Венгерский набоб

Скажите, не задумываясь, с чем или с кем у вас ассоциируется классика венгерской литературы?

Не огорчайтесь, если ответить на этот вопрос не удалось. Просто есть литература мировая и есть локальная. Не думаю, что венгры сильно огорчены своим не сильно большим вкладом в копилку мировой книжной классики. Им есть, чем гордиться в других жанрах и видах искусства. Например, в музыке.

В курсе изучения зарубежной литературы в советских вузах Венгрия шла в небольшом потоке литературы социалистических стран, где её со значительным отрывом опережали Польша, тогдашняя Чехословакия и, не удивляйтесь, Болгария.

Что ж до автора, о книге которого я собираюсь говорить, то в развитие культуры своей страны он действительно внес весомый вклад. Кстати, помимо  писательства  Йокаи занимался кулинарией, активно продвигая в Европе венгерскую национальную кухню. И на сём поприще не только преуспел, но и получил мировое признание.

ЧНо вернёмся к делам литературным. Особенно актуальными  произведения Мора Йокаи были при жизни автора, в 19-начале 20 века, когда Венгрии, как отдельного государства, не было, поскольку её территория входила в состав Австро-венгерской империи Габсбургов.

Практически всю свою жизнь и творчество МорЙокаи посвятил одной единственной идее – возрождению горячо любимой родины и освобождению её  не только от власти австрийцев, но и от продажных соотечественников. Главным образом Йокаи разоблачал в своих романах представителей корыстолюбивой и гнилой венгерской аристократии. Не считавшей зазорным делать деньги за счёт других.

В свете этого и предстаёт роман «Венгерский набоб». Перед нами два представителя дворянского рода Карпати.  Янош, более известный как барин Янчи, и его племянник Абеллино. Кто более для матери-истории ценен? Старый граф Янчи, конечно, еще тот фрукт, ибо о морали и нравственности в поместье его если и вспоминали, то давно забыли.

он никуда из своей деревни не вылазит, а устроил себе там в барском доме театр с собственными комедиантами и лучших артисток привозит, чтобы они ему песни народные пели. И будто настоящие хоромы для собак своих построил - и ест с ними за одним столом.

-А еще что?

-А еще - что у него гарем целый из крепостных девушек и он с такими же забулдыгами, вроде себя, пляшет там с ними до самого утра, а потом стравит их всех между собой и тут уж форменный мордобой начинается.

И тем не менее, автор сразу и бесповоротно держит сторону старого Карпати. Ибо он

терпеть не может ничего чужестранного, даже гороха не велит на стол подавать, потому что он привозной, - одну паприку; кофе тоже у него в доме под запретом, а вместо сахара мед употребляет.

А вот племянник Абеллино, хотя тоже мот, проходимец и развратник, но преданный поклонник всего иностранного, даже имя свое венгерское, Белла, произносит то ли на французский, то ли на итальянский манер, и во всем полная противоположность дядюшке. Эти двое столкнулись лбами, словно бараны на узком мосту. И ни один не сойдет с дороги ни при каких условиях. У каждого на руках есть определенные козыри, но в то же время у обоих есть и то, что может привести к поражению. Дядюшка богат, имеет влиятельных друзей и связи, но он уже в преклонных годах. При этом Абеллино его единственный родственник. На стороне племянника молодость, но он гол, как сокол. А на пути к заветному наследству стоит дядюшка.

Книга довольно интересно построена композиционно. Вплоть до середины, сюжет роман обозначен лишь главными персонажами, но состоит из отдельных эпизодов-рассказов, в каждом из которых они задействованы. Сюжетная линия наконец приобретает определённость только во второй половине книги, когда появляется третье главное действующее лицо – юная Фанни Майер. С полным правом эту прелестную девушку можно назвать жертвенной овечкой. Ибо Фанни оказывается между двух непримиримых сторон. Выбор у неё не сильно велик: быть соблазнённой племянником и брошенной на потеху толпе пресыщенных аристократов или стать графиней Карпати и жить с добрым, но очень немолодым супругом. Позор или скука? Фанни выбирает второе.

И все вроде бы ничего. Но что делать, если внезапно в юном сердце просыпается любовь к женатому человеку? Неискушенная, чужая в высшем свете девушка оказывается вновь заложницей собственной судьбы.

Следует сказать, что, относясь со всем презрением к пресыщенным представителям тогдашнего венгерского высшего общества, Мор Йокаи отнюдь не идеализирует тех, кто находится внизу. Тот, кто беден, отнюдь не всегда ведет себя достойным образом... Безнравственные представители венгерской знати хотят в любых условиях и при любой власти продолжать пить мёд и нектар, а те, кто не может дотянуться до заветного источника, идут на все, чтобы все-таки к нему подняться, не считаясь со средствами достижения цели. Кроме Абеллино Карпати, безусловно центра притяжения подобных людей, аналогичную  жизненную позицию занимают мать и сестры Фанни. Я намеренно не упоминаю отца семейства Майеров, ибо он такой же жертвенный агнец, как и его младшая дочь.

Ну и, спросите вы, каков же вывод можно сделать, прочитав эту книгу? Во времена, когда она была написана, иного ответа, как объединение и в конечном итоге освобождение Венгрии не только от Габсургов, но и от национального мусора, для читателей не было. Ну, а сейчас, отбросив так волновавшие венгров социально-политические проблемы, прочитаем увлекательный, хотя и не без огрех, любовно-приключенческий роман из жизни страны, историю которой мы знаем весьма поверхностно.

«Вот как жило венгерское общество в первой четверти века...
Многие из наших вельмож и не знали даже толком страны, где простирались их огромные, за день не обойти, земельные владения. Чужд, а то и совсем незнаком был им язык, на котором изъяснялись их предки, деньги свои разбрасывали они по чужим краям, силы душевные расточали на пошлое обезьянничанье. Гоняясь по всему свету за пустопорожними удовольствиями, лишали себя единственно полного: приносить пользу.»

Эта книга стала приятным удивлением и даже открытием. Заинтересовала она меня сразу, но не сразу поддалась. Было скучно, и грустно, и тягомотно. Неожиданно, правда, при такой оценке? Вот и мусолила половину книги больше недели.
А потом, ну вот не знаю, оставшуюся половину просто «проглотила» в один присест. И поняла, что, пожалуй, да, это отличная классика, но не слишком востребована, потому как открывается не для всех.
Сквозь литературный язык автора, красивый и витиеватый, нужно ещё продраться. И до сути романа тоже надо докопаться, потому как начинается всё скучно, повествование тянется, автор отвлекается, и кажется, что нас ждёт долгая и нудная сатира на венгерское общество начала девятнадцатого века.
А и правда, сатира есть, но вовсе не скучная и уж совсем не нудная. А в духе такого себе приключенческого романтизма я бы сказала, но с большой претензией на реализм. Вот как я загнула!) Самой стыдно, но это всё влияние книги.
И, кстати, очень напомнило романы Понсона дю Террайля, только наоборот. У Йокаи мошенники не очаровательные, и наказание ждёт вовсе не господ. Это хоть и не спойлер, но не будем забегать наперёд.

Не думала, что Янчи Карпати, напыщенный венгерский набоб (да уж, повеяло индийским духом, но и только то), и попросту самовлюблённый, погрязший в грехах самодур, понравится мне и что буду ему сочувствовать. И уж тем более не предполагала, что даже и в какой-то мере восторгаться.
Начиналось то всё банально и прозаично. Богатый дядя, прожигающий жизнь, племянник, ведущий жизнь тоже праздную и роскошную, не обременяющий себя никакими заботами в надежде на большое наследство.
Оба вызывают неприятие и пренебрежение. Оба неприятны, мерзки и даже похабны. И читаешь об их противостоянии, втайне считая количество страниц до финала, попутно ругая тупость и снобизм общества того времени, не зная, что у автора припасён знатный козырь в рукаве, который в корне изменит всё.
И этот козырь- милая Фанни, которая родилась в неблагопристойной семье, но благодаря своей тётке сумела избежать печальной участи сестёр.

Но это, как вы понимаете, только затравка, сюжет, на основе которого роман вырос и зазвучал. Автор постепенно рассказывал нам якобы ничем не связанные истории, которые в итоге слились в одну, - красивую, романтическую, трагическую.
Мы многое увидим.
Алчность родственников, не гнушающихся ничем, лишь бы разбогатеть; преданность совершенно чужих, но честных и простых людей; цинизм и жестокость влиятельных людей, которые рады любой, даже гнусной и лживой новости, лишь бы повеселиться; жадность богачей, благородство бедняков; смерть из-за любви и любовь вопреки смерти.

А роман почитайте всё-таки. Необычный, колоритный, он не забудется, это точно. Есть в нём какая-то изюминка. И даже очарование.
«Истина - неважная рекомендация», но всё-таки…

Клуб Литературы разных стран.

"Не уверяйте, что я ужасы рисую. Сама жизнь такова."

Прочитав лишь несколько первых страниц, поняла, что автор меня очаровал своим чувством юмора. Тонкая ирония оттеняет сатиру, которой пропитано всё повествование. Иногда кажется, что именно сатира главенствует в этой книге, а представленные герои лишь помогают ей играть всеми красками и оттенками. Хочется анализировать и рассматривать именно её.

Сатира на моду.

Уже в самом начале романа мы видим молодого Абеллино Карпати, который в угоду моде даже имя Бела сменил на более благозвучное (по его мнению). Одежда у этого малого до того нелепа и неудобна, что стоит о ней сказать несколько слов. Веяние "a lа calicot" через год сменится на другое, так что полюбуемся, пока мимолётная мода не унесла с собою такой "шедевр": на голове красовался напоминающий жестяную кастрюльку цилиндрик с узкими полями, из-под этого цилиндрика на обе стороны закручивались завитые кверху кудри, такие пышные да кустистые, что забирались и на поля, накрахмаленный галстук до того туго обхватывал шею, бантом подпирая подбородок, что нельзя ее и поворотить, талия темно-зеленого фрака приходилась аккурат под мышками; зато фалды болтались ниже колен...
Переменчивыми тенденциями внешнего облика никого не удивишь, куда интересней мода на цветы, когда преимущественное право гортензии вытесняют флердоранж и гелиотроп, но уже через год оба изгнаны в комнаты для прислуги, а вкусы поделились между геранью и миртом.
А вдруг вы плюхнетесь в кресло, вместо того, чтобы оседлать стул, вытянув вперёд ноги, то будете осмеяны, так как мода на кресла была в прошлом сезоне.
Мода, мода, мода... Она так ветрена и изменчива, что говорить о ней можно бесконечно.

Сатира на ""Ивана-родства-не-помнящего"
Правильнее сказать: на "Белу, родства не помнящего", хотя Иван фигурирует в массовке этого романа под титулом "северного князя". Да и Бела, ох простите, Абеллино, тоже вспоминает о родном дяде при случае. Чуть лишь проник слух о кончине того, как наш герой спешит в Венгрию за наследством. А до той поры он и вспоминать не хочет о своей родине, считая её варварской страной и даже не зная языка. О, он изъясняется только на французском (с вкраплениями латыни) да как изысканно. Чего стоит его "я в прострации, аффектации и полнейшей экзальтации"! Такому модному человеку негоже знаться с какими-то мадьярами.

Сатира на искусство.
Правильнее даже сказать, на зрителя, которому важнее сплетни, чем сама постановка. С кем спит актриса, сколько у неё поклонников, какие подарки получает - вот истинный интерес в театре.

Никому не интересна на сцене замужняя особа да ещё преданная мужу и отказывающаяся посещать банкеты с публикой, заплатившей за билет. Вместо такой на сцену выведут собачку и будут аплодировать от души. Именно деньги решают всё - за них нанимают торговца свистками и хлопками, властвующего над литературными и сценическими судьбами.

Сатира на нравы.
О нравах французского общества того времени писали многие. Ханжество, лицемерие, безнравственность, кокетство давали бурные всходы. Каждый старался перещеголять другого в эксцентричности и чудачествах, чтобы стать героем дня на самое короткое время.
Показательна сцена пожара на улице Муффетар (квартал бедняков), когда весь свет съехался к Пантеону, откуда было удобнее наблюдать за раскинувшимся огнём. Дамы не забывали прихватить нюхательные соли, чтобы эффектно падать в обморок, а мужчины обливались водой, чтобы создать впечатление, что они принимали участие в тушении.
Но в обморок падали и некоторые представители так называемого сильного пола, накупавшись в мясном бульоне для утончения нервной системы.

Сатира на жизнь.
Все вышеперечисленные пункты относятся к французской жизни, но не стоит думать, что автор обошёл стороной родную милую Венгрию. Как бы ни болела душа за свою страну, но сатирическим нападкам подверглись и её жители. В первую очередь главный герой, он же венгерский набоб Янош Карпати или барин Янчи, который окружил себя шутами и псами, собутыльниками, гайдуками и девками дворовыми.
Этот барин из тех, что любит шутить. Например, превратить табунщика в важного надудварского помещика. Михай Киш легко барское обхожденье усвоил, где главное уметь развязно себя вести, сорить деньгами, челяди грубить, да господ всех только ребячьими именами кликать. Или вот такое развлечение.

Но несмотря на выходки свои и чудачества, был он очень восприимчив ко всему хорошему, и в высоких, благородных начинаниях на него столь же смело можно было положиться, как и в дерзких проделках и забавах.

Всё было бы совсем плохо, если бы автор в противовес чурающимся своей страны не показал истинных патриотов, у которых болит сердце за родную отчизну.
Юный мастеровой Шандор Барна, которому приходится оставаться в Париже, хоть мечтает возвратиться на родину. Но его умение и талант там не нужен, ни княжьих парадных кроватей, ни церковных хоров ему там не делать: не иностранцам такая работа не доверяется.
Талантливая оперная певица Жозефина Фодор (в замужестве г-жа Мэнвилль), которой пришлось по воле судьбы жить в чужих странах, говорить на чужих языках, но она втихомолку изучала свой родной, не забывая семейных корней и происхождения.
Графиня Эсеки с внучкой Флорой, которая убеждена, уж если самые первые, самые богатые люди страну покидают, она отстанет, обеднеет непременно.
Миклош, Иштван, Рудольф - молодые венгерские аристократы.
Список героев произведения автор дополняет подлинными именами своих соотечественников, прославивших родную страну своим умом и талантами.

По настроениям, сюжету, даже языку, произведение представляет собой как бы две разные части одной истории. Если первая часть книги больше наполнена сатирой и пессимистическими взглядами, то вторая часть показывает разительные перемены, произошедшие прежде всего после 1825 года, который ознаменовал новую эпоху в жизни венгерской нации. Причиной явился созыв венгерского сословного собрания в городе Пожони, на которое съехались дворяне, чтобы выполнять национальные конституционные обязанности.
Чтобы подчеркнуть подъём национальной гордости, начало возрождения страны, автор преподнёс читателю нового Яноша Карпати, переродившегося, как птица феникс (во всех отношения).

Одно из самых приятных литературно-книжных занятий для меня - открывать новые имена. И Мор Йокаи как раз тот самый удивительный и неожиданный подарок. Из венгерских писателей знакомство с особыми впечатлениями сведено было, до настоящего времени, лишь с Кальманом Миксатом , рассказавшем душевную историю о красном зонтике с животворящим эффектом и с Гезой Гардони открывшем пестрый и многообразный мир прошлого в своем романе.

Йокаи не тот кто стоял у истоков, но, безусловно, тот кто смог оказать огромное влияние на венгерскую литературу, развить ее стилистически, лексически и грамматически. Именно он помог сформировать ее национальность, особость. Балагур и сказочник, его литературный вклад более значителен чем вклад политический. Умеренность во взглядах с лихвой компенсировалась лёгкостью его пера, которое преодолевало любые трудности повествования. Авантюрная закрученность сюжета и невероятная работоспособность стали залогом успешности и известности. А ирония, порой даже анекдотичность, скрашивала напряжённость романтических сцен, перебивая сентиментальность, переходящую в приторность.

Щедр Йокаи на разные истории. И в парижскую оперу сводит читателя поглазеть на битву примадонн, да на инфернальную ложу, заполненную юными титанами. И троицын день отметит лихими скачками. И об изменчивости моды прочтем, и о влиянии природы вин на застолье.
Но основная завязочка проста и вечна - дело наследственное. Между барином Янчи, все никак не желающим приобрести "вечную память" и племянником его Белой, который парижские развлечения давно предпочитает венгерской самобытности.

Не печень и не селезёнка были в ответе за пресыщенность жизнью и эксцентричность, за презрение к миру и неестественный ход мыслей у героев одной из любовныхи историй. Несомненно, его звали Рудольф. Модное имя и байроническая бледность, столь привлекательные для женского пола. Она же, пусть и мимолетно для читателя, звалась Шатакела, была афганкой, весьма безрассудно предавалась греху замужеств до встречи с бароном. Огненный союз мгновенно определил их дальнейшее житие, до той поры обреченное на проклятие бездействия в поисках предназначения. Маятность парижского существования чуть озарилось надеждой обрести нечто...ну пусть родину, для него. Не обошлось, конечно, без засушенного цветка в альбоме, седого локона и орошенного обильно слезами письма...
Быстро мелькнула прекрасная и экзотичная. Уступила место невинной и скромной.

Впрочем, любовные и шалопутные истории в сюжете лишь часть развлекательная. Главное в романе это сама Венгрия и служение ей. О том что идеи прогрессивные воплощать надобно и наравне с самыми передовым нациям мира идти, о новой жизни, к которой необходимо стремиться. О том что не только меч хорош в крепкой руке мадьяра, отстоявшего свою независимость, но и резец ваятеля, кирка рудокопа, кисть живописца или отвес строителя. Звучит в этих стремлениях наивность и сказочность...но и подкупающая вера в нацию.

А Йокаи то звенит нежной стеклянной гармоникой, то жалуется печальной флейтой... То опускается на октаву, на две, чтобы благородным, полнозвучным колоколом отозваться в сердцах. И Жорж Санд с героической Консуэло кидаются друг другу в объятия, поливая обильно слезами платочки в экстазе, находя достойного соперника, не сказать соратника, в венгерском классике. И слышится в этой аффектации, что не чары и не соблазн, но сам идеал и сама поэзия в этом образце романтизма и сентиментализма.

Мне нравится, как пишет Мор Йокаи. Возможно, его стилистика не отличается классической лиричностью, а местами и вовсе откровенно тяжеловата, но в моем случае недостатком это не выглядит. Да, читается не слишком легко и быстро, но глубина, атмосферность, образность с лихвой это компенсируют.
Автор в очередной раз затрагивает тему повседневной жизни венгерского общества начала XIX века, обличает присущие ему пороки, рисует яркие характеры, которых в романе множество.
В центре сюжета конфликт между престарелым богачом Яношем Карпати и его племянником, еще до смерти своего дядюшки начавшим проматывать будущее наследство. Оба персонажа большую часть повествования особой симпатии не вызывают, поэтому наблюдать за их противостоянием даже забавно, особенно учитывая очевидную авторскую насмешку, присутствующую в тексте.
Это основная линия, но далеко не единственная. В романе масса жизненных зарисовок, сцен и персонажей, имеющих к центральным персонажам весьма опосредованное отношение, которые призваны как можно более детально передать черты, присущие различным слоям венгерского народа в описываемый период времени, его национальный менталитет. Эти зарисовки немного смещают фокус сюжета, но в целом выглядят вполне органично и увлекательно.
Правда, я была немного разочарована, что большинство этих побочных сюжетных линий не получило должного развития. Только вроде заинтересуешься той или иной ситуацией, а она бац и исчерпана без лишних подробностей, а хотелось бы. Да и основная линия в некоторой степени тоже не избежала этой фрагментарности. Не критично, но чуть более развернутое повествование было бы не лишним.
Хотя все равно прочитала с большим удовольствием и очень жаль, что продолжение истории семейства Карпати не имеет русского перевода. Хотелось бы почитать. Хорошо хоть, что можно фильм посмотреть.

"Венгерский набоб" Мора Йокаи стал для меня чем-то вроде боевого крещения в венгерской литературе. До этого ни венгерские писатели, ни сюжеты с местом действия в этой стране в поле моего зрения почему-то не попадали. А зря! Качественная литература всегда остается таковой - независимо от того, какой национальности ее автор и в какой стране разворачивается сюжетная линия! А классика так и подавно! Все, что рассказал нам Мор Йокаи о жизни в Венгрии в 20-30-х годах XIX века, к сожалению, во многом применимо к современным реалиям.

Автор максимально детально попытался показать своему читателю в разрезе жизнь различных слоев венгерского общества того времени. Одним глазком мы сможет увидеть, как живут и чем дышат крестьяне, ремесленники, держатели трактиров и харчевен, представители богемы и, конечно, аристократы (куда же без них!). Им в романе уделено особенно много внимания. Отдельных представителей последних мы рассмотрим буквально под микроскопом и то, что мы увидим, вряд ли сделает им честь.

Сколько бы книг об этих "сливках общества" я не читала, я всегда остаюсь при мнение, что эта прослойка общества сродни аппендициту в человеческом организме. Особой функциональности не несет и его присутствие или отсутствие в организме не столь уж и заметно. Сидит себе где-то в брюшной полости и собирает всякий пищевой мусор, а рано или поздно еще и воспалится может. Смог бы человек прожить без него? Конечно! Но зачем тогда природа создала нас с этим вроде как не очень и нужным отростком? Непонятно... То же самое и с аристократами. Польза для общества от них абсолютно нулевая. Я бы сказала, что даже вреда намного больше. Но они почему-то были, есть и, к сожалению, будут...

Венгерские аристократы по сути ничем не отличаются от каких либо других, кроме одного большого "но". Другие представители этого класса, встречающиеся мне на страницах книг, также вели абсолютно бестолковую и лишенную какой- то ни было осмысленности жизнь: ездили по балам, по пикникам, по минеральным водам, по курортам, проводили определенные сезоны в других странах, но жили в преимущественно в своей родной стране. Вспомним, героев Толстого из "Войны и мир", к примеру. Да, они воспитывали своих детей на французский манер, говорили в основном на иностранных язык, воспитание доверяли гувернанткам-чужестранкам, но жили все равно в России! Венгерские же аристократы открестились от своей родины с гримасой презрения и пренебрежения! Они в основном живут в Париже или в Лондоне и страшно боятся, что кто-нибудь прознает об их происхождении. Венгерский язык у них под запретом. Заговорить с кем-то на нем - это страшный казус, последствием которого может стать то, что от вас отвернуться друзья и знакомые!

И только денег венгерских они не чураются! А что?! Есть же известная поговорка о том, что деньги не пахнут - можно переиначить и сказать, что деньги не выдают, с какой страны они поступают в карманы богачей. Они владеют в Венгрии поместьями, землями, нивами, садами, прудами и озерами, мельницами, фабриками и многим-многим другим, но барыши со всего этого предпочитают тратить за границей. Что-то это напоминает мне то, как в нынешнее время дети аристократов и чиновников высокого ранга, пока их родители опустошают карманы жителей своей страны, прожигают жизнь во всех европейских столицах. Иногда, правда, слетаются эти толстосумы в отчий край. В нашей истории поводом для этого стало законодательное собрание, в котором они имеют право голоса. Смешно, да? Люди, которые живут вне пределов страны, принимают законы, регулирующие ее жизнь! А как они их принимают! Общаются между собой, хохочут, рисуют карикатуры, а когда приходит время принимать решение, даже не знают, какой вопрос вынесен на обсуждение и голосование. Опять же, весьма и весьма похоже на будни нашего современного законодательного органа! Один в один!

На общем фоне весьма примечательными являются два персонажа, которым в этой истории отведена главенствующая роль. Это Янчи Карпати и Бела Карпати. Дядя и племянник. Старая и новая гвардия. Огонь и пламя. Коса и камень. Их противостояние займет центральное место в книге и каждый читатель невольно для себя должен будет решить, за кого он. Честно сказать, Бела Карпати вел себя на мой взгляд так, что это слишком даже для нашего времени. А что уж говорить о начале XIX века? Его поведение местами меня шокировало и лишало дара речи. Абсолютно пустой, пресыщенный, избалованный мальчишка, которому очень и очень не хватало порки хорошим армейским ремнем! Каждый раз, когда в сюжете жизнь давала ему пощечину или затрещину, я внутренне ликовала! Мне очень понравилось, что автор не играет с читателем в игру, когда дает своему главному злодею возможность победить,а потом ниспровергает его с этого злодейского пьедестала. В этой книге все происходит так, как должно быть - злодей замышляет гадость, начинает строить козни и никогда не получает желаемого! Все его начинания, едва лишь поманив его иллюзией успеха, терпят крах!

Дальше...

Янчи Карпати хоть и тоже не был образцом мудрости и благопристойности, однако с самого начала вызывал во мне больше симпатий, чем его родственник. А к концу романа я вообще полюбила этого персонажа и расставаться с ним было очень горько... Что касается сюжетной линии Фанни и Рудольфа, конечно, она современному читателю может показаться глупой и наивной. И на меня она в принципе произвела именно такое впечатление. Однако нужно делать большую скидку на время написания романа и на то, в каких условиях была воспитана теткой Фанни.

Местами книга напоминала мне некий симбиоз из ранее прочитанного - что-то от Ярослава Гашека, что-то от Александра Дюма. Юмором и местным колоритом - от Гашека, а дуэлями, защитой чести униженных дам, хитрыми и изворотливыми злодеями - от Дюма. Большую часть времени читать было интересно. Правда, отдельные главы, относящиеся к описанию местного колорита, показались мне несколько нудными. Я понимаю, что описание национальных забав должно было по задумке автора полнее раскрыть перед читателем характер венгров, но мне было скучно.

Финал книги мне понравился. Такая себе смесь из толики грусти от смерти положительных персонажей, толика радости от того, как шикарно обошелся с племянником Янчи Карпати, толика надежды на то, что Золтан в приемной семье будут счастлив и любим, толика возмущение от того, как можно быть настолько мерзкой и алчной, как мамаша Мейер... В общем, всего понемногу! Впечатления от романа однозначно положительные, хоть и не без кое-каких "но" :)

Очень неоднородная книга. Довольно скучное и несколько затянутое начало (какое-то перескакивание с одних героев на других), очень интересная основная часть и очень пронзительная развязка.

Колоритные герои, причем автор, на мой взгляд, очень четко показывает своим читателям, где - положительные (Фанни, Шардон, Тереза, Флора, Болтаи), а где - отрицательные (Абеллино, Кечерии, Майерша) персонажи (поэтому, наверное, роман и называют социальным). Но есть один персонаж, которого нельзя в полной мере назвать ни тем, ни другим, потому что в романе мы видим его личностный рост, его духовное преображение. Это и есть главный герой - "венгерский набоб" Янош Корпати. В начале книги он вызывает лишь презрение, в конце - уважение (и, конечно, безмерно жаль, что счастье, свалившееся на него в конце жизни, оказалось столь скоротечным...)

В книге присутствуют 2 линии любви (причем каждая - безответная и трагическая). Возможно поэтому этот роман во время чтения напоминал мне произведения Джейн Остин: та же сентиментальность, чувствительность, романтичность, благородные порывы, метания героев. Но это лишь одна из его составляющих. Он гораздо глубже, он действительно социальный (я бы причислила его и к романам воспитания, потому что в нем много героев, на которых хочется быть похожим): налицо расслоение общества и следующие за этим человеческие трагедии (я про судьбу сестер Фанни). И романы Остин, к слову, всегда с хэппи-эндом, а здесь этого не будет...

Нельзя не отметить и еще одно достоинство книги: она написана прекрасным, восхитительным языком, поэтому читать ее - наслаждение.

Небо судьей, дорога дальняя.
Грех мой со мной, песней кандальною.
Сердце стучит, на волю просится,
Барин простит, если воротится.

Видно, судьба, ради красавицы.
Ветер хмельной вволю забавится.
Как там потом - нам ли заботиться,
Барин простит, если воротится.

*

Барин простит, да не воротится...

Прекрасная книга, 5 баллов из пяти.

Простите меня, любители книги, но я сдаюсь. Я читала эту книгу неделю! И дошла ровно до половины. А потом поняла, что не готова. Не готова тратить своё время на такую чушь, не готова испытывать негативные эмоции как минимум полчаса в день, не готова дочитывать просто ради того, чтобы дочитать. Мне уже всё понятно и узнать, что дальше, нет ни малейшего желания.

Пожалуй, главный критерий, почему я не могу осилить данный роман- это слог и стиль автора. Он ужасно нескладный, тяжеловесный с кучей ненужных слов и оборотов. Это тот самый момент, когда ты прочёл 2 страницы и от непонимания происходящего начинаешь думать о чём-то своём, а потом "И что я только что прочитала?". Обычно в таких ситуациях меня всегда спасали аудиокниги. И я если не дочитывала, то дослушивала точно. Здесь же и аудиоверсия ужасная попалась. И чтец не подошёл моему восприятию, и качество записи оставляет желать лучшего и, конечно, всё то тот же стиль никуда не делся.

Второй огромный минус - противные герои. Все как один. Есть основной сюжет. И вот там все эти персонажи пренеприятнейшие до ужаса. Один думает только о деньгах, хотя и другой далеко от него не ушёл. Заключают пари. Хочет жениться. И ещё нагромождение ненужных фактов. Кстати, наверное, история с несостоявшейся женой хоть чем-то смогла зацепить. Как девушка спасала детей из горящего здания, как потом уехала и больше не приехала.

И, кстати, истории, которые идут вокруг основного сюжета, на мой взгляд оказалась гораздо интереснее. Во-первых, не успевают надоедать, даже при том же стиле написания, а во-вторых они действительно куда интереснее, чем основной сюжет.

А ещё ужасно не понравилось, как автор обрывает повествование. Вот вроде бы герой, идёт его описание. Ты постепенно начинаешь вникать, привыкать, а потом "бац" и ты уже в другом месте и всё по новому кругу. А учитывая, что я реально часто переключалась на свои мысли, то нередко терялась, какую книгу я вообще читаю. Скажу в свое оправдание, что такое состояние для меня крайняя редкость. И надо же было случиться именно с этой книгой.

В общем я рада, что бросила и вряд ли ещё буду читать данного автора. Потому что дело здесь не в том, что книга попала в неудачное время или что-то в этом духе, дело здесь в стиле автора, который лично мне совершенно не подходит.

Набо́б — титул правителей некоторых провинций Восточной Индии в империи Великих Моголов… В переносном смысле набобом стали называть человека, разбогатевшего в колониях, главным образом в Индии… Позже набобом стали иронически называть любого быстро разбогатевшего человека, выскочку, который ведёт праздный, расточительный или экстравагантный образ жизни.
(Википедия)

Вот, хотелось придраться к названию – не получилось. Все так, и образ жизни главного героя праздный, экстравагантный, и отношение к нему явно ироническое. И все же – не о нем, не о барине Янчи этот роман. Стоит смотреть шире – роман о Венгрии конца XIX века. Своеобразная, ни на что не похожая страна. Тут и удаль, раздолье гайдуков, и сельские забавы, и городская жизнь, усиленно копирующая светскую Францию. И отношение автора, однозначно симпатизирующего уходящим народным традициям, насмехающегося над «новыми венграми», ведущими себя как герой Толстого – «Я учился наукам, а все мужицкие слова забыл; что такое грабли?», конечно влияет на читателя.

Несмотря на буйный характер, эксцентричные поступки, своеобразное чувство юмора и такой знакомый нам пофигизм, в Янчи Карпати есть что-то симпатичное и привлекательное. Широта характера, отсутствие злобы, какое-то простодушие. То ли дело племянник Бела, это просто сгусток отрицательных черт, он коварен, распутен, злопамятен, жесток… Точно так же как его антипод, Рудольф Сент-Ирмаи – просто ангел без крыльев, благороден, смел, отважен, красив. Но это неинтересно. Живой непоследовательный дядюшка больше соответствует тому венгерскому характеру, который вырисовывается на страницах романа. И его ближнее окружение, Мишка Киш или Петер Варга – вот они, венгры во всей красе. Жаль, что нет такого же яркого женского портрета, у нас или совсем анекдотичная девица Марион или ангелоподобная Флора или Фанни, которая при всем моем почтении никак не тянет на воплощение венгерского характера

Сам язык романа мне больше всего напомнил Гоголя. И не просто Гоголя, а Гоголя эпохи «Вечеров на хуторе близ Диканьки», вот эта ирония, это постоянное обращение к читателю, мол посмотри-как ты на этого героя, ишь как он разошелся… Я бы сказала – народный роман, если бы не видела отчетливо литературный язык автора. Мне очень понравилось и я готова знакомиться с автором дальше

Колоритный язык произведения очаровывает с первых строк и сразу же погружает в атмосферу 19 века. Перед нами роман-сатира в котором автор высмеивает изъяны современного ему общества и в тоже время мы чувствуем переживания автора за родную страну. Особенно это ощущается в первой части романа, в которой нам показывают, как большая часть знати Венгрии прожигает свою жизнь в Париже, не заботясь ни о чем кроме сиюминутного удовольствия и развлечения.
Вторая же часть романа происходит на территории современной Венгрии. Весь сюжет вертится вокруг Фанни Майери и ее любовных историй, которые и в 21 веке не теряют своей актуальности. И венгерского набоба Янчи Карпати, прожигающего жизнь. И на их фоне мы видим как растет самосознание венгерской нации.