Fünf Viertel einer Orange

Дети ведь, как известно, жестоки. И если уж нанесут рану, то до кости. и в цель попадают куда точнее любого взрослого...

Любая женщина может быть красавицей в глазах мужчины, который ее любит

Любовь - такая штука, ее не выключишь, как водопроводный кран.

Совершенно не понимаю, почему родственная связь должна непременно вызывать в людях взаимную симпатию.

Домой возвращаться никогда не поздно.

"Ожидание порой бывает нестерпимей, мучительней, чем сама боль."

Скрипка, она как хорошая женщина. По рукам не ходит

Никакой сладости в страданиях нет, что бы там люди ни думали. В конце концов, страдания пожирают все.

Ты просто успокойся, и река принесет тебя к дому. Такие простые слова.

Пьянство, сказала она нам как-то в редкий момент откровения, — прегрешение против самой природы плодов, фруктовых деревьев, самого вина. Это надругательство, это осквернение их, как насилие есть осквернение любви.

Не люблю, когда до меня дотрагиваются, не люблю приторных улыбок. Родная кровь для меня не залог душевной близости.

Никакой катастрофы не произойдет, если я возьму и осмелюсь вас любить.

Октябрь - стремительный, такой сочный, такой ароматный в своем золотисто-алом сиянии, с ранними белыми заморозками, с ярким преображением листьев - это совсем другая, волшебная пора, последний дерзкий ликующий всплеск перед лицом надвигающейся стужи.

Совершенно не понимаю, почему родственная связь должна непременно вызывать в людях взаимную симпатию.

Старая мудрость права: дети жестоки. Уж, если режут - то, в отличие от взрослых, всерьез и до самой кости.

Если позабудешь прикрыть ставни, другие не позабудут влезть к тебе в окно.

Да, я всё помню. И только и мечтаю - забыть.

- Такова доля героев, - бросил он. - Они не успевают дожить до исполнения желаний, правда?

“Быстренько выкинь эту мысль из головы, – велела я себе, – сорви ее и выбрось, точно ненужный цветок”

Горе редко пробуждает лучшее в людях.