Martin Eden

Рецензия спойлерная — я вас предупредил. Что ж поделать, если как следует разобрать произведение, не затрагивая деталей его сюжета, попросту невозможно.

Мартин Иден, со всей той автобиографичностью, которую Лондон вложил в этот образ, стал олицетворением способности человека вырасти над собой и над той средой, в которой он появился на свет, способности к интеллектуальному и культурному развитию вопреки всем обстоятельствам. И ещё — готовности человека идти вперёд ради своей любви. Даже в начале романа Мартина, этого человека из низов, теряющегося в светском обществе, которого Артур привёл в дом как любопытного дикаря, никак нельзя назвать недоразвитым — он хорошо знает практическую сторону жизни, много где побывал, обладает прекрасной памятью и умеет интересно рассказывать о том, что видел. Для семьи Морзов Мартин интересен как диковинный человек, говорящий на смеси морского жаргона и множества языков и диалектов, видевший такие вещи, которых никто из них не видел никогда.

Мартин никогда не идёт на поводу у других людей и всегда стремится выработать своё собственное мнение по всем интересным для него вопросам; молчать он тоже не любит, и иногда его прямота настолько резка, что граничит с обыкновенным хамством. Эта его грубость только помогает мистеру Морзу, который старается выставить Мартина в глазах своей дочери в невыгодном свете. Впрочем, после знакомства Мартина с философией его резкая прямота выглядит уже не как недостаток воспитания, а как часть презрения того, кто вообразил себя сверхчеловеком, к тем, кого он посчитал рабами с рабской моралью.

Влюбившись, Мартин обрёл стимул как для собственного интеллектуального и культурного развития, так и для зарабатывания денег. Конечно, влюблён он в идеализированный образ, придуманный на основе Руфи им самим, а не в Руфь как реального человека. Знавший немало других женщин, он вообразил себе, будто впервые встретил на своём пути женщину настоящую, далёкую от всей той грязи, которой была наполнена его собственная жизнь на пароходах и в портах, — одухотворённое существо, которое хочется любить, ради которого хочется идти вперёд и совершать подвиги — пусть даже такие, о которых будет знать он один.

Занявшись самообразованием для того, чтобы стать достойным Руфи, Мартин вскоре получил ещё один стимул. Прикоснувшись к прекрасному, он захотел сам создавать прекрасное; литературное творчество стало его мечтой, за которую он упрямо цеплялся, упорно веря в собственный талант, которая давала ему силы терпеть бедность, голод, презрение ростовщика, отказы издателей и даже обескураживающее непонимание от своей музы и возлюбленной. Кроме мечты, творчество стало для него и способом самоутверждения — способом, с помощью которого он, простой матрос, сможет достойно войти в общество, к которому принадлежит его невеста и обеспечить безбедную жизнь своей будущей семье. При этом он максимально практичен и не гнушается низкопробными литературными поделками, приносящими хоть какой-то заработок — точно так же великие художники прошлого между эпохальными полотнами писали портреты жён богатых купцов, — а его усидчивость и привычка доводить начатое дело до конца позволяют ему работать так много и так плодотворно.

Руфь Морз — девушка неглупая, хорошо воспитанная и образованная, однако она совершенно не видела жизни и не знает её, существуя будто в чеховском футляре, — с той разницей, что создан этот футляр не ей самой, а семьёй и обществом, в которых она выросла. Не зря Лондон сделал её именно филологом — профессии, более отдалённой от реальной действительности, кажется, не существует. Именно поэтому эту рафинированную интеллектуалку, существующую под стеклянным куполом достатка своего отца, так влечёт к Мартину — простому матросу с бычьей шеей, живущему трудной, но насыщенной и полноценной жизнью. Если для Мартина Руфь — это символ и цель, ради которых он готов превзойти самого себя и подняться над своим окружением, то для Руфи Мартин — это запретный плод, сладкий и в то же время терпкий.

Быть может, это удивительно, но я не вижу в Руфи меркантильности — она попросту слишком далека от реальности, чтобы быть жадной. Ей не так-то легко представить себе, каково это — не иметь готового дохода, зарабатывая на существование собственным трудом. Вот Олни, приятель её братьев, хорошо это понимает — он лучше других осознаёт оторванность каждого из них от реальной жизни. Постоянные рассуждения Руфи о том, каким способом Мартину надлежит добывать деньги, и о том, что писательство не может дать ему достойного дохода — это не столько стремление обеспечить своё существование за его счёт, сколько следствие представлений её круга, усвоенных ей с детства. Даже её визит к Мартину, добившемуся успеха, и попытка навязаться ему в жёны — это не её собственное решение, а воля её семьи, желающей выгодно выдать Руфь замуж. Не зря на это якобы тайное свидание Руфь сопровождал её брат.

В принципе, мысли Руфи о работе и карьере не так уж неверны — как-никак, литературный успех Мартина случаен, и взлетел он на волне популярности «Позора солнца», после которого появился спрос и на остальные его произведения. Если бы не этот случай, Мартин запросто мог остаться неизвестным писателем и в конце концов умереть от голода, несмотря на все достоинства своего творчества. Тот же Лауден Додд из «Потерпевших кораблекрушение» Стивенсона, с которым Мартина роднит готовность голодать, всячески стеснять себя и терпеть лишения ради того, чтобы продолжать заниматься искусством, в конце концов бросил свою студию, Латинский квартал и Париж, став помощником своего друга в его бизнесе. Правда, Додд вообразил, что он может стать великим скульптором, а Иден стал писателем потому, что не мог не писать — и в этом главное различие между ними.

Потеряв Руфь, потеряв Бриссендена — человека, который действительно был ему другом, Мартин полностью теряет и желание жить. Он уже слишком отдалился от своих сестёр и друзей прежних лет и не может к ним вернуться; «хорошее» общество, войти в которое он так стремился, его разочаровало. Лицемерие издателей, критиков и людей из общества, беспрестанно приглашающих его на обеды, довершает дело. Утратив интерес к жизни, Мартин уже не стремится найти его снова. Вряд ли на свете есть занятие более глупое, чем давать советы литературным героям, но… стоило жениться на Лиззи Конолли. Эта девушка, искренняя и открытая, могла дать жизни Мартина хоть какое-то новое содержание. Но после разрыва с Руфью он уже не может любить — отдав максимум эмоций тому чувству, он уже не согласен на меньшее.

Символично то, как именно завершается история Мартина. В самом деле, где ещё может закончить свою жизнь настоящий моряк, пусть даже бывший? Рано или поздно море отдаст своих мертвецов. И тех, кто пошёл на дно со своим кораблём, и тех, кто присоединился к своим братьям по собственной воле.

"Мартин Иден" однозначно лучшее творение Джека Лондона. В произведении автор сосредоточил квинтэссенцию своих мыслей, отточенных персонажей, и жизненных ситуаций. Это своего рода "Братья Карамазовы"- Федора Михайловича Достоевского, в том смысле, что в романе собраны все "сливки", эпопея мысли писателя.

Прочитал сокровище, находясь в армии. Попало оно ко мне в руки волею счастливого случая. Как то раз, оказался я в заброшенной казарме нашей части, и первым делом отправился искать книги. В одном из помещений я таки нашел книжный уголок. Среди разбросанной беллетристики наткнулся на невзрачную, неказистую с виду, цвета "детской неожиданности" книжку, при ближайшем рассмотрении с удивлением обнаружил надпись: "Джек Лондон", библиотека литературы США. Я был в восторге, наконец-то нашел что-то стоящее. В книге времен издания конца холодной войны было два произведения: "Белый клык", который я прочел когда-то, и "Мартин Иден."Тогда я еще не знал, и не подозревал, что получил нечто, что было дороже слитка серебра, золота и даже платины.

По сюжету моряк, любитель кутежей, девушек и хорошего мордобоя- Мартин Иден однажды встречает девушку из аристократической семьи- Руфь. В какой-то момент он понимает, что их разделяет пропасть,и для того, чтобы быть с ней решает измениться. Вроде бы из банального сюжета Джек Лондон раскручивает свой полет философской мысли, где он затрагивает темы, над которыми образованный человек задумывается годами.
Здесь вы найдете стремления Мартина Идена жадно постичь в кратчайшие сроки то, что другие постигают годами. Его своего рода "пробуждение" среди рабочего класса и мысли на этот счет. Так же в книге вы встретите размышления Мартина на тему дарвинизма, эволюции и идеализма, его споры и дебаты с узко мыслящими профессорами, судьями и митингующими.

И да, параллельно с этим развивается драматичный любовный сюжет и тернистый путь писательства. Завораживающие разворот сюжета, который переворачивает картину мира Мартину.
А эта концовка... Есть о чем поразмыслить.
Всем "ищущим" людям обязательно к прочтению.

Писать рецензию на эту книгу мне трудно. Столько эмоций и мыслей она вызвала! Вряд ли смогу всё высказать, но постараюсь.

Мне нравится читать книги, в которых главный герой, обычный человек, постепенно добивается успеха, и произведение Джека Лондона сразу привлекло моё внимание. Мартин Иден - простой моряк. Он беден, не слишком грамотен, не владеет правилами этикета. Но знакомство с Руфью, девушкой из буржуазного общества, и её семьёй, показало Мартину, какой жизнью живут люди из другого окружение. Руфь Морз поразила его сразу же. Конечно, он всегда общался с девушками из рабочего класса, в манерах и речи они сильно уступали милой, интеллигентной Руфи. Она стала для него божеством, ради неё он хотел добиться успеха, подняться в её глазах. Мартин понимал, что для этого ему нужно стать более образованным, поэтому каждый день начал проводить в библиотеке. Чем больше он читал, тем скучнее ему было в своём привычном окружении. Постепенно, он стал чаще бывать в доме семьи Морзов, общаться с их друзьями. Но что значит он в глазах всех этих людей? И достойны ли сами они быть окружением Мартина?

Как же мне было жаль героя, когда все эти люди смотрели на него свысока! Ведь они оценивали каждого человека по положению в обществе. На мой взгляд, им было абсолютно всё равно, о чём Мартин думает по какому-либо вопросу, что чувствует. Всё это не имеет значения, пока человек не достигнет высот. Но ведь сами они мало что из себя представляли. Могли ли они рассуждать на глубокие философские темы? Думаю, их мышление ограничивалось шаблонами.

Книга ясно показывает, что все люди равны. Не важно, в каком обществе находится человек. И бедные, и богатые мыслят почти одинаково. Как понял Мартин, разница лишь в манерах. Даже самое лучшее образование и большие деньги не могут сделать человека сильной личностью. А Мартин такой личностью был. Он - настоящий пример силы духа, человек, у которого читатель может научиться не сдаваться перед лицом трудностей.

Произведение мне безумно понравилось и стало одним из любимых. Возможно, я даже перечитаю его когда-нибудь.

Все таки классика - это классика. Ее безумно приятно читать. Прошлый год как-то незаметно для меня прошел в рамках современной литературы, после "Мартина Идена" понимаю, что надо читать больше классики. Умно, ярко, интересно, написано прекрасным языком. Поднято множество злободневных проблем. Потрясающе.
Знаете, я очень скептически относилась к этой книге, когда мне ее советовала мама. Но подвернулась "Игра в классики", и я не смогла увернуться от совета. Как я рада, что не смогла. Однако, соглашусь с тем, что книгу лучше читать в более юном возрасте - лет так в 16-20. В этот период она может ударить по голове, и совершенно не найдется слов. Сейчас же, хоть я и не очень далеко ушла, для меня это просто очень хорошая книга.
Мартин Иден - кто он? Трудяга, который вгрызается в любую возможность, несмотря на тяготы и лишения, прошедший суровую школу моря, терпящий неудачу за неудачей на литературном поприще и не сдающийся до самого конца? Или тщеславный юноша, который возжелал подняться до невиданных -высот, стремящийся доказать окружающим и высокостоящим, что он чего-то стоит? Я не знаю. Для меня - это человек с потрясающим усердием. Сужу по себе - я крайне неусидчива, однообразная работа меня быстро утомляет и мне хочется сменить род деятельности. Поэтому Мартин меня покорил - действительно трудяга, если откинуть его цели и планы. Его наивные представления о более высоком классе? А что, если больше не к чему стремиться, и варианта всего лишь два - прозябать в нищете, голоде и холоде, не иметь возможности общаться с интересными людьми, или вырваться из оков и отправиться к высотам, пусть даже воображаемым, не существующим, но мотивирующим.
Руфь, отвратительная дохлая селедка девушка, затюканная своими родителями, принадлежащая к вершинам по праву рождения, получившая исключительное образование в области искусства... Однако, жестко ограниченная рамками воспитания и общепризнанных норм, боящаяся сделать шаг в сторону, не умеющая слушать, зацикленная на себе. Приползшая, как побитая собака, только вот даже там был не благородный порыв любви, а холодный расчет, ведь "любимый" наконец-то вписался в нужные рамки!
А их любовь? Разве это любовь? У него - стремление вырасти до ее уровня, у нее - необузданный порыв. Еще бы - в 24 года наконец-то хоть кем-то увлечься, естественно, что это будет принято за любовь. Печальная история.
И все-таки, насколько велико может быть человеческое стремление вырасти. Однако, часто оно не доводит до добра. Случается передоз. И даже если ты получаешь то, к чему стремился, оно уже не приносит того удовлетворения, которое ожидалось. Оно не приносит вообще ничего.
Это какой-то другой Лондон, не тот, что в "Сердцах трех". Однозначно лучше.

Не могу сдержаться и не процитировать выдержку из рецензии Fermalion на эту же книгу:

Ох не того я ждала от этой книги, за которую так долго не могла приняться. Слишком много морализма. И деталей. Финансовая сторона произведения напоминает чем-то книги Драйзера. Очень много расчетов...

В этой книге, разумеется, есть мысль. Верная мысль: верна каждая из идей, подающихся в этой книге. Но художественная форма, в которую обернуты идеи этого произведения, слишком... Прямолинейная, что ли? И книга в следствии этого вышла скучная: а скука - это последнее, чего можно было ожидать от Джека Лондона.

А еще герой этой книги, собирая по крупицам свое образование и свое состояние, терял вместе с этим не только свою душу и интерес к жизни, но и всякую симпатию читателя. Потому что вышло, что Мартин шел не к разуму и успеху, а к глупости, куда более бесконечной, чем необразованность и отсутствие манер. Его поведение вызывало все больше отвращения. Он так ничего и не понял о жизни, совсем ничего. И о людях, которых так презирал. Он воспитал в себе чванливого сноба, воспитал урожденного аристократа с гнильцой, скучающего философа. Мерзкий тип людей. Он воспитал его в себе нарочно и сам тяготился этим. "Все такие глупые и недалекие, а я..." А что ты? Если ты так и не смог ничего понять.

Еще и выход нашел гениальный, чтобы поставить жирную точку, да. Я тоже пребываю сейчас в обострившемся состоянии "Мне скучно, бес...", но самоубийство - высшая степень глупости. Хочется процитировать себя же: "Глупо воспринимать жизнь, как агонию, тебе неведомо, что ждет за ее чертой. Держись за мир, в котором уже удалось чего-то добиться, – дальше может быть всё, что угодно. Муки, во сто крат худшие, нежели нравственные терзания земной жизни. Не христианский ад, но неведомое иное существование. Кто знает, чем ты станешь в нем, какие тебе будут розданы карты и чего ты сможешь достичь. Неизвестность – всего страшнее. В этом мире можно предвидеть всё, коли трезво смотреть на реальность. Знание дает силу. Там – неизвестность. Неведомое не всегда есть покой. Вцепись в мир, в котором видишь шанс добиться чего-либо, когтями и зубами. Всё зависит от твоего отношения, твоего восприятия. Отчаяние – слабость, но смерть – глупость. Рулетка, в которой шанс получить нечто лучшее – один на миллион. Не стоит полагаться на судьбу. Смерть – только иллюзия выхода. Обман пострашнее многих, ибо он безвозвратен" (с)

Мартин даже не пытался жить. Он сам придумал для себя, что ему больше ничего не нужно - и он ничего не пытался найти. Его чванливое высокомерие зашкалило с приходом денег. И стало поистине мерзким.

Рут - тоже отвратительна, причем она стала такой с самого начала. Во всех своих проявлениях, во всех гранях своей приземленности. Но при этом она отвечает среде, где была взращена. И где ей следует жить. За сим нельзя выдвигать претензии к ней.

Да-да, таких людей много! Автор это отлично показывает. Автор многое в этой книге отлично показывает. И на самом деле я готова была бы поставить куда лучшую оценку за один этот финал - но там был не только финал, а дорога к нему не хороша с чисто художественной стороны. Скука... "Мне скучно, бес...", как и было сказано))

Флэшмоб 2013: 12/40.

Как можно оценить книгу, которая одновременно понравилась и вызвала раздражение? Как можно рецензировать роман, который с самого начала вызывал стойкую неприязнь и в то же время затягивал в себя с каждой страницей всё больше? Я так и не смогла окончательно понять - осталась я довольна прочтением или негодование моё всё-же победило...

Мне пришлась по душе история начинающего писателя, который чувствовал в себе творчество и стремился к самореализациии. Мне импонирует доброта обычного человека к таким же обычным людям, которые его окружают. Мне интересен путь, который способен пройти человек ради поставленной цели. Меня трогает искренняя и трепетная любовь, которая полна невинности и нежности. В меня вселяет оптимизм идея о том, что есть люди, голодные до знаний и новых идей.

Но меня бесит снобизм Мартина, которого так много - что этим ядом можно отравиться. Меня раздражает элита, которая вокруг себя ничего не замечает и не способна на расширение собственного кругозора. Меня угнетают бюрократия и шаблонность мышления людей, у которых есть хоть какие-то власть и влияние. Я недоумеваю, как можно быть чёрствым человеком с теми, кто к тебе добр.

Совершенно не хочется анализировать философские мотивы книги, её глубину и многогранность - это сделали до меня и не единожды, но что-то сказать хочется, просто поделиться эмоциями, но их спектр настолько огромный, а я владею словом не так хорошо, как можно было. Но теперь ещё больше хочется зарыться в книги и читать, читать, развиваться, узнавать, выуживать ценную информацию и совершенствоваться...

Книга толкает. Из стороны в сторону, периодически очень грубо, иногда - мягко и осторожно, но эмоции постоянно появляются, атмосфера накаляется и отпускает, мысли появляются и формируются в какие-то цели, выводы, идеи. И, на удивление, хочется жить. Ярче и насыщеннее с каждым днём.

p.s. История любви Мартина и Руфь напомнила мне отношения Роуз и Джека - пассажиров "Титаника" из фильма Джеймса Кемерона. Те же социальные рамки и их нарушение. Но если Роуз оказалась сильной и смогла признать, что живёт в клетке, ключем от которой является Джек, то Руфь предпочла золотые оковы и одобрение своего слоя общества вместо искренней любви Мартина. Пичалька :(

“Мартин Иден” – обманчиво простой роман. Внешне это история человека, который сделал себя сам. Внутри, под оболочкой – горький рассказ: о том, как можно победить всех, но не пережить собственного успеха, если он бессмысленен.

Мартин Иден – бедный и необразованный матрос, случайно попавший в другой мир. Мир, где говорят иначе, думают иначе, живут иначе. Он влюбляется: в девушку, в образ, в саму возможность. Любовь становится оправданием борьбы, самообразования, стремления “стать кем-то”. Он пишет, голодает, сражается с системой, презирает обывателей – и все ради того, чтобы однажды доказать: он достоин.

Но роман Джека Лондона не про умение добиваться своего, не про победу. Или, точнее, не про ту победу, за которой есть жизнь. Чем ближе Мартин к признанию, тем меньше в нем человеческого. Его философия – ницшеанская: индивидуализм, сила, отказ от жалости, вера в избранность. Он стремится не вписаться, а взмыть над – и потому неизбежно оказывается вне. Он не может быть с теми, кто “снизу” – со старой компанией, и не хочет быть с теми, кто “наверху” – с буржуа и капиталистами.

Мартин Иден живет ницшеанским импульсом. Но чем дальше он идет, тем заметнее: его философия не дает ему жизни, в которой можно прижиться. Она ведет его вверх, но не предлагает, где остановиться. Он презирает “толпу”, не ищет утешения у родных – и тем самым разрушает мосты не только с обществом и окружающими, но и с собой.

Он становится писателем, но теряет человеческое. Его работы – признаны. Его имя – известно. Его книги – изданы. Только к этому моменту он, сказав все, бесцельно парит в космическом вакууме. Мартин превращается в мертвого романиста: он замолкает – не потому что ему нечего сказать, а потому что не осталось ни смысла, ни адресата. В этом суть трагедии.

Лондон, сам социалист по убеждениям, сознательно создает героя, который живет по анархически-индивидуалистским принципам. И он не спорит с ним топорно, напрямую. Скорее, он наглядно показывает, к чему приводит доведенный до предела культ индивидуализма. Иден отказывается от принадлежности: к классу, к любви, к сообществу, к цели. И остается с самим собой – в пустоте.

Особая ирония в том, что общество принимает Мартина, когда он уже сам себя отвергает. Оно отказывается от него, когда он живой, и восторгается им, когда он, поднявшись высоко-высоко, потушил внутренний огонь. Мир его принял, когда он уже умер.

Финал начинаешь подозревать задолго до последней страницы. Мартин уходит в глубокую депрессию и теряет интерес к жизни. Он страдает, потому что больше ничего не чувствует. В его страдании – не крик боли, а долгий выдох. Пассивная капитуляция перед бессмысленностью.

Мартин умирает, не сражаясь и не протестуя. А тихо. Почти без слов. Не как герой трагедии, а как человек, медленно утративший связь с “корнями” реальности.

В этом смысле “Мартин Иден” – роман-предупреждение. Не о тщете стремлений, и не об опасности успеха. А о том, что философия силы не дает человеку ответа на вопрос: зачем жить, когда ты победил. Мартин стал тем, кем хотел быть – и осознал, что никем не остался.

Живой ницшеанец, мертвый романист.

Герой с волей титана – но без смысла, без осознания, без дыхания жизни. Победитель – которому больше незачем говорить и нечего сказать. Тот, кем ты не хочешь стать – даже если можешь им быть.

К своему стыду, книгу эту я сейчас прочла впервые. И уже знала, что многим моим друзьям она не понравилась. Дочитав последнюю страницу, очень хочу их спросить: почему?

Да, книга без хэппи-энда. Да, все растущий разрыв между героем, его поиском и тем иллюзорным призам, к которым он стремится, ясны сразу. Да, много рефлексии героя;  много рассуждений о том, что он подумал, почувствовал, и почему.

Мне книга понравилась очень. Герой, который может быть очень успешным в своем классе (явно в те времена классовый разрыв в обществе был гораздо ярче), тянется к девушке из интеллигентной семьи. Учится на износ, работает, но все равно не вписывается. Сразу же становится ясно, какой это неординарный и смелый человек. Его писательский путь вызывает особенный интерес - заглянуть в мир книгопечатания рубежа двадцатого века и обнаружить много знакомого весьма занятно.

Мартин Иден вполне мог бы быть образцом для подражания для большинства из нас. Мало кто решается жить и мыслить столь дерзко. Метить в звезды, сидя в канаве. Что ограниченная, не нюхавшая жизни девушка ему не ровня, становится ясно довольно скоро. И мне было интересно: как это выплывает на поверхность? Как он справится?

Если кто не читал, спойлерить не буду. Но думаю, что всем, кому хочется прикоснуться к предельно откровенным, исповедальным словам о неуемном стремлении к цели, о жажде писать, о планомерном движении к мечте (да и получить пошаговый план к ее достижению, если его разглядеть), книга будет очень интересна. А еще в ней есть такая искренняя и неподдельная любовь, которую мало где встретишь. А еще это энциклопедия жизни тех времен.

Думаю, что тем, кто любит формульную, динамичную остросюжетку , - не совсем сюда. А если кто любит вчитываться в детали, прислушиваться, принюхиваться и следовать за едва заметными движениями чужой души, то эта книга им будет по душе, как и мне.

Прошло так много лет с моего первого знакомства с этим романом, что я и не припомню, когда это было первый раз; но помню все, вплоть до того, какие страницы я запачкала (потому что читала во время еды), какого цвета была обложка и что у меня были за эмоции после прочтения; тем более волнующим было прочесть снова этот роман через пять лет после последнего посещения и сравнить свои впечатления, да и не просто сравнить, но и попробовать поговорить со своей скептической составляющей и узнать, что ее зацепило, а что оставило равнодушной или вызвало отторжение.

- Потому что отторжение, не вдаваясь в детали, вызывает в первую очередь главный герой – Мартин Иден, познавший всю мировую культуру, правила хорошего тона, всю мировую философию и разобравшийся в жизни за один календарный год.

- О, да, легко тебе говорить - не вдаваясь в детали, так все поступают, когда нечем крыть, а ты возьми и расскажи мне, наивной, какие такие детали вызывают у тебя отторжение, потому что я, как романтик, не нахожу в этом герое ничего, что было бы мне неприятно, а вызывает лишь уважение и, немного, зависть и легкий налет сопереживания, но не в коем случае ни жалости, ибо она унижает, как известно.

- Детали – это то, что кроме Мартина Идена в романе не понравилось, а по самому Мартину – да пожалуйста: пусть я верю в то насколько он крут – неутомим и добивается своего, но до 20 лет в нём не было даже намёка на творчество – никакого позыва к творчеству: он дрался, ходил по морю, путешествовал, осваивал морское дело и был на все руки – рубаха парень, а в 20 лет по мановению волшебной палочки, всё поняв стал великим писателем… - так не бывает, он просто был обязан строчить дурацкие стихи в детстве, читать никому ненужные рассказы Мэрион и всем соседским мальчишкам и девчонкам, НО ОН ЭТОГО НЕ ДЕЛАЛ!

- А может быть и делал, но мы об этом никогда не узнаем, потому что он не реальная личность, как Поль Гоген или Анри Руссо, чьи биографии изучены от самого младенчества; а плод вымысла автора, который решил таким образом показать что-то конкретное, необходимое и важное для него в данный момент, скрыть от прозорливого взгляда читателя то, что могло бы нарушить идею о реальности существования сверх-человека, способного за 2 года добиться невозможного, выпрыгнуть за рамки реальности; ведь никому не будет интересно читать про обычного человека, вразвалку и не напрягаясь двигающегося к своей мечте, в течении 30 лет, достигающего ее и к 50 годам получая апатию; ведь на этого человека и равняться не хочется, он не является никаким идеалистическим изображением и его жизнь не напоминает свернувшуюся спираль времени.

- У меня во время чтения на Мартина Идена возникла устойчивая ассоциация – Павел Вихров из романа «Люди сороковых годов» Алексея-нашего-Феофилактовича-всё-Писемского – он тоже хотел быть писателем и стал им, но Вихров не был ни суперменом, ни здоровяком, не голодал, чтобы сочинять книги, у него были недостатки, он влюяблялся несчастливо несколько раз – и тоже стал востребованным писателем – И ЭТО ЧИТАТЬ ИНТЕРЕСНО, как раз вот это – «про обычного человека, вразвалку и не напрягаясь двигающегося к своей мечте, в течении 30 лет, достигающего ее и к 50 годам получая апатию» - и я не знаю на счёт равняться, но он явно живее, объёмнее и интереснее Мартина Идена, но Писемский написал антинигилистические романы и шёл в разрез с генеральной линией партии, а Джек Лондон плыл куда надо.

- Моя романтически-идеалистическая жилка не угасла и мне не только нужны, но я ловлю ветра перемен, наслаждаюсь работой на разрыв, сносом стен и ломанием преград и радуюсь, что моя скептическая часть так редко получает право голоса, потому что реализм - это настолько неотъемлемая часть нашей жизни, которая оставляет так мало места для надежды и желаний, что хочется устроить штурм крепости или запалить костер до неба и убедиться, что в мире не только есть место приключениям, но и ты можешь их сам себе устроить, хотя бы даже просто разговаривая сам с собой и рассуждая, зачем всё-таки Мартин сверг богов?

- Если бы это был не Мартин, а барон Мюнхгаузен, то да – такой пример заразителен, но, я искренне считаю, что если из романа «Мартин Иден» выкинуть самого Мартина Идена, то роман заискрился бы всеми цветами – там много интересного – яркие, объёмные персонажи, нюансы прачечного дела, много впечатляющих диалогов, эпизод в магазине с португальскими детьми – а сам Мартин Иден, выполняющий свои фантастические обещания – отдать своей сестре в сто раз больше 5 долларов, купивший прачечную бродяге Джо, купивший ферму Марии – я бы, возможно, простил Джеку Лондону некоторую фальшь Мартина Идена, если бы не это выполнение обещанного, ну не выполни ты свои сказочные обещания, Мартин, ты же не сказочный персонаж, ну не выполни, ты же человек, в конце-то концов…, он не мог – выполнил и исчерпал мой кредит доверия.

- Аха, вот и вскрылись все мои потаенные мечты - не выполнить обещанное, не сдержать слово, данное кому-то в любом порыве и состоянии, ведь я сама всегда выполняю то, что обещала; но неужели это может быть реальностью у такого автора, как Лондон, который держал слово до самого последнего порога, до той черты, за которой нет возврата никому, где слова превращаются в пепел и прах; но пока ты жив - это слово, данное другому, держит тебя как якорь, надувает паруса твоего корабля и корректирует твой курс в жизненном море; неужели можно нарушить обещание, данное самому себе, ведь Лондон устами Мартина захотел не только описать красоту Тихого океана, но и красоту жизни, а именно вот этого и не хватило в романе - хотя бы некоторых выдержек из сочинений Мартина, чтобы мы, как читатели смогли оценить не только потенциал его поздно проснувшегося таланта, но и прогресс.

- Мне нравится эта недосказанность – это право читателя «написать» эти книги в себе за Мартина, красоты океана описаны Лондоном в тексте романа весьма лаконично, автор как бы нехотя делится с читателем этим океаном, автор приглашает меня, читателя, в соавторы и это хорошо; мне понравилось противопоставление Бриссендена Мартину, которое сделал сам Мартин – у Мартина трезвое восприятие своего творчества, понимание цены, понимание…

- Но, не смотря на то, что он был реалистом, понимающим цену труда и жизни, умеющим увидеть, что приводит к краху, у себя он не рассмотрел, куда всё движется и к какому падению может привести такой взлет и полет на высоте, недосягаемой для многих; на той самой высоте, где человек превращается обратно в звездную пыль, которая упоминается не только в этом романе, но ещё не так раскрыта, как в других произведениях, где идея ницшеанского сверх-человека сильна не только на протяжении всего повествования, но и за его пределами, чего не происходит тут.

- Для Мартина этот взлёт не имел значения, он хотел взлететь ради права любить и быть с любимой, крылья опалены не взлётом – любовью, а сверх-человек не выдерживает падений, ибо его не учили падать, он умеет только взлетать, а взлетев, надо лететь, но у Мартина не было потребности больше летать - он упал и разбился… об океан. И удивительнее всего оказалось то, что Суинберн научил его летать, подарил крылья, а когда они истрепались и не смогли больше держать его в полете, окончил его полет.