Медея, Медея, если ты такая умная, отчего же ты такая несчастная? А кто сказал, что многие знания приносят счастья? Тот, кто сказал - жестоко обманул.

Человеку свойственно чувствовать боль, иметь инстинкт самосохранения, испытывать страх. Во имя его же блага. Мол, в случае чего должен испугаться, обратить внимание, изменить поведение. Ради сохранения жизни.

Но есть люди с иным набором инстинктов. Они испытывают потребность понимать природу, поведение и души людей, более того, не просто понимать, а любить, жить в мире с миром. Чувствуют личную ответственность за то, что бы не было беды, ни в настоящем, ни в будущем. От большого ума? Не только. Редкое сочетание ума, способности чувствовать любовь к мирозданию и условий для развития всего этого. Почему то эти качества исключают те нормальные, человеческие, как то страх, самосохранение. Почему то эти качества оцениваются другими как дерзость и гордыня. А дерзость и гордыня всегда раздражают и будто кричат: ударь меня, попробуй.

Нет, ну почему все таки эта любовь к миру неравная? Почему человек, способный дарить любовь, лечить, гармонизировать обречен на отсутствие взаимности? Может быть, потому, что демонстрирует наличие редких качеств и являет этим возвышенную красоту в единичном выражении, не предполагающей повторов и обрекающую ее носителя на одиночество? Красоту, способную вызывать восхищение. Восхищение, которым хотели бы обладать амбициозные люди, которые считают себя правителями этого мира. Восхищение, которого им не постичь в силу ограниченности понимания его же.

А может быть, другие амбициозные люди видят в ней угрозу? Ведь все таки, Медея имела власть влияния на людей. А это уже притязание на то, что те считают своим. Притом, что влияние это она не использует "как надо" и этим рушит файлы в голове всех преследователей. Им не понять ее потому что они судят по себе, а Медея иная.

Ну, хорошо. С властьимущими понятно. Но облагодетельствованные ею? Так она ведь не ради благодарности творила свое добро, нечего на нее и рассчитывать. Она в своей системе координат, они в своей.

Зачем тянуло ее в политику? В силу происхождения. Как мы недооцениваем свое происхождение... В силу призвания - царевна Медея несла бремя обязанности и права гармонизировать мир. Кто ее призвал? Мир ее просил? Нет... Она сама. Почему не сиделось ей спокойно за спиной Ясона? Могла бы лечить спокойно людей, быть уважаемым членом общества, воспитывать детей. Нет, призвание.

Мужчины. Кому по силам такой партнер? Явно, человеку неординарному самому по себе и силе своего чувства. Разве можно корить Ясона, вплетенного в эту историю не осознанно? Разве мог он дать больше чем имел? Он просто жалок... Эх, Медея, ты выбрала не того мужчину, если вообще допускать, что мужчина был тебе нужен. Но он был нужен, потому что Медея все таки женщина. Человек. Если человек, то надо было вести себя как человек..., а не как богине на грешной земле.

Грустная история на тему мифа о Медее и Ясоне. На тему зависти и интриг. На тему производства благих дел, о которых никто не просил. На тему жажды познания. На тему политики и одурманивания людей. На тему власти и удержания ее любой кровавой ценой. На тему титана, принявшего женское обличье со всеми вытекающими последствиями. На тему как тяжело быть кочевником, беженцем, пришлым и изгоем.

В прошлом году после знакомства с Мадлен Миллер я с упорством, достойным лучшего применения, стала поглощать книги-переосмысления греческих мифов. Что-то зашло неплохо, вроде Маргарет Этвуд - Пенелопиада , что-то - не очень, как Пэт Баркер - Безмолвие девушек . Поэтому Криста Вольф была ну очень очевидным выбором - тем более, про интересных мне женских персонажей. Но замечательная игра Killwish доказала мне, что порой я кидаю книгу в хотелки, радостно повизгивая, а только потом думаю - а зачем? Женское переосмысление мифов о сильных женских персонажах, да еще на современный лад... Ладно, соберу к Мадлен Миллер, Маргарет Этвуд и Пэт Баркер каре из дам. Давайте разбираться, какое же у меня получилось чтение. Часть I. Кассандра С Кассандрой мне очень интересно было познакомиться, потому что до этого я о ней знала буквально - по мультсериалу "Геркулес". Старшая дочь царя Трои Приама, проклятая за то, что посмела сопротивляться. Женщина, которая знает все - и никому от этого не легче. Что же я получила: Половину книги - я вообще ничего не понимала. Вроде я Фолкнера дочитала - а он и сюда пробрался. И я опять читаю поток сознания - причем, не совсем здорового. Я знаю историю Кассандры, и книга начинает ее где-то ближе уже к развязке - а потом скачет уже совсем непредсказуемыми скачками! Все, что я выяснила из первой половины - вселенский плач по Энею. "Эней, Эней, мой Эней, как же он без меня, как же я без него"... (здесь я закатываю глаза). Кассандра решила спрятаться от своего проклятия в безумие. И у нее почти получилось - и тут она передумала. "У нас тут папа что-то приуныл, Эней судьбу решил за хвост подергать - вернусь-ка я в себя". А так вообще можно? Ладно - у нас тут переосмысление. Когда во второй половине стала разворачиваться история Трои - я хоть что-то начала понимать и узнавать этих людей. Что-то я упустила, что история Париса похожа на историю Эдипа - но это мой косяк. А вот допущение автора, почему троянцы не могли закончить войну на условиях греков, даже если очень хотели... Оказывается, потому что Парис Елену... (ответ вас удивит - и нет! Это не то, что вы подумали). И у этой женщины Ахилл - скот. Это вообще стало его вторым именем: "Ахилл, скот". Не совсем тот Ахилл, которого я знаю. (Ахилл, которого я знаю, не поскакал бы в храм за девчонкой, чтобы любить ее там изо всех сил). По итогу: А вот, в принципе, и все. Мы начали в неведомом месте - и закончили в неведомом месте. Понятней и легче не стало, хотя допущения автора меня и позабавили. И у меня есть претензии по стилю (не к потоку сознания) - но об этом позже, это мое любимое. А пока - нас ждет ОНА. Часть II. Медея. Медея - один из самых моих любимых женских персонажей греческой мифологии еще с детства. Как кто-то говорил: "У древних греков были богини, царицы и царевны, были девы в беде, но были и активные женские персонажи - Федра, Электра, Медея". У меня на даче такая библиотека из серии "откуда что взялось", и в основном она виновата в моих литературных вкусах. А в любви к мифам - красивый бордовый томик о Геракле и аргонавтах для детей с симпатичными иллюстрациями и завораживающим стилем. С накоплением читательского багажа я поняла, что знаю две истории Медеи - для детей и для взрослых. Для детей - мне нравится больше, но для взрослых - как-то правдоподобнее. В изложении для детей - между Ясоном и Медеей вспыхнула любовь с первого взгляда. Они много преодолели, чтобы быть вместе, но огни большого города Коринфа вскружили Ясону голову, и в его жизни случилась Главка (можно я буду называть ее по-человечески? А то Глаука звучит как сокращение от Глаукома, или собачья кличка). Бес попутал пацана (по имени Креонт - "Хоть трон по праву твой - давай еще мы породнимся. Смотри, какая девка подросла"). Медея - справедливо оскорбилась...Во взрослой части истории Медею боялись и свои тоже. Она была окутана ореолом нелюдимости и ведьмовства и предпочитала компанию природы. Очень мне напомнила Олесю Куприна. Ясон боялся ее больше всех, но команда сказала, что она будет им полезна. И он на ней женился, возлег с ней, сделал ей детей (команда же сказала - надо). А потом... Ладно, из песни слов не выкинешь - брата своего она убила и порубила на куски, чтобы оторваться от отцовской погони. Сказать, что агронавты обалдели - ничего не сказать. "И зачем мы взяли эту бедовую бабу?!" Они решили, что если устроить Медее ад - она как-нибудь сама примет решение. Но если проблему не решать - она разрешится самым неприятным образом. Вот такая история об одинокой сильной женщине, страсти которой, если их не направлять в мирное русло, разрушают ее саму и все вокруг. Давайте теперь посмотрим - что же я получила: Шекспировскую трагедию. Серьезно - даже с перечислением персонажей. И зачем некоторые из них понадобились автору - я до сих пор как-то не понимаю. Опять история начинается с неведомого места и со временем ясности не вносит. Каждый персонаж рассказывает какой-то свой кусок и свое видение - и полотно получается очень рваным и запутанным. И авторские допущения. Та страшная тайна корифян, которую узнала Медея... Уж очень она напоминает самый неприятный и ненужный эпизод "Игры престолов". И вообще город Коринф - тот еще Стэпфорд, где за напускной благообразностью скрывается та еще гнильца. Вот уж "в белом плаще с кровавым подбоем". И статуя богини у них - в бычьих яйцах. Еще и вонючих - это не я, это автор. Вот Артемида-то обрадовалась. Некоторые персонажи разнообразили сюжет - вроде заклятой ученицы Медеи или мужика - я даже не поняла, кто он - который Медее сочувствовал. Вот - в принципе и все. По итогу: Получила я расширенную историю Медеи - и что? Корифяне (или коринфцы?) - с душком и пушком. Медея - вся такая сильная женщина, могущая в психоанализ, но немного погрязшая в отрицании. И глава с Глаукой (ладно - может, это важно) была для меня лишней. Ну не люблю я ее - и никогда не любила. Вся такая принцесска, в голове у которой корни волос и нервы глаз. Немного не знает, что чужие мужики - это чуть-чуть табу (ну папа же сказал) - а потом: "Ты же на нас не обижаешься?". Что я могу сказать - еще одна "зато красивая". И я категорически не соглашусь с обелением образа Медеи. Какой-то авторше я уже пеняла, что если удобно ей в своей выдуманной сказке - ну и на здоровье. Но это вот все прочитанное противоречит самой натуре Медеи, которую я знаю. Нет уж - тут Баба Яга против, пускай будет трагедия, а не торжественный уход в закат. И это еще не все. Самую вкусную часть я оставила на закуску. Встречайте: Часть III. Стиль и перевод И я не про поток сознания - со временем к нему привыкаешь. На меня вывалили - мое любимое. Тонны инверсий. Как же люблю я инверсии в текстах художественных. Оттенок они придают неповторимый - то ли древнерусски-былинный, то ли возвышенно-высокопарный. То ли Магистра Йоды речи - но это уже мастерства вершина. Я знаю одну такую мастерицу магистройодовского стиля - это незабвенная создательница "колыбельки 17летнего Эдварда". Она так переводила Кларисса Гоэнаван - Идеальная смерть Мияко Сумиды , будто бросила слова в предложении - и оставила их лежать, как им леглось. Вот это вершина мастерства. А тут инверсии ваши... Я так курсе на третьем переводила, классикой обчитавшись. И Язык... К концу второй части спустя все стадии принятия я поняла, что "осовременивание греческой трагедии" как раз и означает, что древние греки могут использовать современные словечки, канцелярит и прочие радости, а не гекзаметром трещать с утра до вечера. Часть Кассандры была еще терпима... Но потом из уст Медеи корифяне "дрыхли, жрали" и прочее. Больше всех порадовал меня Ясон, который вышел на сцену с репликой "Эта баба меня погубит!". Я так обрадовалась! "Корчма", "бабёнки", "драконша" - класс! А "нахлобучка" отправится в мою коллекцию переводческих шедевров на полку с "никчемушкой". Я обрадовалась, что сейчас будет мое любимое - "Ой ты гой еси, земля коринфская! Простой древнерус...греч...да неважно парень по имени Ясон". Просто трень-трень кифара в моей душе. Недолго тренькала кифара - ну или у Ясона биполярочка. Потому что наравне с "бедовой бабой" он вполне бодро трещит гекзаметром или журчит почти шекспировской строфой. Пойди пойми этих древних греков... А потом простого парня сменил то ли звездочет, то ли советник Акам - который так бодро изъясняется канцеляритом, что на него хочется уронить треножник или телескоп. С древнегреческим государем я еще готова мириться - было же и Платона "Государство", хотя мы привыкли к "Цари и боги". Но государыня... Государыня-матишка Идия, заступница земли колхидской. Извините, это все она - кифара - дотренькивает. Медея лечит Главку от - барабанная дробь - падучей...
Итог (уже все - точно). Я не представляю, как эту книгу пробуют читать люди непосвященные. Здесь же без Википедии и амброзии не разберешься. Хорошей такой чаши амброзии, чтобы понять, кто все эти древнегреческие люди и чем они так недовольны. Ну истории сильных женщин, которые ушли в закат ментально и физически, в стиле шекспировской трагедии в современной постановки. Спасибо - теперь я уверилась, что лучше всего Николай Кун. И Гомер - если я когда-нибудь продерусь через "Список кораблей".
P.S. Не могу смолчать. Я много переосмыслений спустила автору - но одно не могу. Кирка a.k.a. Цирцея была теткой Медеи по ОТЦУ, а не по матери. Эет был братом Цирцеи и Пасифаи. Той самой Пасифаи, которая - мать Минотавра (кто читал Мадлен Миллер - Цирцея , тот помнит). Да это затейничество них - видимо, семейное. Как и странная любовь к быкам.

Когда я была мелкой, то обожала читать всякие фантастические романы. Особенно нравились мне истории о людях, обладающих всякими паранормальными способностями: умением читать чужие мысли, брать на себя чужую боль, летать, предсказывать будущее. Тогда в голову как-то не приходило, что за всё приходится платить. Что подобные способности часто не только дар, но и проклятье. Особенно, умение видеть будущее.
Это же ужас какой-то – знать, когда умрут твои родители (или хуже того, дети), знать, что страна твоя будет разрушена и разграблена, что близкие люди окажутся если не подлецами, то самовлюблёнными эгоистами. Знать, и не иметь возможности ничего изменить. Потому что всё предопределено, потому что решают боги, а ты только вещаешь, часто, когда тебе этого не хочется.
В романе Кристы Вольф повествование ведётся от первого лица, но именно образ главной героини ускользает, множится, разбивается на осколки, которые очень сложно сложить в единое целое. Что движет Кассандрой? Гордость? Любопытство? Осознание собственной исключительности, от которой никуда не деться? Даже если захочешь. Она, впрочем, не хочет. Она отдаётся на волю волн и даёт им свободно себя нести. Это превращает её жизнь в трагедию. Оказывается, есть вещь более страшная, чем знание. Это осознание. Кассандра осознаёт, чего стоят люди и она сама. Она осознаёт, почему случаются те или иные события, видит, как человеческие слабости и амбиции оборачиваются горем для самих людей и их близких. А когда это слабости правителей, беды обрушиваются на вверенные им народы. Вольф, как обычно, очень тонка, а картина созданная ей многогранна. И вот уже оказывается, что внешне правитель может выглядеть ах каким молодцом, демонстрировать силу, бряцать оружием, но за этим – пустота. Страх. Обиды. Равнодушие. А в итоге – сотни и сотни загубленных жизней. Помимо всего прочего «Кассандра» – один из самых ярких антивоенных романов, которые я читала. Здесь показана изнанка и механизм войны, причём сделано это настолько объективно и отстранённо, что кровь в жилах холодеет.
Одного я не понимаю: откуда у Кристы Вольф бралась эта удивительная жизненная сила: всё понимать про людей, отдавать себе отчёт, какие мерзости и глупости они творят (конечно, героиня здесь – alter ego автора) и всё-таки верить. Верить, что хоть что-то можно изменить к лучшему.

Такому валенку в мифологии как я, тяжеловато приниматься за такие книги. Она все таки требует определенного багажа знаний. Мне же каждый раз приходилось лезть в справочник, ну или в Гугл и смотреть кто есть кто. Конечно можно было абстрагироваться от всей мифологический атрибутики и читать как отдельную книгу, размышления женщины о жизни, почему нет. Но встречая как Аплллон плюнул в рот Кассандре или как юной Кассандре и ее брату змеи вылизали уши.... очень хочется углубиться и понять зачем почему и как это произошло.
Вот вижу в одной рецензии

Ну ок если ещё раз, а если вообще не читал как я? Вывод один, читаю Илиаду, а потом перечитываю Кассандру, надеюсь будет попроще разбираться с ее внутренним миром.

Да ее хоть на куски разруби — глаза все равно останутся. И будут смотреть на меня, неотступно.

Когда-то давно, в глубоком детстве, я месяцами не расставалась с книгой "Легенды и мифы Древней Греции" Куна. Сейчас я-взрослая отнюдь не считаю, что это подходящая вещь для ребенка - слишком много там непонятностей и еще больше немотивированной жестокости, но зато генеалогию греческих богов и приключения/злоключения героев я до сих пор прекрасно помню. Что потом весьма пригодилось при чтении Гомера, Еврипида и прочих товарищей. А сегодня пригодился уже Еврипид - ведь это один из самых ранних и интересных источников, рассказывающих нам о жизни противоречивой и пугающей даже по мифологическим меркам Медеи.

Обращение к прошлому в разных ракурсах - штука нонче модная, а стилизации - и того моднее. Хотя создать хорошую стилизацию намного сложнее, чем хороший исторический роман. Фактуру все равно надо изучить, да еще и психологизма добавить. С фактурой у Кристы Вольф, на мой взгляд, не сильно срослось. И дело даже не в том, что собственно греческие реалии остались непрописанными. Хотя замените хотя бы отдельные слова на их старые аналоги - и роман заиграет новыми красками (а уж платье вместо пеплоса я Вольф не прощу; как не прощу переводчику Глауку вместо Главки - разница в одну букву, а как режет слух!).

Проблема в том, что слишком уж осовремененными выглядят образы - и Медеи, и Ясона, и прочих героев. Я вижу в их мыслях и чувствах людей ХХ века, но никак не глубокой древности. Так что стилизация не удалась, а вот переосмысление древнегреческого мифа, произведение по мотивам получилось прекрасное.

Потому что стилистика, хоть и не античная, но замечательная. Она у него в кончиках пальцев - за одну эту фразу я готова сказать Кристе Вольф "браво".

И, что еще важнее, потому что в умении понимать и показывать сумбурные человеческие души Кристе Вольф не откажешь. Каждый из монологов обнажает героя до скелета. Они все уникальны, исключительны. И сбивчивую, нервную речь Главки с первых строк отличишь от дышащей ненавистью Агамеды, от простодушного, простоватого Ясона, от вцепившегося во власть Акама, от самоуверенной, гордой, но в глубине души потрясающе одинокой и несчастной Медеи. И любопытно, что образ Медеи, ключевого персонажа, понравился мне куда как меньше, чем многие другие. И опять-таки проблема не в том, что Вольф отошла от канонической трактовки. Когда мы имеем дело с настолько древними вещами, говорить о каком-то каноне вообще сложно - версий куча и версия Еврипида - всего лишь одна из (кстати, есть еще одна любопытная версия - Еврипид выписал Медею злодейкой не из любви к искусству, а за вполне себе осязаемую взятку от коринфян). Для меня Медея Кристы Вольф так и осталась где-то между - жертва людей/богов/судьбы, сначала мнящая себя ее вершительницей, но затем осознавшая свою неправоту. Она вроде бы и персонаж положительный, а - вот странность! - симпатии не вызывает, как, впрочем, и другие эмоций, кроме, пожалуй, недоумения.

Удивительное ощущение: обе повести читаются так, как будто описываемые события происходят здесь и сейчас, а титульные героини являются нашими современницами. Такой эффект возникает не потому, что Криста Вольф «подвергает пересмотру» старые мифологические сюжеты с точки зрения насущных представлений о человеке и мире, но благодаря полному погружению читателя в описываемые события и внутренний мир героев. Истории Кассандры и Медеи – в общих чертах известные, наверное, каждому любителю чтения – Криста Вольф рассматривает изнутри, от лица участвующих лиц и исключительно на человеческом уровне, без вмешательства богов. Не легенда о прорицательнице Кассандре и не жизнеописание волшебницы Медеи, но два психологических портрета, насколько возможно полных и максимально достоверных.

В таком представлении, в форме исповеди, проговаривания своих мыслей и чувств (тут надо отметить, что поток сознания в исполнении Кристы Вольф совершенно не мешает читательскому восприятию, его основной смысл и главная задача – придание формы, внесение структуры в нервное самоощущение рассказчика) обе истории вызывают неловкость и ощущение вины за то, что произошло с героинями. Жалость, печаль, страх, которые испытываешь, читая истории вымышленных Кассандры и Медеи, становятся порой настолько реальными, что хочется предупредить и остановить ненужную, чрезмерную откровенность героинь. Но слово уже произнесено… Начинается движение... И кого-то оно заденет. Есть вещи, которые невозможно объяснить. Насилие. Жестокость. Несправедливость. О них можно только рассказать. Но, наверное, и понять их можно только так: выслушав.

Криста Вольф просто поразительна своим психологизмом. Кажется, она пишет языком подсознания, воспоминаний, размышлений и внутренней борьбы. Именно это покорило меня при чтении "Медеи" и раскатало тонким визжащим от восторга слоем. Этим же богата и "Кассандра", разница лишь в том, что в "Медее" повествование ведется от лица нескольких персонажей и мы видим подкорку сразу нескольких человек. Здесь - Кассандра - а через нее и весь ее мир. Пугающе остро, кристально чисто, настолько прозрачно, что хочется взвыть от безнадеги. Мне стало страшно - за писательницу. Она внушает мне суеверный страх. Мне кажется, что и ей плюнул в рот (или в руку?) Аполлон и наградил даром провиденья. Ибо нельзя, невозможно человеку так глубоко лезть в душу человеческую всевиденья, который, мне кажется, несла сквозь свою жизнь автор.

Удушающе страшно.
Кассандра, милая Кассандра. Единственный проблеск рассудка среди обезумевших от жажды власти, от страха, от похоти, от высокомерия троянцев. Ты пыталась их спасти. Но твои слова источали яд, они были гнилыми плодами Природы на пиру их жизни. Не таких предсказаний они жаждали. Подтверждение их правоты, их мощи, их гордости. Вот что было необходимо. Ты же пророчила смерть. Ты видела смерть. Смерть для всех них. И для себя.
Слишком поздно ты поняла, что значит видеть. Наивная, ты просила Богов о даре. А получила проклятье.
Ты, вылезшая из утробы великого высокомерия, ты царская дочка, ты получила дар страдать за весь свой народ. Который не нуждался в тебе.

Что-то сдавливающее горло есть в этой повести. Что-то давящее и низвергающее в ад. Правда. О войне и о людских заблуждениях, людском эгоизме и иллюзии вседозволенности. Небольшая повесть о крахе народа, который сам себя уничтожил. Своей глупостью.
А что изменилось?...

Кассандра, страдаешь ли ты так же нынче? За мир, который тебя отверг?