Отзывы о книге Картина

Пока друзья постят в инстаграме R.I.P.-ы по солисту Linkin Park, 4 июля почти незаметно ушёл из жизни Даниил Гранин. Глупо сравнивать, и я вообще не о том. Я о том, к сожалению, лично мой путь к открытию Гранина стал короче именно после его смерти. Т.е. я слышал об этом писателе, имел на полке 4 его книги, но не собирался с ним знакомиться до поры до времени. И вот пора настала. Печально, что повод таков. Впрочем, лучше начать так, чем не начинать вовсе.

Мой выбор пал на роман "Картина", предвещавший разговор об искусстве, и, оправдав ожидания, явивший также картину жизни провинциального городка. Особенность книги это её главный герой - председатель горисполкома, "мэр". На мою память это первая моя книга, где ГГ - начальник. И если вы думаете, что начальники ничего не делают, получают большие зарплаты и строят себе новые дачи, эта книга для вас. Начальник здесь изображен "с человеческим лицом": Лосев крутится как белка в колесе, в лепёшку разбивается ради города (название которого - "Лыков", и не сразу поймёшь где город, а где глава, настолько они срослись даже на уровне фамилии); показана "закулисная жизнь" администрации, где Лосеву постоянно приходится идти на уступки, отыскивать компромиссы, жертвовать, принимать волевые решения. Одно из таких решений составляет главный "конфликт" романа: оставить ли здание под музей, или снести и на его месте поставить филиал компании? Сохранить историческую ценность (поругавшись с подрядчиками и с высшим начальством) или за счёт нового филиала добиться прироста экономики? Красота, искусство, эстетика, воспитание - или прибыль, прогресс, перспективы? Лосев мечется от одного к другому, не решив для самого себя что же лучше. А тут ещё и повышение в должности подоспело, что подразумевает отказ от благородных идей... Гранин показывает сложность профессии большого начальника. Всем не угодишь, но и с совестью надо считаться. И если вы уже сто лет ждёте улучшений в родном городе, не всегда стоит пенять на коррупцию.

Сама картина - пейзаж "У реки" - при этом имеют почти гоголевскую, мистическую функцию ("Портрет"): она завораживает Лосева, попадает к нему в руки и начинает весь сыр-бор. Ещё за ней кроется история любви художника и его прений с довоенным начальством о пролетарском искусстве. В основном же картина - катализатор общественных волнений: какое культурное наследие надлежит сохранять? Всё скопом? Или только самое ценное и красивое (а тогда где мерило)? Да и вообще что такое искусство: портретное сходство или передача замысла? Старенький обшарпанный дом или высокая глянцевая новостройка?

"Что останется, когда нас не будет?" - вопрошает Гранин, и речь не только о явлениях культуры, но и о человеке. Лосева нет, и его вспоминают недобрым словом, хотя мало кто знает сколько полезного он сделал. А Жмуркина заводь есть, но мало кто знает через что людям пришлось пройти, чтобы она просто осталась. Когда Гранин в 60 лет писал эту книгу, он, наверняка, потихоньку задумывался над тем, что останется после его ухода. Прожил он потом ещё почти до ста, а после него - память в виде вот таких замечательных книг.

Иллюстрации М.Бычкова...

Как же жаль, что сейчас так уже не пишут. И как же жаль, что мы не ценим своих писателей советского периода.

В этом году я решила осчастливить участников Новогоднего ФМ своими советами. Но хитрые участники обезопасили себя от моих замечательных советов простой и очень каверзной фразой «не возьму советскую литературу». Под эту формулу при желании можно подогнать львиную долю всей русскоязычной литературы. Я две недели носилась со своими нежно любимыми романами, пытаясь пристроить их в добрые руки. Некоторые удалось, некоторые нет. Но я решила, что те, кто отказались, сами виноваты.

Этих «нехочух», конечно, можно понять. Время такое было, нужно было либо добавить патриотизма и пафоса, либо тебя не печатают и не принимают в Союз писателей. Но некоторые авторы сумели пробить в этой стене брешь и пролезть боком к своему читателю.

Даниил Гранин, безусловно, один из них. Причем тема добавления «кумача» в произведение поднята даже в самом романе «Картина».

Быть может кому-то покажется тема романа скучной, но я уверена, найдутся у него среди современной молодежи свои читатели. Итак, Даниил Гранин представляет нам руководителя среднего звена во всей красе. Сергей Лосев, председатель горисполкома города Лыков, едет в райцентр на совещание, добиваться дотаций вверенному ему хозяйству. Там он случайно забредает на выставку и видит там картину, пейзаж, на котором изображен старинный дом города Лыкова – дом Кислых в Жмуркиной заводи, который вот-вот снесут, чтобы возвести на его месте филиал фирмы, делающей вычислительные машины. Эта картина настолько поражает Лосева, что он решает купить ее для своего города. После того, как вдова художника дарит Лосеву картину, начинается ее путешествие по судьбам людей.

Каждый человек, который сталкивается с этим пейзажем, становится другим. Даже нет, он становится собой, тем, кем он пришел в эту жизнь – просто человеком, а не председателем горисполкома, учителем рисования, политработником на пенсии. Каждого она заставляет заглянуть к себе в душу.

Лосев решает сохранить Жмуркину заводь и дом Кислых. И вокруг этого его решения и будет развиваться роман. Много людей покажут себя с другой стороны, не с той, какими их знали окружающие. И борьба Лосева будет подобна борьбе с ветряными мельницами, такой бессмысленной она будет казаться всем, а в минуты отчаяния и ему самому.

Но сюжет – не самое главное. Главное язык. Это вам не Донцова, штампующая по роману в месяц и не Э. Л. Джеймс с ее «50 оттенками», тьфу-тьфу-тьфу. Пусть не обижаются на меня поклонники этих авторов, но субъективная шкала литературной ценности произведения в моей голове не дает мне поставить книги Гранина и Донцовой на одну полку. И пусть это высказывание всецело останется на моей совести. Уж если Лосев нашел в себе силы бороться, я как-нибудь переживу недовольство аудитории.

Вот литературная часть в нескольких штрихах. Много в романе и современного, например, моды на старину:

Разговоры эти Лосеву давно обрыдли, страсть к старине, вспыхнувшая в последние годы, раздражала его какой-то крикливостью - наподобие этого сервированного под старину стола.

Очень иронично подан портрет самого главного героя:

Пора было подниматься, идти, возвращаться во взрослое свое состояние, к Сергею Степановичу Лосеву, облачиться в его костюм, заниматься его нерешенными делами, звонками, бумагами, произносить его словечки... С каким трудом заставлял он этого плечистого дядечку каждое утро делать несколько приседаний, потом надо было его брить, смачивать волосы какой-то польской жидкостью, а лицо немецким лосьоном, надевать белую сорочку, франтоватый московский галстук в косую полоску, туфли на толстой подошве, похлопать его по карманам - ручка здесь, записная книжка, удостоверение, брать папку с бумагами.

Проблема «советизации» всех произведений и пропаганды «светлого коммунистического будущего»:

Боже ты мой, да разве в кумаче дело, как можно так примитивно представлять, если его, Поливанова, голым в бане нарисовать, без его портупеи и значков, значит, он просто будет человек - не советский, значит, все советское осталось в предбаннике?

Красота природы:

Если не считать короткого истока, где Плясва журчала детским ручейком, то всю свою дорогу она трудилась. Тащила лодки, сплавляла лес, плоты, поила деревни, растила рыбу, утят, гусей, лягушек - бесчисленную живность.

Зацикленность нашей жизни:

Двигался не он, а время, и вовсе не вперед и не вверх, и не обязательно развиваясь, - двигалось оно скорее по кругу, как стрелки часов. Время вращалось вокруг Лосева, описывая свой заколдованный круг, свой предел, за который Лосеву лишь иногда удавалось вырваться.

Особое спасибо за образ Любови Вадимовны – местного библиотекаря. Как она, интеллигентный человек, просила Лосева о льготах для себя:

- Спасибо вам, Сергей Степанович. Мне теперь не нужно. - Почему? Как так не нужно? - Говорите, говорите, - сказал фотограф, - не наклоняйте головы. - Мне тогда приходилось... Платить сиделке... Я не могла. Теперь все. Теперь мама умерла. И ничего мне не надо.

Грубить она не могла, не умела. Но грустная вежливость ее зазвучала убийственно.

Чем кончилась история картины и дома Кислых в Жмуркиной заводи понятно будет только в самом конце. А вот для Лосева финал навсегда останется открытым. И тут уж каждый решит для себя сам, прав ли был Сергей Степанович, можно ли было решить все по-другому, где грань между сделкой с совестью и долгом начальника.

P.S. Мой долгий путь к книге здесь

В 1980году (год написания романа) автору было 62 лет, оказалось, почти середина жизни, ну, чуть больше. После этой книги Гранин делал какие-то заявления-выступления на общественно-политические темы. Но, наверное, этот роман был последним крупным взглядом-рефлексией на власть. Ту, которую он застал и видел почти всю жизнь. И уж точно имел моральное право высказаться на этот счет. И высказался.

Оказывается, 8 лет назад я уже писал отзыв на книгу, пробежал по буквам сейчас...ну, такой, оптимист я был. Но в этот раз не о себе и своих представлениях о предмете, а о книжке, фильме, о том, как и что представлялось автору главным.

1980. До развала оставалось всего ничего. Никаких пророчеств у Гранина в книге, конечно, нет. Несколько мотивов, как я могу себе представлять, двигало его в направлении "исследования" советской власти как определенных институций и соответствующей им атмосферы, философии, внутренних движений бюрократии.

Гранин не ставит вопрос: почему всё так? "Всё так" - это не от хорошей жизни. Если было иначе, не стоял бы вопрос "Почему?" Роман, а особенно телефильм...знаете, веет от них нет, не скукой, нет. Усталостью. Фиговой усталостью, не с пОтом по всему телу. Усталость от разочарованности, остывания-равнодушия, бесцельности, в коне концов существования и героя, да и всего советского общества. Я помню хорошо те времена, я знаю о чем говорю. Усталость и бесцельность существования. По большому счету. Помню как попалось мне одно высказывание в обсуждении хуциевской "Заставы Ильича" относительно нашей Революции 1917 года. "Революция не умерла, она больна, ей нужно помочь". Мне кажется дух и атмосфера "Картины" - это про умирание Революции. Её Духа - это главное, видимо, в таких грандиозных событиях.

Господи, как скучно было читать! Как скучно было смотреть! Не думаю, даже уверен, что не было у автора в замыслах того, чтобы нагонять скуку чтением, не было, конечно. Сама эпоха уходила - отсюда усталость и бесцельность. А теперь, много пережив и,как надеюсь, поняв, можно говорить, вдохнув полной грудью, что утверждение "Эпоха уходила" - нет, всё это было чупухой, просто мы, русские люди, склонные к прижизненной метафизике и эсхатологизму, обычный управленческий кризис приняли за уход Эпохи. Недаром один неглупый русский человек, так, на секундочку, Нобелевский лауреат, Василий Леонтьев, отец японского экономического чуда, так, на вторую секундочку, ознакомившись с материалами, которые он запрашивал, сказал, что - да, есть сложности, но всё поправимо. Только когда ж это был пророк в своём отечестве?

Гранин, сам того не ведая и не желая, как талантливый художник, вне всякого сомнения, как честный гражданин, как, вне всякого сомнения, абсолютный русский интеллигент, блестяще выразил, показал, продемонстрировал Дух упадка поздней советской эпохи. Вторая, или ещё одна сюжетная линия - советская власть в начале славных дел, полная энтузиазма и юношеской дурной, веселой и совершенно максималистской энергетикой. При первом прочтении книжки ещё в детстве, я не уловил этого нюанса, не уловил. Здесь давайте посмотрим конкретику.

Какой главный конфликт выводится в качестве движка повествования? Проблема взрослого, даже постаревшего поколения: обустройство в стариковском духе чего-то. В романе - старинного пруда, усадьбы и вообще - кусочка детства. В маленьком провинциальном городке. Откуда вся Россия есть идёт. Важна экология? Важна, слов нет. А историческое наследие важно? Кто б спорил! Но в контексте романа всё это выглядит как мельтешение по второстепенному поводу, важному, но не определяющему. Конечно, можно вывести и такую идею, что по-крупному борьба идет между технократизмом и такой, мягкой, сложной стратегией управления, учитывающей, совсем не в русском духе, детали, детальки и малейшие нюансы. В том числе то, что называют сейчас экологией, а раньше звалось охраной окружающей среды. Усложненной сохранением исторического наследия.

Разумеется, с одной стороны бездушные и неумные бюрократы, с другой - чуткая и ранимая интеллигенция. Не все так плохо у чиновников, не все являются ангелами среди интеллигентов. Так, борьба хорошего с лучшим. Блин, возможно, преувеличиваю я одно,недооцениваю другое...Просто книга читается с высоты истории. Той страны, которая уже не существует. И как бы она, история, всё уже вроде как расставила на свои места.. И та книжная борьба, что была в романе, вообще кажется бурей даже не в стакане, а в рюмке водки на столе. Может быть. Может, вообще несправедливо искать какие-то рецепты изменения общества в романе, вообще не "про это". Возможно, именно пост-советский опыт свёл все обсуждаемые проблемы романа на уровень возни в песочнице. Возможно.

Как показана власть? Фантастически, конечно. Можно ли представить в реальной жизни, что мэр провинциального города раздевается перед высоким гостем из Москвы и идет купаться в тот пруд, который он всё-таки отстоял в битве с собственным решением? Предыдущим. Но самое фантастическое в том, что "человек из Москвы" оказался настолько продвинутым, что воспринял всё это адекватно, как нормальный человек, а не номенклатурщик, воспитанный куда более суровыми временами. Проверяющий - под 60, возможно, чуть поболее. И если "в Москве" такого возраста и таких широких взглядов в топах много, непонятно, почему вообще оказалась необходима перестройка??

Взаимоотношения Лосева с Татьяной....что сказать? Что в Союзе не было секаса? Ну, ничего не сказать. Нет. они не бесполы, нет. Но то, как это показано....нет, они окончательно замерзли на вершинах своих жизненных добродетелей.

Конечно, было с самого начала очевидным: "просто так" всё не кончится, и уж если Лосев заявил о себе как нонконформист, то развязка должна быть соответствующей нетривиальному образу, одному из прорабов Перестройки. Видимо. Так вот: Татьяна в Белоруссии, сам Лосев - на севере, по прежней специальности - строитель. Разумеется, их взаимоотношения сплошь пропахли платонической любовью. ну а поле битвы - Лыков - остался мародёрам, то есть бывшим подчиненным Лосева, приписавшим себе все победы мятежного председателя горисполкома Сергея Лосева: и Жмуркину заводь, и усадьбу Кислых, да и просто всё.

Чем закончить?

Кто его знает - чем. Наверное, были и такие начальники в Союзе, наверное. Только вот кончали они, скорее всего, по-гарнински-лосевски: на Северах. Не обязательно в лагерях, на стройках социализма - вариант не такой плохой. Но система всегда сильнее личности: к сожалению, так и не сумевшая ни накормить. ни прилично одеть людей советская власть, в конце концов разрушила и самоё себя. Русский человек, приняв временную трудность за вселенскую катастрофу, вылетел из седла когда-то им оседланной и приученной лошади: времени и исторического....прогресса?....процесса? Кто его знает! Да и никому это сегодня уже не интересно.

А жаль. Потому что не усвоившим уроки прошлого....уж и не знаю, по нынешним временам представится ли возможность вновь наступать на те же грабли? Или прямиком, без остановок по the road to hell?

Надо сказать, что по аннотации ожидала я худшего. Кто их пишет такие?! Некто Лосев, председатель горисполкома города Лыкова, оказавшись в Москве по служебной надобности, случайно попадает на выставку. В голове у него устроено все очень практично – где что построить, где деньги выбить, как канализацию провести или вот как урвать для роддома голубые унитазы. Или хоть какие-то. И внезапно на выставке видит он картину, изображающую знакомый ему с детства уголок – Дом Кислых и Жмуркину заводь. И что-то в нем меняется, он заполучает картину, привозит ее в город. И она начинает менять все и всех вокруг.

Не то чтобы было особенно интересно читать, но временами интерес просыпался. Все-таки насколько противоречива человеческая натура, на какие разные поступки в зависимости от ситуации или внутренних убеждений способен человек. Вот и Лосева зацепило. Ностальгия по ушедшему прошлому, желание сохранить воспоминания, донести до будущих поколений. Или, может, в себе что-то такое открыть хочется, понять, что есть и в твоей жизни какой-то смысл, что замысел наверху был какой-то на твой счет. И это вовсе не постоянные думы о планах пятилетки, голубых унитазах или стройке какого-то филиала на месте Дома Кислых.

По прочтении остались какие-то неоднозначные впечатления. Отнести книгу к любимым или просто однозначно сказать, что понравилась, не могу.

Маленький провинциальный Лыков живет своей жизнью. Развивается потихоньку - строятся дома, роддом, прокладывается канализация. Всё как у всех, всё заведенным порядком, ничем не примечательный для большой страны городок. Но однажды, будучи в Москве, начальник горисполкома Лосев забрел на выставку и замер, увидев одну из картин. Чем-то она поразила его, прагматичного делового человека, заставив ощутить себя не тем, кем стал он во взрослой жизни, а тем мальчишкой, что бегал босиком, сидел с удочкой у реки, лазил в заброшенный дом Кислых. Господи, да ведь вот же этот самый дом, на картине!

Эту картину Лосев привезет в родной Лыков. Уже не свойственный серьезному деловому человеку поступок, но свидетельство того, что прагматизм еще не вытеснил в нем до конца умение созерцать, возможности задумываться об эфемерном, но важном для души человеческой. И сюжетный конфликт между реальной рассчитанной пользой, материальной выгодой, которая вот она - вся на бумагах, в документах, в осязаемых вещах, и пониманием, что жертва, кажущаяся ерундовой, на самом деле окажется утратой, уничтожением ценности, которую, к сожалению, нельзя переложить на бумаги или представить в денежном эквиваленте. Как человек - существо, способное совершать поступки себе в убыток, осознанно совершать, ради других, так этому же существу нужны и заведомо убыточные в материальном плане вещи. Та красота, которая не рассчитывается, но воспитывает и врачует души.

За эту красоту нужно бороться, она стоит того, что бы её отстаивать, этот конфликт понятен. Но при этом очевидно, что конфликт этот заведомо выстроен таким образом, чтобы было ясно, кто прав. И дело совсем не в том, что дом Кислых - прибежище детства и юности жителей этого городка. Что тут учатся плавать все лыковские мальчишки, они же просиживают с удочками каждое утро, они же, вырастая, впервые целуются здесь вечерами. Дело в том, что склад, который собираются строить на месте этого дома, - это просто склад. Это не жилой дом, не больница, не пожарная часть. Вот где пришлось бы действительно развернуться с аргументами - людям и жить негде, и лечиться негде, и пожар не дай бог. А так - красота да память о прошлом против какого-то склада, который перенести можно на километр всего, и место имеется. Только и заламывай руки в праведном негодовании о бесчувственных руководителях, которым на красоту плевать. Им бы только о приземленном думать.

Всё дело в том, что мне активно не нравится инициативная группа, которая за сохранение дома. Вот просто как люди не нравится. И Поливанов, как по мне, просто старый лицемер. Прожил жизнь в общем русле, о красоте не задумываясь, горел общей идеей, работал в общем направлении, а вышел на пенсию - к земле потянуло, совесть захотелось очистить, покаяться. Но во всем этом какая-то показушность. В покаянии этом: перед тобой, Серега, за иконы, ценностью являвшиеся, каяться не собираюсь, перед старухами только, которые их спасали. Перед ними виноват, перед тобой нет. Человек, который действительно вину чувствует, так не делит. Тем более, что Сереге не довелось те иконы увидеть, ему этой красоты в воспитании не досталось в числе прочих. Зато теперь Поливанов собирает вокруг себя защитников красоты. Юных романтиков, готовых грудью на амбразуру. Правда врага-то нет. Есть работяги, которым задание дано: спилить иву, они работу свою делают. И этим вот романтикам, он забывает рассказать, что не всё в жизни черно-белое. Что для того, чтобы в реальной жизни чего-то добиться, частенько приходится окунуться в то самое, коричневое. Потому что если им об этом рассказать, его обожествлять перестанут, святым считать. И эта их обида - Тучковой, Анисимова - показатель лишь их собственной инфантильности, невозможности подумать за завтра, и за вчера, понять, что жизнь штука сложная, в ней бывают ошибки, бывают поступки, за которые стыдно, некрасивые, порой подлые. Наивная духовность в вакууме:

Искусство это бог. Отнимите у меня музыку, мне и квартиры вашей не надо.

Уничтожайте беспрепятственно. Стройте филиалы, аэровокзалы, танцплощадки...

Там много по тексту такого и похожего. Но кроме этих молодых романтиков, есть романтики постарше. Есть, например, уехавшие из Лыкова в Москву, к которым заходил Лосев в гости. Сидя в уютных квартирах с водопроводом и канализацией, неторопливо попивая чаёк они ностальгируют по Лыкову времен своей молодости. О, какой это был красивый городок, с духовым оркестром, с ярмаркой, со своей индивидуальностью. И дом Кислых - это не те коробочки, что сейчас строят. Не стоит при этом акцентировать внимание, что живут они сейчас в такой коробочке, в своей квартире, и что так же свои квартиры имеют в разы больше людей, чем тогда - с духовым оркестром и медной крышей Лыковского дома. Такой же и Рогинский. Перевалить обязанность на кого-то, а сам в сторонку, в сторонку. Меня же могут и поприжать, мне же письмо моё боком выйдет. А вы права не имеете отступить! Всё вы, во всем вы виноваты! И вот от этого духовного экстаза всё больше хочется согласиться с прагматиками. Потому что должны же быть зануды, обеспечивающие чудаков жильем, медпомощью, едой. Красота - это много, но на ней одной не протянешь. Надо думать и о приземленном. Надо прикидывать, искать и выгадывать. Жизнь так устроена.

Хочешь избежать критики-ничего не делай, ничего не говори и будь никем Прочитала этот роман по рекомендации своей учительницы физики. Было это давненько-сам факт рекомендации помню, никак только не могу восстановить контекст, в который пожелание к прочтению было облечено. Может он и не важен, примечательно то, что Валентине Афанасьевне буду теперь признательна, наверное, до конца дней своих. А еще бабушку с дедушкой расцеловала за то, что не выбросили ни одного номера журнала Новый мир, конкретно номера 1, 2 за 80ый год, в которых роман впервые увидел свет. Талант Гранина поражает: в достаточно небольшого объема произведении он поднимает сразу несколько тем и прорабатывает их настолько мощно, насколько, на мой взгляд, это, в принципе возможно. Для меня оказалось душеспасительным раскрытие темы руководителя. Сейчас уже нет такой должности как председатель горисполкома, есть мэры, сити-менеджеры, а в общем ЛПР (лица, принимающие решения)-но гранинская трактовка ничуть не побледнела. Для моей подруги, занятой в МЧС, на первое место выдвинулась тема экологии и экологического права. Каждый, думаю, на первом месте видит свою важную здесь и сейчас тему, но при этом ни одна из параллельных линий ни на долю секунды не выпадает из поля зрения. Столица и провинция, физики и лирики, кризис отношений и его преодоление, высший смысл любви, творчества, жизни, смерти, предназначение художника и это еще не весь перечень. Никаких оценок, никаких ярлыков и никакого надрыва-всё это остается читателю. Прочитав треть романа, я подумала, что очень давно не читала ничего столь же сильного. Конец подвел к мысли, что, пожалуй, еще никогда не читала. Конечно же, в любимое!

По личным причинам книжка очень и очень близкая. Ну очень близкая.

Власть, деньги, женщины.

Совесть, ответственность, развитие.

Сочетается первая группа со второй? Да нормально всё, вполне себе. Правда, тут как фишка ляжет. С конкретной фигурой "Лосева" - такого сильного лесного животного.

А может и не лечь та самая фишка. А по разным всяким причинам. Главная из которых: чё система желает? Система власти, разумеется. На чём она построена, из чего состоит, меняется ли? Если меняется - по какой причине? Ну и куча других скучных вопросов.

А вообще власть - это единственная возможность для желающих что-то изменить в этом мире в той степени, где защита от дурака - максимальная, а реализация собственных идей - в той же степени максимальная.

Самая же удачная удача - это когда означенные выше две группы ориентиров, совпадают. Ради этого стоило рождаться на свет, стоило.

Книжку - к обязательному прочтению.

Наверно, я не перестану удивляться, как актуальны советские проблемы сейчас! Прошло почти 40 лет, а из всех изменений телефоны и компьютеры! Ну и бизнес появился... Эта книга о любви. Представьте, что человек забыл, что значит любить. Но произошло чудо. Он вспомнил. И это воспоминание принесет страдание. Эта книга о чиновниках. Скрупулезно показана работа местной власти. Сколько людей увязло в этой бюрократической машине! А сделать что-то без оглядки не могут, так много над ними начальников, так много скрытых мотивов... Эта книга о памяти. Как быстро мы все забываем! Мы можем запомнить какие-то вещи, но быстрее всего забываются люди. Только что они были рядом, а их уже забыли. Эта книга просто о жизни. Она даже символически начинается с роддома и кладбища. Ведь в конечном счете, все именно через это проходят.

Наверно, после аннотации к этой книге не каждому захочется взять ее в руки. Согласно аннотации, это книга про председателя горисполкома из глубинки, который столкнулся с комплексом общественных проблем. Что может быть зануднее? Но книга не об этом, книга, пожалуй, о проблемах, которые есть в любые времена, - и во времена председателей горисполкомов и во времена мэров. Но самое главное, что вот этой самой советской мишуры здесь предельно мало: она слегка "набросана" для создания исторической эпохи, а все остальное это люди, их взаимоотношения.

Ну так вот. Председатель горисполкома Лосев оказывается в непростой ситуации. Благодаря случаю он осознает, насколько большую ошибку чуть не совершил, приняв решение снести старый дореволюционный дом, стоящий на берегу реки. Благодаря счастливому, безусловно, случаю, он вдруг осознает, что этот уже полуразрушенный дом является не просто украшением его города, неотъемлемой частью его пейзажа, но и частью его собственного детства, его воспоминаний и с его разрушением что-то безусловно рухнет в душе Лосева, который честно и добросовестно руководит своим городом.

Но осознать свою ошибку - это одно, а вот как повернуть винтики бюрократической машины на несколько поворотов обратно? Ведь решение о сносе принято. Более того, принято уже и решение о строительстве на этом месте другого объекта. И вот здесь как раз-то и возникает тот "комплекс общественных проблем", упомянутый в аннотации. Оказывается, что изменить что-либо в этом огромном неповоротливом государственном механизме неимоверно трудно, практически невозможно, и не только один человек, а вообще весь город ничего не может изменить, если решение принято. Кого-то эта государственная махина подминает под себя, кто-то сдается, кто-то борется до победного, кто-то предает, кто-то пытается "выехать" на неприятностях коллеги: все как всегда во все времена. Вечные общественнные проблемы...

Произведение написано прекрасным языком. Замечательно прописан образ Лосева, все его сомнения, мысли чувства. Очень красиво создана история Дома и Города, очень много ярких персонажей. Достойная книга.