Цитаты из книги В доме веселья

построить гнездо могут только двое, вера мужчины и решимость женщины.

деньги пошлы только в одном случае: когда о них думаешь

прежде надо остановить кровотечение, а уж потом осматривать рану

Лили могла его ненавидеть, но выгнать не смогла бы ни за что. И сейчас Лили была уже почти на грани ненависти, но то, как звучал его голос, как свет играл в его тонких темных волосах, как он сидел, как двигался, то, как он был одет, – Лили была уверена, что даже такие тривиальные мелочи проникли в самые сокровенные глубины ее жизни.

Ты, моя дорогая, слишком большая ответственность в таком скандальном месте и в столь поздний час

- мир слишком мерзок [...] - да, не очень приятное место, и единственный способ сохранить опору - это бороться с ним на его условиях [...]

Она не знала, чего ищет и почему не удалось​ найти то,что она искала, и не понимала, почему попытка​ найти нечто затмила свет на ее небесах: осталось только смутное ощущение неудачи, внутреннее одиночество, еще более глубокое,чем одиночество в этом лесу.

Нежное одиночество уходящего дня захватило обоих, казалось, они парят в прозрачном воздухе, а изысканность этой минуты наполняла их вены и притягивала друг к другу, как опавшие листья тянет к земле.

- Мое понимание успеха, - сказал он, - это свобода личности. - Свобода? Свобода от забот? - От всего: от денег, нищеты, от удобств и тревог, всякой материальности.

Однако идеалисту, опустившемуся до вульгарной необходимости, нужна помощь вульгарно мыслящих умов, чтобы сделать выводы, до которых он не в состоянии снизойти.

Как же он сумеет возвысить Лили к более свободному восприятию жизни, если его собственные взгляды на Лили будут нести налет чужого мнения о ней.

Герти Фариш не настолько хорошо разбиралась в человеческих характерах, чтобы распутать беспорядочное сплетение нитей, из которых была соткана филантропия Лили. Герти решила, что ее красавица-подруга движима теми же побуждениями, что и она сама, — обостренным нравственным чувством, которое заставляет настолько близко к сердцу принимать чужое страдание, что все остальные аспекты жизни меркнут и отдаляются.

Ужасно, что молодая девушка позволила себя обсуждать! Даже если обвинения против нее ложны, она виновата уже тем, что они появились.

Лили знала, что общество возмущается более всего теми, кому была гарантирована его защита, и наказывает предавших его попустительство, если находит преступника. И сейчас происходило именно это. Законы в мире Лили гласили: муж — единственный судья поведения женщины, формально жена выше всяких подозрений, пока муж одобряет ее поведение или безразличен к нему.

Ее самолюбие язвила эта его невозмутимая улыбка.

...it was easy enough to despise the world, but decidedly difficult to find any other habitable region.

...as though life had become an unceasing race between himself and the thoughts at his heels.

...the freedom of speech which never arrived at wit and the freedom of act which never made for romance.

...the silence which is not solitude, but compassion holding its breath.

To a torn heart uncomforted by human nearness a room may open almost human arms, and the being to whom no four walls mean more than any others, is, at such hours, expatriate everywhere.