Свет маяка

Я у Пикуля прочитала практически все, а этот роман как-то постоянно откладывала, наверное, отпугивало непонятное название, да и книги о второй мировой я стараюсь читать очень выборочно и дозированно, так как тяжелые они часто. Конечно же, любимый писатель не подвел, да и название уже не кажется непонятным. PQ – этими буквами маркировали караваны кораблей, везущих грузы от берегов Исландии до СССР (Мурманска или Архангельска) в годы ВОВ, а 17 – просто порядковый номер очередного такого каравана. Когда караван шел в обратный путь – из СССР в Исландию – его буквенная маркировка менялась на QP.

Караваны эти были очень важны для СССР, так как везли столь необходимую помощь союзников (Англии и США) – боеприпасы, технику, продукты. Фашисты это понимали, и всячески мешали их проходу, ни один караван не дошел до пункта назначения без потерь. А караван PQ-17 был особенный, так как вышел он как раз во время битвы за Сталинград и был жизненно необходим защитникам города. Гитлер лично курировал операцию по уничтожению этого каравана. Операция называлась «Ход конем», и помимо уничтожения каравана включала в себя и полное уничтожение Мурманска, чтобы каравану было некуда приплыть, если ему все же удастся прорваться. К сожалению, операция «Ход конем» прошла успешно для немцев, а этим романом Пикуль хотел увековечить подвиг американских, английских и советских моряков, о котором мы знаем так мало.

Как всегда у Пикуля рассказ получился очень живой, со множеством морских и военных баек и анекдотов, описанием героических поступков моряков, быта и реалий того времени.

Интересный факт: Пикуль пишет, что дружба между американскими и советскими моряками возникала мгновенно, встретившись впервые, сразу начинали обниматься, шли вместе выпить, болтали и шутили, а вот с англичанами дружбы не было, те держались настороженно и в стороне, братания не допускали.

С авторской манерой Пикуля я знакома едва ли не с самого детства: когда-то папа поучаствовал в моем половом воспитании, подсунув для чтения "Ступай и не греши" )) Потом "Фаворит", "Нечистая сила" и дальше пошло-поехало. А "Честь имею" даже в любимых книгах до сих пор числится. Про "Реквием" слышала много, но браться до сих пор не решалась: уж больно тема болезненная.

Проблема в том, что я ведь совсем ничего не понимаю в кораблях, навигации и всех этих флотских делах, значительную часть используемых терминов приходилось гуглить по ходу чтения. Так что для меня вся первая часть романа превратилось в типичный турнир "морского боя" на листочке в клеточку: е3 - ранен, е4 - убит. А вот когда во второй живые люди пошли, с историями и характерами, - стало поинтереснее.

Только сейчас стала замечать, как вкрадчиво и ненавязчиво Пикуль все эти годы впрыскивал мне в кровь отраву патриотизма, когда ненадолго слезла с его иглы. Очень пропагандистская получилась вещь. Слишком однобокая для документальной. И крайне слабая литературно для художественной: рваная, сумбурная, даже стиль и тон повествования меняется по сто раз на страницу, шаблонно-картонные до ужаса персонажи. Что-то вроде разоблачительных статей желтой прессы, в общем. А и по поводу болезненности... Зря боялась. "Мальчики с бантиками" гораздо живее и острее воспринимались.

В рамках "Флешмоб-2011"

Особая благодарность за совет: margo000

"Я всегда думал, что корабли приносят людям только радость.."
Итак, вторая книга по совету читателей для флешмоба.
Хочу сделать небольшое отступление, прежде чем поделится впечатлениями о прочиттанной книге. В нашей литературе очень мало книг о полярнных битвах, времён Великой Отечественной Войны. Поэтому эта книга действительно уникальна, поскольку писал её человек, который присутствовал при всех событиях, что само по себе очень важно.
Честно сказать, читать данную книгу было очень тяжело, причём как по впечатлениям, так и по размышлениям. Почему тяжелые- впечатления понятно. Война, немецкие войска превосходят в силе мировые державы. Каждый пытается отвоевать морские, и наземные территории. Мы много слышали и знаем о войне наземной, но мало слышали о войне на море в тот период. А ведь война на море намного страшнее. Потому что спастись там практически невозможно. Потому что на земле если останешься жив, то хотя бы есть шансы на то что тебя найдут. Но если в открытом море ни дай бог прекратится передача позывных сигналов - значит всё - считай что корабль в списках погибших или затонувших. Вот что самое страшное было в войне на море. Не погибель от торпеды, и не пробоина в дне корабля, а просто печальная участь, что корабль, в котором есть живые люди просто не найдут.
Очень интересно замечание Пикуля о том, что данная книга больше всего оказала впечатлительное влияние именно на читательниц, а не на читателей. Быть может, женщины гораздо впечатлительней отнеслись к произведению, но хочется сказать, что у любого человека после прочитанного останется какой то след.
Почему тяжелые размышления?
Прочитав книгу я понял, что в той войне союзников у СССР на флоте не было. Правильнее сказать, были помощники, которые больше мешали. Судите сами - когда английскому конвою дали под охрану караван PQ-17, который вёз ценный груз через арктику (патрулируемую немецкими кораблями), вдруг приходит странный приказ - отвод конвоя. Это значит что конвой уходит восвояси, оставив корабли один на один на вражеской территории.Это ли помощь? Спохватились поздно, когда караван уже бесполезно было искать. Это ли помощь?
В то же время произведение целостно описывает подвиги наших моряков, да и не только наших, которые, при столкновении с противником, превосходящем по мощности в дестки раз, стояли до последнего.
Я не поленился, и поискал документы по данному событию. Действительно, автор не соврал не единого слова. Более того, он не имел желания ничего преукрашивать, и рассказал нам намного больше фактов, чем описывается.
В конце рецензии хотелось бы добавить, что подводная лодка К-21, потопившая самый мощный немецкий крейсер "Тирпиц", за которым в то время охотился флот мировых держав, существует и поныне.

После вывода из состава, около 20 лет служила тренировочной базой для отработки борьбы за живучесть. Весной 1981г. была поставлена в ТПД-12 на заводе города Полярный для преобразование в музей боевой славы. После переделки 3-х кормовых отсеков под экспозицию (4 первых остались практически без изменений) поставлена на постамент (с погружением в воду при приливе) в качестве музея в Североморске. Решение принято в 1981. Музей открыт в 1983.

В конце 1990-х был проведен ремонт лодки (подводная часть).

В 2008—2009 годах проводится ремонт музея и обновление экспозиции

Книга очень понравилась. Поэтому рекомендую всем и основательно. После книги желательно посмотреть фильм "Конвой PQ -17". Уверяю, не пожалеете.

Куприн по своему образу жизни, мировоззрению и любви к выпивке – это примерно наш Хемингуэй, а его цикл очерков «Листригоны» (в честь великанов из античной мифологии, которые переродились в современных ему греческих рыбаков в Балаклаве) – это примерно наш «Старик и море». Конечно, не такой пронзительный и слезовыжимательный, но в остальном схожий до степени смешения.

Учитывая, что Куприн фактически внедрился в рыбацкую артель, выходил с ними в море и даже занимался не вполне приглядными вещами вроде распития «бешеного вина» в товарных количествах, его подход вполне можно считать гонзо-журналистикой – задолго до Хантера Томпсона. Так что его тусовки с водоплавающими ангелами ада вполне можно было бы озаглавить «Страх и ненависть в Крыму» или «Рыбалка в Балаклаве упадочна и порочна».

Книга Валентина Пикуля посвящена одному из драматических эпизодов Второй мировой войны – гибели союзного каравана в северных широтах. Это произведение, которое сам автор назвал документальной трагедией, можно уверенно назвать визитной карточкой писателя. Пикуль проявил себя в этой книге как литератор-документалист, не лакирующий действительность, а ищущий истину.
Литерация караванов буквами PQ (пэ ку, пэ кью) объясняется тем, что в Англии оперативным планированием конвоев в СССР ведал офицер флота P. Q. Edwards; от его инициалов Британское адмиралтейство и взяло название для караванов, идущих к русским берегам через арктические воды.
Эту книгу нельзя читать без волнения. При недостатке художественности порою сухие документальные данные вызывают живые картины трагической гибели людей, их геройство независимо от национальности, тупое равнодушие людей из бюрократической властной машины не могут оставить равнодушным.
Хотелось бы, чтобы эту книгу читали побольше современных читателей, стремящихся в первую очередь погрузиться в мир фэнтази, придодящий туда, что Гоголь назвал "маниловщиной".

Книга читается очень легко, хоть встречаются термины из морского лексикона.
Достаточно подробно изложена предыстория главных событий. Даже на столько подробно, что когда дошло до PQ-17, прочитанного показалось мало. Я думаю, что это обусловлено тем, что в виду трагичности событий достоверных источников, которые бы могли поведать подробно, осталось относительно немного.
В некоторых чертах эта книга напоминает творения Резуна. Во-первых тем, что есть спорные темы (например, атака Лунина). А во-вторых, что эта книга может породить сомнение, а, как следствие, интерес к истории, как к науке.

Я не люблю книги про Великую Отечественную Войну. Они всегда казались мне излишне героическими, давящими на жалость. Может это отголоски той нелепой пропаганды, которая ведется сейчас - много красивых фраз и эпитетов, а на деле пшик.

Всегда считала, что говоря о героях войны не стоит вспоминать их матерей и дочерей - матери есть у всех, и они всегда будут плакать о своих детях, война на дворе или нет. Надо говорить о боли и лишениях, о страхе смерти через который перешагивали сотни тысяч солдат и шли дальше на врага.

Прочитав "Реквием..." я плакала. Плакала от невозможности помочь уже давно умершим людям, от того, что не могу сказать "все было не напрасно", от того, что так редко в официальных материала рассказывается о том ужасе, который испытывали моряки, гражданские и военные, вслушиваясь в тишину в надежде, что подводной лодки нет. И только холод, и только лед, и только вода...

Пикуль весь роман написал в более документальной манере, чем литературной. И от некоторой сухости в изложении, роман еще более берет за душу. И еще больше укрепляет меня в мысли, что "войны выигрывают солдаты, а не генералы" (с).

Добавить нечего, читать обязательно.

С семиклассниками будем изучать рассказ Л.Н.Толстого. Послушала сама. Перечитала, так сказать.
И снова потрясает настоящая человеческая правда, с которой пишет Лев Николаевич.
Найдёте ли Вы здесь рассказ о героических поступках? Нет. Но в каждом безымянном образе солдат, защищавших Севастополь, мы видим героев.
Писатель рассказывает горькую правду о раненых и погибших, говорит об огромной любви к Родине, к России. И ещё напоминает, что война - это не столько подвиги, сколько тяжёлая работа.

Разве это не о героях специальной военной операции? Борются наши бойцы за Родину. Каждый из них герой!
Читайте и помните!

ЛЕДОВАЯ КНИГА, АНТАРКТИЧЕСКИЙ ДНЕВНИК. Авторизованный перевод с эстонского.

ЮХАН ЮРЬЕВИЧ СМУУЛ - советский писатель и журналист. Принимал участие в качестве корреспондента в начале Третьей САЭ - Советской Антарктической Экспедиции - под руководством Толстикова. Основное место в книге уделено не самой Антарктиде, а плаванию туда и обратно.

*********************

Итак, осень года 1957. Дизель-электроход «Обь» давно в пути. С большой задержкой, только 1 ноября, из Калининграда выходит и «Кооперация», на ее борту вторая часть антарктического персонала, дополнительная техника, топливо, припасы и корреспондент газеты «Правда» Юхан Смуул, который и начинает вести свой дневник.

Пара слов о Калининграде и тамошней гостинице «Москва». Пишет, что город ещё не восстановлен, а ведь действительно, всего 12 лет прошло после завершения Великой Отечественной, а мы уже отправляемся на освоение нового континента!

Приводит список вещей. Штатный набор полярного обмундирования выдаётся всем участникам экспедиции, в том числе и сезонным корреспондентам. Личные вещи. Мне, как всякому любителю книг, кнчн всегда интересно, кто что берёт почитать. Особенно в такой ситуации, а-ля 10 книг, которые вы взяли бы с собой на необитаемый остров)) Тем более, что Юхан Смуул - и сам не только писатель, но и явно активный читатель, что он дал понять с первых страниц, упоминая разные имена и цитаты, и бегло обсуждая литературу в дальнейшем.

Итак, книги с собой:

1. Стендаль, Красное и чёрное.
2. Джозеф Конрад, Лорд Джим.
3. Хемингуэй, Старик и море.
4. Юджин О’Нил, Луна Караибских островов.
5. Нансен, На лыжах через Гренландию.
6. Берд, Полёт на Южный полюс.
7. Шеклтон, Путешествие на Южный полюс.
8. Первый выпуск собрания «Страны и народы мира» - «Полюсы».
9. Русско-эстонский словарь.

Хм, приемлемо! Примерно в этом стиле сформирован набор книг и на моей прикроватной тумбочке)) И перед тем как взять эту «Ледовую книгу», я даже выбирал: ее ли начать или из Стендаля что-то почитать… Почувствовал себя пассажиром в каюте корабля, ближайшие полтора-два месяца планирующего плыть в сторону Антарктиды без смартфона в кармане)) Только вместо эстонского у меня древнегреческий - мало ли, вдруг древнегреки в пути! И древнегреческий я сейчас учу по Библии, а Юхан Смуул в дороге планирует дописать свою антирелигиозную пьесу, он - «коммунист и атеист», о чем прямо с порога и ставит в известность всех читателей)

Впрочем, как человек начитанный Юхан Смуул кнчн же знаком с Библией и имеет из неё выписки для своего творчества и даже для создания настроения, подходящего к теме его пьесы, он напевает религиозные мотивы и кнчн же радуется, что вокруг никто не понимает эстонского, так как «коммунист и атеист» не только он один на советском судне)

А вот любопытная цитата из книги, когда автор размышляет о рае, аде и земной жизни. «У магометан хоть есть в раю женщины, а тут… Христианский рай в известном отношении напоминает Антарктический материк. Ведь когда Берд после зимовки на барьере Росса спросил одного из спутников, чего ему наиболее остро не хватало, тот ответил:
- Искушений!»

Суровый мужской мир Антарктиды как иллюстрация к христианскому раю...

*******************

Ничего дописать в пути у него кнчн не вышло. Дел невпроворот. С самого старта его нарезали изготовлять стенгазету к Седьмому Ноября, отбрыкивался как мог: моя твоя не понимай, не слышь что ли - нерусский я, какая мне стенгазета?! Не помогло, партия сказала: Надо! комсомол ответил: Есть! Русский выучишь по ходу пьесы.
- Жора! Жарьте рыбу.
- Так рыбы нет!
- Жора, да вы жарьте, жарьте! Рыба будет…))

Потом пошли тропики, жара, бассейн на палубе, шутки-прибаутки, санаторно-курортная атмосфера, дельфины, летающие рыбы, снова стенгазетные хлопоты - подготовка ко Дню Нептуна, традиционному корабельному празднику по случаю пересечения экватора.

Делали одну остановку - в Кейптауне, экскурсия по городу, впечатления.

********************

А «в историческое 4 января (1958) на Антарктический материк высадился представитель эстонского народа и эстонской литературы. Впервые в этом районе появился эстонец…» На самом деле эстонская нога ступила на этот материк ещё в конце декабря, но тогда был коньячок под сальце, и впечатления стали двоиться и несколько терять связь с реальностью, поэтому автор не стал их подробно описывать)) А 4 января Юхан Смуул переехал из каюты «Кооперации» в каюту прессы станции Мирный и началась с этих пор совсем другая жисть у писателя - антарктическая! круглосуточный приём ящиков и бочек с судна, ну)) всеобщая работа по разгрузке, не взирая на чины, регалии и профессии.

Про начало Третьей экспедиции я уже читал несколько раз и кнчн же каждый раз и в этот тоже - новые интересности, подробности и личные ощущения. Из нового для меня - например, описание псарни в Мирном, где зимой 1958 было около 40 собак. Юхан слетает также и на станцию Комсомольская, где проживет несколько дней и опишет тамошний быт.

***********************

Уже в феврале начался путь из Антарктиды домой вместе в членами предыдущей, Второй САЭ. На корабле у писателя случится день рожденья, и он окунётся в воспоминания и расскажет читателю о своём довоенном, оно же досоветское, детстве. Жили небогато, семья большая, Юхан - одиннадцатый ребёнок, вместо учебы детям, и ему в том числе, приходилось пахать во всех смыслах слова.

В этот раз «Кооперация» делает остановку на несколько дней в австралийской Аделаиде. Советские суда вызывают неизменный интерес в капиталистических странах, и на обратной стороне мира тоже, то бишь в Австралии)) Что ж, наши двери распахнуты: добро пожаловать на борт, господа капиталисты, не боитесь, не укусим. Начинаются многолюдные экскурсии по палубам, каютам, коридорам, чаепитие на ходу и ужин в ресторане, музыкальный салон, картины, рояль, современные танцы, на большом экране показ советских фильмов, и кнчн же живое общение с настоящими советскими гражданами)

Неубывающая с утра до вечера толпа народу, на корабле не протолкнуться. К вечеру деток раскладывают на кровати в каютах, взрослые продолжают веселиться. Ещё позже по рупору несколько раз всех благодарят за посещение, как бы намекая, что визит окончен, дорогие гости, не надоели ли вам хозяева и не пора ли расходиться, но это не очень помогает))

Приходят самые разные австралийцы, но не только. В Аделаиде примерно 20-тысячная колония русских эмигрантов. Им тоже интересно. Сначала кружат на машине по причалу, притормаживают, высовываются из окна, смотрят, ещё один круг, и ещё, потом пешком подходят к трапу, неуверенны, в замешательстве, медленно поднимаются, с жёнами и детьми. “Извините, нельзя ли посмотреть корабль? {…} И чего только не содержало это «извините». {…} Любопытство? И это тоже. Но не только это. Было тут ещё и другое: «Извините, нам столько лет врали, что мы хотим знать, корабль ли это в самом деле или просто пропаганда»; «Извините, но в ваших глазах мы, наверно, не иначе как предатели родины»; «Извините, но мы хотим что-нибудь услышать о своей прежней родине от вас, а не от газетчиков-эмигрантов»; «Извините, но мы тоскуем по своей России»…”

Эмигрантов, побывавших на «Кооперации» за дни стоянки, писатель разделил на три категории:

1. Самая большая часть - эмигрировали по разным причинам, своей Родиной считают только СССР, искренне тоскуют.
2. Колеблющиеся. Не любят говорить о том, почему покинули страну. Период 1941-1944 упоминают туманно и быстро перепрыгивают на угнетающее существование в западногерманском лагере для беженцев. Желания вернуться домой не изъявляют, но имеют большой интерес к Советскому Союзу.
3. Люди в «сверхпёстрых» носках с закатанными штанинами)) Расхваливают образ жизни денди, всё время «забывают» на палубе яркие журнальчики, пытаются соблазнить экипаж на побег из-за железного занавеса в демократичный рай борделей и дурдома.

**********************

Ну а Юхан Смуул с товарищем, знающим английским, тем временем совершают экскурсии по городу. В Аделаиде нет театров и оркестра, но есть картинная галерея, зашли, осмотрели образчики современного западного искусства, кое-что вполне себе ничего, можно даже дома повесить, не в гостиной кнчн, но для укромного уголка годится))

Покатались по кварталам - улицы с богатыми домами, отдельно улицы с домами попроще у чиновников, и совсем отдельно дома рабочих, купленные в многолетний кредит, бытовая техника вся в наличии, даже электрическая швейная машина (уже в 1958!), однако и это всё куплено в рассрочку, зашли внутрь посмотреть как живут и пообщаться с представителями рабочего класса.

Далее - в гости к знакомым австралийцам из интеллигенции. Туда же приходит супружеская пара прижившихся здесь эстонских эмигрантов, они спросили у Юхана, говорит ли он по-эстонски? Да, говорит. А разве это в Эстонии разрешено?? Советский писатель не сразу понимает в чем суть вопроса и кто собственно и с чего бы должен ему запрещать говорить в своей стране на родном языке. Оказывается, эмигрантам рассказывают, что в СССР нельзя говорить на национальных языках. Наши новые эмигранты кста тоже такое до сих пор рассказывают))

Ещё встреча с эстонкой - она с мужем и друзьями среди бесконечных гостей корабля, хочет видеть эстонского писателя, и говорить по-эстонски, и на месте ли бывший магазинчик ее папы в Тарту? Писатель не знает про магазинчик, но проявляет встречный интерес из вежливости:
- Вы, сударыня, давно не были в Эстонии?
- Да, с тех пор, как Гитлер позвал нас в Германию.
- Ваши родители немцы?
- Мама - немка.
- А ваш отец?
- Отец - русский.
- А вы сами?
- Боже мой, эстонка!..

Муж у эстонки - немец. Он интересуется, воевал ли Юхан против немцев?
- Воевал.
(В Википедии написано, что Юхан Смуул родился в 1922, в 1941 был призван в Красную Армию, но по состоянию здоровья на фронт не попал, из оккупированной фашистами Эстонии он был эвакуирован вместе с другими эстонскими деятелями культуры в Ярославль, где они продолжили осуществлять культурную деятельность. Демобилизован в 1944).

Эстонка просит на память пустую пачку от «Казбека». Юхан дарит полную.
- Боже мой, это мне?!
- Это вашему папе и вашему мужу, чтоб они не забыли вкус русского табака…

Также подробно описана остановка и в Египте, снова осмотр окрестностей, Каир, пирамиды, Александрия.

*****************

В 1961 «Ледовая книга» Юхана Смуула была удостоена Ленинской премии. Книга многократно переиздавалась в Советском Союзе.

Книжулю однозначно рекомендую к приобретению и прочтению, написано ярко, образно, личное и общезначимое, немного сентиментальности и много юмора. Ну и в принципе для общего развития как один из образчиков эстонской литературы, с которой никто не знаком, зачеркнуто, но слабо, исправлено на: мало кто знаком))