Лавр

Выходить из зоны комфорта несложно. По крайней мере, мне и в таком месте, как литература. Здесь я самоуверена и решительна, поэтому регулярно совершаю сумасбродные поступки. Типа чтения книг, которые никак не могут понравиться. Результат бывает разным. В это раз мне с «Лавром» почти повезло.

Средневековая Русь, век XV. В Рукиной слободке на свет появился он, Арсений, будущий Устин, Амвросий и Лавр. Жизнь ему предстояла долгая, путь немаленький. Врачеватель, юродивый, святой человек. Кем он был на самом деле?..

Эта книга, прежде всего, о боге. Именно поэтому с Лавром мне повезло «почти». Первые сто страниц я наслаждалась мистическим умением автора соединить современный русский язык, частенько с вкраплением сленга, с языком средневековой Руси. Да и сюжет поначалу увлек бы любого: мальчик, дедушка-травник, а между ними вековая мудрость, преемственность знаний. Затем первая любовь. Описание ее такое живое, такое настоящее, что невольно вспоминается собственное чувство, давно забытые мысли и причудливое восприятие мира через их призму. Восторг! Но вдруг повествование переходит в другое русло. Бога, присутствовавшего изначально, становится как-то слишком много. Трудно найти читателя более неблагодарного, чем я, когда дело касается святых людей. А здесь у человека дело всей жизни настолько привязано к понятию бога, что не оторвать. Оно главное и единственное. По сути «Лавр» осовремененное житие одного святого. Для чего осовремененное? Да бог его знает. Возможно, чтобы попасть в волну – ведь писать о чем-то надо. А тут сразу и читателей много, настроенных положительно, и возможность показать свое знание языка, умение с ним играть. Если такой был цель, то Водолазкин смело пусть ставит галочку – сделано.

Пока Евгений Германович странный для меня писатель. Его проза мне симпатична, но не более. Чтобы внести ясность: прочитала у него только «Авиатора» и «Лавра». В обеих книгах есть место волшебству. Именно волшебству, потому что общая атмосфера – грустный оптимизм. Как истинно русский писатель, Водолазкин просто не в силах уйти от легкой дымки обреченности и близкого конца. Для этого пришлось бы стереть ему память и перелить кровь. Зато видеть мир немного в другом свете и делиться своим видением – вполне по силе такому мастеру языка. Что Водолазкин успешно и претворяет в жизнь. И вот есть в его книгах ощущение чего-то немножко волшебного, магического, божественного. Однако лично для меня каждый раз остается неясной цель автора. Что хотел сказать? За две книги я еще не смогла уловить его посыл. Не знаю, буду ли пробовать еще.

Кому читать: филологам, любителям исторических романов, поклонникам книг о жизни праведников.
Когда читать: я бы сказала, что это зимняя книга. Здесь много зимы и холода и надежды на скорую весну, которая и есть воскрешение.

У меня есть знакомый, которого в младенчестве крестили в католической церкви. Он не воцерковленный, но иногда - в трудные периоды жизни - его тянет в Церковь: поставить свечку, побыть возле икон, попросить о помощи. Проблема в том, что костел в нашем городе один и находится далеко от места, где живет мой знакомый, поэтому он ходит в православный храм. Объясняет это просто: "Так ведь Бог же один!". На вопрос: "А почему тогда не пойти в мечеть? Или в синагогу? Раз Бог один..." ответить не может.

Эта история имеет прямое отношение к Евгению Водолазкину и его книге "Лавр". Жил-был на свете филолог, да не простой, а с кандидатской и докторской диссертациями. В какой-то момент захотелось ему написать роман. Ну, и о чем может написать ученый, специализирующийся на древнерусской литературе? Какие тексты он по роду своей деятельности читал? Поиграем с автором в ассоциации: средневековье, княжества, православие, жития, святые. "Ну, и чего тут думать?" - мысленно воскликнул Евгений и взялся за перо клавиатуру.

Давайте заглянем в одно из интервью автора. Вот, что он говорит о вере:

Человек взялся выдумать житие святого не избавившись от подросткового бунтарства, не обретя реального опыта общения со старцами, жизни в монастыре, основываясь только на своих научных знаниях и чтении какой-то литературы по теме. А если бы Водолазкин учил в институте арабский, он бы взялся толковать Коран?

Бывают такие произведения, которые очень трудно критиковать. Ты точно знаешь, что прочитал какую-то гадость и у тебя даже есть аргументы, но любой из них легко оспаривается одним словом - "вкусовщина"! И прежде, чем я попробую высказать эти аргументы, придется набраться наглости и сказать: "Нет, мое мнение не вкусовщина! Я убеждена, что прочитала плохую книгу, замаскированную под хорошую".

И начну со "святая святых" произведения - времени. Водолазкин хочет показать, что время не существует, для чего ставит в одной книге много экспериментов. И первый из них языковой - автор смешивает языки разных эпох: средневековый монах у него произносит слово "тет-а-тет", неграмотная девчонка радуется "комплименту", а юродивый употребляет современный сленг и чуть ли не ботает по фене. Второй эксперимент называется "пластиковая бутылка": она обнаруживается под стаявшим снегом в средневековом весеннем лесу. Автора этим не попрекнул только ленивый, он же продолжает настаивать, что придумал эту бутылку специально, чтобы показать отсутствие времени. Третий эксперимент - многократная смена точки зрения: в ограниченном повествовании от третьего лица (в основном от лица главного героя) в любой момент может появится автор и дать читателю историческую справку по какому-либо вопросу. При том, что читатель ни о чем автора не спрашивал...

Каждый из этих экспериментов сам по себе - уже рисковая затея. Мало в мире авторов, которые, нарушив правила, выдавали в итоге гениальное произведение. Смешать же столько разных экспериментов в одном произведении, да еще и постоянно оправдываться в интервью и объяснять непонятливым смыслы, сверхсмыслы, недосмыслы всего вот этого... в общем, если твоя задумка никому не понятна и приходится ее объяснять, значит она плохая.

Отдельно хочу сказать о том, зачем все эти опыты над читателем и литературой ставились - об идее отсутствия времени. Для Бога времени действительно нет. Мы все для него живы, а события воспринимаются им так, как мы не можем себе даже вообразить. Мы не можем, а Водолазкин пытается, но все мимо, потому что не мимо быть не может. А если кто, начитавшись интервью автора, что-то такое почувствовал, то это говорит лишь о внушаемости и склонности к гордыне.

Автор, конечно, дитя своего времени, а современная литературы полна физиологии в ее самых мерзких проявлениях. Не могу вспомнить ни одной современной книги, в которой не упоминались бы, пусть даже и вскользь, разлагающиеся трупы, испражнения, совокупления, сиськи-письки или что-нибудь еще мерзкое. Ну, и в любой современной книге можно обнаружить сквернословие. Поэтому я стараюсь современную литературу не читать. В случае с "Лавром" я сделала исключение, поскольку книга позиционировалась, как православная, и я искренне не ожидала подвоха. Но подвох там был!

Вот то, что я написала в дневник сразу после прочтении первой части книги:
Понятия не имею, как объяснить нынешним узколобым писателям, что сочувствие к их персонажам не обязательно должно сопровождаться отвращением и рвотными позывами.

Хотя чего удивляться, когда положительная критика выглядит так:

Эмоций, как видно, было много. Но я не вижу смысла что-то добавлять или как-то сглаживать это первое впечатление.

*

Ну, и подытоживая.

Автор, взявшийся писать книгу о православии, должен понимать меру своей ответственности перед Богом. За каждого, кого книга собьет с пути, через кого она прорастет сорными мыслями и гадкими чувствами, за всех, кого она прельстит, ему придется дать ответ перед Богом. По этому поводу отлично сказал протоиерей Андрей Ткачев:

Мне нечего к этому добавить.

Христофор занимался врачеванием в средневековой Руси. Был он довольно известным, популярным, дающим людям чудо исцеления. Внук его Арсений пошел по стопам деда и стал учиться его делу. Немного позже Арсения началась и своя жизнь. Жизнь лекаря в древней Руси, избавляющего людей от разных хворей и увечий.

Книга психологически очень тяжелая. Тяжелая не в словесной форме, а в своём содержании. Тут будет и любовь, и много человеческих трагедий. Здесь много понятного нам людского горя и счастья. Поэтому, если вы ранимая душа, то может быть вам лучше не читать эту книгу.

Очень сильная книга, полная глубоких философских мыслей. Тут есть много поводов для того, чтобы подумать. Но много тут и психологически тяжелых моментов. Особенно здорово была написана первая часть книги. Она наполнена особенно сильными психологическими моментами.

Я думаю, что это самая психологически сильная книга, которую я прочитал вообще за всё время. Она потрясла меня, расшевелила мои нервы и разбередила сердце. Очень рекомендую всем, кто не стал чёрствым и может сопереживать людям, но способным не впадать в депрессию по любому поводу.

Много вопросов возникло сразу и продолжало возникать на продолжении всего пути. Что за жанр? Я где? Житие? Сказ? Стилизация? Зачем игра в Средневековье? Потому что «Игры престолов» на волне популярности, а у нас своя мифология есть? Обложка предупреждает: НЕисторический роман, имитации Древней Руси с кокошниками и повойниками не будет. Переворачиваешь страницу, и начинается имитация.

Однако роль читателя обязывает пробираться к финишу в декорациях, заданных автором. А оказываешься даже не на исторической реконструкции, а на косплее. Кстати, если уж на то пошло, романтику средневековья лучше передают визуальные искусства: смотрю прохождение «Ведьмака» и не перестаю любоваться работой художников.

Но автор не красоты же единой ради играет со стариной — хотя, например, описания трав избыточны, искусство для искусства. А ради того, чтобы проследить духовный путь личности (горизонталь) и выстраивание связи человека с Богом (вертикаль). Это прямым текстом на задней обложке заявлено. В Средневековье просто удобнее для этого героя разместить — в условиях современности и персонажу, и писателю пришлось бы куда сложнее.

А вот это уже другой разговор. Ради этого стоит потерпеть стилизацию. Я давно уже читаю не затем, чтобы открыть имя или отметиться в списке «все читают». Единственный критерий — тема, и если она интересует, у книжки есть шанс. В «Лавр» заглянуть стоило. Прежде всего, понравилась игра со временем: сны, отражения, просвечивание современности сквозь архаику и наоборот, когда автор попытался изобразить вечность не столько метафорически, сколько лингвистически. И получилось!

Еще видны старания сделать сюжет увлекательным, чтобы не только самому интересно было играть. На это работают и композиция из четырех частей, где ГГ проживает очередной этап своей жизни под новым именем, и использование таких безотказных «кнопок», как история любви и путешествие в дальние страны. Но у меня книга не нашла эмоционального отклика, для меня это скорее роман идей.
Разве что старый Христофор вызвал симпатию — эдакий славянский Гэндальф-Мерлин, волшебник-чародей.

Ну и раздумья: а обязательно, описывая духовные поиски, пересказывать кусками Библию? Причем в ее наиболее общеизвестной части? А диалоги персонажей насыщать раскавыченными (оттуда же) цитатами? Ведь одни читатели знакомы с первоисточником, а те, что незнакомы, чего доброго, подумают, что это автор сам сочинил. Можно о пути к Богу своими словами? И в настоящем времени? А что, если попытаться?

НЕМНОГО О ЦИТАТАХ
Пространная раскавыченная цитата из Книги Бытия, гл. 1, обескуражила:

Дальше ещё много, про светила, зверей. А зачем? Не в том печаль, что нельзя цитировать или использовать цитирование как прием — а в чувстве меры. Чересчур густо. Может, просветительства ради?

Ещё несколько примеров, когда цитаты могут быть приняты — и принимаются — за авторский текст. Самая популярная:

Это преподобный Арсений Великий (жил в Риме в 1 веке н.э.), а Арсений-персонаж лишь на него ссылается.

А это «Гордость — корень греха», Паисий Святогорец.

Подобные цитаты рассыпаны в особенности по диалогам. Сложно, конечно, реконструировать разговорную речь людей Средневековья. Но это всё равно что наши современники, пусть даже филологи, обменивались бы исключительно цитатами из прочитанных книг.

Переклички сюжетов. Реальный святой, отшельник, которого обвинили в том, что он обесчестил девушку, и который потом заботился о ней и её ребёнке — Макарий Великий (Египетский). Конечно, сюжеты заимствовать не запрещается. Важно видеть эти связки. Но сомнения берут, что каждый первый читатель их увидит. Я просмотрела много читательских отзывов.

В общем, постмодернистские приемы играют печальную роль. Так теперь задним числом и кажется, что весь текст — большое лоскутное одеяло, где я наверняка много чего не отследила, поскольку, во-первых, не богослов, а во-вторых, такая цель не ставилась — это навскидку, несколько по ходу чтения выловленных «блох».

Так страшно писать высокпарные слова, когда знаешь, что тебе постоянно не везет и ты обязательно сглазишь и все пойдет наперекосяк, но я рискну - я нашла своего современного писателя.

Спасибо проведению, что последние дни ушедшего года и начало наступившего я провела в общении с этой невероятной по литературной красоте книгой. Пишу, уже остыв (и даже немного жалею, что не испытала этих бурлящих эмоций от рецензии сгоряча), осмыслив и даже немного забыв элементы истории, но трепет и восторг от прожитого теплится до сих пор. Впрочем, и они здесь не главное - как-никак, лейт мотив говорит о многогранности и всеобъемлемости событий - главное, на мой взгляд, это философия веры и человеческой любви.

Не буду снобом и не скажу, что это нормально понимать все, что сказано в книге. Лучшим вариантом будет ознакомиться с философией Фомы Аквинского, орденом францисканцев, библейскими сюжетами. Мне исключительно повезло, потому что я накануне смотрела эти моменты и, повторюсь, провидение меня притянуло к книжной полке, чтобы достать именно Лавра, без малейшего понятия, "кто и о чем".

Времени нет, есть поступки и человеческая воля, обсуловленная божьим велением. Есть пресловутые пластиковые бутылки в средневековой глуши под ногами, есть реинкарнация Ангелов, Иосифа и Марии, повитух младенца Иисуса из апокрифов, и самого сына божьего во всех героях одновременно. И как говорит автор, нет повторений, есть подобия. И все мы, по озвученной логике - подобия того, кто страдал, страдает и трепетно верит в спасение, когда любовь возьмет верх. И был ли это Псков, был ли это Львов или Иерусалим - зеркало веры, отражается везде и в каждом.

Книга должна быть пережита, осмысленно, но и с чувством. В ней все настолько удачно и слаженно- язык, ситуации, передача окружения, явная и столь приятная для вычленения и понимания аллюзий философия и религия. Автор меня поразил, как случайное явление в моей жизни, как прекрасный литератор и историк, как человек, который понимает и может донести таким образом, что ты человек своего века чувствуешь связь всех поколоений вместо с сегодняшним днем одновременно, связь воли и реузльтата, связь себя и в какой-то мере автора романа и каждого из всех людей.

Мне было классно, советую всем, лучше, конечно, с некоторой подготовкой по истории, лучше - с карандашом и блокнотом для пометок, лучше - интимно одному, но отдать в конце книгу лучшему другу, она стоит того, чтобы по-христиански делиться. Но не придирайтесь к канве религии, она для отсылок и понимания единения всех и вся. Не пугайтесь церковно-славянской лексики и неожиданных современных вставок - это то, без чего Лавр не был самим собой, с множеством имен и времен бытия. Всем любви и мира над головой.

Всегда с какой-то опаской относилась к современной русской литературе, но в последнее время «отпустило» это чувство, т.к. нередко стали попадаться прекрасные авторы.
Совсем не представляла о чём книга. Слишком часто обложка и название мелькало перед глазами, что добавила себе чуть больше года назад в список «ближайших» прочтений. Благодаря ФМ в группе «Мир аудиокниг» - Премиальные чтения, я и добралась до неё. Сказать, что удивлена – ничего не сказать. Это было непредсказуемо, невероятно и абсолютно неожиданно.
Больше половины книги я слушала практически, не отрываясь, просто наслаждалась языком, который, подобно водопаду, заливал меня своей красотой. Для аудиовосприятия книга великолепна. Возникало ощущение, что смотрю фильм, перед глазами мелькали картинки происходящего.
Как заявлено, это не историческая книга, однако, она погружает нас в некое историческое пространство со всеми нюансами и деталями. Легко может возникнуть тот или иной образ героя, будь то женщина, монахи, дети или юродивый. Это нереальная сказка для взрослых. Понимаешь, что всё это нереально, но и в то же время, хочется верить, что так и было. Хоть я и не любитель философствования в литературе, но здесь всё уместно и не тяготит.
Начав слушать, и почти до конца не отпускает вопрос: «Почему ЛАВР?» Ответ будет дан, главное уметь ждать.
Не буду пересказывать содержание книги, рецензий написано достаточно, более 200, думаю, где-то, наверняка, есть и подробное краткое изложение.
Описывается жизнь Арсения с детства до… Кто он? Прирождённый врач? Травник? Чудотворец-предсказатель? Или же всё в одном лице? За свою жизнь, кем только он ни был, но всё началось именно с Арсения. Как бы его не называли, его сущность оставалась неизменной. Покорила честность, доброта и искренность героя.
Знакомство с творчеством автора прошло успешно. С нетерпением буду ждать новых «встреч».

В последнее время жутко не везло с литературой. Не было ни одной книги, которая бы схватила за сердце и не отпускала, а ослабила бы хватку только после пару капель чего-нибудь успокаивающего. Я сознательно откладывала «Лавра» в уголок своего «чердака», чтоб как-нибудь найти сокровище и перевести дух, отдаваясь волнам той литературы, которая приносит спокойствие – не все так плохо. Уверена на миллион процентов, что это книга то, что надо. Лекарство для измотанной и ищущей пристанище души.
Машина времени в буквах, в словах, в образах. Не линейно, не по прямой, а виляя хвостом жизней, перевязанных одной тесьмой, линей судьбы одного человека. Что гадать, дорога жизни у каждого своя. Никто не сможет ответить на закономерный вопрос - а что будет за поворотом и правильный ли выбор пути, стоящего на перекрестке.

Помните себя ребенком? Немного… Всплывают совсем обрывочные воспоминания, когда задумываешься и отгоняешь беспричинность хаотичных мыслей в настоящем. Память похожа на фильм о прошлом, где главный герой твоя собственная персона, на которую приходится смотреть со стороны. А ты ли это? Время логично зацикливает события, но сознание шепчет – все было, но в прошлой жизни. Разве нет, Арсений? Память вырывает куски детства. Волк греется у очага. Защита и вера в незыблемость мира. Детские глаза, зависящие от взрослого, воспитывают в нем стойкость и жизненную силу в борьбе с несправедливостью.

Помните первый страшный поворот? Жизненное землетрясение, разрушение всего привычного. Кто я? Кем я стал? Кем я буду? Все, время играет свою игру, разбрасывая угольки привычной жизни. Правильность выбора неоспоримо временем. Выбор всегда правильный, потому что это твой выбор. Что ты умеешь делать? Устин вот помогал, лечил тело и душу. Исцелял людей, тем самым спасая свою. Он знает, где был не прав. Но ошибки помогают найти путь в темноте, они как фонарики, освещающие ту дорогу, по которой надо идти. Или хотя бы попробовать пройти.

Какая твоя дорога? Лесная тропинка, асфальтовое шоссе или дорога из желтого кирпича? Любая, с множеством поворотов и неожиданностей. Ямы, разбойники и усталость. Лучше идти не одному, вместе легче не свернуть в темный лес. Да и фонарь держать удобней, который освещает цель твоего путешествия. Опять Арсений в дороге, к новому себе, к Амвросию. Вера в людей, вера в свой путь к Иерусалиму, да и просто Вера – все помогает принять себя. А к какому итогу придем все мы. Потери неизбежны, они как шрамы – отметины боли, остающиеся с нами до конца дней, напоминание о внезапности конца. Амброджио нашел конец света. Выключайте свет, уходя из дома.

Время циклично. Повторы, как дежавю. Пришли откуда-то, туда же и уйдем. Одни. Зима жизни подводит итоги, исправляя ошибки на ходу. Да и судьба всегда дает усвоить урок, помещая нас в петлю времени. Гибель ребенка в прошлом, помогает появиться ребенку в будущем. Не это ли цель – появление новой жизни.

Водолазкин знает, что делает. Филолог жонглирует языком, как отдельным героем, совмещая средневековые тексты с пластиковыми бутылками. Язык вне времени, сторонний наблюдатель, который утрирует нелинейность происходящего. Игрушка автора или тайный знак?

Поставив точку в конце, подведя итог существования в этом сюжете, смело закроем страницу. Переведу дыхание. Непростой путь, да и простого быть не может. Лавр сделал свое дело, Лавр может уходить.

Очень хороший, многоплановый роман.
Прекрасный русский язык, серьезная тема — тут и христианские заповеди, и библейская мудрость, самопожертвование, смирение и практически житие почти святого старца.
Жизненный путь Арсения (Устина, Амвросия, Лавра — да-да. это всё о нем!) через века, в каком-то безвременье, среди боли и потерь. Трудный путь.
Признаюсь, читать было сложно и порой не совсем понятно.
О пресловутые пластиковые бутылки и я споткнулась, но очень уж велика у меня вера в Евгения Водолазкина, в халтуру и невнимательность я не поверила ни на миг.
У этого автора всё не просто так. Была права — почитала о создании романа. Впрочем, об этом уже во многих рецензиях написали, повторять не буду.
"Авиатор" и "Брисбен" мне понравились гораздо больше, они как-то попроще, хотя не менее прекрасны.
Буду и дальше знакомиться с творчеством Водолазкина. Он стоит того.

Не совсем то, что ожидалось! И если в целом взять, то книга неплохая - даёт очень много возможности поразмышлять. Но, мне она показалась очень скучной в середине, хотя такого же не могу сказать о начале произведения и о концовке. Смешение со старославянским сначала удивило, но не разочаровало - это было необычно и интересно, а вчитавшись вообще перестаёшь замечать, и эти вставки уже кажутся логичными и на своём месте, хотя и были некоторые нестыковки, приводящие в недоразумение. Главный герой Арсений - интересный персонаж, но местами, трудно было понять логику его поступков. Всю свою жизнь он посвятил поиску прощения и для себя, и для совей возлюбленной, которую потерял по своей вине. В результате получилась книга - философия, книга - осмысление, книга - поиск пути и смысла. Нужно было читать и постоянно думать прокручивать в голове прочитанное, размышлять над вечными сложными вопросами, пытаясь понять, как правильно жить и во что верить, что порой просто немного утомляло. Эта книга не оставила равнодушной, но и восторга от неё я тоже не получила.

Очень хорошая литература!
Замечательный язык повествования - богатый, сочный, красочный и плавный. Очень интересный ход событий. Отлично прописанные герои и их судьбы. Совершенно бесподобное описание трав и их целебных свойств (кто бы мог подумать, что мне это может быть интересно)!
Книга глубоко религиозна, но при этом без напряга. Читателю никто не навязывает веру, но любовью к Богу пропитана каждая страница книги. Очень ненавязчиво. Возможно, кто-то вообще увидит в этой книге только жизненную философию, раскрывающую читателю смысл бытия, жизни на Земле и человеческого предназначения.
Отличный образец качественной отечественной современной литературы, за которую не стыдно. Мало того, можно гордиться.
Буду с удовольствием знакомиться с автором дальше!