Тропик Рака

во время путешествия по нашей необъятной свободное время вечером,после прогулок было пустым. забежала значит в ашан,выбрать чем перекусить мозгам,долго металась от книги к книге,всё в руках повертела,кроме тропика. но спустя минут 15 все таки стянула его с полки и побежала на кассу. в метро сразу же начала читать - сказать что была в шоке,значит ничего не сказать. но человек я принципиальный в книгах,если решила прочесть,значит до конца. вдруг в конце нормально или интересно будет. страницы до сотой читала превознемогая себя. нет,не отвращение,а банальная скука. ближе к середине прониклась к текст,но как то все еще без энтузиазма. закрывала кеигу с мыслью,что надо внимательнее читать рецензии на ней и не брать запечатанные в целофан. но кто бы мог подумать,что будет дальше. вернувшись в город относительно постоянного базирования,зашла в книжный,поискать давнюю хотелку,но тут мой взгляд упал на тропик козерога...очень долго мы с ней обменивались взглядами,но все же ушла я одна. хорошо обдумав,а на самом деле - перейдя по ссылке на книжный магазин из рассылки лайвлиба нашла козерожку по привлекательной цене и не думая заказала. сейчас в предвкушении поставила в очередь на прочтение ее. все таки есть что-то межстрочное в тропике рака,которое проявляется спустя время и в подсознании

Ещё одна книга, прочитанная в рамках глобального ликбеза и попадающая в категорию "Умные дядьки хвалят этот роман, а я опять ничего не поняла".
Нет, я даже ругаться, наверное, не буду. Писать автор умеет, это я могу сказать. Очень боюсь увидеть когда-нибудь русский текст, надеюсь, жизнь убережёт меня, ибо не представляю как всю эту полуматерную полупофигистическую поругань можно адекватно передать на русском, чтобы автор таки не казался совсем уж убогим пьяствующим философом.
Ведь он не убогий, он очень умный. Несмотря на всю его грязь и пошлость, образы точные и удивительно яркие. Иногда попадались такие блоки по десятку страниц, что я действительно не могла оторваться, было интересно и даже неважно, что пошляк и что моим женским глазкам не пристало вообще-то такое читать.
А местами (в основном это всякие философские рассуждения) я плыла и засыпала над книгой. Вообще, я её очень долго читала, непростительно долго. Не нравилась она мне, и сейчас тоже не нравится. Я, наверное, становлюсь старой ханжой и брюзгой, но тот период моей жизни, когда меня можно было восхитить и поразить руганью и жизнью алконавта, хоть и неглупого, давно миновал. А кроме этого, что есть в книге? По большому счёту, это череда грязно-гротескных человеков, сходящих с ума каждый как может, и попутно уносящих друг друга в бездны своего безумия. Повторюсь, если поделить на два, то образы очень жизненные, но вот такая оболочка...Не близка, нет. Вроде было и интересно, и смешно, и, повторюсь, сразу понятно, что словом писатель владеет мастерски. А рисует какие-то какашки. Вот этот выбор, наверное, для меня наиболее непонятен и является причиной, почему я не прониклась.
Короче говоря, я могу, наверное, теоретически себе объяснить, почему так любят эту книгу всякие умные люди. Но разделить их любовь...вряд ли.

Как это иногда случается, ты сперва хочешь бросить книгу, забыть прочитанное, коря её абсолютною глупость, а потом в восторге пишешь отзыв...
Что такое эта книга? Роман? Повесть? Биография? Всё вышеперечисленное, да ещё и в вызывающей обложке. У меня сложилось впечатление, что автор просто излил на бумагу всё, что скопилось у него на душе. Без сюжета, без подтекста, порой даже и без смысла.
Неприкрытая словами пошлость вышла грязной, нарочито чёрной и дурно пахнущей. Местами эта сокровенная правда была блистательна и искромётна, это несомненно! Но бывала всё же и безнадёжна испорчена.
Меня подкупил жизненный путь героя: его знакомства, общение, передряги, из которых он всегда находил выход. Но вот его монологи в стиле "B.R.E.D" до сих пор портят мне впечатление. Генри просто подал нам поток бессвязных мыслей. Некоторые читатели любят находить в этой луже смысл, глубиною в океан, колоссальный подтекст. Я же вижу лишь грязь и воду - вот и всё, чего стоят эти слова.

Но всё же "Тропик рака" неотделим от этих монологов. Без них это была бы одна из тысячи блистательных, захватывающих биографий с элементами приключений, но не более. Генри Миллер затерялся бы на полках магазинов и библиотек. Но настоящий, аморальный, вызывающий "Тропик" стоит особняком, гордо выплывая из парижской пошлости и грязи 1930-х годов.