L'invitée

Иногда наше сердце способно превратиться в бомбу замедленного действия, часовой механизм на связке динамита. Словно можно запустить программу разрушения себя. Видишь, чувствуешь, прекрасно понимаешь, что поступаешь неправильно, сам себе говоришь «не стоит этого делать» и все равно делаешь. Замираешь, прислушиваешься к своим чувствам и с широко открытыми глазами совершаешь ошибку. В момент этого выбора начинается обратный отсчет до взрыва. Взрыва, который разрушит прошлое. Поднимет на воздух настоящее и поставит под вопрос будущее.

Симона де Бовуар в своем романе «Гостья» посмотрела на самую суть проблемы с высоты (или правильно сказать «глубины»?) экзистенциальной философии. Часовой механизм, динамит и неправильные чувства. «Она лишь с успехом истребляла себя»

Есть Вершина А. Франсуаза. Умная, независимая, мудрая, непредвзятая, благоразумная. Но в то же время, не разобравшаяся в себе до конца. Она находится в постоянном поиске ответов, потребность докапываться до сути вещей, находить под ворохом общественных и личных стереотипов и обязательств истину. Понять кем является она сама, что она такое? Есть ли она вообще? «С большой долей уверенности Франсуаза могла знать, чем она не была; это тягостно – сознавать себя как череду отсутствий»

Есть Вершина В. Пьер. Талантливый, упрямый, обаятельный, умный. Творческая личность, ищущая признания и любви. Он словно ежечасно нуждается в чужом признании, ему недостаточно любви близкого человека (Франсуазы), ему этого попросту мало. Ему нужен еще кто-то. И этот кто-то всегда находится, вот только что он закончил роман с одной актрисой, и уже с интересом посматривает на новую подругу Франсуазы…  Упрямая гордячка, не обращает на него никакого внимания. «Заставить ее полюбить меня – значит добиться ее признания, проникнуть в ее мир и одержать победу в соответствии с ее собственными ценностями»

Есть Вершина С. Ксавьер. Провинциальная, юная, неопытная и упрямая. Гордая и уверенная в том, что можно жить так, как хочется. Не работать. Никому не льстить. Не сгибаться. Не подстраиваться ни под кого. Получать то, что хочешь. Разрушать и уничтожать того, кого ненавидишь. Максимализм доведенный до абсолюта, до абсурда, до гротеска. Она оказалась нужной обоим. И Франсуазе, и Пьеру. Но так ли нужна?

Роман-утопия, роман-идиллия. Трио без ревности, без пошлости, без претензий. Три равных величины одного треугольника. «Мы хотели создать настоящее трио, вполне уравновешенную жизнь втроем, в которой никого не надо приносить в жертву». Произведение Симоны де Бовуар – вскрытие сути таких отношений и такой любви от имени Франсуазы. И финала… единственно возможного.

Почти 80% книги я искренне ненавидела Ксавьер и сочувствовала Франсуазе. Потом мне стало ясно, что все не так просто. А последняя глава вообще перевернула мое представление о Франсуазе.  Ситуация, которую можно было бы упростить и разложить по полочкам (исходные данные, решение, ответ), так закручена, что сказать «сложно» о героях – ничего не сказать. Франсуаза видит все это еще более сложным.

С одной стороны, мне очень понравился роман, это умное, глубокое, тонкое, повествование, погружение в дела сердечные с точки зрения философии. С другой стороны, я слишком со многим не была согласна. Конечно, я читала о необыкновенных отношениях Симоны де Бовуар и Сартра. Свободные отношения, без обязательств, без ревности, договоренность, в которой каждый волен вести свою жизнь, каждый раз возвращаясь друг другу. Словно эта любовь, их отношения – нечто священное, что не будет опорочено никакими другими связями, чужими женщинами и мужчинами… Я даже представить не могла как можно так жить и так установить межличностные отношения. Роман «Гостья» объяснил мне глубинный принцип этих отношений.

И тут на самом деле, я не согласна с Бовуар. Я со своей гештальтистской колокольни вижу в этом философском романе зависимые и созависимые отношения, отсутствие границ и роковое «мы», вместо жизненно необходимого «я». И все бурные переживания героини – злость, потерянность, зависть, ревность, боль, ужас – все это легко объясняется и лишено на самом деле какой-то великой глубины и трагизма. Потому что всё – естественно и логично. И по-другому быть не могло.

«По собственной воле, вопреки своему сопротивлению и протестам, она старалась уничтожить сама себя; на собственной истории она присутствовала как равнодушный свидетель, никогда не осмеливаясь утвердить себя, в то время как Ксавьер с головы до ног была живым самоутверждением. Она заставляла себя существовать с такой уверенной силой, что зачарованная Франсуаза увлеченно стала отдавать предпочтение ей в ущерб себе, уничтожая себя»

Можно объяснять свои ошибки как угодно и чем угодно. Высокими стремлениями, чистыми идеалами, земными чувствами, страстью, влюбленностью, влечением, интересом, желанием узнать ближе. Можно обманывать себя и даже других. Дело вообще не в этом.

Дело в том, что часовой механизм уже запущен. Выбор сделан. Время пошло.