кассис, Ренетт и Фрамбуаз оказались замешаны. Именно Фрамбуаз, самая младшая решилась вернуться и посмотреть правде в глаза, ведь когда они в спешке покидали дом, ее мать называли убийцей.

Самое тяжелое, что дети совершенно не отдавали отчета в своих поступках, делали все, что угодно, заискивая перед немцем Томасом Лейбницем, шли на любые откровения, лишь бы он поговорил с ними. Дети видели в нем друга, замену отца, погибшего на фронте. Особенно при таком злобном характере матери. Но и Фрамбуаз, получив при рождении такой же характер, ни в чем ей не уступала. Фрамбуаз, всего лишь девяти лет обнаружила в себе настолько много злобы и ненависти по отношению к матери, что не жалея устраивала ей жесткие пытки апельсинами. У матери запах апельсинов был предвестником жесточайшей мигрени.

Роман просто сочится злобой и ненавистью. В семье друг к другу. Местные жители к немцам и пособникам. В наши дни у Фрамбуаз возникло противостояние с женой племянника. Даже финал, который расставляет все по своим местам оставил после себя осадок в душе. Не возникает желания оправдать, посочувствовать.

Может быть для поклонников данного произведения, это что-то мощное и впечатляющее, но для меня оказался каким-то грязным, удручающим, в котором буйным цветом расцветает подлость и предательство.

Если вы искали фирменную уютность автора, источающую ароматы специй и кофе, то вы не совсем по адресу. Специи и кофе будут, а уют - нет. Зато есть французские коллаборационисты, пособники фашистов, искалеченные судьбы, страхи, и прочие плоды французского воспитания. Почему я грешу на воспитание? Потому, что буквально в каждой французской книге мы видим либо перегиб в виде тотального контроля, либо его отсутствие по тем или иным пунктам. Последнее оправдывается тяготами жизни, неполными семьями и .... таким же воспитанием у самих родителей. Поэтому каждый выросший плюс-минус вменяемым ребенок кажется чудом. И уж чего удивляться, что когда пришел враг, мирные жители, пряча взгляды друг от друга, побежали сотрудничать.
Опущу тот момент, что мне кажется, будто автор оправдывает этих пособников. Это субъективное. Лучше отбросить это и воспринять книгу как необыкновенно обнаженную историю предательства и ошибок. О таком предпочитают молчать. А тут - как на ладони. И пахнет специями и апельсиновыми корками. Мне, как человеку другого менталитета и воспитания, диковинно читать о таком. За шоколадку и помаду? Не задумываясь о последствиях? Чистый эгоизм. Не от простой жизни, конечно, но все же, налет социопатии у рассказчицы весьма заметен. Воистину, эти апельсиновые четвертинки - символ того, что книга о триггерах.

Что-то типа вместо предисловия:
Очень люблю Джоан Харрис и её книги, но эта оставила неоднозначные впечатления. Смутила тема окупации (речь идёт о небольшой французкой деревне, в которой продивают наши герои) и то, как об этом написано. Возможно в целом, доя сюжета, то, что происходило, имело важный нюанс для раскрытия характеров и так далее… Но меня коробило, как, почти уже взрослые, дети сотрудничали с немцами, заискивали перед ними, добиваясь благосклонности. Мои тараканы сопротивлялась. И хотя автору удалось их немного присмирить, но осадок остался.

Собственно о книге:
После длительного отсутствия Фрамбуаз возвращается в родную деревню. Уехала она оттуда с матерью, братом и сестрой в спешке и страхе пятьдесят лет назад, потому что наворотили немало дел, да ещё и таких, за которые не только стыдно, но по прошествию лет очень совестно. Зачем ворошить прошлое, спрашивается? Но, как преступника тянет на место преступления, так и Фрамбуаз влекло в родной дом.
Почему их невзлюбили в посёлке, а мать называли убийцей? Что есть правда в её воспоминаниях, а что домысел? Тем более мать оставила в наследство свою кулинарную книгу. Какое-никакое - наследие. Возможно где-то в нём таится разгадка странных, если не сказать отталкивающих отношений между матерью и дочерью. Ведь эта книга таила в себе не только хитрости рецептов, знакомых с детства, но, что важно, на полях были материнские заметки, таящие в себе события тех далёких дней. По сути эдакий мини-дневник, без дат и определённости, просто хроника прожитого дня, причём даже непонятно для чего оставленная. Скорее всего, мать, измученная приступами мигрени, на память свою не полагалась.

Трудный, очень тягостный, пропитанный какой-то тоскливой и унылой атмосферой роман. Даже апельсины в нём - предвестники болезни.
В семье Фрамбуаз какая-то нездоровая атмосфера. С одной стороны дети вроде бы дружны, с другой - готовы в любую минуту предать друг друга, доверия нет. Мать - какой-то злостный деспот и тиран, обожающая старшую дочь, игнорирующая сына и почти ненавидящая младшую за то, что та на неё похожа. Конечно, на самом деле всё было по-другому, но выглядело так.

Вообще вся книга пропитана каким-то негативом, ненависть льётся с каждой страницы. Жители деревни ненавидят семью Дартижан, Дартижаны ненавидят немцев и в тоже время поддерживают с ними отношения. Ненависть переносится и в наше время. И теперь идёт война между Фрамбуаз и племянником и его женой. Камнем преткновения становится всё та же старая кулинарная книга. Да и у самой Буаз отношения с дочерьми оставляют желать лучшего.

Когда они все растеряли друг друга? На каком этапе стало невозможным возвращение назад? Почему простить и просить прощения так сложно? И возможно ли исправить то, что замалчивалось и утаивалось годами?
Да, с этой историей можно спорить, её можно не любить и не принять, но, поверьте, она многому учит. Если вы хоть немного осудите Дартижанов, значит всё не зря.

Когда я прочитала где-то 2 четвертинки из 5 (вы поняли, да? "Пять четвертинок апельсина", я прочитала 2, каламбур, ахаха! Да ну вас Т___Т), то была свято уверена, что влеплю роману двоечку. Судите сами: персонажей с точно такими же характерами мы уже видели, описания нямок тоже видели не раз, к тому же автор через строчку мерзенько так подмигивает и говорит: "Ох, читателюшки мои, тайна-то у персонажей какая! Тайна-тайнища! Да размером с дом! А вот дочитаете до конца и может быть узнаете тайну тайную, секрет секретный". Раздражало это всё, раздражало... Да и перегорело ко второй половине книги. Ну да, мы уже видели таких персонажей — девочнок-пацанок с ершистым характером, мамочек, у которых любильный инстинкт изуродован, молчаливых деятелей, мямль... Но ведь Харрис пишет о том, что знает. Уверена, что себя она ассоциирует с этими железными и свободолюбивыми дамочками, которых описывает в каждой книге. Ну и ладно, выходит довольно убедительно, в конце концов, Ремарк тоже разнообразием характеров не страдал, а писал вполне недурно. Ну да, нямки встречались нам не раз и начинаешь недоумевать, зачем их вставлять так много и подробно, если можно половину выкинуть, а при этом со смыслом, сюжетом и описаниями никаких особенных изменений не произойдет... Но и это нормально. Всякие карамельки и ванильки на фоне клоаки, бурлящей в душе героев — вполне себе стоящий приём. Ну а что про "тайну тайную"... Тут я оправдания не могу придумать, но пусть будет. Не исключено, что это кому-то нравится, хотя мне кажется, что саспенс куда интереснее, если его нагнетают не демонстративно.

Думаю, что как и в случае с любой остросюжетной прозой, о сюжете лучше заранее не говорить. (Кстати, вот ещё один минус, когда узнаёшь тайну тайную, то понимаешь, что второй раз читать это будет уже не очень интересно, загадка на один раз). Семья без отца, мама, страдающая жёсткой мигренью и провалами памяти вкупе с приступами агрессии. Дочка-"поперечница", которой лишь бы насолить любимой мамочке (я утрирую, на самом деле, у неё куда более глубокие причины, чтобы так себя вести). 2 временных пласта, нацисты, нямки, нямки, нямки. Читать это всё интересно и быстро, потому что роман скроен очень ладно: никакой путаницы, никакой перегруженности или затянутости. Очень много подсюжетиков, "украшений", но всё это в меру и в жилу. Больше всего мне понравилась одна-единственная громоздкая метафора, которая тянется на протяжении всего текста — Старая Щука. Если верить местечковой мифологии романа, то это действительно старая хитрая рыба, которую много лет пытаются поймать рыбаки, но всё остаются с носом — она рвёт сети, обкусывает крючки и залегает на дно. Существует поверье, что с теми, кто её увидел, произойдёт несчастье - и ладно бы только ногу кто сломал, так чаще всего вообще народ гибнет. Но если поймать рыбу и отпустить, то она выполнит твоё желание (ха-ха, Вишмастер в фильме тоже желания выполнял, и Обезьянья Лапка...) Главная героиня, эдакая кусачая Рони или Пеппи, хочет эту щуку поймать... И тут и появляется аналогия. Старая Щука не столько конкретная рыба, сколько сгусток тьмы в душе человека. Хотя и с вполне материальной рыбой главной героине придётся побороться не хуже, чем Старику Хемингуэя.

Неплохая остросюжетная книжка, гармонично и складно написанная. Увы, жанр предполагает, что это чтение на один раз, максимум на два, если вдруг захочется перечитать, уже зная все тайны и подсматривая детали, которые раньше пропускал мимо ушей. Харрис нашла определённую нишу, определённых героев и манеру повествования. Успехов ей в такой прозе.

О Джоанн Харрис я знаю только, что она написала «Шоколад». О «Шоколаде» я знаю только, что когда-то смотрела фильм с Джонни Дэппом, после которого очень хотелось шоколада, а в общем-то и все. И если бы она мне не выпала в «Дайте две», так бы и не узнала, что это за автор и с чем ее едят, наверное.

Аннотация сообщает, что мать оставила главной героине Фрамбуаз альбом с рецептами и дневником на полях, а ее брату и сестре – плюшки позначительнее, поэтому догадаться, о чем книга, было проблематично, но это хорошо, так как разлюбила я последнее время ожидание чего-то конкретного от книг. Хорошо еще и потому, что меня начали утомлять книги, в которых события происходят во времена Второй Мировой, а это добрая половина «Пяти четвертинок апельсина».

Нам поочередно рассказывают две истории – одна происходит сейчас, где племянник с женой хотят заполучить тот самый злополучный альбом с восхитительными рецептами, а другая – мозаика, сложенная героиней из обрывков записей на полях и собственных детских воспоминаний. Читателю складывать ничего не досталось, к сожалению – все разложено по блюдечкам и подано в готовом к употреблению виде.

Север Франции, Вторая Мировая Война. Что-то случилось в деревне тогда, что-то настолько ужасное, что Фрамбуаз до сих пор боится представиться настоящим именем. После смерти матери она приезжает в родной дом, дом из детства, доставшийся в наследство брату, но выкупленный и восстановленный. Неплохо живет, готовит по маминым рецептам гречневые блинчики и прочие вкусности, от которых слюни текут первую треть книги, и все так плавно-спокойно до тех пор, пока родственники не решили, что им очень нужен этот альбом. Но именно это стало толчком для Фрамбуаз углубиться в воспоминания и расшифровку записей.

Довольно интересная книга, не жалею, что прочитала, хотя и не настолько впечатлила меня, чтобы сильно ею восторгаться.