Имя мне — Красный

Знакомые хвалили мне этот роман. Он и правда лучше, чем многие другие романы Памука (хотя, пожалуй, "Новая жизнь" мне все же понравилась больше), нет там слишком извращенных психологических типов, как во многих других его книгах. Но все же не могу сказать, что я в восторге. Про работу миниатюристов там, впрочем, действительно очень интересно, а еще оригинальное построение самого романа - от лица разных героев, в т.ч. не людей - животных, красного цвета и даже шайтана. Однако ни один из героев мне по-настоящему не понравился и даже не вызвал особенных симпатий. А еще очень надуманными показались описания того, как художники мечтают в конце жизни ослепнуть, что им дает слепота итп.

Больше всего мне понравились некоторые замечания по поводу творчества художника - они верны, в общем, и для всякого творчества. И еще некоторые забавные приколы над религиозным фанатизмом - хотя и мусульманским, но это во всех религиях существует.

Персидский шах ... начал выживать из ума: охладел к развлечениям, вину, музыке, поэзии, рисунку. Когда он расстался с кофе, голова его совершенно перестала работать...

Настоящие талант и пастерство не пропадают от любви к золоту и славе. Честно говоря, я считаю, что деньги и слава - это право таланта, они окрыляют художника.

Аллах создавал мир таким, каким его хотел бы видеть умный семилетний ребенок.

Мастерство наше не в том, чтобы нарисовать пережитое, а в том, чтобы изобразить, не пережив.

Легенды входят в историю не потому, что похожи одна на другую, а потому, что отличаются друг от друга. Мастером становится художник, который делает чужие легенды понятными нам.

В жизни людей волнуют сказочные истории о любви, богатстве и власти. А все остальное - это их реальная жизнь: печаль, ревность, одиночество, враждебность, слезы, сплетни и нескончаемая нищета; этим они похожи друг на друга, как и вещами в доме.

Художник рисует, повинуясь своей совести, прислушиваясь к ней и соблюдая правила, в которые он верит; он ничего не боится. Ему нет дела до того, что скажут его враги, ученики или завистники.

Цвет - это прикосновение глаза, музыка глухих, слово, звучащее в темноте.

Аллах любит меня - это чувство у меня иногда возникало на войне. Аллах покровительствует мне, и потому все будет хорошо. В таких случаях возникает внутренняя уверенность, вы делаете все, что вам придет в голову, и ваши действия оказываются правильными.

Рисование живет не стыдом и печалью, а влечением, испытываемым художником, и это влечение преображает любовь к человеку в любовь к Аллаху, а любовь к Аллаху - в любовь ко вселенной, которую он видит.

Приглашение от трупа в первой главе к разгадке убийства быстро перерастает в любопытство по поводу книги, которая является центральной в сюжете романа. Какая книга может обладать такой силой, что толкает уважаемых художников на убийство? Настолько ли ужасны последствия иллюстраций в книге, что это искусство можно считать кощунственным?

Богатое, искусно сотканное литературное полотно, секреты которого кроются в тщательно продуманных деталях, ложных следах и глубине души его создателя, воспевающее красоту, воображение и интеллект древних произведений искусства и методов живописи. И конечно Стамбула с его историей, культурой, едой.

Это одновременно умно запутанная тайна, пленительная история любви и ода силе искусства. История, действие которой разворачивается в Стамбуле XVI века: Султан поручил самым известным художникам страны создать великую книгу, воспевающую славу его королевства. Их задача украсить работу в европейском стиле. Но поскольку изобразительное искусство может считаться оскорблением ислама, этот заказ — действительно опасное предприятие. И когда один из выбранных миниатюристов исчезает, единственная подсказка к разгадке тайны кроется в самих незаконченных иллюстрациях. Частично фэнтези, частично философская головоломка, этот роман — калейдоскоп из приключений на пересечении искусства, религии, любви, секса и власти.

В романе лауреат Нобелевской премии Орхана Памука «Имя мне — Красный» погружает нас в художественный круг средневековых ремесленников, трудящихся над созданием таинственной новой книги, круг, полный профессиональной зависти, нарциссизма, скрытой любви и, прежде всего, разногласий по поводу правильного способа написания и изображения картин в рамках одного строгого религиозного канона. В этом историческом романе персидские формы искусства сталкиваются с набирающим силу венецианским влиянием, и один из художников начинает понимать, что для того, чтобы найти убийцу Элегантного Эффенди, необходимо глубоко изучить мировоззрение и взгляды на искусство каждого из трех подозреваемых миниатюристов.

Во-первых, этот роман — интригующий детектив, который играет с нами и держит тайну убийцы до конца. По тексту словно по ковру с восточным узором разбросана часть подсказок относительно его личности.

Кто мог убить Элегантного Эффенди? Ещё один завистливый миниатюрист? Или, может быть, религиозный фанатик, недовольный тем, как четверо творцов начали тайно работать над новой книгой? Какова природа новой книги, заказанной султаном? Действительно ли она была задумана для изображения образов, противоречащих исламской вере? Вскоре Кара оказывается перед задачей не только завоевать расположение Шекюре и её отца, но и найти убийцу, поскольку вскоре после этого совершается ещё одно убийство, и Шекюре разрывается между верностью своему деверю и преданностью отцу. Кара понимает, чтобы узнать личность убийцы, надо обратиться к самым ранним истокам персидского искусства, его источникам вдохновения и рассмотреть характер его взаимосвязи с западным аналогом. Изображения начинают говорить сами за себя в книге, когда Кара обнаруживает, как произведения искусства прошлого формировали стили современных миниатюристов, и именно здесь может скрываться разгадка тайны убийства.

Книга представляет собой психологически напряженное путешествие, в котором разворачиваются любопытные ситуации, описанные с разных точек зрения. Создаётся впечатление, что Памук не позволяет нам увидеть лес за деревьями — по мере чтения мы ослеплены или отвлечены различными субъективными мнениями, которые не дают нам увидеть более широкую картину или «объективную» истину. Парадоксально, но мы, как читатели, одновременно всеведущи и «слепы», потому что, хотя мы и понимаем, что происходит в умах каждого из рассказчиков, нам не сообщается самое важное, и мы теряемся в многочисленных деталях повествования.

«Имя мне — Красный» — размышление о природе и создании искусства, о его внешних влияниях и развитии. Памук противопоставляет восточную традицию представления искусства (с упором на повторение и анонимность художников) западному влиянию (включая подписи и портреты). Многие персонажи романа сетуют на растущую «вестернизацию» своего искусства, опасаясь последствий для своей религии и традиций. Что-то теряется в их преданности Аллаху, поскольку искусство начинает слишком точно имитировать жизнь (только Аллах может быть источником всего истинного творения), а некоторые недостойные персонажи занимают центральное место в живописи.

Существуют также опасения, что исторические корни османского искусства и методы старых мастеров будут забыты и проигнорированы из-за тщеславия некоторых миниатюристов, стремящихся оставить после себя свой собственный почерк или новые стили. Таким образом, на фоне детективной истории разворачивается также линия, как стили художников приравниваются к ошибкам, и о восхитительной природе слепоты для художников. Кара пытается осмыслить этот парадокс профессии художника в мусульманском городе, надеясь, что это приведёт его к убийце:

Памук позволяет нам окунуться в прекрасные картины старых мастеров Османской империи, пройти сквозь армии и влюблённых, смотрящих друг на друга издалека, позволяя нашему воображению слиться с лучшими картинами, созданными на Ближнем Востоке.

В этом романе есть ещё аспект. Мы довольно хорошо узнаём Шекюре, прекрасную дочь Эниште Эффенди — её муж считается погибшим после того, как четыре года назад отправился на войну, и она остаётся с двумя маленькими сыновьями. Приезд Кара нарушает ухаживания её деверя Хасана, и мы понимаем, что Кара всегда был страстно влюблён в Шекюре… или нет? Здесь снова вступает в игру искусство, и жизнь начинает подражать искусству. Субъективная природа любви связана с субъективным восприятием произведений искусства, а ухаживания Кара и Шекуре связаны с одной из древнейших персидских басен — «Хосров и Ширин» персидского поэта Незами Гянджеви (про трагическую историю любви), а также с влюблённостью в первое изображение любимого человека: «любовь… должна пониматься не через логику, а через её нелогичность.

Красный цвет незаметно проникает в повествование и повторяется там, где мы приближаемся к истине. Красный символизирует кровь и насилие, но также и страсть, поскольку похоть Кара становится неуправляемой, хотя его сердце остаётся «чистым», как у ребёнка:

И Сатана, и Смерть тоже высказываются в этой книге: «по сути, мы хотим изобразить нечто неизвестное нам во всей его тени, а не то, что мы знаем во всем его сиянии», и в конце концов книга превращается в незабываемое приключение в тайны искусства, жизни, любви и смерти.

Это многослойный и яркий детектив с необычной структурой, которая погружает нас в тайны османской живописи и атмосферу средневекового Стамбула. Это настоящий захватывающий роман, пропитанный историей османского искусства, где басни и реальность, а также жизнь и искусство необъяснимым образом сливаются, создавая уникальную историю.

Читать эту книгу сейчас — поучительный, хотя и жутковатый опыт. Её тема — столкновение культур: религиозной традиции, подчиняющей человека Богу, и новомодного индивидуализма, ставящего человека в центр Вселенной. Роман идей и размышление о том, как Восток и Запад могут встретиться. А что из этого может выйти — остаётся нам на размышления.

Он мог бы быть просто миниатюрой, забытым персидским орнаментом на полях истории, но влюбился в перспективу. А вместе с этим — в идею, что художник может видеть по-своему.

Орхан Памук написал роман, от которого у меня осталась не просто послевкусие, а целая галерея чувств: грусть, восхищение, страх и такое любопытство, от которого буквально зудит под кожей. Я шла за героями как за ниткой, распутывая клубок — кто убил, кто соврал, кто предал искусство… Но в какой-то момент поняла, что ищу вовсе не убийцу, а ответ: имею ли я право видеть мир иначе, чем меня учили?

Главный конфликт романа — не столько в убийстве (хотя и оно — там, да), а в столкновении восточной и западной эстетики. Восток говорит: художник — тень Бога, нельзя рисовать лицо, нельзя искать славу, нельзя выражать себя. А Запад нашёптывает: а что, если ты имеешь право на свой взгляд?

И вот ты уже стоишь между двух миров — на мосту Стамбула — и чувствуешь, как этот внутренний раскол касается не только героев, но и тебя.

Памук пишет остроумно, тонко, с невероятной любовью к деталям. Иногда его ирония прячется между строк, как будто ты подслушал диалог двух персонажей в соседней комнате. Иногда голос повествователя — это цвет, монета или дерево, и ты удивляешься, почему тебя это не смущает. Всё кажется логичным в этом мире — потому что он настоящий.

Ставлю 10 монгольских чернильниц из 10.

Запутанная история создания "запрещённой" книги османскими художниками. Их искушает сатана, западное влияние, деньги и собственный талант.
Начинается книга с рассказа от имени убитого художника. И дальше повествование организуется по главам, где каждый из героев доносит свою точку зрения о происходящем. Слово дадут даже красному цвету на миниатюрах. Читать монологи интересно, а само действие пойдет динамично.

Книга заявлена как детектив, но детектив он так себе - ты совершенно не ищешь убийцу, скорее наблюдаешь за всем другим происходящем. Сила описаний и поставленных вопросов интереснее, словно важнее условной разгадки. Так, повествование вышито арабскими преданиями, вопросами веры и ценности авторства для художника. Это очень особенный мир, где важно соответствовать стилю школы равной истинному видению пророка. А ещё увидеть то, как художники жизнь кладут на бесконечное перерисовывание повторяющихся сюжетов, любовь все также заводит в темные углы, ревнители религии и скреп беспощадны, а просветители вдохновенно наивны.
В целом, история и описанный мир был для меня непонятен и странен, как и поступки героев. Но и я не так часто оказываюсь в средневековье в Османской империи и читаю Памука. Видимо, надо продолжить, чтобы разобраться.

После выхода этого романа Памука стали называть турецким Умберто Эко, сравнивая роман со знаменитым «Именем Розы», — это то же исторический роман с философским подтекстом, завернутый в манящую обложку детектива, события в котором происходят в течение 9 дней.
Интересна манера повествования – автор самоустраняется из текста, предоставляя слово большому числу рассказчиков (всего их 21). При чем у каждой главы свой нарратор, но все главы тематически и хронологически связаны. Кроме персонажей книги, рассказчиками становятся неодушевленные предметы (монета, красный цвет, рисунок, конь) и мистические вещи (шайтан, труп убитого).
Лицо убийцы скрыто за текстом, известно, что он – один из 4-х миниатюристов. Он слышим, но не опознан (напоминает исповедь в католическом храме, где священника и исповедующегося разделяет перегородкой с решетчатым оконцем). Доверьтесь намекам и интуиции, автор же здесь – не помощник.
Роман похож на турецкий ковёр ручной работы, сотканный из неспешных размышлений о месте художника в исламе, вере, технике письма турецкой миниатюры, обрамленный текучим языком арабских сказаний и притч, загадок и легенд.

Два в одном, исторический как бы детектив и искусствоведческий трактат. Книга в общем понравилась, восточной экзотики хоть отбавляй. Читать было интересно, но скучновато в местах описания картин, что занимает процентов 24-27 книги. Детективная составляющая тоже не сказать что сильно захватывающая, кто убийца по большому счету не важно, подозреваемые все примерно одинаковые и кто из них тот самый большого значения не имеет. Но, это на самом деле и не важно написано все очень душевно, читать приятно, плюс информация про ислам и искусство. Хорошо!

Нестандартный антураж в  детективе: времена Османской империи, Стамбул, художественная мастерская, ислам.
Есть в книге новое знание о технике письма турецкой миниатюры, много философских размышлений о месте художника в исламском мире, как нужно рисовать в соответствие с Кораном. На таком фоне происходит убийство, с явным заданием его разгадать. Автор прямо говорит с читателем, что вот куча улик, свидетельств, причём от совершенно неявных действующих лиц, типа собаки, дерева, трупа, монеты  и т.д. и нужно дедуктивным или иным методом разгадать убийцу. Всё это разбавляется текучим языком арабских сказок, загадок, любовной линией с семейными интригами.
Вроде бы как все хорошо. Но почему-то во время чтения было какое-то гнетущее, давящее  ощущение. Погружаешься в этот мир легко, но не хочется в нем находится. Как то в нем душно, несмотря на время зимы в произведении. Может излишний фатализм, религиозность, не знаю.
И да, убийцу я не угадал, несмотря на внимательное вчитывание в главы художников. И даже не понял, почему я ошибся)))

Очень оригинальный стиль - все главы от первого лица героев и не только. Больше всего запомнила глава, которая была от лица золотой монеты - где она только не побывала и какая же насыщенная у неё была жизнь!

Орхан Памук «Имя мне красный»

Галь прости что посоветовала тебе эту ахинею, ты в отличие от меня дочитала это.

____________________

#орханпамук

#имямнекрасный

#orhanpamuk

#benimadimkirmizi

#varenyeначитала

____________________

Это будет первый мой отзыв о недосчитанной книге даже на половину) ну все бывает в первый раз. Мое впечатление о прочитанных  80-90 страниц осталось отвратительным.. начну с того что начиная читать это произведение, я слышала исключительно положительные отзывы, но начав читать я ОЧЕНЬ сильно удивилась..

Начну с того что книга разбита на главы, каждая глава написала от лиц одушевлённых и неодушевленных.. Сюжетной линии как таковой я не увидела, просто набор притч и неумело выстроенные диалоги, много мыслей и какая то абракадабра. То от перевод такой странный, то от часа книга.. 

Пообщавшись с подругой узнала что все же это оказалось книга.... Так же она мне рассказала что за содержание в этой классике (да-да, это оказалась классика) и я вообще была безумно удивлена! И очень рада тому, что не стала насиловать себя почтением этого недодетектива или как там ещё называется этот жанр книги. Вообщем впечатление крайне негативное. Скука смертная и полная бессмыслица.

СНЕЖНЫЙ СТАМБУЛ, средневековье, коварство. Именно эти слова приходят мне в голову, когда я вспоминаю о романе Орхана Памука "Имя мне - красный".
Уютно-мрачный, ярко-таинственный, детективно-любовный роман об искусстве исламской миниатюры и ее канонах. Средневековье - завораживающее время, художники - своеобразные скрытные непростые люди, исламская миниатюра - удивительный вид искусства, основывающийся на религии, новаторы - головная боль и одновременно удача любого правителя. И все это смешано в потрясающий коктейль. Чтение увлекательное, построение текста необычное. Вся история рассказана от лица разных действующих лиц, даже от лица убийцы! Но тонкую интригу автор держит до самого конца, заставляя шестеренки в мозгу крутиться от мыслей, а сердце быстрее биться от нагнетания интриги.
Читать этот детектив не так уж легко, текст довольно тяжеловесный, но в то же время красивый, как старинное кружево.
P.S. К прочтению рекомендую. Главное - не спешить, а смаковать роман за чашкой чая.