Рецензия на книгу
Ледовая книга
Юхан Смуул
vasjalagreys28 апреля 2025 г.ЛЕДОВАЯ КНИГА, АНТАРКТИЧЕСКИЙ ДНЕВНИК. Авторизованный перевод с эстонского.
ЮХАН ЮРЬЕВИЧ СМУУЛ - советский писатель и журналист. Принимал участие в качестве корреспондента в начале Третьей САЭ - Советской Антарктической Экспедиции - под руководством Толстикова. Основное место в книге уделено не самой Антарктиде, а плаванию туда и обратно.
*********************
Итак, осень года 1957. Дизель-электроход «Обь» давно в пути. С большой задержкой, только 1 ноября, из Калининграда выходит и «Кооперация», на ее борту вторая часть антарктического персонала, дополнительная техника, топливо, припасы и корреспондент газеты «Правда» Юхан Смуул, который и начинает вести свой дневник.
Пара слов о Калининграде и тамошней гостинице «Москва». Пишет, что город ещё не восстановлен, а ведь действительно, всего 12 лет прошло после завершения Великой Отечественной, а мы уже отправляемся на освоение нового континента!
Приводит список вещей. Штатный набор полярного обмундирования выдаётся всем участникам экспедиции, в том числе и сезонным корреспондентам. Личные вещи. Мне, как всякому любителю книг, кнчн всегда интересно, кто что берёт почитать. Особенно в такой ситуации, а-ля 10 книг, которые вы взяли бы с собой на необитаемый остров)) Тем более, что Юхан Смуул - и сам не только писатель, но и явно активный читатель, что он дал понять с первых страниц, упоминая разные имена и цитаты, и бегло обсуждая литературу в дальнейшем.
Итак, книги с собой:
1. Стендаль, Красное и чёрное.
2. Джозеф Конрад, Лорд Джим.
3. Хемингуэй, Старик и море.
4. Юджин О’Нил, Луна Караибских островов.
5. Нансен, На лыжах через Гренландию.
6. Берд, Полёт на Южный полюс.
7. Шеклтон, Путешествие на Южный полюс.
8. Первый выпуск собрания «Страны и народы мира» - «Полюсы».
9. Русско-эстонский словарь.
Хм, приемлемо! Примерно в этом стиле сформирован набор книг и на моей прикроватной тумбочке)) И перед тем как взять эту «Ледовую книгу», я даже выбирал: ее ли начать или из Стендаля что-то почитать… Почувствовал себя пассажиром в каюте корабля, ближайшие полтора-два месяца планирующего плыть в сторону Антарктиды без смартфона в кармане)) Только вместо эстонского у меня древнегреческий - мало ли, вдруг древнегреки в пути! И древнегреческий я сейчас учу по Библии, а Юхан Смуул в дороге планирует дописать свою антирелигиозную пьесу, он - «коммунист и атеист», о чем прямо с порога и ставит в известность всех читателей)
Впрочем, как человек начитанный Юхан Смуул кнчн же знаком с Библией и имеет из неё выписки для своего творчества и даже для создания настроения, подходящего к теме его пьесы, он напевает религиозные мотивы и кнчн же радуется, что вокруг никто не понимает эстонского, так как «коммунист и атеист» не только он один на советском судне)
А вот любопытная цитата из книги, когда автор размышляет о рае, аде и земной жизни. «У магометан хоть есть в раю женщины, а тут… Христианский рай в известном отношении напоминает Антарктический материк. Ведь когда Берд после зимовки на барьере Росса спросил одного из спутников, чего ему наиболее остро не хватало, тот ответил:
- Искушений!»
Суровый мужской мир Антарктиды как иллюстрация к христианскому раю...
*******************
Ничего дописать в пути у него кнчн не вышло. Дел невпроворот. С самого старта его нарезали изготовлять стенгазету к Седьмому Ноября, отбрыкивался как мог: моя твоя не понимай, не слышь что ли - нерусский я, какая мне стенгазета?! Не помогло, партия сказала: Надо! комсомол ответил: Есть! Русский выучишь по ходу пьесы.
- Жора! Жарьте рыбу.
- Так рыбы нет!
- Жора, да вы жарьте, жарьте! Рыба будет…))
Потом пошли тропики, жара, бассейн на палубе, шутки-прибаутки, санаторно-курортная атмосфера, дельфины, летающие рыбы, снова стенгазетные хлопоты - подготовка ко Дню Нептуна, традиционному корабельному празднику по случаю пересечения экватора.
Делали одну остановку - в Кейптауне, экскурсия по городу, впечатления.
********************
А «в историческое 4 января (1958) на Антарктический материк высадился представитель эстонского народа и эстонской литературы. Впервые в этом районе появился эстонец…» На самом деле эстонская нога ступила на этот материк ещё в конце декабря, но тогда был коньячок под сальце, и впечатления стали двоиться и несколько терять связь с реальностью, поэтому автор не стал их подробно описывать)) А 4 января Юхан Смуул переехал из каюты «Кооперации» в каюту прессы станции Мирный и началась с этих пор совсем другая жисть у писателя - антарктическая! круглосуточный приём ящиков и бочек с судна, ну)) всеобщая работа по разгрузке, не взирая на чины, регалии и профессии.
Про начало Третьей экспедиции я уже читал несколько раз и кнчн же каждый раз и в этот тоже - новые интересности, подробности и личные ощущения. Из нового для меня - например, описание псарни в Мирном, где зимой 1958 было около 40 собак. Юхан слетает также и на станцию Комсомольская, где проживет несколько дней и опишет тамошний быт.
***********************
Уже в феврале начался путь из Антарктиды домой вместе в членами предыдущей, Второй САЭ. На корабле у писателя случится день рожденья, и он окунётся в воспоминания и расскажет читателю о своём довоенном, оно же досоветское, детстве. Жили небогато, семья большая, Юхан - одиннадцатый ребёнок, вместо учебы детям, и ему в том числе, приходилось пахать во всех смыслах слова.
В этот раз «Кооперация» делает остановку на несколько дней в австралийской Аделаиде. Советские суда вызывают неизменный интерес в капиталистических странах, и на обратной стороне мира тоже, то бишь в Австралии)) Что ж, наши двери распахнуты: добро пожаловать на борт, господа капиталисты, не боитесь, не укусим. Начинаются многолюдные экскурсии по палубам, каютам, коридорам, чаепитие на ходу и ужин в ресторане, музыкальный салон, картины, рояль, современные танцы, на большом экране показ советских фильмов, и кнчн же живое общение с настоящими советскими гражданами)
Неубывающая с утра до вечера толпа народу, на корабле не протолкнуться. К вечеру деток раскладывают на кровати в каютах, взрослые продолжают веселиться. Ещё позже по рупору несколько раз всех благодарят за посещение, как бы намекая, что визит окончен, дорогие гости, не надоели ли вам хозяева и не пора ли расходиться, но это не очень помогает))
Приходят самые разные австралийцы, но не только. В Аделаиде примерно 20-тысячная колония русских эмигрантов. Им тоже интересно. Сначала кружат на машине по причалу, притормаживают, высовываются из окна, смотрят, ещё один круг, и ещё, потом пешком подходят к трапу, неуверенны, в замешательстве, медленно поднимаются, с жёнами и детьми. “Извините, нельзя ли посмотреть корабль? {…} И чего только не содержало это «извините». {…} Любопытство? И это тоже. Но не только это. Было тут ещё и другое: «Извините, нам столько лет врали, что мы хотим знать, корабль ли это в самом деле или просто пропаганда»; «Извините, но в ваших глазах мы, наверно, не иначе как предатели родины»; «Извините, но мы хотим что-нибудь услышать о своей прежней родине от вас, а не от газетчиков-эмигрантов»; «Извините, но мы тоскуем по своей России»…”
Эмигрантов, побывавших на «Кооперации» за дни стоянки, писатель разделил на три категории:
1. Самая большая часть - эмигрировали по разным причинам, своей Родиной считают только СССР, искренне тоскуют.
2. Колеблющиеся. Не любят говорить о том, почему покинули страну. Период 1941-1944 упоминают туманно и быстро перепрыгивают на угнетающее существование в западногерманском лагере для беженцев. Желания вернуться домой не изъявляют, но имеют большой интерес к Советскому Союзу.
3. Люди в «сверхпёстрых» носках с закатанными штанинами)) Расхваливают образ жизни денди, всё время «забывают» на палубе яркие журнальчики, пытаются соблазнить экипаж на побег из-за железного занавеса в демократичный рай борделей и дурдома.
**********************
Ну а Юхан Смуул с товарищем, знающим английским, тем временем совершают экскурсии по городу. В Аделаиде нет театров и оркестра, но есть картинная галерея, зашли, осмотрели образчики современного западного искусства, кое-что вполне себе ничего, можно даже дома повесить, не в гостиной кнчн, но для укромного уголка годится))
Покатались по кварталам - улицы с богатыми домами, отдельно улицы с домами попроще у чиновников, и совсем отдельно дома рабочих, купленные в многолетний кредит, бытовая техника вся в наличии, даже электрическая швейная машина (уже в 1958!), однако и это всё куплено в рассрочку, зашли внутрь посмотреть как живут и пообщаться с представителями рабочего класса.
Далее - в гости к знакомым австралийцам из интеллигенции. Туда же приходит супружеская пара прижившихся здесь эстонских эмигрантов, они спросили у Юхана, говорит ли он по-эстонски? Да, говорит. А разве это в Эстонии разрешено?? Советский писатель не сразу понимает в чем суть вопроса и кто собственно и с чего бы должен ему запрещать говорить в своей стране на родном языке. Оказывается, эмигрантам рассказывают, что в СССР нельзя говорить на национальных языках. Наши новые эмигранты кста тоже такое до сих пор рассказывают))
Ещё встреча с эстонкой - она с мужем и друзьями среди бесконечных гостей корабля, хочет видеть эстонского писателя, и говорить по-эстонски, и на месте ли бывший магазинчик ее папы в Тарту? Писатель не знает про магазинчик, но проявляет встречный интерес из вежливости:
- Вы, сударыня, давно не были в Эстонии?
- Да, с тех пор, как Гитлер позвал нас в Германию.
- Ваши родители немцы?
- Мама - немка.
- А ваш отец?
- Отец - русский.
- А вы сами?
- Боже мой, эстонка!..
Муж у эстонки - немец. Он интересуется, воевал ли Юхан против немцев?
- Воевал.
(В Википедии написано, что Юхан Смуул родился в 1922, в 1941 был призван в Красную Армию, но по состоянию здоровья на фронт не попал, из оккупированной фашистами Эстонии он был эвакуирован вместе с другими эстонскими деятелями культуры в Ярославль, где они продолжили осуществлять культурную деятельность. Демобилизован в 1944).
Эстонка просит на память пустую пачку от «Казбека». Юхан дарит полную.
- Боже мой, это мне?!
- Это вашему папе и вашему мужу, чтоб они не забыли вкус русского табака…
Также подробно описана остановка и в Египте, снова осмотр окрестностей, Каир, пирамиды, Александрия.
*****************
В 1961 «Ледовая книга» Юхана Смуула была удостоена Ленинской премии. Книга многократно переиздавалась в Советском Союзе.
Книжулю однозначно рекомендую к приобретению и прочтению, написано ярко, образно, личное и общезначимое, немного сентиментальности и много юмора. Ну и в принципе для общего развития как один из образчиков эстонской литературы, с которой никто не знаком, зачеркнуто, но слабо, исправлено на: мало кто знаком))694