Покора

44- летний главный герой Франсуа переживает кризис среднего возраста, который по роковому стечению обстоятельств накладывается на профессиональный, утраты близких людей и катаклизмы во французском обществе. В попытках найти себя, дать оценку происходящему, найти точку опоры и снова, оттолкнувшись, выстроить некую кристаллическую решетку из порушенных связей. К концу романа мы узнаем, что мужская религия (ислам) его привлекает не только из коньюнктурных соображений.
Гедонизм, инфантилизм и карьеризм вкупе с женской религией (христианством привели к краху фр. общества и личность ГГ, а значит пришло время действовать от противного.

В истории Франции уже была позорная страница коллаборационизма с захватчиками и оккупантами. Автор предлагает увидеть будущее повторение этого позора.
Ещё ранее большая часть Европы уже была захвачена османами. И снова ислам захватывает Европу. Для начала сдались Франция и Бельгия.
Древний Рим. Сам автор сравнивает Францию 2022 года с Древним Римом, правда с ослабевшим и разлагающимся физически и морально. Но Франция никогда не была Империей. Будет? Наверно НЕТ.
Ислам. "Мы наш, мы новый мир построим" (с) Новая "тихая сила". Мусульмане новые варвары, ведущие живущих вперёд в прошлое.
Гюисманс, Жорис Карл - поэт-песенн... (зачёркнуто) французский писатель. Не последний герой романа. Его творчество постепенно подтачивает/подрывает все ориентиры, идеалы, направления движения, смысл существования Франсуа. И он сам в этом признаётся, когда заканчивает предисловие для "Плеяды.
Концовка. Сильно разочаровывает. Хотя и ожидаема. Потому что она показывает тот беспощадный конец современному европейцу, которого мы сейчас знаем. И это настоящий. КОНЕЦ!!! ВСЁ!!!

В связи с событиями, происходящими в мире (в Европе в частности) в настоящее время, интересно было бы прочитать книгу, затрагивающую тему тотальной исламизации. Такую книгу как эту, жанр которой, по определению самого автора, "политическая фантастика". Учитывая мировые тенденции, возможно и не такая уж фантастика... Было бы интересно, если бы оказалось не так скучно. Занудный главный герой - постоянно рефлексирующий средних лет мужчина, преподаватель литературы одного из парижских ВУЗов, утомленный жизнью эдакий интеллектуал - раздражал. Слишком много отсылок к его работе по изучению некоего Гюисманса (загадочная личность для меня к счастью или к сожалению), чуть ли не половина романа о нем. Зачем? Не представляю, кому это может быть интересно, если только вы не литературовед и сами не пишете диссертацию о нем. Я не пишу. Тема романа, такая актуальная сейчас, на мой взгяд совершенно не раскрыта. Единственное ощущение от прочтения - разочарование. Единственный плюс романа - небольшой объем.

Краткий дисклеймер: это мое третье произведение Уэлбека, до этого были прочитаны Расширение пространства борьбы и Элементарные частицы.

Мне сегодня написали, что Уэлбек уже на протяжении многих лет пишет одну и ту же книгу. Я бы сформулировал проблему (о том, почему это проблема будет рассказано далее) несколько иначе. Уэлбек всегда пишет книгу про одного и того же персонажа. И персонаж этот хоть и стареет вместе с автором, но как и все настоящие люди не меняется от слова совсем.

Здесь нужно сделать небольшое отступление и описать этого персонажа для тех, кто с творчеством Уэлбека не знаком. Герой романа является представителем крепкого среднего класса, его материальный капитал куда выше среднего. Однако социальный и сексуальный капитал персонажа всегда находится на фактически нулевом уровне. У него нет друзей, нет обилия девушек. Возможны лишь случайные сексуальные связи с подобными же отчаявшимися существами. Таким был Бруно в Элементарных частицах, таким является Франсуа в Покорности.

Но есть между персонажами и отличия, которая заставляет воспринимать их по разному. На первый взгляд мастурбирующий на воспоминания о молоденьких девочках Бруно должен вызывать куда больше антипатии, чем степенный Франсуа. Но именно страсти, обуревающие Бруно, его нежелание смириться со своей судьбой дают произведению необходимый конфликт, а самому герою счастье, пусть и весьма недолговечное.

Франсуа же, как нам говорят по ходу романа, вкус к жизни уже потерял. Конфликты он обходит стороной, на протяжении всего романа тяжело даже понять как он относится к происходящим в стране переменам. Он их конечно боится, но только как и любых других перемен.
Получается что все происходящее мы видим как будто в дымке, через мутное стекло. Дебаты вызывают у героя не больше интереса чем финал футбольного кубка, а изменения в его жизни ограничиваются преждевременным выходом на пенсию в связи с исламизацией университетов. Меняется образовательная, экономическая политика, но кроме пары строчек текста никаких изменений в жизни героя мы не видим. И лишь в качестве кульминации Франсуа продает душу исламу в обмен на возвращение в институт и получение трех жен. Так в романе первый и последний раз появляется намек на конфликт, но долгими и мучительными раздумья героя я назвать не могу. В итоге мы видим единственные изменения в обществе, сужение того самого пространства борьбы, связывание воедино материального и сексуального капиталов, разрыв которых после сексуальной революции был темой первого романа Уэлбека. Франсуа обретает свое счастье, ни разу на протяжении романа ни приложив никаких усилий, Европа движется в сторону процветания, занавес.

Где же тут антиутопия, спросите вы? А нет ее. Антиутопией эту книгу делает лишь исламофобия, царящая в Европе, помноженная на ту же самую боязнь перемен что и у Франсуа. Даже если выбросить мутное стекло в виде главного героя и попытаться взглянуть на новую Францию под другим углом, мы вряд ли обнаружим что-то чрезвычайно ужасное. Да, конечно пострадали обладатели сексуального капитала, этакие анти-Франсуа. Жалко ли нам их? Не думаю. Начальник института рассказывает Франсуа про то, что суть ислама это покорность женщины мужчине, а человека богу. При этом они распивают дорогое вино, что вроде как исламом не слишком одобряется. То есть Франсуа ничего не потерял, лишь приобрел наконец женскую близость. И даже женщины, которые казалось бы потеряли в этой новой Франции больше всего, не кажутся такими уж несчастными. Более того, по ходу романа нам несколько раз показывают их тяжелую жизнь в европейском обществе, как им приходится разрываться между семьей и работой. Тут уж начинаешь действительно воспринимать патриархат как избавление и верить, что феминизм придумали капиталисты чтобы заставить женщин работать.

В целом же книга написана весьма приятно, Уэлбека мне читать нравится. Так что если вы его фанат, то можете прочитать. Ничего нового не узнаете, но приятно. Тем же, кто хочет увидеть ужасы победившего ислама 21 века, лучше пройти мимо.

«Покорность», вероятно, стоило перевести как «подчинение» (оригинальное название — Soumission), чтобы сохранить сексуальный подтекст, который раскрывается в диалоге героев об «Истории О» (эротический роман Полин Реаж о сексуальном доминировании). В романе возникает множество доминантно-подчинительных пар: женщина подчиняется мужчине, загнивающее европейское общество подчиняется исламскому, человек подчиняются Богу и так далее. Из-за того, что сексуальные, политические и религиозные отношения рассматриваются в одном смысловом поле, возникает интересная игра смыслов, которая доставит немалое удовольствие ценителям тонкой иронии.

Весьма близкое будущее (2022 год). На выборах во Франции побеждает мусульманский кандидат. В течение нескольких месяцев страна меняет свое обличие, а главному герою, апатичному филологу Франсуа, специалисту по творчеству Гюисманса, ничего не остается, как покорно подчиниться новым обстоятельствам. Особое место в романе занимают размышления Франсуа о Гюисмансе. Герой пытается повторить духовный путь писателя, чтобы лучше понять его и самого себя. Пассаж, в котором Франсуа подводит черту под своим отношениям с Гюисмансом — одно из самых сильных мест в романе.

В остальном «Покорность» — некролог по европейской культуре. В книге не стоит искать про- или антиисламские идеи: это книга о Западе, а не о Востоке. В отличие от реальности, в романе исламская культура без труда ассимилирует французскую: герои книги почти не чувствуют изменений. В Париже 2022 царит атмосфера усталости и апатии, и ни у кого нет сил ни на восстановление, ни на сопротивление. Политические игры не затрагивают души Франсуа — он больше думает о том, что заказать в кафе и с кем заняться любовью.

И знаете что? Я его хорошо понимаю.

Новый роман «Покорность» французского писателя Мишеля Уэльбека получил самый трагический пиар, какой только можно представить. Книга о том, как президентом Франции становится мусульманин, вышла именно в тот день, когда расстреляли редакцию сатирического журнала «Charlie Hebdo». Роман тут же прозвали антиисламским, а сам Уэльбек немедленно покинул Париж, прервав рекламную кампанию. Чем стремительнее автор удалялся от столицы Франции, тем популярнее становилась его книга: на данный момент «Покорность» — литературный бестселлер номер один. Мы рассказываем вам, что это за книга.

Порнограф, расист, упадочник, популист — это лишь малая часть упрёков, звучащих в адрес Мишеля Уэльбека. Провокация, хоть на этот раз совершенно от него и не зависящая, всегда была основным методом как творчества, так и жизни писателя. Как автор высказывания «ислам — глупейшая из всех религий», Уэльбек не только получил негласный титул литературного врага мусульман, но и едва избежал реального тюремного срока. Несмотря на радикальную и по европейским меркам нетолерантную точку зрения, Уэльбек был и остаётся самым популярным из ныне живущих писателей Франции.

Вслед за определением «антиисламский» с дрожащих губ литературных критиков слетело слово «антиутопия». Замечание для восьмого романа Уэльбека весьма справедливое, но только если ограничиться кратким пересказом текста. Время действия «Покорности» — недалёкий 2022 год, место — всем знакомый Париж, где, как и в других французских городах, в самом разгаре президентские выборы. Среди реально существующих кандидатов вроде Франсуа Олланда и Марин Ле Пен появляется искусственно созданный глава партии «Мусульманское братство» Мухаммед Бен Аббес. Без единого теракта, договорившись и с левыми, и с центристами, примерно к середине книги он становится президентом республики. Париж внешне преображается лишь отчасти: закрылось несколько магазинов, девушки надели брюки, никаких беспорядков на улицах. Кажется, все были готовы.
Ещё во время чтения о предвыборной гонке читатель увидит, что воинствующий Уэльбек обратил своей гнев не на «лёгкую» мишень в виде исламистов, а на современное французское (читай — европейское) общество. Бен Аббес представлен как совершенно адекватный политик: не брызжет слюной, не приносит на дебаты Коран, испытывает открытое презрение к талибам и террористам. Истинным объектом уэльбековского злорадства становятся представители интеллектуальной французской элиты в лице профессоров Сорбонны. После оглашения результатов выборов университетская среда не выпускает петиций и не перекрывает дороги. «После нас хоть потоп» — девиз стремительно превращающейся в пыль некогда великой Европы.
Главный герой романа типичен для прозы Уэльбека — это белый одинокий мужчина сорока четырёх лет, также не имеющий особых религиозных, политических и вообще каких-либо убеждений. Франсуа работает преподавателем литературы в Сорбонне, периодически спит со студентками, ещё реже пишет научные статьи и, если честно, уже давно считает свою интеллектуальную жизнь явлением прошлого. После прихода к власти Бен Аббеса он лишается работы, но получает ежемесячную очень высокую пенсию. Так правительство решает перестраховаться. В отличие от самих профессоров и студентов, новые министры ещё не стёрли из памяти образ европейцев как борцов с системой. Вместе с тем в стране в разы падает уровень преступности, количество безработных также сокращается — женщины теперь по большей части сидят дома. Новый ректор Сорбонны открывает перед Франсуа заманчивые перспективы: стоит только принять ислам, как его снова ждёт преподавательская карьера, высокий оклад и несколько жён в придачу.
Духовные метания Франсуа для большего декадентского эффекта даны в сравнении с подобными же терзаниями вполне реального объекта его диссертации. Уэльбек сделал Франсуа видным специалистом по французскому писателю XIX века Жорису Карлу Гюисмансу. На его долю выпало несколько важных изменений как в литературе, так и в личной жизни: от натурализма он ушёл в символизм, от увлечения оккультизмом в католичество. Франсуа после политического переворота несколько раз перечитывает произведения Гюисманса, путешествует по писательским местам и даже отправляется в монастырь, где тот испытал духовное перерождение, но нужного эффекта на себе не ощущает. В монастыре он только и делает, что ищет место, где бы покурить, а статуя Девы Марии для него — просто статуя, считать с неё знаки божие он не в состоянии. Если Гюисманс пришёл к вере осознанно, Франсуа выбирает этот путь за неимением других вариантов. Именно присутствие такого протагониста, как Франсуа, не даёт нам до конца поверить в абсурдность нового мира, ведь только после смены религиозно-политической парадигмы у главного героя появляется настоящая цель в жизни. Таким образом, «Покорность» — это скорее слегка навязанная утопия, в которой европейский человек обретает долгожданное спокойствие: на место душевной пустоты приходит умеренный ислам (по сути, прийти могло всё что угодно).
Уэльбек, без сомнения, не только выдающийся писатель, но и создатель своей собственной социально-философской модели мира. В зависимости от «метафизических мутаций», происходящих с действительностью, он поделил всю историю человечества на три периода. Следствием первой мутации стало возникновение на базе Римской империи христианства, другая породила научное знание Средневековья. Сейчас же мы живём во времена бесцеремонного индивидуализма, когда жажда существования без забот, но с широким спектром удовольствий затмевает все прочие жизненные цели. Главным симптомом наступления этого периода стал крах традиционных христианских ценностей, точнее одной из самых важных сфер — супружества. Семья, по мнению Уэльбека, была последним препятствием, «стоящим между людьми и рынком». Начало периода распада имеет конкретную дату — 14 декабря 1967 года, когда Национальное собрание легализовало противозачаточные средства. По мнению Уэльбека, это позволило всем без исключения почувствовать сексуальную свободу во всей её разрушительности. Такой «дар» в виде таблеток весьма снизил значения семьи как «ячейки общества», что вылилось в возникновение особой социальной иерархии. В своём программном романе «Расширение пространства борьбы» Уэльбек, не зря впоследствии заслуживший имя «Маркс секса», впервые ставит знак равенства между капиталом и сексуальностью. В экономическом смысле эти разнородные понятия работают по одной схеме: «При абсолютной экономической свободе одни наживают несметные богатства; другие прозябают в нищете. При абсолютной сексуальной свободе одни живут насыщенной, яркой половой жизнью; другие обречены на мастурбацию и одиночество. Свобода в экономике — это расширение пространства борьбы: состязание людей всех возрастов и всех классов общества. Но и сексуальная свобода — это расширение пространства борьбы, состязание людей всех возрастов и всех классов общества». Распад привычной картины мира продолжается до сих пор, в «Покорности» мы видим новую ступень — одна из главных мировых религий умирает.
Если во втором своём романе «Элементарные частицы» Уэльбек пытается представить новую религию, суть которой состоит в физическом бессмертии, то в «Покорности» ничего нового уже не изобретается. Происходит привычная для современной «цивилизации развлечений» подмена ценностей, создаётся иллюзия спасения из религиозного вакуума — приходится покориться, чтобы продолжить иллюзию полноценной жизни. Второе дыхание европейской цивилизации становится её предсмертным вздохом.

Пожалуй, главным достоинством нового романа Уэльбека является безупречно подобранное название, исчерпывающе аккумулирующее в себе его содержание. – Читателю с умом и воображением достаточно провести с этой книгой вечер, чтобы не открывая её, но поглядывая на обложку и хорошо зная при этом как и что пишет всегда Уэльбек, с несильными погрешностями представить себе её содержание.
Главный герой традиционен – это европеец и интеллектуал, которому духовные устремления не свойственны, поэтому культурный багаж – в иные времена способный быть опорой – цементным тазиком влечёт его в пучину пессимизма и депрессии, от которой не спасают уже ни вычурный секс, ни изысканная пища. Он «…близок к самоубийству ввиду постепенной деградации совокупности функций, противостоящих смерти». Это практически воплощённый в живого человека образ всей европейской цивилизации, всего того, к чему она стремилась, лелеяла в себе и обо что сломалась. Можно даже сказать, что Франсуа (ГГ) и Гюисманс (главным специалистом по которому он является) – это человечество и его величайшие достижения, которые оно изучает, обсуждает, гордится и пропагандирует, но воспользоваться которыми уже не способно.
Картинка на обложке – подсказка, что речь пойдёт об исламизации христианской Европы. Тут даже фантазировать особо требуется – новостных выпусков вполне достаточно.
То, что нельзя придумать за автора, в чём и есть вся соль романа – монолог ректора Редигера почти в самом финале. Уэльбек отнюдь не рекламирует учение Мохаммеда, но показывая, во что превратилось христианство к третьему тысячелетию своего существования, становится понятно, что Редигер – не меньший интеллектуал, чем Франсуа – принял ислам не по политическим или карьерным соображениям, и не потому что это учение чем-то лучше, глубже или истинней христианства. Просто Европа не смогла выстроить свою цивилизацию на заветах Христа и в результате саму себя – в духовном плане – истребила. Сгенерированные ею по мотивам христианских ценностей идеи гуманизма лишь привели её к закономерному и драматургически остроумному финалу – ислам хлынул в Европу через ворота, распахнутые прямолинейной толерантностью.
Покорность – термин, пунктирно мерцающий сквозь всю ткань романа - одновременно история болезни, диагноз и обезболивающее, выписанное автором обречённому.

Одна из немногих книг, которая привлекла меня обложкой, и уже потом- рецензией. Сюжет даже не столько о политике, сколько о религии, о пути человека, о литературе, и, конечно, о покорности.

Уставший от жизни герой, осознающий, что в его жизни уже не предвидится значительных интеллектуальных взлетов, плывущий по течению жизни. Он молод, умен, успешен, но чувствуется внутренняя пустота и безразличие к происходящим вокруг событиям (даже к таким масштабны; упади метеор на его кухню, он бы с такой же отстраненностью продолжал читать Гюисманса и заказывать еду на дом). Герой с покорностью принимает судьбу, даже не пытаясь что-то изменить. Что-то мне это напоминает.

В книге много секса (без каких-либо ноток чувственности, страсти и т.д., простая констатация коитуса, без эмоции). И снова убеждение, что в герое вымерла очередная составляющая души.

Но есть у Уэльбека мысль, которая заставила отложить чтение, и основательно задуматься (хотя мысль эта не является главным посылом книги):

….и вот еще

Да, Уэльбек, ты смог покорить меня. Но вопрос "чем именно" остается открытым.

Очень странный роман, главное достоинство которого – французская изящность. Если уж без порнографических сцен в современной литературе нельзя, пусть будет. Хотя Уэльбек нисколько не убеждает в их необходимости. Психологические проблемы главного героя, связанные с переживаниями собственной сексуальной состоятельности, не делаются острее или глубже от того, что писатель вкладывает в его слова описание половых актов. Гораздо увлекательнее литературоведческие откровения, предложенные Уэльбеком. Роман буквально оплодотворен сублимацией литературоведческого дискурса. Конечно, чтобы понять, ирония это или нет, нужно быть знатоком французской литературы. И если Гюисманс был в свое время прочитан, то остальные имена (кроме откровенных классиков, как Рембо), всплывают впервые. Следя за исследовательской мыслью героя-рассказчика, параллельно думаешь, а зачем вообще Уэльбеку понадобилась тема с приходом мусульман к власти во Франции в недалеком будущем? Ради публицистической привлекательности? Практически никак погружение героя в эстетские рассуждения по поводу литературы не вяжутся с политическим диспутом. Можно, конечно, порассуждать о слабом герое, который при наличии научного таланта чуть больше среднего оказывается «лишним человеком» в современной действительности. И даже резкий перелом политической и общественной ситуации страны проходит мимо него. И в лучших сатирических традициях он остается конформистом, условно полезным для мирового исторического процесса. Но гедонистическая роскошь, сочащаяся со страниц книги, мешает внятно переживать его философскую сторону, позволяя утопать в отвлечённой словесности. Не хватает страстности и сознательности для того религиозно-политического антуража, который пытается нарисовать Уэльбек. Не слышно авторского голоса. Хотя, возможно, писатель этого и добивался – подтрунить над читателем, который в большинстве случаев окажется более проницательным, с подвижным умом и позицией, чем главный герой Франсуа. И это поможет открыть глаза на инфантильность, бесхребетность вырождающейся нашей общей цивилизации.

Предупреждение: частое повторение в отзыве слов "покорность" и "пассивность".

Не скажу, что имею что-то против религий, типа ислама, - лишь бы мне никто не навязывал свои убеждения, - но тотальная исламизация целой страны (и даже не одной) ввергает меня в уныние. Да даже в ужас!
Только спустя время понимаешь, что название полностью соответствует всему, что происходит в книге.
Пассивное отношение к жизни вызывает, как минимум, недоумение. Молчаливое согласие общества со всем, что происходит на политической арене, раздражает.
Главный герой здесь мыслит странными категориями. Он довольно безразлично подстраивается под изменяющиеся условия. Иногда кажется, что он жалеет о чём-то, но это настолько мимолетные мгновения, что их не различить в потоке однообразных блеклых событий.
Он покорен. Он безусловно принимает всё, что происходит вокруг. Не оценивает и словно даже ничего не чувствует.
Покорен не только главный герой. Складывается ощущение, что Покорность укутала непроницаемым коконом весь мир.
Очень жаль, что все события описываются только с одной точки зрения, - от первого лица, - хотелось бы увидеть "женский" взгляд на ситуацию.
При этом, мужчин здесь, по большей части, всё устраивает - и это в книге пугает больше всего.
Глубокомысленные "кабинетные" рассуждения пассивных и покорных интеллектуалов нагоняют тоску.
Хотя повествование ведётся от первого лица, автор будто отстраняется от собственного персонажа.
Главный герой, имени которого я уже не вспомню, наблюдает за самим собой со стороны.

А, вот ещё! Секс. Главный герой бредит сексом и всем, что связано с сексом.
Сначала я пыталась убедить себя, что эта зацикленность на сексе будет как-то необычно обыграна к концу книги. Может, хотя бы слегка, обоснована финалом.
Но… Чрезмерное выпячивание постельных вопросов, видимо, оказалось такой "бытовой" чертой авторского стиля. Ну, действительно, как ещё изобразить утрированный реализм, если не через секс?

Персонажа устраивало всё, что происходило. И будет устраивать дальше.

Как итог: 3.2 из 5
Говоря словами самой книги: