Generation

хотя творчество Виктора Олегыча мне нравится, "Числа" не торт у него че то ваще и даже не шоколадный пряник .
Смысл ( он простой, но весьма дебильный -весьма дебильный даже для.) - чувак увлекается нумерологией и находит для себя сакральное число 34, подчиняет жизнь этому числу строит бизнес и собсн весьма преуспевает.Если кому-то кажется что это идиотизм, тем стоило бы поинтересоваться как в нашей стране некоторые люди, у которых официальная справка "здоров" от психиатра ведут бизнес, иногда кажется, чесслово лучше б по примеру этого чувака основывали его на подобной хреноте, чем на своих не поддающихся логике жопозаключениях.
В общем все у героя относительно ок он носится со своим 34, пока на сцену не выходит антипод число 43 и жизнь Степы не идет по одному месту как раз в его 43й др На самом деле канеш думаю посыл не в том, что там 43 всему виной , а в том, что дуракам бывает и везет, но не бесконечно. В итоге чувака красиво кидают на 35 (гг) лямов. О степени маразма говорит например такая цитата:

Весь этот сюжет канеш украшен и дополнен как обычно маразматическими деталями в виде покемонов джедаев, гомосятины и эзотерики.
Мне не очень понравилось, хотя я и любитель всякой ереси пелевинской, но ереси видать другого сорта.
Книга Оборотня показалась в разы интереснее.

Рецензии с низкой оценкой книги не то чтобы читать, даже писать не стоило! :)
Привет, чувство заря потраченного времени. Хотя писатель в некоторых местах и насмешил меня, например, Кастанедовским: период менструации это портал в иной мир, или как его там он выразился? Но все же..
Мне нравится читать о сильных людях, нетривиальных в большей степени, со своей идеей. А об Татарском такое и не подумаешь. И то, что книга о таком ничтожном человеке, книгу в моих глазах опускает. Вот почему-то со мной всегда так. И хоть бы другие персонажи скрасили унылость эту, нет ведь! А скрашивают грибы и прочая наркота. Автор явно руководствовался принципом:

Выходит как-то не так все равно.
Показательные мысли этого Татарского:

В общем, внешний вид, конечно, имеет значение, но жаль, что главный герой(ГГ) осудил Гиреева(приятного человека) вот так грубо и поверхностно.
Однако, некоторые книги не испорит даже самый низкий поступок ГГ. Например, О дивный новый мир или Братья Карамазовы. Что как бы наталкивает на мысль, что тут не в Татарском проблема, а в самой книге, в идее, в представлении идеи. Хех, скорее, эта книга не для меня оказалось либо от моей большой тупости, либо ума ;)

«В основе всех вещей лежит число. Познать мир – значит познать управляющие им числа»
______________________________________________________Пифагор

Будучи школьником я часто ездил на соревнования по футболу, волейболу или баскетболу. И как обычно нам выдавали спортивную форму с номерами на спине. Неудивительно, что за 7 номер шла активная борьба, порой переходящая в коллективный мордобой, по сравнению с которыми межшкольные соревнования просто нервно попукивали в сторонке и уже не имели никакого смысла. Не желая ввязываться в бессмысленную борьбу я сразу же брал себе 9 номер. На то было несколько причин: во-первых девятка – сакральное число Ислама (99 имен Аллаха и все такое), во-вторых это число как бы протиположно “предательской” шестерке, а 999 противоположно числу Дьявола, и в-третьих по мусульманскому календарю я родился 19 дня месяца джумада-аль-ахира (именно поэтому данная рецензия выкладывается 19 числа 9 месяца).
Сейчас на моем автомобиле красуется госномер 045. Хотелось бы конечно 999 или 009, но стоимость таких номеров начинается от 100 тыс.рублей, и поэтому я довольствуюсь своим скромным номером, сумма цифр которого образует мою любимую девяточку.
Если отбросить религиозный аспект и рассмотреть число чисто с математической позиции, то мы видим, что 9 – это вершина цифрового мира и одновременно совершенная форма тройки, которая в свою очередь является самым гармоничным и боголюбимым числом. Таким образом мы можем представить девятку, как гармонию и богоизбранность в кубе.

У героя пелевинских «Чисел» примерно те же внутречерепные тараканы, только в качестве своего сакрального числа герой выбрал 34. С этим числом он идет по жизни и без него не обходится ни один шаг героя, будь то выбор блюда из меню или приобретение пакета акций. В свою очередь у этого числа есть зеркальный антипод 43, который приносит товарищу горе и несчастье. И ведь героя можно было бы обвинить в излишней параноидальности, если бы подобная философия и принципы не превратили обычного советского пионера Степу во владельца крупного российского банка Степана Аркадьевича. И вся эта цифровая феерия происходит в инфернальные 90-е, в ту самую эпоху о которой никто не напишет лучше, чем достопочтенный Вектор Пелевин. Такое ощущение, что он чувствовал эту страну каким-то потаенным нутром или скрытыми от нас энергетическими кАналами.

«Числа» – одна из последних “адекватных” работ Пелевина, которая еще пока не требовала накурки и дешифровок. Конечно же Пелевин не был бы Пелевиным, если бы не пропитал книгу восточно-буддийской аурой. Но здешний буддизм представлен с чисто обывательской позиции, для понимания которой не требуется штудирования Трипитаки. Вообще во всей этой “цифрости” я впервые увидел что-то европейское, и даже античное с их пифагорейским культом чисел, по сравнению с которыми Степа просто играется в песочнице и лепит куличики из пластиковых формочек с цифрами 3 и 4. Кто не знает – пифагорейцы – это те ребята, которые фапали, буквально, на каждое число. Кстати они первыми полюбили именно семерку, за обладание которой дрались мои одноклассники. Гептада (так они число счастья) – символ совершенной изоляции, а следовательно первый родственник монады, называемый “подвижным образом вечности”, не порожденный и не порождающийся внутри вечной декады благодаря бесчисленным гептадам в микро- и макро-космосе. Уже позже появились библейские ”семь дней” и коранические “семь небес и семь земель”, которые еще больше способствовали культу и всеобщему фапанию на цифру 7.

Я никогда никому не советовал читать Пелевина. Ни подруге, ни друзьям, ни [тем более] коллегам по сайту. И, пожалуй, «Числа» станут первым исключением. Не то чтобы она понравилась мне больше других, просто я уверен, что она не отпугнет новенького читателя, отважившегося заглянуть в класс пелевинодрочеров. Кроме того, книга написана по всем традициям чеховской краткости и, потому, не займет много времени.

_________________________________________________________19.09.

Тем, кто хочет познакомиться с творчеством Пелевина, но не знает с чего начать, я бы порекомендовала эту книгу - как и все рекламные идеи, она очень легка для восприятия, несмотря на свою многогранность, многослойность, обилие потрясающих своей глубиной и проницательностью мыслей, пропитанных горькой иронией и сочнейшим цинизмом.
--------------------------------------------------------------------
Лихие 90-е и путешествие в них героя Вавилена Татарского: от продавца в ларьке до мужа богини Иштар. Сначала он продает сигареты в ларьке под надзором грозных южан, по блату переходит в сферу рекламы и маркетинга, знакомится с "серьезными людьми" и начинает делать "реальный бизнес", а оканчивает свою карьеру чуть ли не условным владыкой мира.
-------------------------------------------------------------------
В этом романе автор красочно описывает инфляцию сознания народа, красочно сопоставляя желание зарабатывать деньги с оральным вау-стимулом, а желание тратить деньги с анальным вау-стимулом.
Господи, это божественно гениально!! Сопоставить акт зарабатывания денег с поглощением/оральной стимуляцией и акт сорения деньгами с актом дефекации, с анальным стимулом - для меня, как психолога по образованию и одного из адептов школы психоанализа Зигмунда Фрейда и Карен Хорни - это очень тонко! Я готова танцевать от восторга, насколько близко Пелевин переживает и насколько ярко и бескомпромиссно передает все пороки нашего общества потребления!
-------------------------------------------------------------------
Роман пестрит обилием ироничных и вульгарных рекламных слоганов, но конечно же, это всего лишь ирония на то, что творилось творится на наших телеэкранах последние десятилетия, хотя смысл один: "на телеэкранах продается счастье, потребитель должен думать, что купленный товар сделает его счастливым, мы продаем обещание счастья". Счастье, статус, ощущение собственной значимости и важности - любая реклама продает только это.
--------------------------------------------------------------------
Да, это цинично, но это и есть жизнь, это и есть суть Пелевинской прозы.
Да, это отсутствие цензуры, но разве взрослого человека может смущать нецензурное слово?
Да, это многочисленные наркотические путешествия духа как попытки выйти за рамки привычного сознания, и если это дает нам реальное новое знание, может, стоит прислушаться?
Да, это может показаться грубым или пошлым, но ведь это реальная жизнь как она есть, без прикрас. Не каждый готов столкнуться с этим и принять все, как оно есть.
--------------------------------------------------------------------
В окончание, хотелось бы привести цитату Ярослава Гашека (которую я прочла буквально сегодня у Михаила Литвака):
"Люди, которых коробит от сильных выражений, просто трусы, и такие слабые люди наносят наибольший вред культуре и общественной морали. Они хотели бы превратить весь народ в сентиментальных людишек, онанистов псевдокультуры...
Правильно было когда-то сказано, что человек, получивший здоровое воспитание, может читать все. Осуждать то, что естественно, могут лишь люди духовно бесстыдные, изощренные похабники, которые, придерживаясь гнусной лжеморали, не смотрят на содержание, а с гневом набрасываются на отдельные слова".

Я проживу эоны лет, пока пойму (...),
Что мир лишь сон, где мы не спим

О концепции
Это действительно похоже на художественную литературу в самую последнюю очередь. Наверное, мы просто привыкли, что великие русские классики не только ставили проблемы, но и пытались отыскать пути их решения, сочувствовали героям, пытались донести до читателя моральный аспект описываемой ситуации. Отсюда - тонкий психологизм, проникновение во внутренний мир персонажа, изысканность слога. А пнуть в лицо сапогом реальности и оставить подыхать с этим знанием - не самое гуманное и этичное решение.
Эта литература другого толка - она сосредоточена не на морально-этической проблематике, а на исследовании онтологического плана бытия, если выражаться умными словами. А если говорить по-простому, то эта книга чисто про то, как все было, так что по всем понятиям она должна описывать объективную реальность, несмотря на то, что, по мнению автора, реальности таковой не существует.

Дальше...

О сюжете
Итак, в начале 90-х эта реальность неожиданно сделала крутое сальто и выбросила на берег ошеломленного гуманитария. На какое-то мгновение он был оглушен, но потом поднялся, оглянулся вокруг и понял, что надо действовать. С головой окунувшись в мир рекламного бизнеса, Вавилен начал постигать основы экономического устройства общества и психологических рычагов давления на него и даже познакомился с духом усопшего команданте Кубинской революции.
Постепенно он начинает осознавать, что его работа требует от него эмоциональной отдачи и обозначает свою горькую участь как проституцию духа. Это и есть тот, пожалуй, единственный моральный аспект, который был затронут в книге. Однако в условиях суровой действительности обычному гуманитарию больше ничего не оставалось делать. Поэтому Татарский мог бы справедливо спросить у автора: "И я, подчиняясь этой осознанной необходимости, еще и должен испытывать угрызения совести? Не много ли для моего и так заживо горящего духа?" Хочешь жить - пойдешь работать, время было такое. В то же время мы видим: Татарского смущает, что он торгует своей душой, но оставляет совершенно равнодушным тот факт, что он поддерживает вечный огонь, в котором сгорают человеческие души. "Согласись, что лучше греться у этого огонька, чем гореть в нем заживо" - рассуждает мудрый сирруф. Проблема, однако, в том, что работа в рекламном бизнесе отнюдь не гарантирует свободы от вау-импульсов, что видно на примере коллег Татарского. Только под конец книги его начинает озарять слабая догадка - в том, что мир устроен именно так, виноваты все. Отсюда с очевидностью следует, что и он виноват в этом тоже. Взять бы ему и бросить все это, но он продолжает дурить людей, приближая роковое пробуждение пятилапого пса.

О стиле
Книга, написанная рекламистом, производит впечатление чего-то бездушного. Самые пронзительные слова не пронзают, потому что явственно чувствуется, что для человека, который много читал и через чью голову прошло очень много слов, подобрать нужные слова так же просто, как для главного героя романа. В общем, этот текст сложен хотя бы потому, что он построен с применением стольких же усилий, сколько прилагается в создании рекламного текста. Т.е. абсолютно каждое слово неслучайно, текст именно конструируется и не просто условным словесным инженером, а самым настоящим инженером с соответствующим образованием.
Ни у какого другого автора я не встречала такого количества остроумных выражений на единицу текста. Все это тщательно продумывалось и увидеть в этом свободный полет фантазии чрезвычайно сложно (тут же вспоминается и тот факт, что В.П.О. довольно часто редактирует свой текст, иногда изменяя первоначальный вариант довольно сильно). Отсюда и отсутствие легкости, текст кажется (лично мне) очень сжатым, спрессованным, как будто из него выкачали воздух. Ну, и как следствие - довольно не искренним.

По факту
Для человека, профессионально занимающегося рекламой, для ученого, который целенаправленно разбирался в этой области, в этой книге не будет ничего нового, никакой эвристики. Но для человека непосвященного (или, что корректнее: не просвещенного), она будет наполнена большим количеством откровений, от которых волосы на голове встанут дыбом и начнут в таком положении шевелиться. Неужели сегодня хорошая литература только на то и годится, чтобы объяснять достижения научной мысли, используя средства и приемы художественной речи? Такие тексты расскажут тебе просто о сложном и послужат хорошим примером на лекции по рекламе.
И все?
А вот, пожалуй, и все. Это хорошая книга, но по-достоинству ее может оценить только образованный человек, для которого в ней не будет ничего нового, кроме красивых и точных формулировок давно известных ему вещей, а для необразованного человека мало что останется понятным. Но это не художественная литература, потому что главной функцией художественного текста во все времена оставалась именно эстетическая. А автор намеренно игнорирует литературность, точь-в-точь как герой его романа - "Пора завязывать с литературоведением и думать о реальном клиенте." Этим он ловко оправдывает свое неумение создавать настоящую литературу.
А вечность, которую так емко символизируют стихи в первой главе, никуда не делась - в начале 10-х годов 21 века люди по-прежнему с упоением читают классиков Серебряного века.
Вечность умерла. подпись: Татарский.
Татарский умер. подпись: Вечность.

Месседж понятен?

Числа - Виктор Пелевин

Да, Пелевин все таки очень интересный писатель. История бизнесмена безоговорочно подчинившего свою жизнь нумерологии, а именно числу 34 (кстати 34 это номер моего региона, родительской квартиры в которой я жила 20 лет, и дома в котором я живу вместе с мужем, ну это я так, о совпадениях, чисто поржать)))) вызывала у меня улыбку на протяжении прочтения почти всей книги. Написано легко, юморно, текст изобилует сравнениями, метафорами, он простой и близкий, читается быстро. Как развлекательное чтиво - самое то!

То, что запомнилось, то, что понравилось, то, что подумалось.

Опохмелиться было все-таки можно. Для этого существовал специальный метод, называемый «паровозиком». Он был отточен поколениями алкоголиков и передан Татарскому одним человеком из эзотерических кругов Санкт-Петербурга наутро после чудовищной пьянки. «Метод, в сущности, гурджиевский, – объяснил человек. – Относится к так называемому „пути хитрого человека“. В нем ты рассматриваешь себя как машину. У этой машины есть рецепторы, нервные окончания и высший контрольный центр, который ясно объявляет, что любая попытка принять алкоголь приведет к немедленной рвоте. Что делает хитрый человек? Он обманывает рецепторы машины. Практическая сторона выглядит так. Ты набираешь полный рот лимонада. После этого наливаешь в стакан водки и подносишь его ко рту. Потом глотаешь лимонад, и, пока рецепторы сообщают высшему контрольному центру, что ты пьешь лимонад, ты быстро проглатываешь водку. Тело просто не успевает среагировать, потому что ум у него довольно медлительный. Но здесь есть один нюанс. Если ты перед водкой глотаешь не лимонад, а кока-колу, то сблюешь с вероятностью пятьдесят процентов. А если глотаешь пепси-колу, то сблюешь обязательно».

«Вот это бы в концепцию», – мрачно подумал Татарский, выходя на кухню.

Итого: читать увлекательно, местами мозговыносяще.

Пипец с пятью лапами?
Татарский, внешне ненавидящий рекламу, но покорённый ею внутренне?
"П" - Пэпси? Пипец? Пелевин?
Рассыпанные бусинки, мечтающие стать Богами?
"Я тогда <...> даже расстроился. Потому что понял - никогда так словами манипулировать не научусь. Смысла никакого, но пробирает так, что сразу всё понимаешь. То есть понимаешь не то, что человек сказать хочет, а про жизнь всё понимаешь."
"А ведь пропагандисты и агитаторы - это архитекторы завтрашнего дня, и у них не должно быть никаких неясностей по поводу плана, по которому им предстоит строить будущее..."