Переміна

Ах, это грозящее удушье, надо немедля бежать от него, вдохнуть полной грудью воздух близкого счастья.

Неужели ты уже стал таким рутинёром, рабом привычки?

Разве поезд не уносит тебя туда, где затянутся первые мелкие трещины предвестницы старости, разве он не мчит тебя в Рим, где ждёт тебя отдых и живительное обновление?

Для тех двоих, для влюблённых, для супругов (...) любой пустяк служит поводом для разговора, вызывает новый прилив восторга.

Ясно ведь, что эта жизнь опостылела ей ещё больше, чем тебе.

Нет, эту непривычную слабость не объяснишь только ранним часом, тем, что утро лишь начинается, -- это годы уже предъявляют права на твоё тело, а ведь тебе всего сорок пять.