Иностранная литература №7 (2015)

Роман португальского писателя Антониу Лобу Антунеша "Слоновья память" на русском языке выходил только раз в журнале "Иностранная литература" в 2015 году, потому найти мне его было очень сложно, но инициатива, как известно, наказуема, и я его нашла.

Конечно, романом назвать это сложно - это клубок из метафор и сравнений, причем неудобоваримых, дурацких и в большинстве своем совсем не эстетичных. На n-ном слове в предложении автору хочется сказать ОСТАНОВИСЬ - наворот на навороте, и читатель уже не помнит о чем идет речь в том самом предложении. Вот эта цитата, в принципе, расскажет вам все, что нужно знать о романе (к сожалению, более экспрессивные цитаты я привести не могу из этических соображений):

Текст "Слоновьей памяти" не теряя самообладания можно читать только наискосок. А по-хорошему, как делала я, просто выхватывать подлежащее и сказуемое, а хвост из пространных описаний без сожаления пропускать.

Очевидно, что роман Антунеша задумывался как произведение экзистенциальное. Но "Слоновья память" - это плевок в изящное лицо европейского экзистенциализма. Да, оно соответствуя жанру, бессюжетно протекает в бытийных размышлениях главного героя. Но в романе нет никакой очевидной идеи, а те, которые могли бы быть, не продуманы до конца: психиатр лиссабонской психиатрической больницы устал от всего - он разводится с женой, которую любит, скучает по детям, с которыми из-за развода не может проводить столько времени, сколько раньше, вспоминает войну в Анголе, в которой принимал участие, думает о детстве и о матери, которая в него никогда не верила. И все эти линии его жизни прорисованы слабо, вяленько и неубедительно, зато прекрасно сдобрены примитивными матами, трехуровневыми конструкциями из них же, да еще и написаны они иногда в виде уравнений, да еще и капслоком. В эту же страдальческую кашу автор добавил не мало упоминаний о содержимом штанов (не только главного героя, кстати) и всем, что с этим связано.

Эту книгу можно читать с любого места и не делать закладок: с какого бы места не продолжили, ничего не потеряете. То главный герой на работе с пациентами, то пошел на обед с другом (обед этот будет сопровождаться до комичного отвратительными описаниями и соответствующим комментарием друга, сплошь состоящего из матов) , потом пойдет к дантисту, далее в казино и т.д.

Произведение "Слоновья память" - вульгарное, грубое, неотесанное какое-то, при этом абсурдно метафоричное. Не спасает его и задумчивая атмосфера Лиссабона. Роман Антунеша похож на барыгу, который валяет во рту самокрутку, покачиваясь на стуле эпохи Людовика XV. Когда я читала эту книгу, то улыбалась от того, как плохо все это написано. Я пыталась представить переводчицу, которая работала над этим текстом, как этот роман выглядел в журнале "Иностранная литература" - и даже смеялась, потому что не знала с каким лицом мне все это читать.

Я надеялась, что, возможно, в конце читателю подадут какое-то откровение, какую-то истину экзистенциальной агонии, которая перекроет и объяснить все то, что я прочитала. Но что я увидела в заключительной части? Главный герой просыпается с Дори - сомнительной женщиной из казино, которая в его машине опять же материлась и рассказывала о том, что будет счастлива с ним за депиляцию ног и открытый счет в кондитерской. Еще они голышом пьют самогон из латунных ковшей. Далее следует последний романтический порыв главного героя в сторону жены, пока непритязательная Дори "спит пузом кверху":

А потом что бы вы думали?

Какое философское заключение читатель должен сделать из этого романа в "лучших" традициях экзистенциализма? Если хотите окончательно отпустить прошлое - на всякий случай поковыряйте засохшие птичьи какашки.

«Тот, кто не Я, стремится к вышине,
к мостам фальшивым, расстояньям ложным,
к мирам миражным, зыбким, невозможным, -
тот полу-Я, кто неподвластен мне…» (М. де Са-Карнейру)

Если бы не качественная стилистика неоромантизма, модерна, ар-деко, высвобождающая образность и презирающая рациональность, я вряд ли стала бы это читать. Но мимо такого исключительно эстетского, рафинированного чтения просто невозможно было пройти в эти лиминальные дни. Небольшая книга, названная романом с большим преувеличением, была насквозь проникнута духом декаданса и перекликалась и по настроению, и по сюжетной канве с «Признанием Лусиу». Похоже, верно высказывание, что одну книгу способен написать каждый, а каждый, кто способен на большее, пишет об одном и том же, пытаясь выговорить самого себя, свой внутренний раскол, кризис своей личности.

Так что в активе по-прежнему были два друга богемно-творческих профессий (совсем не из тех, кто молится, воюет или трудится) и некая женщина на втором плане, наделенная авторским воображением странными достоинствами. По форме это были либо депрессивные и меланхолические диалоги в стилистике пустых страданий ничем не обремененного и весьма эксцентричного духа (обоим героям не раз хочется сказать: «Мне бы ваши проблемы!»), либо вязкие рефлексии. В таких книгах всем скучно, все жаждут каких-то пылких чувств, страстей и необычайностей, которыми обычная жизнь не очень богата. Всем хочется, чтобы не они заводили собственную жизнь внутренним ключом, а сама жизнь как-то подстегивала их, соблазняла к существованию. Никто не готов меняться, стареть, терять, все хотят свежести впечатлений, существования в потоке, и у всех в диагнозе маячит биполярное расстройство, приводящее их в результате либо к эксцентричным поступкам, либо к спонтанно принятым решениям с печальными и неудовлетворяющими их последствиями. Наверное, от страха перед бегом времени и смертью можно сойти с ума. Только зачем?

Главный герой рассказывает историю Рауля и Марселы, но почему-то ей не очень сочувствуешь, вспоминая параллельно терзания уайлдовского Дориана Грея, может быть, потому, что ей не хватает внутреннего экзистенциального потенциала, желания жить и делать. Основные темы книги – онтологическая неуверенность и поиск спасительной красоты и вдохновляющей любви. Первая удалась лучше.

Desci de mim. Dobrei o manto d'Astro,
Quebrei a taça de cristal e espanto,
Talhei em sombra o Oiro do meu rastro...

Нет, не зря примерно в эти же годы З. Фрейд придумал и начал практиковать психоанализ. Таким авторам и персонажам, как в этой книге, он был просто необходим, это был запрос (или вызов, как принято говорить сегодня) времени и, видимо, типичной для тогдашней эпохи личности, переживающей своеобразный кризис восприятия реальности, желающей от самопознания большего откровения, чем оно способно дать. Раскол субъекта, тождественность в сознании абсолютно разных вещей, характерных для персонажей М. де Са-Карнейру, хотя и кажется необычным, на самом деле свойственен современным людям в не меньшей степени, поэтому книга читается актуально и драматично.

P.S. https://youtu.be/ESk2m3aqy7c

Внимание!Спойлеры!
Это мое первое знакомство с ИЛ новой эры(на книжных полках большое собрание журнала за 80ые) и все таки рада,что подписалась.

Начну с визуальной части. Издание более компактное чем раньше,приятно держать в руках. На обложке по прежнему сюрреалистические картины. В этом выпуске использован фрагмент португальской художницы Паулы Рего. Прогуглила я ее и честно говоря,другие ее работы мне не понравились,а вот обложка приковала к себе,сочетание красок удачное.

Но мы тут все таки книголюбы,поэтому про картины не будем больше,теперь о самом выпуске.
Это специальный выпуск,посвященный португальским писателям и поэтам. К тому же пара страниц отдана интересным эссе и статьям о стране Португалии и португальцах. В этом плане показалось любопытным отрывки из книги "Мы португальцы" Марии Филумены Моники. Все таки португальцы довольно странный народ,во всяком случае для меня,почти ничего не знающей об этой стране. Например,если вы живите в Португалии и захотели например купить себе гараж,обязаны предъявить удостоверение мужа. Португальцы часто покупают поддельные больничные,просто потому что не хотят работать. Было познавательно.

Еще была статья,написанная нашей землячкой,которая уже давно живет в Лиссабоне. Португальцы очень неторопливый народ,а на дорогах они могут быть неуправляемыми и опасными,а вообще они очень добродушные люди.

Теперь непосредственно о литературной составляющей.
Первый роман,который я прочитала был "Слоновья память" Антониу Лобу Антунеша. Сначала о языке. Очень много цветистых выражений и забавных сравнений. Это то,чем славны южане. Они могут долго и пространно о чем угодно говорить.
Мне на память пришло такое сравнение: "Моцарт кастета" - о юном мальчике,который выступает в цирке,разрывает запросто толстенный телефонный справочник. Вообще показалось таких сравнений слишком много и они расположены скопом,от чего начинает мутить. А потом тебя бьют наотмашь нецензурными фразами,что встряхивает. К подобным фразам я отношусь плохо,но понимаю,что без них не обойтись,иначе будет ненатурально,если например бывший зэк будет говорить Шекспировским языком,поэтому от них никуда не деться. В романе показан психотерапевт,который сам не может в себе разобраться и мучится душевной болью. Он любит жену и дочек,но не может быть с ними,не может,потому что боится,но вот чего,мне не понятно. То ли потерять их,то ли просто жить по полной. Поразмышлять есть над чем и причина перечитать его еще раз. Что еще меня заинтересовало,так это упоминание поэта Дилана Томаса (по сюжету он был любимым писателем жены главного героя,к которому он жутко ревновал). Раньше уже слышала это имя,но теперь думаю,познакомиться с ним поближе. А еще упоминание одного из моих любимых музыкантов,Пола Саймона.

Любопытным показались рассказы Жозе Луиш Пейшоту. Стиль у него интересный. Фразы повторяются в разных падежах,временах и формах. Получается такой водоворот,который затягивает,что не выбраться. Сюжеты символичны,нереальны и реальны одновременно,я бы назвала это магическим реализмом. Особенная пульсация у последнего рассказа Лихорадка. Я теперь каждый раз,когда вижу что то желтое,вспоминаю про Пейшоту.

Гонсалу Тавареш порадовал отрывками своей книги про Господина Жуарроша. Сатира чудеснейшая,да и логика вышеуказанного господина довольно оригинальная. Его хобби расставлять книги в библиотеке так,что бы никто не угадал,по какой системе он это делает. Часто ли вы задумываетесь над тем,что это не мы берем предметы,а предметы берут наши руки? Он мечтал о часах,которые вместо минут,показывали бы места,где мы находились в тот или иной момент. Довольно экстравагантный этот госопдин Жуаррош.

Понравилась и пьеса Луиша Франсишку Ребеллы под названием "Визит Его Превосходительства". Это ирония и сатира над нашим людским обществом,о правах и отсутствие таких. Все эта сценка легко предстала перед мысленным взором,но вот шкаф с трупами детей все таки жутковато.

Просто проглотила роман Мариу де Са-Карнейру "Безумие" (сразу вспомнился Кафка,хе,хе). Рассказ идет от лица писателя,который рассказывает про своего талантливого и безумного друга,скульптора Рауля Вилара,который был безумен только потому,что его мышление отличалось от мышления большинства. Если бы безумцев было бы больше,чем обычных людей,то вторые были бы безумны,а первые наоборот считались бы благоразумными,пишет автор. Роман - размышление о природе безумства,о страхе смерти и о любви,конечно о ней,куда без нее? Рауль влюбился в дочь графини,Марселлу. Они поженились и были свободны в своей любви. Скульптор перестал работать,наслаждался своей любимой. Раньше он считал,что никакие развлечения не нужны,женщины не нужны,не читал стихов,не ходил на спектакли. Теперь же он изменился,стал светским,но не надолго. Снова стал смурным,задумчивым и снова стал думать о смерти,но вот один он умирать не хотел,а дальше было все плохо и плохо закончилось. Не буду слишком много спойлерить. Не смотря на такую депрессивную окраску,затягивает,читается быстро и заставляет о многом задуматься. Кстати,в одной из последних глав,Рауль зачитал автору стихотворение,написал его Сезариу Верде,под названием Ирония Печали,оно такое...чувственное,атмосферное,что я его прочитала несколько раз. А на следующих страницах увидела поэму этого же поэта,в свою очередь меня и это затянуло.

Уфф,накатала много,поэтому пора заканчивать рецензию.
Подвожу итог: выпуск очень интересный. В категорию: Перечитать обязательно.
На этом все. Да прибудут с Вами книги,товарищи Лайвлибовцы!=)

В позднем романе "А мне что делать, когда всё горит?" Лобу Антунеша эмоции хлестали через край. Такое экспрессионистское полотно в стиле Гаспара Ноэ, только вместо Парижа Лиссабон. "Слоновья память" - ранняя работа автора, в которой ещё присутствует больше автобиографического, но произведение от этого не становится менее интересным.

Один день из жизни психиатра, за который он успевает вспомнить детство, юность, жизнь с женой, войну в Анголе, а, учитывая что герой не так давно расстался с любимой, всё это болезненно переживается. Роман очень селиновский, не всегда приятный герой, изобилие медицинских метафор (некоторые весьма сильные, например, с "артритным стадом" и "стульями-инвалидами"), литературные аллюзии на произведения авторов из разных литератур. Герой Лобу Антунеша напоминает одновременно и героев Чехова, например, из той же "Чайки", которую он вспоминает, и Фердинана Бардамю Селина. Этакий плывущий по течению, осознающий свою никчемность и много копающийся в себе человек. Каждый новый день - это новая попытка жить, вспоминая не только приятные моменты с любимой женой или дочерьми, но нелюбовь матери, ужасы войны.

И, конечно, Лиссабон, ночной, бессонный, полный тайн и приключений, но не всегда приятный, словно из романа Эжена Сю (как пишет автор).

Роман хорош, перевод Екатерины Хованович также. А рекомендовать. Если вы любите Селина как я или хорошую глубокую литературу, то прочитать определенно стоит.

И это роман писателя, неоднократно выдвигавшегося на нобелевку? Да что вы говорите?! Наверное, следует сделать скидку на то, что это первый его роман.
В романе португальца Антониу Лобу Антунеша «Слоновья память» перед читателем предстаёт один день из жизни врача-психиатра, который несколько месяцев назад пережил развод с женой и разлуку с дочерьми. В течение этого дня герой перемещается по Лиссабону, встречается с людьми, а больше – вспоминает: войну, детство и юность, семью. Врачу хотелось бы посочувствовать, но отталкивает его самовлюблённое копание в себе, глубокая погружённость в свои страдания, психотравмы и комплексы, лукавство, когда он уверяет, что хочет изменить свою жизнь. Хотя вряд ли во всём этом он существенно отличается от каждого из нас.
«Википедия» вкратце сообщает биографию автора – медик по образованию, служил военным врачом в Анголе, по возвразении из которой работал в психиатрической клинике. Это, как и возраст героя книги, подсказывает, что роман (вероятно, отчасти) автобиографичен. Но догадаться об этом можно и по редким «оговоркам» автора, который, ведя повествование от третьего лица, вдруг переключается на первое.
Жаль, что я совершенно не разбираюсь в психоанализе, возможно, читалось бы интереснее. А так роман Лобу Антунеша мне, скорее, не понравился. Я с трудом продирался через нагромождения метафор, составляющих бОльшую часть текста. Так что, пока сеньор доктор переживал очередной мучительный день своей несчастливой жизни, у меня прошло несколько дней. Не менее тяжёлых, чем у него.
Тем не менее, большое спасибо журналу «Иностранная литература» за то, что он продолжает знакомить нас с новыми именами и произведениями, и переводчице Екатерине Хованович за «Слоновью память» на русском языке.

Дело происходит в Лиссабоне в конце 70х годов прошлого века. Хотя фраза "дело происходит" вообще никак не отражает суть написанного в этой маленькой книжке. Жизнь происходит, а дел никаких.

Ему под 40, он психиатр в лечебнице, которой когда-то руководил его отец, тоже психиатр. С утра он приходит на работу, здесь веселая до безобразия карусель психов, в кабинете его ждёт супружеская пара с сыном-подростком. Родители хотят сдать подростка в психушку, поскольку он наркоман и сил уже никаких нет. Ещё непонятно кто из них псих, точнее понятно. Подросток задумчиво смотрит в окно.
Потом дружеский обед. Друг по кругу вопрошает: ну когда же, ну когда? Ты начнёшь писать свой роман. Психиатр говорит, что он уже почти на дне, но ещё не.
Потом поехать, и прячась за холодильник с мороженым, тайно наблюдать, как уже бывшая дом-работница забирает его дочерей (уже бывших или ещё нет?) из школы, а нищий рядом с ухмылкой будет говорить: ну ты и извращенец.
Потом к дантисту лечить зуб, где в приёмной познакомиться с приятной дамой, получить телефончик, но вечером по нему не дозвониться.
Потом в кабак, при помощи пива попытаться унять последыш зубной боли или наоборот её раззадорить.
Потом на психоаналитическую группу, где взять и ляпнуть, что скучает по жене и дочкам, а группа возьмёт и пропишет за невзрослость и эгоизм.
Потом не захотеть на съёмную квартиру и тогда уже в ночи поехать в казино, где проиграть уже дежурные пару сотен и под утро окончательно напиваться в безлюдном кафе с толстой старой тёткой, одетой в искусственный леопард, которая положила руку ему на колено под игральным столом в казино.

И весь этот долгий день страдать: о том, что любовь к жене и детям его сильна, но он теперь не с ними; о том, что война в Анголе уже как несколько лет прошла, а он постоянно вспоминает и проживает её, будто она ещё не закончилась; о том, что ненавидит психиатрию, ничем не может помочь душевнобольным, поскольку сам отчасти такой; о том, что хочет писать книгу, но не может, поскольку слаб и бесталанен.

Ну и какие тут дела?

Обычно таких героев читатели не любят, особенно читательницы. Слабый, пассивный, вечно страдающий, проживающий пустую жизнь, не достигающий и не совершающий. Я же со школы симпатизировал "лишним людям". Между Штольцом и Обломовым выбирал второго и никогда не понимал нападок на Онегина. Только Печорин мне не нравился. И в современной литературе очень люблю таких дядек, например в "Стоунере" и "Стрижах".
(Недавно слушал подкаст, где авторитетная книжная деятельница распекала последний роман Уэльбека. Я француза не люблю, поэтому кивал головой в согласии, хоть "Уничтожить" и не читал. В конце спича ведущая говорит, что главный герой прям вылитый философ из "Стрижей". Моя головка зависла, затормозив послушный кивок. Антиреклама - тоже реклама.)

Писатель Антунеш написал свой дебютный роман "Слоновья память" в 37 лет. В тот момент он работал психатром, его отец был известным психиатром, а он - Ангола, жена....в общем смотри первый абзац - только правда и ничего, кроме правды. (Считается, что каждый дебютный роман - это автофикшн). Только через 8 лет Антунеш оставил психиатрию и полностью посвятил себя писательству. Он до сих пор жив, написал множество романов, считается одним из основных претендентов на Нобелевку.

По структуре это путешествие длиною в один день, то есть а-ля "Улисс", который я ещё не читал. Относительно стилистики - вот мои заметки по ходу чтения:
Смысл струится из предложения в предложение не заканчиваясь и, как любую струю, невозможно поймать в ладонь, так и смысл переданного словами сложно уяснить с первого раза. Для этого нужно поймать и зафиксировать в голове весь абзац во всех его хитросплетениях. А если раздвинуть рамки и схватить восприятием сразу два абзаца, то смысл перетечёт в нечто отличное от смысла одного абзаца. Вода в струе, наполняющая кружку, а потом из кружки в бидон - всё та же вода, но смысл её разный: смысл первой - умыться, второй - напиться, третьей - храниться. (В общем, совы не то, чем кажутся.)
И ещё:
Казалось бы ничего не значащая фраза вызывает внутренний смех, а то и хохот. Это самая дружелюбная реакция моего естества на прочитанный текст.

Здесь нет ни одной проходной буквы. Образы напичканы даже между слов. "Средство делабиринтизации слишком извилистых душ" - ну как такое можно придумать. (Вся небольшая 220 страничная книжка уклеена стикерами, но хотелось сохранить и отметить намного больше.) И даже слишком (как по мне) эмоциональное проживание разрыва с женой, напрягающее в начале, к концу оказалось к месту. Я не мог понять, зачем надо было уходить из семьи, если было так хорошо. Однако, когда чувствуешь, что катишься на дно, важно не утащить за собой ещё кого-то.

По случайному стечению Лиссабон был моей последней настоящей заграницей пять лет назад. Поэтому не исключено, что мой слегка восторженный отзыв объясняется в том числе и этим ностальгическим моментом. В Португалии хорошо!

Антунеш Лобу – ныне здравствующий классик португальской литературы. На его счету около 30 романов, огромная популярность и авторитет в Португалии, а также несколько попыток выдвинуться на Нобелевку (пока неудачных). В России он мало известен и почти не переводился (два романа всего). Интересно, что свой первый роман, «Слоновья память», он написал в возрасте 37 лет. До этого он учился, работал врачом-психиатром, воевал в Анголе. Надо сказать, что все это очень многое в романе объясняет.

Сюжет. Ну как сюжет, не сюжет, попытка описать что я прочитал. Сюжетом тут особо не пахнет, скажем так. Перед нами один день из жизни психиатра. Опять-таки, это, конечно, условность. День, есть, герой перемещается в пространстве, взаимодействует с миром и даже ведет пару диалогов. Однако, в основном, он озирается по сторонам, наблюдает за происходящим вокруг, вспоминает прошлое и думает. Такой вот роман. Вдохновлен Улиссом, которого я читал в молодости и обязательно перечитаю в ближайшее время (или нет).

Все это хозяйство мне совершенно не понравилось. Впервые встречаю книгу, где так скучно описывается кризис среднего возраста. Понятно, что все это абсолютно автобиографично. Видимо, таким образом автор и пришел в 37 лет к идее стать писателем. Ходил туда-сюда, всех презирал и ненавидел, чего-то хотел, а чего не понимал. А потом вдруг как понял и написал книгу. О том как он ходит туда-сюда ... Рекурсия.

Сначала он собрал всю свою огромную внутреннюю пустоту. Потом взял ручку и попытался описать ее самым ужасным образом. И вывалил всю эту пустоту на голову офигевшего читателя. Но пустота есть пустота. Сколько бы ее не было, итогом будет лишь пустота.

Я не уверен, но, мне кажется, впервые я сталкиваюсь с книгой с таким чудовищным количеством знаков препинания, причастий и деепричастий. Лев Толстой на том свете обзавидовался предложениям такой длины и таких жутких конструкций. Я вообще не понял, что это такое. Эти предложения надо раздать учителям-садистам, чтобы они составили из них диктант по русскому языку в 9 классе. Продираться через все эти запятые-тире-двоеточия невыносимо печально. Да, конечно, все это очень старательно выписано, но зачем так мучить несчастных читателей.

Отдельно нельзя не сказать о метафорах. Самое популярное слово в этой книге - слово «как» и различные его синонимы («будто», «похожий на» и прочее). Он умудряется в одно предложение запихать несколько метафор. Они не то чтобы плохие, некоторые даже удачные. Но. Во-первых, их слишком до фига. Во-вторых, они в большинстве своем неприятно-гадкие. Герою этого романа не нравится вообще все. Люди. Вещи. Пейзажи. И все что ему не нравится он долго и упорно описывает нам, чтобы и нам не понравилось.

В целом это не роман, а какие-то личные заметки очень злого, летящего в пропасть человека. Я не знаю зачем я это прочитал. И Вам не советую. Плюс у книги только один – она маленькая, страниц 150.

Добротно составленный номер, который открывается романом Лобу Антунеша "Слоновья память" в переводе Екатерины Хованович. По мере дальнейшего продвижения читатель знакомится с замечательными рассказами современного прозаика Жозе Луиша Пейшоту, стихами Жозе Сарамаго (меня не впечатлили), романом Мариу де Са-Карнейру, поэмой Сезариу Верде, пьесой Луиша Франсишку Ребеллу, отрывками из книги Гонсалу М. Тавареша и фрагментами из великой "Книги неуспокоенности" Фернандо Пессоа.

Роман "Безумие" Мариу де Са-Карнейру - классическое произведение о художнике начала века, сочетающий черты неоромантизма, темы любви и смерти, противостояние мечты и реальности.

"Книга неуспокоенности" Пессоа - несколько напоминающий Пруста текст, где автор иногда выступает как ретроград и противник прогресса, но практически всегда является лириком, любящим Лиссабон: его улочки, городские ландшафты, здания с развешанным бельем.

"Визит Его Превосходительства. Катастрофический фарс" Франсишку Ребеллу - превосходная абсурдистская пьеса, порой комичная, порой грустная, напоминающая рассказы Гарсиа Маркеса (например, о полковнике). Главная метафора произведения - скелеты в шкафу - универсальная и понятна, думаю, многим.

"Господин Жуаррош" Гонсалу М. Тавареша - весьма занятное чтение, с тонким, порой доходящим до абсурда, юмором. Пожалуй, вполне могла бы пользоваться успехом у массового читателя.

И, конечно, в номере много Лиссабона и акцентов на нравах португальцев. Такое вполне удобно читать под фаду с музыкой Мадредеус (перед глазами Лиссабон Вендерса и сильный красивый голос исполнительницы Терезы Салгейру, поющей песню "Ainda").

Начну с благодарности журналу "Иностранная литература", опубликовавшему роман португальского автора, за возможность познакомиться с писателем, неоднократно номинированным на Нобелевскую премию.

"Слоновья память" - первый из более чем тридцати его романов, однако, судя по интервью испанским изданиям El Cultural, El País и La Vanguardia, на протяжении всего последующего творчества, он остаётся верен таким темам, как переживание колониальной войны в Анголе, жизнь Лиссабона и Бенфики - его родного квартала, - внутренняя жизнь психиатрической лечебницы. Впрочем, чтобы говорить наверняка, нужно читать.

Тяжёлое, сонное начало среди еле бредущих под действием транквилизаторов обитателей психиатрической больницы, где герой "мучительно сгребает сам себя в кучу вязкими и склизкими движениями", постепенно концентрическими кругами охватывает весь Лиссабон и всю печальную жизнь психиатра.

В романе очень много Лиссабона - ночного, как потёмки человеческой души, бессонного, похоронного, населённого вдовами, пенсионерами, жирными голубями и кастрированными котами, морского и туманного. "По ночам в Лиссабоне кажется будто живёшь внутри романа Эжена Сю". А над городом - неизменные чайки, ошалелые, хромые, ночные чайки, "мечущиеся без руля и ветрил", как герой романа.

Герой Лобу Антунеша упоённо смакует собственные страдания, тоску и одиночество. Он - и заблудший, растрёпанный муравей, и близорукий, безголовый пёс, плутающий в лабиринте городских улиц без штурвала и компаса, и больное животное, "запертое в удушающем пространстве настоящего без прошлого и будущего". С вечным несварением от переедания горьких, спутанных воспоминаний о так и не отпустившей его пытке войны, он не переваривает самого себя и ищет, как забыть, как справиться, как обрести покой и утраченную нежность.

Роман прекрасен, замечателен перевод на русский, бесчисленны сравнения "как", "будто", "словно", "подобно". Я рекомендую вам познакомиться с этими "эскориалами болезненных фантазий" в лабиринтах извилистой португальской души.