Произведение П. Зюскинда посвящено отношениям человека и вещи, зависимости человека и вещи, подавления человека вещью. Еще одна основная тема произведения - музыка: если в постмодернистских текстах обычно мир и жизнь человека воспринимается и объясняется через литературу, то здесь биография и чувства персонажа даются с помощью музыкальных терминов и идей.

Главный герой - "маленький человек", незаметный маргинал, который умаляет еще и его музыкальный инструмент - огромный контрабас. Перед читателем разворачивается его исповедь об отношениях со своеобразным инструментом.

Во многом герой и само произведение напомнили повести Ф. М. Достоевского ("Записки из подполья"), особенно приемы отечественного прозаика: "слово с оглядкой" и "слово с лазейкой". Немецкий герой также противоречит самому себе: начинает с того, что без незаметного, на первый взгляд, контрабаса (он находится позади остальных музыкантов) оркестр не существует, это фон, который организует всю композицию, затем олицетворяет своего "друга", точнее даже "подругу" (форма инструмента вызывает подобные ассоциации), чуть ли не "возлюбленные", после чего костерит, на чем свет стоит, поскольку из-за огромных габаритов контрабаса сам музыкант находится в тени + особых талантов, оригинальности, решительного таланта у него так же не наблюдается. Его удел - прозябание в безвестности.

Финал открыт. Герой решается на безумный поступок, и на этом автор и читатели оставляют его наедине с мыслями.

Если бы я присутствовал на представлении, поставленной по этой книге, то уверен, - я аплодировал бы стоя. Не актеру, и не театру, но только персонажу. Мне он показался настолько реалистичным, что кажется, можно открыть дверь соседней квартиры, и он окажется за этой дверью, одинокий, сидящий на стуле со своей бутылкой и с любовью и ненавистью смотрящий на свой контрабас. Этот человек не великий, не впечатляющий, не восхищающий, а лишь земной, и в каждом его слове - чувство, сильное, переданное с помощью внешней, казалось бы, слабости. Нет никаких сомнений в том, что он существует. Одинокий рассказчик, томящийся в порочном (если это слово сюда применимо) круге своей жизни.
Зюскинд радует осведомленностью в музыке. Но при всех похвалах не могу сказать, что это шедевр. Это просто хорошо, потому 4.
Итог: 4/5.

Монолог контрабасиста о музыке, женщинах и смысле жизни. Пересказывать бесполезно. Надрывная и проникновенная вещь. По форме напомнила "Репетицию оркестра" Феллини. По содержанию - "Записки из подполья" Достоевского, только не такая патологичная и более тонкая (но потому и более мелкая). Исполнение - безупречное. Идеально выверенный размер, отличный ритм, драматургия и нарратив виртуозно уложены в тридцатистраничную исповедь.
Читать можно всем. Тем же, кто не чужд литературному творчеству - изучать.

Герой знаменитого романа "Парфюмер" Патрика Зюскинда не имел собственного запаха и оттого ощущал себя невидимкой, лицом, которое как бы и не существует вовсе. В более раннем произведении автора - пьесе "Контрабас" - мы наблюдаем драму "маленького" человека, тоже в некоторой степени невидимки, но пути, выбранные этими персонажами, оказываются совершенно разными.

"Контрабас" - одноактная пьеса, состоящая из монолога единственного действующего лица, и оттого с жанром драматургии при чтении практически не ассоциируется. Герой пьесы (если не ошибаюсь, мы даже не знаем его имени) поначалу вызывает отторжение своей нервной манерой речи, раздражающей привычкой перескакивать с одного на другое и перемежать свои реплики бокалами пива. А главное, что в нем сразу отталкивает, - это то, с какой напыщенностью он говорит о значении контрабаса. Контрабас - это вам не хухры-мухры! Попробуйте-ка без него обойтись! Нет, без контрабаса решительно никуда! Не стоит его недооценивать! В этом прямо-таки слышится "смотрите на меня, я - пуп земли!"

И вдруг настроение пьесы меняется - как-то плавно, через пространную, почти усыпляющую тираду об устройстве инструмента, об октавах, грифах, струнах и о классической музыке в целом мы переходим к горькой "исповеди". Кого мы обманываем? На самом деле контрабас - самый жалкий и никчемный инструмент в оркестре, он слишком огромен, слишком прост, совершенно несуразен и издает весьма специфические звуки. Великие композиторы не играли на контрабасах и не писали для них концертов, контрабас всегда на задворках музыкального произведения, его функция всегда дополнительная - оттенить, подчеркнуть. Да хуже контрабаса только литавра!

Правда? Пару страниц назад самомнение героя упиралось в потолок, а теперь он вдруг превратился в жалкую букашку. Да он, верно, слегка того!

А теперь представьте, что контрабасов в оркестре несколько и у них своя иерархия (подобной первой скрипке и скрипкам не первым), а ты, мало того что играешь на контрабасе, так еще на третьем или четвертом по значимости. Как тут не ощутить себя ничтожеством? А если, ко всему прочему, ты к своим годам ничего особенного не достиг и таланта в себе не ощущаешь, и величие тебе явно не светит (где вы видели выдающихся контрабасистов?), да и с личной жизнью не ладится?

По мере того, как горе-контрабасист раскрывает бездну одиночества и отчаяния в своей душе, раздражение читателя сменяется жалостью и сочувствием. Особенно, когда в его монологе появляются лирические нотки, печаль неразделенной любви.

А все чертов контрабас! Самый громоздкий инструмент в оркестре делает самым незаметным того, кто извлекает из него звуки. Как обратить на себя внимание? Как показать, что ты тоже здесь, тоже существуешь, если сам ты - никто, а контрабас в твоей жизни - всё? И, подобно парфюмеру Греную, музыкант задумывается о какой-нибудь отчаянно эпатажной выходке. Осуществит ли он ее, мы не узнаем, но ответ на этот вопрос болезненно очевиден. Как и то, что виноват во всем будет злосчастный контрабас.

Пьесу "Контрабас" я примерила очень давно, но все как-то откладывала наше знакомство. Зюскинд всё-таки своеобразный писатель, и эта пьеса очередное тому подтверждение.

Монолог человека, который служит в Государственном оркестре и судьба которого неразрывно связана с музыкальным инструментом, на котором он играет - с контрабасом.

Для него это не просто инструмент - это живой организм, с которым они стали единым целым.
В пьесе очень много музыки, но не легкой и воздушной, а массивной, тяжелой, такой же как и сам контрабас. Все произведение построено на давящей атмосфере, и не последнюю роль в этом сыграл психологический портрет главного героя.

Он поднимает проблемы не только музыки, но и те темы,, которые его волнуют. Ему тридцать пять, семьи нет, целей нет, он живет по определенному сценарию, который ему уготован - дом-работа-репетиции-концерты-дом. Какой-то замкнутый круг, который как будто бы сжимается.

В целом, несмотря на депрессивность, довольно интересное произведение, по-немецки немного нудно, но в этом и есть весь Зюскинд - с давящей атмосферой и сложными главными героями.

Монолог "маленького человека", потрясающий по своему исполнению (спасибо автору!), и такой близкий и понятный большинству (не гениям, а обычным середнячкам). Что делать, когда на определенном этапе жизни ты понимаешь, что ты самый обыкновенный человек? Моцартом или Шубертом тебе не быть, получаешь мизерную зарплату и не можешь пригласить понравившуюся женщину в ресторан морепродуктов, потому что камбала там стоит 52 марки. Тебе остается проводить свободное время в одиночестве и вздыхать о любимой и недоступной женщине, которая любима отчасти потому, что недоступна :). А вот что доступно ГГ и отвечает ему взаимностью -- так это музыка. Когда он говорит о таинстве музыке и особенностях своего инструмента, его голос меняется, в нем появляются теплые нотки, и ты понимаешь, что музыка подобно солнцу согревает его одинокую жизнь.

Пошла слушать "Концерт для контрабаса с оркестром №1 ми бемоль мажор". А вам приятного чтения!

Без особых эмоций как-то. Книга об одиноком человеке, одиноком до жалости, потому что на самом деле он сам виноват в своем одиночестве, а винит свой контрабас, на котором он играет в оркестре. Описывая насколько негоден и ужасен его инструмент, этот человек описывает просто напросто самого себя и свое отношение к миру.
Лучше, наверное, все-таки слушать аудиокнигу со звуковыми эффектами, так как-то правдивее. Не очень представляю, как можно читать музыку. Музыку нужно слушать (хочешь ты этого или не хочешь) и слышать. Много Зюскинду удалось - передать эмоции, одиночество...но не музыку.
Музыку нельзя написать, музыку нельзя прочитать. Ее можно исполнить, ее можно слушать, ее можно петь, настукивать, бренчать...Все что угодно! но не читать.