Гордий Будьщо

Эта книжка давно висела вы моем више, но все как то не находился момент для ее прочтения. И я думаю, что прочитать ее сейчас было очень своевременно и актуально, книга во всех смыслах дождалась своего часа.
Действие происходит в маленьком чешском городке в семидесятые годы. Главная героиня Хелена Соучкова, девочка примерно лет 10, этот тот возраст, когда человечек уже начинает многое из жизни взрослых замечать и понимать, но в то же время, ещё нытьё которые за гранью понимания. От лица Хелены и ведётся повествование. Читать было тяжеловато, из за примитивности повествования, ну так как пишет вроде как ребёнок, то все стилизованно под это, но тем не менее лично у меня не было ощущения, что пишет взрослый человек, поэтому хоть и хотелось сложности слога), но автор со своей задачей справилась и было ощущение, что читаешь детский дневник с жизненными наблюдениями. Период не простой, все мы знаем что произошло в Чехословакии в 1968 году, хотя в книге об этом ни слова, но взрослый читатель прекрасно понимает, что все происходящее в книге это последствие определенных событий.
И вот переживания подростка из за своей полноты, школьной травли, отношений с родителями и друзьями, все это перемешивается и со взрослыми проблемами, разговорами важность которых Хелена интуитивно понимает, но не всегда может связать в единую цепочку. Самое занятное, что к концу книги мы видим как ребёнок на страницах вырастает и начинает понимать и осознавать действительность. Чего стоит, переосмысление стихотворения о герое с отважным именем Будь Жегорт , на мой взгляд это прекрасная иллюстрация этапа взросления. А таких моментов будет достаточно.
Родители Хелены, мама и отчим, актеры театра. Актеры это вообще очень сложные личности, это люди которые бесконечно находятся в поиске себя, ролей, гармонии. А про актеров которые должны уживаться в тяжелых жизненных реалиях, когда жизнь строится по принципу «кто не с нами тот против нас», это вообще можно сказать искалеченные личности, потому что именно у этих людей в первую очередь касается выбор плыть вдоль или против течения, что означает для них или первые роли и, соответсвенно, профессиональную реализованность или уход на второй план, что равносильно провалу карьеры.
Родной отец Хелены живет в Америке, она практически ничего не знает о нем. И только отдельно услышанные фразы, не всегда понятные ей, создают для читателя, более или менее целостную картину, отношений в семье.
Вообще интересно было в том плане, что вот вроде ребёнок рассказывает, на очень простом уровне в стиле что «вижу, о том и пою», но у читателя есть возможность сложить весь этот пазл в единое целое, от этого читать становится интереснее. Интересно и то, что не всегда очевидное ребёнку происшествие, для взрослого достаточно лишь намёка и у него уже возникает целостная картинка.
Лично я, по ходу чтения, параллельно вспоминала отдельные моменты моего детства и потом сидела и анализировала их, понимая сейчас, что тогда имелось в виду взрослыми и «пряталось» от ребёнка.

Чехословакия 1970-е гг. Страна под полным контролем иностранных (советских) вооруженных сил.

Родной отец 8-летней Хелен эмигрировал, оставив ей только фамилию, но чтобы не чувствовать себя одиноко с этой своей фамилией – она представляется маминой – Соучкова.
За свой лишний вес девочка постоянно подвергается нападкам одноклассников, получая обидные прозвища.
Влюбленная в рыцаря чешской легенды, прячет в школьном пенале, его изображение, украдкой вырезанное из книжки. Она обожает рисовать и мечтает об огромной коробке карандашей, где есть редкий сине-зеленый цвет для русалочьих хвостов.

Эта книга – сборник историй, рассказанных Хелен, будничная жизнь, которой, на первый взгляд не многим отличается от сверстниц, разве, что они не стали свидетелями этой болезненной для Чехословакии эпохи.

Девочка замечает многое, хотя далеко не всё понимает. Её наивность и порой безумные ассоциации забавляют и добавляют света в историю.
И кажется, что всё нормально!

Только вот мама перестала получать роли в театре, т.к. отказалась вступать в коммунистическую партию. А самой Хелен не позволяют рассказывать стихи на школьном празднике, потому что она дочь «той Соучковой».
Совсем не понятно, почему добрая и веселая учительница с продленки сама убила себя.
Не понятно, почему близкие и знакомые люди так радуются переезду в Америку или Западную Германию, когда совсем недалеко есть красивая Прага, жить в которой большая мечта Хелен.

Могу только представить, как сложно писать от лица 8-летней девочки. Но Ирене Доусковой удается описать мир, который состоит из серых пейзажей, бронзовых шахтеров и гренок без чеснока, так, что кажется, что он – мир наполнен теплом – солнечным и человеческим.
Кроме того, это пример того, что история, рассказанная ребенком, не обязательно должна быть детской.

Неоднозначная история. С одной стороны я совершила путешествие в прошлое и прониклась атмосферой детства моих родителей. Песни под гитару, взаимовыручка, теплая бабушка и много чего доброго, простого. Этим книга цепляет. Но если не спотыкаться об чешские имена, то рано или поздно накроет состояние не принятия книги.
В начале книги есть некое двойное предисловие, которое нам объясняет, что это не исторический срез, не мнение взрослых, а мир глазами ребенка. Так вот со времен книг про Маруся я очень не люблю именно такие книги про детей. Я думала здесь будет история про Чехию глазами ребенка, но столкнулась в попытку автора быть ребенком. Не люблю когда так делают. Взрослый уже в принципе не ребенок, но ладно есть авторы которые умеют и могут писать от лица ребенка, в пример Астрид Линдгрен - Астрид Линдгрен. Лучшие сказки (сборник) и ее рыжеволосая девочка. Но всякие Маруси и Хеленки написанные взрослым не настоящие.
В общем книга мне наскучила и безумно разозлила под коннец.

Я эту небольшую книгу, в 436 страниц в моей читалке, читала несколько дней, читала написанные буквы в личном дневнике Хеленки Соучковой, живущей

и понимала, что читаю не только то, что Хеленка написала открыто и честно, но и то, о чём она умолчала, то, о чём упомянула между строк, оставив для размышления читателям.
Как написала в заключение своего предисловия сама Ирена Доускова:

Противоречие, столь точно подмеченное Хеленкой, когда она замечает среди школьных будней события 70-х годов, понимая, может быть, далеко не всё в силу возраста, записывая происходящее с ней, с её родными, учителями, учащимися её школы. Записки эти, иногда смешные, иногда грустные, иногда о непонятном (ученице второго, затем и третьего класса) мире взрослых, до которого Хеленке ещё далеко.
Хеленка переживает, когда у её мамы, Каченки, на работе в театре неприятности, когда мама играет роль служанки в постановки — значит, что-то нехорошее и жить будет труднее, денег будет меньше. Или ещё, когда умерла учительница с продлёнки пани Ольга Ержабкова,

Так мог написать только ребёнок, с открытыми глазами смотрящий на мир вокруг себя. Ещё многого не понимает, но подмечает, записывает, фиксируя происходящее с ней самой. Записывает так, как понимает, как было, ничего не приукрашивая и не меняя,

Иногда от этой правды смущаешься и чуть ли не краснеешь, так наивно ребёнок смотрит на мир взрослых, что ой просто — взрослому понятно, откуда берутся дети, если мама не замужем, а ребёнку, вроде Хеленки, нет.
Хеленка и её ровесники — ещё дети, по-детски смотрящие на окружающий их мир, ещё только познающими тайны вселенной. Детские разборки, ссоры, игры — всё так знакомо и понятно даже сейчас. Хеленка побывала в Праге, увидела движущиеся лестницы-эскалаторы и записывает о них наивно, да, если смотреть как взрослый, но так понятно, для ученицы 3-го класса.

Это не наивность, это чистый и совершенно искренний взгляд ребёнка…

Вот вроде бы речь в книге идёт про 70-е годы XX века, а Хеленка, размышляя о мире взрослых, и вспоминая своих родных (виновата, я в её родословной запуталась), пишет, что Фрайштайнам что-то сделали фашисты (так кажется в книге) в недавнюю войну. И продолжает наблюдать за миром дальше, — и тут понимаешь, это упоминание прошедшей войны неслучайно и понятно становится многое, то, что скрыто, остаётся вторым планом и о чём не говорится прямо. Намёк там, намёк тут, и получается широкое, объёмное полотно, необыкновенное широкое что вглубь (по годам) что вширь (настоящее, прошлое и будущее).
От такой картины у меня не раз захватывало дух и хотелось перевести дыхание, чтобы осознать, прочувствовать всё происходящее в книге «Будь Жегорт».

Будь Жегорт, кстати, которого Хеленка воспринимает как героя и на которого равняется, в которого верит всей душой, оказывается… Но я позволю себе об этом умолчать.

Прочитай я эту книгу раньше, наверное я бы её так не поняла, не увидела бы всей картины. А сейчас… Это что-то необыкновенное, хочется мне сказать, так написать об истории Чехии 70-х годов XX века, истории, читая которую в энциклопедии, я мало что смогла понять, но это не потому что не воспринимаю новое, а потому что банально запуталась в датах, фамилиях, названиях партий и прочем. Жаль, придётся попробовать понять понять этот период («Пражская весна» и последующие за ней события) ещё раз, более вдумчиво и подробно.

Цю книжку не можна назвали великою чи визначною, але вона, безумовно, необхідна, бо справді важлива. Центральноєвропейська література ніколи не була для мене легкою у сприйнятті, та чеській письменниці Ірені Доусковій вдалося своєю розповіддю зламати цей стереотип.
«Гордий Будьщо» – про непросте дитинство однієї окремо взятої дівчинки Геленки, надзвичайно обдарованої, проте товстенької, а тому часто нещасної. Справжнього свого батька вона не знає і не любить, не хоче носити його прізвища. Ровесники її, зазвичай, не розуміють і не хочуть з нею гратися. Геленка дуже любить поласувати солодощами, але їх їй не дозволяють їсти через повноту. Та все ж дівча знаходить розраду у малюванні, створенні скульптур і навіть в балеті. Любить одних родичів та недолюблює інших, шукає друзів, обожнює Прагу, бавить молодшого братика, захоплюється театром, в якому служать її мама та вітчим.
Та крізь тло легких і наївних розповідей дитини про її буденне життя проступають справжні причини нещасливості цього дитинства. Радянська окупація Чехословаччини і так званий період «нормалізації» 70-их-80-их років ламають життя батькам Геленки. Їх, незгодних з режимом, звільняють з театру, сім’я поступово руйнується проблемами, які на неї сипляться, в дитини виникають труднощі в школі. На всіх них насувається безгрошів’я, сірість, забуття, в той час, коли сім’ї радянських військових офіцерів живуть у достатку та визнанні.
Попри свою легкість в прочитанні, дитячу наївність, а інколи навіть комічність, книжка є дуже серйозною. Вона відкриває завісу «щасливого соціалізму» в країнах Варшавського договору та показує його реалії такими, якими вони були насправді для пересічних людей, а не такими, якими їх малювала на плакатах пропаганда.

Я справді щаслива, що ця книга перекладена українською. Тому що важко знайти твір на кшталт цього, де б дитячі спогади переплітались з суспільними проблемами. Справа у тому що мені ну неймовірно цікаві дві революції, які не відбулись - це угорська революції 56-ого і чехословацька 68-ого і коли я зрозуміла, що ця книга має певне відношення до цього періоду, вирішила - читатиму! Перекладачка у післяслові влучно зауважує що у вітчизняній літературі аналогу просто немає, тому що українські письменники хочуть писати лиш горду класику та боїться посміятись над власним минулим. Але Ірена Доускова не побоялась і написала дуже легку книгу про складні речі.

Головна героїні - Геленка Соучкова або Фрайманова, живе в період так званої - нормалізації (репресивні заходи в Чехословаччині після Празької весни), її мати та вітчим - актори, справжній батько виїхав у Штати, а бабуся-єврейка - вбита під час Другої світової, інша бабуся пише справжньому батьку дівчинки листи перебільшуючи все, що тільки можна перебільшити. Геленка дуже безпосередньо дивиться на цей світ і іноді під час читання смієшся і плачеш, майже одночасно. Сподобалось, що авторка не дає жодних оцінок і не ставить вердикту системі, а просто розповідає побачене (не секрет, що роман трохи автобіографічний, а персонаж Геленки - це узагальнений образ тогочасної чеської дитини) і ці спогади переконують більше, ніж от ці байки про “хороше соціалістичне минуле”.

Считаю, что книга стоит внимания, если из неё вы узнаёте что-то новое. Это как раз та ситуация.
Повествование идёт от лица восьмилетней девочки Хелен, которая живёт в провинциальном чешском городке Ничина. 1970 год. Её воспоминания разворачиваются на фоне трагических событий. В 1968 году советский союз ввёл войска в Чехословакию. Таким образом, реформам Пражской весны пришел конец.
Стыдно, что мало знала об этих событиях. Книга вдохновила на то, чтобы я лучше изучила эту эпоху. Там все оказалось сложнее, чем я предполагала. Рассказывать о том, зачем это было нужно и к чему это привело не буду. Но почитать советую, мне было интересно.
Автор показывает эти события на примере обычной семьи. Возможность посмотреть на ситуацию изнутри.
Наивные взгляды восьмилетней героини умиляли. Тема, когда повествование идет от лица ребенка, не нова. Но именно это делает книгу такой искренней. Ситуации, которые взрослым кажутся сложными со стороны ребенка оказались простыми. То, что мы иногда не можем описать словами, ребенку кажется очевидным. И когда он это произносит, начинаешь задумываться, что это действительно было не так сложно. Именно этот эффект я почувствовала в произведении Ирен Доусковой.
«Это очень важно – так смотреть на прошлое, чтобы не повторять ошибок», - последнее предложение описания книги. Лучше и не скажешь!
Помимо, исторических событий мы видим мир восьмилетней девочки. С её детскими переживаниями. У Хелен целый мир, который состоит из злых шуток сверстников, занятиях лепкой и мечтах о Праге и фломастерах. Пусть сейчас нам кажется это смешным. Все потому что, что мы уже не помним свои восемь лет.
Если помните, расскажите, что вас волновало в то время?
P.S. После того, как прочитала, узнала, что у книги «Будь Жегорт» есть продолжение. Произведения называются «Онегин был русский» - гимназические годы Хелене, и «Дарда» - взрослая жизни в современной Чехии. Интересно, переведут ли эти книги на русский?

Детское восприятие мира — удивительная вещь. Еще Достоевский в «Дневнике писателя» отмечал, что «сложные понятия прививаются к ребенку совсем незаметно, и он, еще не умея связать двух мыслей, великолепно иногда понимает самые глубокие жизненные вещи». Действительно, многое во взрослом мире для детей — загадка, зато иногда они проникают в суть явлений быстрее и точнее любого из нас — как восьмилетняя Хеленка, героиня повести «Будь Жегорт».

Детство Хеленки выпало на непростой период в истории Чехословакии — так называемой нормализации, застоя после «Пражской весны». Это было время «повторного сламливания личностей и уничтожения жизней (в первую очередь профессиональных), утраты собственного достоинства, смены одежд» — пишет в предисловии Ирена Доускова.

Хеленка не знает, что значит «застой» или «нормализация», но это не делает ее менее проницательной. Она описывают жизнь без прикрас и само ее непонимание является гарантом правдивости — у нее нет политической позиции, она не интерпретирует, не строит прогнозы на будущее, не ждет падения советского союза, а просто живет. Живет и замечает, что родители все чаще ссорятся и кричат о чем-то непонятном за закрытой дверью, что у всех тревожные лица, что маму постепенно выживают из театра, что слово «все» почему-то может разозлить и много других вещей. Замечает — и живет дальше.

Читая книгу, нельзя в не влюбиться в главную героиню — так глубоко писательница проникла в детский ум, так искренне и безыскусно звучат ее слова. В этой книге много смешной путаницы (одна из них вынесена в название), непосредственности и счастливых мгновений. Однако детство Хеленки далеко не безоблачное, и дело тут совсем не в политическом режиме. Хеленка неуклюжа и полновата, а мы знаем, как дети иногда бывают жестоки. Где-то в далеком месте под названием «Нюйорк» живет родной отец Хеленки — и она боится: вдруг ему придет в голову ее забрать? А в семье непростые отношения между мамой и бабушкой часто заканчиваются бурными скандалами. Но и свои горести Хеленка описывает так же, как все остальное — с бесконечным приятием мира и всего, что есть в нем хорошего и плохого. Много ли взрослых может этим похвастаться?

3,5 часа и страницы внезапно закончились. Ещё одна книгу в копилку лучших, что я читала. Жаль, что лишь одна из трилогии переведена на русский, но, может, оно и к лучшему, всё равно мне безумно хотелось оригинал. Сравнить так же ли красив слог автора со слогом переводчицы, и в глубине души я чувствую, что он более чем. Повествование идёт от лица восьмилетки, которая ещё так наивна и совершенно не понимает взрослой жизни. У неё проблемы, а-ля «в школе надо мной будут смеяться» или «страшно умереть от сердца» или «не знаю, что значит надраться», которые мне в процессе чтения со взгляда моих 22-х кажутся ерундой, но я вспомнила историю, как в началке девочка сказала мне, что если я не буду с ней дружить, она всем расскажет, что я знаю слово «секс», и я была очень расстроена и села с ней за одну парту :) Сколько переживаний детского сердечка в этой книге, таких ерундовых, но даже милых. В книге есть о чём смеяться до слёз, есть о чём переживать, есть что вспомнить из своего детства и словить ностальжи. Очень-очень лёгкий язык произведения, захватывает с первой буквы и до последней страницы.