Не своей смертью

Закон не имеет ничего общего с добрыми намерениями

– Она мои уши и язык, – патетически вымолвил Уимзи, – и особенно мой нос. Она задает вопросы, которые мужчина не может произнести, не покраснев. Она – ангел, спешащий туда, где требуется что-нибудь разузнать. У нее нюх на любопытные факты. В общем, если сказать, что я – кот, то она – мои усы.

Если ты готова поставить на карту страну с десятимиллионным населением, чтобы досадить коронованной сопернице, тебя ждет бесславный конец.

— Значит, скоро в Гринвич? А что там, в Гринвиче?
— Прекрасная архитектура и грязная река.
— И все?
— Еще несколько хороших пабов.

Во всяком случае, одно убийство ведет к готовности совершать другие.

Грех – в намерении, не в деянии. И в этом заключается различие между законом людским и законом Божьим. Пагубно для человека считать, что он имеет право распоряжаться чужой жизнью к собственной выгоде. Это ведет к тому, что он начинает ставить себя над всеми законами, – человек, безнаказанно совершивший намеренное убийство, опасен для общества. Вот почему – или и поэтому тоже – Господь запрещает личную месть.

Паркер был из тех дотошных, старательных людей, которых мир так недооценивает.

– Но великая дружба должна быть требовательной! – горячо воскликнула мисс Файндлейтер. – Она должна быть для человека всем. Удивительно, как она влияет на наши мысли, обогащая их. Вместо того чтобы сосредоточиваться на себе, человек сосредоточивается на другом. Разве не в этом, не в готовности умереть за другого – смысл христианской любви?