«Откровение любой глубины и ширины неизбежно упрется в слова. А слова неизбежно упрутся в себя.»
Так уж вышло, что в силу то ли ряда неудачных опытов, то ли еще каких мистических причин, я довольно скептически отношусь к современной русской литературе в целом и всячески стараюсь ее избегать, отдавая предпочтение трудам зарубежных авторов. Но все же, время от времени предпринимаю попытки разной степени успешности, чтобы переломить хребет своей маленькой неприязни. И на сей раз, объектом для очередного опыта оказался уже давно признанный в нашей стране культовым роман, со странным названием «Generation П», который, кстати, я давно хотел почитать. К слову сказать, это уже вторая моя попытка оценить творчество данного автора, первой был роман «Чапаев и пустота», на который я возлагал некоторые надежды и который, к сожалению, их не шибко оправдал, но не будем о грустном, а перейдем лучше собственно к пациенту.
Отдельно отмечу, что на книгу уже написано достаточное количество рецензий, от гораздо более грамотных и подкованных читателей чем я, поэтому отставлю всякого рода анализы, сравнения и прочую претендующую на цензорство дребедень и постараюсь сосредоточиться лишь на своих ощущениях от прочитанного.
Первое, что бросается в глаза, так это то, что роман прямо-таки дышит духом того времени. И поверьте, передать ту, ни с чем не сравнимую атмосферу «лихих девяностых» у автора получилось на пятерку с плюсом. Виной тому и постоянный стеб над рекламной индустрией, который заставляет с умилением вспомнить доходившие порой до абсурда рекламные «шедевры» двух десятилетней давности, только здесь они чуточку более гротескные, впрочем, отчего роман ничуть не страдает. Свою роль в создании нужной атмосферы играют и персонажи, и декорации, но, пожалуй, центральную роль в создании атмосферы я бы отдал именно языку, которым ведется повествование. И правда нашему взору предстает гремучая смесь из постсоциалистического разговорного сленга, с вкраплением бандитской фени, разбавленное профессиональными рекламными терминами, и в довершении приправленное элементами восточных философий и практик, ну и конечно русского мата. В общем, зрелище то еще, скажу я вам.
— Пойдешь ко мне в штат?
Татарский еще раз посмотрел на плакат с тремя пальмами и англоязычным обещанием вечных метаморфоз.
— Кем? — спросил он.
— Криэйтором.
— Это творцом? — переспросил Татарский. — Если перевести?
Ханин мягко улыбнулся.
— Творцы нам тут на **** не нужны, — сказал он. — Криэйтором, Вава, криэйтором.
Также на мой взгляд у автора прекрасно получается облечь наконец в слова некоторые прописные истины, осознание которых так или иначе витает на периферии нашего сознания, но как часто бывает все никак не хочет формулироваться в что-то осмысленное. Вот к примеру, всего один абзац, он же гениальная в своей банальности мысль, о которой я уверен задумывался каждый, но не каждый понял, что с ней делать, в прочем, судите сами:
«Лет десять назад новая пара кроссовок, привезенная дальним родственником из-за бугра, становилась точкой отсчета нового периода в жизни — рисунок подошвы был подобием узора на ладони, по которому можно было предсказать будущее на год вперед. Счастье, которое можно было извлечь из такого приобретения, было безмерным. Теперь, чтобы заслужить право на такой же его объем, надо было покупать как минимум джип, а то и дом…Инфляция счастья.»
Но, пожалуй, что-то я расхвалился, ведь и ругать то в принципе мне тоже есть за что. Например, за обилие порой граничащих с безумием галлюцинаций и прочего псевдомистического опыта, помещающих интересные мысли и посылы автора в оболочку трудно усваиваемого бреда. Одна сцена с вещающей от имени Че Гевары планшеткой чего стоит, хотя именно она и сформулировала довольно интересную (если вдуматься) экономическую теорию орануса. Да и вообще более предвзятый человек с легкостью объявил бы этот роман пропагандой наркотиков, алкоголизма, и нецензурной лексики. В этом свете удивляюсь, что наши любители запрещать все и вся из «взбесившейся печатной машинки» (читай гос. думы) до сих пор не сожгли все книги и не предали бедного автора анафеме. Кстати сцена, в которой некий браток Вовчик Малой просит Татарского сформулировать для него некую «русскую идею» в нынешних политических реалиях до боли актуальна.
Так же не в восторге я от персонажей, они здесь не более чем некие «смысловые конструкты» практически лишенные личностных черт и меняющиеся в результате контекста их использования. Возникает стойкое ощущение, что большая часть из них была добавлена лишь в угоду читателю, дабы хоть как-то связать сюжетную линию, и будь воля автора нам бы достался незамутненный "поток сознания"..
Ну и наконец в завершение скажу, что, выставляя оценку долго колебался между «нормально» и «хорошо», но все же отдал предпочтение последней. Уж очень глубок у этого произведения подтекст, а это дорого стоит.
P.S. Ах да, чуть не забыл. Хотелось бы отдать должное эпическому завершению сего труда, заключающееся в понимании нашим протагонистом того, что «Поколение П» к которому он принадлежит и есть тот самый пятилапый пес П****ц ведущий мир к гибели и оно отчаянно наступает. Тут уж, маэстро браво. Занавес.
9 понравилось
