Мой любимый sputnik

В этой книге затрагивается, столь часто используемая Мураками, тема другого мира, а также проблемы одиночества, и неразделенной любви.

Для меня книга оказалась немного сложной к пониманию с точки зрения сюжета и причинно-следственных связей …много что приходится додумывать, точных ответов почему так нет)

Я сделала для себя вывод, что автор описывает что герои сталкиваются в жизни с потрясениями, которые лишают их части себя… остаются только пустые оболочки…поднимается тема одиночества, все связи не вечны. Возможно люди сравниваются со спутниками, которые бороздят космос в одиночку..вообще после прочтения этой книге хочется больше ценить своих близких людей, вот такое у меня осталось впечатление

это больше не рецензия, а личные выводы, к которым мне удалось прийти после прочтения «моего любимого спутника». в какой-то степени это трактовка загадочной концовки и попытка распутать идейную нить, то, зачем это произведение писалось и с какими размышлениями можно столкнуться. 

но для начала немного впечатлений от прочитанного.

это длинная романтическая история с присущей японской литературе обильной метафоричностью, порой настолько награможденной, что воспринимается она инфантильно-милой. мураками рассуждает не только о том, как герои в рамках произведения переживают (или не переживают) факт потери и, как следствие того, мучительного одиночества, но и о том, как человек учится терпеть, как он находит ориентиры, как другие люди оказывают на него судьбоносное влияние и даже то, как устроено писательство в целом. описания провоцируют яркие визуальные образы, настолько витальные и подробные, что потребность в экранизации произведения сменяется осознанием, что напечатанных слов достаточно для того, чтобы посмотреть в голове полноценный фильм. но не менее любопытно стоящее за всем этим рассуждение. 

каждому человеку постоянно приходится с чем-то расставаться. часто расставаться без прощания — то, что казалось основополагающим, незыблемым жизненным фундаментом, откалывается внезапно и стремительно отдаляется, курсируя по собственному пути. точно так же, как увеличивается расстояние между двумя спутниками, двумя железками, рассекающими холодный космос, которым суждено было сравняться на предательски короткий срок и расстаться на орбите планеты земля.

когда настигает расставание с чем-то дорогим и фундаментальным, в человеке образуется полость, пустота, не имеющая ничего общего с жизнью. огонь, заженный внезапно стечением обстоятельств, так же внезапно может быть погашен по неосторожности, или просто потому, что так устроена сама жизнь, и таков исход событий в контексте конкретной души.

настигающее от потери одиночество делит человека напополам — и кажется, что та его «правильная», полная воли к жизни часть растворяется вместе с тем, чему или кому суждено было стать лишь далеким отголоском в памяти. и поиски невнятного «я» сводятся к нахождению лишь пустой, полупрозрачной оболочки, на дне которой тщательно запрятан один только осадок, крупицы воспоминаний о потерянном фрагменте, о том, что некогда являлось единственным источником жизни. 

в зависимости от тяжести потери и степени душевной устойчивости человека, позволяющей ему также смириться с правилами новой пресной игры, он либо принимает факт собственного опустошения, оставляя покинутые образы и собственную половину существовать где-то в далеком мире потерь, либо поддается соблазну и погружается туда же всецело, выбирая мир сноведений и безоблачного прошлого вместо переменившейся действительности. во втором случае, закрывается возможность любой перспективы, возможность плыть по течению времени. лишь неподвижный ваккуум, влекущий тем, что в нем еще не приключилось того страшного судьбоносного разделения. влекущий неизменным «до», в котором все всегда исключительно прекрасно.

однако, если пропадает что-то настолько незыблемое, без чего человек теряет свою суть, то эту отколотую часть можно воспринимать недилимой от того, от чего она с таким треском отвалилась. в том числе то, чему не суждено существовать в физическом мире, могло оставить столь перманентный след, что после перемещения в разряд воспоминаний, оно, в сущности, продолжает жить — жить в мыслях, жить напоминаниями о том, как все было, жить голосом, определяющим дальнейшие шаги. пускай голосом, вторящим исключительно фантомными связками. в сущности, некто или нечто, до того, как бесследно пропасть, можно назвать причиной, а новую личность, пережившую потерю — следствием, возможно пугающим своей пустой и искалеченной наружностью, но с нутром, переменившимся потому, что тот человек, стоящий за этой оболочкой, некогда был питаем внутренним огнем и некогда этого огня лишился. но воспоминания об этом огне и оставленная им зола неискоренимы. следствие не может существовать без причины. кровь прольется, если до нее следовал выстрел. как дихотомия в понимании пифагорейской школы — противоположные части все равно являются частями одного целого. они объясняют и восполняют друг друга.

чтобы существовать среди руин развалившегося жизненного контекста, этот усопший пласт существования необходимо соединить с чем-то новым и живительным. в союзе гробового покоя одиночества и прорастающих сквозь него найденных после смыслов собственного бытия, вырастает сильный человек — не пугающийся и помнящий прошлое, но оставляющий место для того, что ждет его впереди. 

В последние время мне стали часто попадаться книги с непонятным для меня концом. Раньше я бы расстроилась, но сейчас нпроцесс чтения книги, и он мне ооочень понравился.

Сумирэ немного странноватая, но очень живая, это меня и зацепило в ней. Иногда её чувства перекликались с моими, и благодаря этому я смогла кое-чему научиться у неё. Её взаимоотношения с книгами и писательствомаслаждаюсь этим. Главное - ободрили меня, особенно с писательством. Я не так часто задумываюсь, что мне нужно излагать свои мысли текстом, но всё-таки это и правда заставляет меня размышлять лучше. Именно поэтому я и пишу сейчас эту рецензию.

Вам может не до конца быть понятен сюжет, герои и т.д., но слог Мураками и это трепетное отношение героев к литературе, думаю могут затронуть каждого. Так что, хотя бы ради этих ощущений, стоит прочитать эту книгу.

В книгах Мураками прослеживается одна четкая линия - человек состоит из нескольких личностей, субстанций. Раздвоение, в зеркале отражение и внутри, и снаружи. Существует «та сторона» и «эта сторона».

Три жизни-первое лицо, от которого идёт повествование, Сумирэ и Мюу,  застрявшие в любовной паутине: 

«Итак, я здесь, на этом маленьком греческом острове, завтракаю с красивой женщиной старше меня, с которой только вчера познакомился. Эта женщина любит Сумирэ. Но не чувствует к ней никакого сексуального влечения. Сумирэ любит эту женщину и хочет ее. Я люблю Сумирэ и меня к ней влечет. Я нравлюсь Сумирэ, но она не любит и не хочет меня. Я испытываю сексуальное влечение к одной женщине – имя не важно. Но не люблю ее. Все так запутано, что сильно смахивает на какую-нибудь экзистенциалистическую пьесу. Сплошные тупики, никто никуда не может выйти. Должны быть альтернативы, но их нет.»

На мой взгляд, это не лучший роман автора, скучноват и предсказуем (что у Мураками бывает редко). Не раскрыта пропажа Сумирэ, она как пропала непонятно, также непонятно и появилась. 

Но тема одиночества красива и точна в описании. Мы рядом, но каждый сам по себе; мы знакомимся, общаемся, влюбляемся, расстаёмся, снова знакомимся, но каждый по своему все равно остаётся одиноким, остаётся много недосказанностей, много того, что прячется глубоко внутри, не найдя выхода...

«Почему все должны быть такими одинокими? Почему это необходимо – быть такими одинокими? Столько людей живет в этом мире, каждый из нас что-то жадно ищет в другом человеке, и все равно мы остаемся такими же бесконечно далекими, оторванными друг от друга. Почему так должно быть? Ради чего? Может, наша планета вращается, подпитываясь людским одиночеством?»

Вот как интересно у Мурками получается облечь чувство одиночества в слова? Вернее, надеть его на героев книг? У автора одиночество словно одежда, читаешь и каждый персонаж будто обволакивается этой пленкой, или надевает пальто и тебе уже хочется его пожалеть, а вместе с ним пожалеть и себя и весь мир, потому что все мы такие как герои его историй. Будь то второстепенный персонаж и главный герой все как будто пришибленные, короткими мазками автор наделяет их чувством отчуждённости, потерянности и одиночества.
Если бы меня кто-то спросил нравится ли мне Мураками? Я бы ответил да, очень нравится. Но если бы попросил посоветовать какую-нибудь книгу, я бы не смог, и не потому что все хорошие, а потому что практически не помню не одной, хотя и прочел практически все. Не могу вспомнить что же происходило в той или иной книге, как не стараюсь, хотя читал не так давно, хотя ощущение того что книга понравилась осталось.
В этой истории автор, выступая в роли рассказчика описывает девушку, кажется Судзуми ее зовут. Такая себе странная девушка, хотя и типичная, и почему странная сразу не скажешь, отличная просто от серой массы и одинокая. Такая себе серая ворона или воробей, которая в один из дней влюбляется в женщину старше ее на 17 лет и к тому же замужнюю.
Главным героем, как и во многих других книгах Мураками выступает – мужчина/парень безнадежно влюбленный в девушку, которая в свою очередь испытывает страсть к другому/другой. Но история не ограничивается любовным треугольником, это полуфантастическая история, сюжет которой лучше не рассказывать. После прочтения остается много вопросов, по крайней мере у меня остались, для кого-то может все будет понятно и так. Мне нравится, когда книги оставляют послевкусие недосказанности, просто для полета фантазии и самостоятельного доосмысления происходящего. В этом, наверное, эта книга одна из лучших к Мураками.

Сложно писать рецензию на эту книгу, потому что получится какой-то поток не слов, а эмоций. Может быть, в этой книге и не важен сюжет, а важна атмосфера, наполненность чувствами, недосказанностью. Я не скажу, что Мураками мне сильно нравится как писатель, но есть одна "маленькая деталь", которая заставляет меня продолжать знакомство с его романами. Практически в каждой книге в какой-то момент в сюжете или в личностях героев я нахожу параллели со своего жизнью, с моими мыслями, с моими чувствами. И это подкупает, книга становится ближе.

... Мы словно связаны с друг другом одной и той же нитью. Точно. Мне только нужно тихонько потянуть эту нить на себя...

У каждого в этой жизни есть свой собственный спутник. И пусть он близко порой, но он с вами душой.
Загадочный роман века - не в бровь, а в глаз. Кто же такая Суримэ на самом деле? Плод воображения? Не думаю, на пару секунд я уловила запах ее духов в своей комнате.
Стесняюсь спросить как автор может, так передавать чувства, настроение и запахи героев, что я начинаю чувствовать их всем своим нутром.

Сначала этот расклад кажется банальным. Потом думаешь, что лучше бы он оставался банальным. Потом вообще ничего не думаешь, потому что перестаешь понимать что-либо. Милый любовный романчик? Нет. Леденящая душу мистика? Нет. Детектив закрытого типа? Нет. Дикий коктейль из всего? Тоже нет. Будто кто-то сделал мороженое с фруктами и стеклянной крошкой - выглядит вкусно и аппетитно, но кушать это явно невозможно.

Японская литература, порадовав и приободрив меня книгой Кэндзиро Хайтани "Взгляд кролика" , подставила подножку с помощью Мураками. Поначалу повествование не вызывало никаких дурных предчувствий, однако ближе к финалу традиционный японский трэш все-таки вылез наружу во всей своей красе. Слабовыраженный безымянный рассказчик, от лица которого и ведется речь, в книге кажется вообще лишним - уберите его, подотрите пару деталей, и ничего не изменится. О героинях нельзя ничего сказать без спойлеров, но красивая полярная лисица своим другим именованием, произнесенным с грустью на выдохе, справится с этой задачей. Да и в целом эта история напичкана ненужными деталями и моментами, будто автору платят за количество символов, а потому он постарался обеспечить себе гонор побольше: излишне длинная завязка (особенно на фоне скомканного финала), неясные документы Симурэ, Морковка и степлеры.

Это вторая книга Мураками, прочитанная мною, которая мне не понравилась, а потому он под аплодисменты покидает студию.

Мы с Мураками старые друзья, которые периодически встречаются, убеждаются, что им есть о чем поговорить, что отношение друг к другу не изменилось, и удовлетворенные и пресытившиеся общением расходятся, чтобы долго не встречаться потом.
Это действительно так: который раз возвращаюсь к Мураками, уже одолеваемая чистейшей воды любопытством: а как я сейчас восприму автора? какими мне сейчас покажутся его книги? И каждый раз все практически без изменений - как были сложные и неоднозначные отношения с ним, так и остались.

Тут все, как я люблю: меланхоличная рефлексия, оторванные от реальности размышления, много музыки. И еще меня очень воодушевляет, как у Мураками выходит писать о героях, нашедших дело по душе или вот-вот готовых к этому прийти. Внутри расползается тепло, покой и уют, когда читаю о таком - здесь это, например, рассказчик, которому нравится быть учителем и нравится работать с детьми; или Мюу, которая вкладывает душу в то, что делает - лично выбирает вина, ездит по миру и все контролирует сама. Я уже не первый раз встречаю эту тему в книгах автора, и читать об этом мне настолько нравится, что, может быть, только поэтому мне стоит встречаться с Мураками еще и еще.

Не понравилось мне две вещи: конец и чрезмерность в описаниях интимных или сексуальных подробностей.
Конец показался размазанным и расплывчатым. Было ощущение, что про меня как читателя вообще забыли в конце повествования.
А тема секса и интимных подробностей из книги в книгу перетекает, но раньше это меня не беспокоило вообще - то ли потому что мало книг у автора прочла и с большими промежутками, то ли там мне это казалось к месту. А здесь в какой-то момент это начало действовать на нервы - упоминания к месту и не к месту, умышленное акцентирование. Копошится неприятная мысль, что у автора какой-то пунктик на этот счет (так же, как и про музыку и еду).

Мне кажется, это такое типичное творение Мураками без ярко выраженных перегибов в какую-либо сторону. Возможно, с этой книги будет идеальным начать знакомство с автором - легко выстроится картинка, как и о чем он пишет, и при этом это будет такое мягкое по погружению знакомство.
Что сказать напоследок - мы с тобой еще встретимся, Мураками.