Искусство и художник в русской прозе первой половины XIX века

Гоголь не до конца был доволен этой своей работой, поэтому выпустил её в свет в двух разных редакциях с перерывом в сколько-то лет.

Вторая редакция, как я понимаю, менее мистическая. Я же ознакомился с первой. И сильная мистическая составляющая пришлась мне очень по душе.

Если рассматривать рассказ в этой самой первой редакции цельно, то могут возникнуть сложности. Складывается впечатление, что будто бы два разных произведения пера двух разных Гоголей сшито воедино.

Первая часть очень атмосферная, насыщенная, с присущими Гоголю ироничными штрихами. Штрихи эти пусть и мелькают на втором плане, добавляя сатирической глубины, но не формируют основу, столь знакомую по некоторым более известным произведениям автора.
В общем, нажористый такой, как модно было говорить несколько лет назад, саспенс.

Вторая часть явно меркнет, становясь суховатой, под стать главному герою, притчей. Выбранная жизнь приносит герою разочарование из-за растраченного в угоду моде и деньгам таланта. И следующую за этим расплату.

Но читателю в моем лице, к сожалению, этого мало. Саспенс куда-то улетучивается. А ведь так хотелось, чтобы пугаюшая атмосфера пронизывала произведение до самого финального аккорда.

Как и с романом "Портрет Дориана Грея" (роль портрета невольно является поводом для сравнения), молодой автор явно пишет его отчасти про себя и в том числе для себя, предостерегая от повторения ошибок главного героя. "Прошелся по тротуару гоголем, наводя на всех лорнет" - сколько самоиронии можно увидеть в этой фразе от человека по фамилии Гоголь.

Мне не близка манера изложения Гоголя, поэтому красотой текста я восхищаться не буду.
Но произведение сильно по сути своей.
Во-первых, оно прекрасно своей сюжетной линией и этой мистикой, напоминающую «Портрет Дориана Грея» (понятно, что произведения вообще про разное и тем не менее). Неожиданные повороты событий, яркие эмоции, превосходная развязка и.. при этом при всём, автору удалось оставить финал открытым.
Во-вторых, автор поднимает очень важный вопрос в искусстве. Искусство коммерческое, для продажи, мейнстримное или же искусство как акт созидания? Ведь, если мы сейчас будем рассуждать в высокоморальных традициях, то конечно же второе. Но, дорогие мои, как часто вы видите художника, который хочет «быть голодным»? И должен ли? Вообще талант к искусств это дар или крест? И если дар, то кто говорит нам о том, как правильно им распоряжаться? И, если крест, то кто говорит нам, как правильно его нести?
В книге автор показывает нам, что искусство для денег приводит к губительным последствиям. Но разве мало историй, где обладание деньгами в принципе приводит нас к губительным последствиям?
У меня много пищи для размышлений, что говорит о том, что работа создана не зря.

Удивительным открытием оказалась для меня эта повесть. Во-первых, именно в этом произведении впервые русский писатель поднимает проблему взаимопонимания (точнее, его отсутствия, и даже невозможности), между настоящим художником и окружающим его обществом. Проникновенны , пылки и глубоко философичны размышления героев – самого Аркадия и человека, от лица которого ведется повествование. При этом автор очень ярко и точно передает контраст между настоящим художником и людьми, далекими от любого возвышенного в искусстве и в жизни, воспринимающими и то и другое прямолинейно и не смущающимися в высказываниях, демонстрирующих свою приземленность. Эти люди, при всем этом, очень даже не против судить и высказывать свои мысли прямо, тем самым как бы удтверждая проавоту своих единомышленников. Тем сильнее воспринимается бездна , отделяющая их от мировосприятия Аркадия, тем более явна невозможность его попыток найти это понимание хотя бы в одном человеке. Тем более трагично его разочарование в той, кого он в душе своей и в своих глазах возвел на пъедестал идеала, немало не смущаясь тем, что она не может по достоинству понять и оценить его произведения. Он ей это прощает! Но что же она? А она его отвергает из страха перед его сильным чувством. Таков удел романтического художника-гения. Он должен быть не только голодным, но и отвергнутым.

Повесть Александра Сергеевича Пушкина "Египетские ночи" осталась незаконченной и обрывается на полуслове. Самого Египта причем в ней и нет, только маленькое упоминание в конце о Клеопатре. Некоторые исследователи считают, что петербургский прозаический текст являлся только прологом, неким обрамлением поэмы о Клеопатре, которая должна была занимать основное место в повествовании. Так это или нет мы уже узнать не сможем, но то, что я бы очень хотела знать продолжение истории об итальянце-импровизаторе и Чарском, могу сказать точно

Чарский проявляет благородство по отношению к людям не- или малознакомым и даже неприятным: к алчному итальянскому импровизатору, к некрасивой барышне, которой маман приказала написать записку о Клеопатре и так – живет, руководимый честью и воспитанием. Когда хамы захватили страну, такое стало проявляться гораздо реже: зачем стараться, если это не несет непосредственной выгоды. Ну, разве что на подвиг зовет партия ради всеобщего счастья. Хамство есть страшное и победное оружие. Но последствия советской «виктории» ужасны: социальная ткань оказалась изорванной и только строчки Пушкина и т.п. эту вульзарную материю еще как-то скрепляют-штопают, напоминая об ИНОМ.

Знаменитый "Портрет Дориана Грея" (1891) появился на полвека позже, и я уверена, что Уайлд читал Гоголя. Во всяком случае, демоническое в портрете Грея явно той же природы, что и у случайной покупки Чарткова. Однако Гоголь, в отличие от Уайлда, даёт нам надежду.

Литературоведы возводят "Портрет" (1835-1842) Гоголя к гофмановской остросюжетной новелле "Мадемуазель де Скюдери" (1819), в которой ювелир был одержим идеей возвращать украшения, изготовленные им самим, в собственное хранилище, каких бы человеческих жертв это ни стоило.

О чём?

Прежде всего, о таланте. О непродажности его, о том, что денежный достаток неизбежно губит талант, по Гоголю: не даёт ему развиться в тишине и покое глубокого душевного и физического аскетизма, не говоря уж о духовности.

В первой части молодой бедный художник Чартков неожиданно – через приобретение портрета – получает богатство, которое позволяет ему зажить светской жизнью и стать известным и уважаемым. Однако сытая беспечная жизнь приводит совсем не к тому концу, какого он ожидал.

Во второй части нам рассказывают историю того самого портрета через историю его творца. Кто был моделью для портрета и кто художник, который его нарисовал?

Что хорошо

Да всё! Язык, сюжет, герои.

Уместная доля мистики, причём описание ночи с портретом пробирает до косточек – умеет Гоголь нагнать жути. Я сейчас параллельно читаю триллер Насти Реньжиной "Сгинь", так даже там не так страшно, как у Гоголя.

Отлично сделано в разных частях разное развитие отношений с портретом у двух художников и совершенно очевидный вывод: не стоит искать лёгких денег и принимать дары от незнакомцев, тем более с демоническими глазами.

Интересно показана деградация Чарткова через его высказывания о ремесле и художестве:

С удивительными подробностями описано восприятие живописи разными людьми, особенно восприятие живописи настоящей, талантливой. У Гоголя мысль о том, что в талантливом портрете может заключаться душа натурщика, звучит устрашающе. Художник, даже принужденный к тому, чтобы написать такой портрет, всё же достаточно волен в том, завершить ли его. Страшно подумать, что было бы, если бы Б. его полностью довёл до конца.

Превосходно сделано раскаяние и перерождение художника-творца Б., его поиски истины. Вообще, как мы видим из повести, люди с преобладанием добрых черт характера, могут вырваться из-под влияния портрета, а люди слабые, с неустойчивой добродетелью, обречены на провал.

Но особенно мне понравилось, что при всём желании завершить повесть торжеством добра, Гоголь остаётся верен себе и в финале говорит нам: нет, друзья, не всё так просто. Со своими демонами каждый должен бороться сам, не надеясь на то, что кто-то другой уничтожит злосчастный портрет.

Что не так

Думаю, что людям, как сейчас говорят, нерелигиозным, покажется слишком уж елейной история раскаянья и ухода в монастырь художника Б., но как по мне, это самые важные страницы повести. Невозможно уйти из-под влияния тёмных сил без деятельного покаяния, а уж степень его зависит только от самого человека.

Это ведь не просто романтическая повесть, это повесть-притча о таланте. А в притче без духа не обойтись. Ну и без некоторой назидательности. Ничего не поделаешь, придётся потерпеть)

Пушкин лёгким росчерком пера рисует самого себя в образе приезжего поэта-импровизатора и добавляет в текст повести собственные стихотворения. На мой взгляд, подобный бенефис автора весьма перспективен, и повесть могла бы стать одной из лучших, но увы, не закончена при жизни. Даже то, что осталось в наследство, впечатляет. Здесь и рассуждения о том, как люди воспринимают литераторов и поэтов, и вывод о том, что по-настоящему творческий человек ничего не должен обществу, поэтому вольный художник всегда предпочтительнее, чем авторы на галерах.
Стихи в повести тоже весьма хороши. Концовка "импровизации" про любовников Клеопатры впечатляет - видимо, поэтому и взято название "Египетские ночи". Да и первый стих отличный.
Ещё запомнились несколько грустные, но до сих пор актуальные рассуждения автора про поэтов и общество, - что на самом деле у поэта не особо много преимуществ, хотя другие почему-то считают их привилегированными и однозначно богатыми людьми (учитывая, что в наше время поэзию почти не издают и не читают - совсем грустно становится).
10 из 10.