Дорога уходит в даль...

Замечательная автобиография, точнее, художественно обработанная автобиография, начало трилогии.
Дочке хирурга Сашеньке Яновской девять лет. Она готовится к поступлению в женский институт, преподаватели учат её на уровень нашего пятого класса, а во многом и больше. Из-за процентной нормы к поступающим в гимназии евреям предъявлялись более высокие требования. В воспоминаниях Самуила Маршака есть эпизод с первыми экзаменами, где он "проваливается", а точнее, его проваливают из-за уже набранной квоты. Саша поступает с первого раза.
В детстве время бежит, но дни кажутся длинными и до краёв наполненными событиями. Саша находит подруг и разочаровывается в них. Отец девочки невозмутимо отвечает на её бесчисленные вопросы и каламбуры, знакомит с разными людьми и позволяет увидеть не парадную и неприглядную сторону жизни. Работая в госпитале, в своё свободное время Яков Яновский бесплатно лечит бедняков и рабочих. В итоге, на семью у него почти нет времени. Но, несмотря на отрывание времени от сна, разговаривает с дочерью он на равных и толковее многих нынешних диванных любителей.
Семья Саши живёт в многонациональной Вильне в 1890-е годы. Наблюдательная девочка подмечает речевые особенности разных людей. Каждый персонаж индивидуален, а пояснения к иностранным словам ненавязчивы. Медленно, но верно, прогресс приходит и в провинцию. Саша наблюдает за первыми полётами на воздушном шаре. В примечаниях Бруштейн поясняет, что и через 60 лет советским школьникам мало что удалось найти о воздухоплавателях братьях Древницких. Народ того времени был не искушён в зрелищах, Саша побывала в цирке, в театре на "Бедном снепороке", и очень удивилась, что снепорока так и не показали. Свадьба родственницы оставила по себе не очень приятные воспоминания, зато другая свадьба Томашовой запомнилась Саше необычной и чудесной от вида счастливых лиц уже не молодых "молодожёнов".
Революционный мотив в повести ярок и однозначен. Владельцы фабрик, пивоварен и прочих предприятий равнодушны к угнетаемым и бесправным рабочим. Напрямую о социализме ещё не говорится, но о беспределе на этапе в ссылку в Якутске высказано прямо. Эх, сами же революционеры прошли арестантскими путями, а придя к власти устроили своим противникам, явным и мнимым, режим ещё жёстче и беспощадней. Об этом замечаний в повести, изданной в 1956-м году, конечно, нет.
Разнонациональная Вильна естественно и разноконфессиональна. Католики показаны не очень умными, но упёртыми, не гибкими в суждениях и самонадеянными, зачем-то противопоставляющими Христа и Божью помощь науке и отдельно медицине. По-моему, одно другому не противоречит, а суждения благолепно выглядящего ксёнза неприятны и унижают саму церковь. Надеюсь, что это не было сознательное преувеличение в угоду советскому атеизму.
Обязательно продолжу чтение трилогии. Жаль, что в школе она прошла мимо меня.

Одна из тех книг, что их надо бы читать в соответствующем возрасте – ещё в школе. Даже странно получается «Динку» Осеевой читала, в подходящем возрасте, а о «Дороге…» узнала несколько лет назад и всё откладывала чтение, хотя отзывы интриговали. Но наконец-то прочла.
Книга скорее понравилась, написана настолько увлекательно, что и для взрослого человека подойдет. Рассказывается о детстве Сашеньки Яновской, которое пришлось на конец позапрошлого века, если я правильно поняла. Живет девочка с семьёй в Вильнюсе (тогда Вильно) и город также есть вполне равноправным персонажем – его улицы, дома, парки, магазинчики, а также предместья (Броварня – посёлок неподалёку, название говорит само за себя). Отец Сашеньки – врач, поскольку он никому не отказывает в помощи, а особенно тем, кто заплатить не может то дома бывает редко, чтобы отдохнуть и отоспаться. Но всё равно, он находит время пообщаться с дочкой, отвечает на все её вопросы не отмахиваясь, находит объяснения соответственно возрасту, очень убедительные, а если тема действительно сложная – и на такой случай есть ответ – поговорим, когда у тебя коса вырастет. Страницы с этими беседами одни из самых трогательных и ярких в книге.
Повесть не очень длинная, но персонажей в ней много, и все описаны ярко и красочно, запоминаются. Домашние – нянька Юзефа, гувернантка Полина, приходящий учитель Павел Григорьевич. А также бедная больная Юлька и её мама, девочка из дома напротив, семья из Броварни и другие – для каждого нашлись свои характеристики, краски.
Но не всё так уж хорошо – агитации и пропаганды тоже хватает. Понятно, что революции на пустом месте не происходят, нужны причины, и не так уж всё лучезарно было в той жизни. Но слишком односторонне это описано. Революционеры показаны вообще какими-то мифическими идеальными существами, из сплошных добродетелей состоят и постоянно совершенствуются. Я такого типа литературу последний раз в школе читала. Так это ещё полбеды. Но авторские отступления по тексту реально доставали – как плохо жилось тогда трудовому народу, как жестоко обходились с теми, кто боролся (тюрьмы, ссылки). Написана повесть в 1956 году, есть же с чем сравнивать. И как могло бы быть хорошо каким-то персонажам, если бы они жили через несколько десятков лет. Вот это 100 % неизвестно, что бы с ними было лет через 30-50. А так хоть живы.
И немного зная, что и как было потом – ну не верится в этих сверхдобродетельных революционеров. Но – порядочные интеллигентные люди им сочувствуют. Потому что так принято и это модно.
Ещё слегка удивили методы воспитания у доктора Яновского. Если эпизод с яблоками ещё можно натянуть на глобус: принесла в подоле несколько падалиц, собранных с земли – всё, ты воровка, иди отдай у кого взяла, а теперь проси прощения и вслух скажи, кто ты теперь есть. Но шоу с куклой – честно скажу, вообще не поняла в чем дело, пока в тексте не появилось объяснение. Сашеньке растолковали, ну и мне заодно, почему вынести во двор новую куклу - преступление. Думаете, чтобы не испортить? Ничего подобного, потому что у других девочек такой куклы нет, следовательно это непорядочно, они расстроятся.
А ведь книга мне понравилась, и продолжения почитаю как-нибудь (это трилогия, автобиографическая), но вот недостатки тоже имеются.

Правдивая и искренняя история о детстве девочки Сашеньки, жившей в Российской Империи начала 20 века. Автор написана эту книгу на основе своих воспоминаний.
Маленькая Александра принадлежит к интеллигентной семье. Ее отец – доктор, Яков Яновский. Но так, как он лечит бедных, а не богатых, живет семья очень скромно, не имеет собственного жилья. Старая нянюшка Сашеньки часто упрекает доктора в том, что он ничего не имеет из-за того, что лечит бедноту бесплатно. Может создаться впечатление, что так все и есть. Но случай с приемом родов у жены графа показывает, что леча богатых, тоже много не выиграешь. В классовом обществе знати можно все, а человеку, который живет своим трудом, пусть даже такому интеллигентному, как доктор, справедливости ждать неоткуда. Столкнется с этой несправедливостью и сама девочка во время вступительных экзаменов. Поймет она и отличие истинной дружбы от фальшивой.
Книга не без некоей нравоучительной нотки. Конечно, детская литература должна чему-то учить, но можно было это сделать как-то более тонко. В некоторые моменты мне казалось, что отец слишком уж строг с дочерью, рассказывает ей очень много вещей, которых той знать не по возрасту. К примеру, о политике. Но в те времена было совершенно другое отношение к детям, на них смотрели, как на маленьких взрослых. Это видно даже по тому, что чисто детской литературы не было. Александра читает истории из «Войны и мира» и биографии великих в переложении для детей.
История чистая и светлая. Ничего плохого в книге не происходит, и для всех все заканчивается в целом благополучно, что не может не радовать. Обязательно прочитаю и вторую часть.

Это довольно странно, но до нынешнего года я не слышала об Александре Бруштейн и, соответственно, книг писательницы не читала, так что, первая книга автобиографической трилогии стала и первым знакомством с творчеством автора. И это было очень хорошо.
Очень интересно Александра Яковлевна рассказывает о своем детстве, о семье и людях, с которыми они общались, о событиях весны 1894 года в Вильне (Вильнюсе). А подробнее всего писательница рассказывает о своем отце - мне показалось, именно он является главным героем в этом повествовании - самоотверженный врач Яков Эхелевич Выгодский. Буквально каждый эпизод, посвященный отцу, дышит дочерней любовью и гордостью, искренним восхищением и уважением - и это очень понятно и трогательно. Яков Эхелевич, судя по всему, действительно был человеком выдающихся качеств.
И совершенно неудивительно, что в романе дочери, посвященном родителям, образ отца несколько затмевает фигуру мягкой и доброй матери. Даже несмотря на то, что для Сашеньки у Якова Эхелевича находилось не так много времени, как, думаю, хотелось бы им обоим. Тем не менее, уверена, именно уроки жизни, преподанные девочке отцом, во многом сформировали характер писательницы (хотя иногда методы мужчины казались чересчур категоричными для девятилетнего ребенка, и все же).
Очень интересная история замечательных людей, жизнь которых пришлась на очень непростые времена. История, которую Александра Бруштейн просто должна была рассказать - так богата она на события и выдающиеся поступки - не только родителей писательницы, но и знакомых семьи Выгодских. И хотя я уже знаю, как все закончилось, обязательно продолжу знакомство с трилогией и ее замечательными героями.

Хорошая девочковая книга о дореволюционной России.
Маленькая девочка Саша, у которой еще даже и коса не выросла, делает только первые шаги в своей жизни и познает мир в категориях "хорошо" и "плохо". Ей повезло, что родители у нее - интеллигентные, чудные люди, но все равно приходится сталкиваться с несправедливостью и злом, которые через край плещут в то неспокойное время в той конкретной геоточке.
Прежде всего, произведение мне понравилось воспроизведением духа исторической эпохи, ведь оказалось не просто стандартным "романом воспитания", а рассказом о жизни в России до революции. В ней есть те идеалы и убеждения, которые сейчас кажутся, мягко говоря, наивными, а подчас и слегка странноватыми. Но таков был дух того времени, так действительно жили. И главное в повести даже не это, а то, как формируется настоящий человек.
Книга несколько наивна, но ведь написана она от имени маленькой девочки как рассказ о жизни ее глазами. К слову, тональность книги ("детский взгляд") не повсеместно в книге автору удался, потому я и поставила "4".

"Дорога уходит в даль".

Эту книгу Александры Бруштейн я видела, листала, пыталась добыть в детстве - и постоянно что-то у меня с ней не складывалось. А вот сейчас, после книги "Губерт в Стране чудес" по какой-то странной ассоциации вспомнила про нее, и наконец-то прочитала целиком.

Рада, что прочитала. Теперь от книги у меня есть цельное впечатление, а не отрывки-урывки. Оказалось, что местами я ее помню очень близко к тексту (видимо, те странички, которые удалось "сфотографировать" про запас в городском лагере, где она кочевала из рук в руки, а я тогда читала "сканированием" и очень быстро). А местами - совсем новый текст, свежий и талантливо написанный.

Грустная, умная, местами очень уж "жалостная" книга от лица маленькой Сашеньки Яновской, с которой хочется дружить.

Может быть, я даже почитаю ее своим дочкам.

Вторая повесть из трилогии Бруштейн об учёбе Сашеньки в первом классе института и жизни за стенами гимназии. Мелочей быта достаточно, но автор вспоминает и исторические события. В 1894-м году после смерти отца от болезни на престол восшёл последний русский император Николай II.
Сашенька показала себя не чуткой и нетактичной, радуясь смерти далёкого и ни разу не встреченного человека, отмечая в дневнике дни траура как праздник. Идеалистические воззрения трудолюбивого отца Сашеньки трещат по швам. Врать нельзя, но ради революции и выгораживания отдельных личностей можно. Сашин мир расширился и углубился, все из её окружения уже не однозначно чёрно-белые.
Учёба и переменки в гимназии разрисованы мрачно, так как учебное заведение оставило у автора мало хороших воспоминаний. Учиться врать учителям и прочим гимназическим взрослым обязательно уже в первый день, иначе не выдержишь все восемь лет каторги. Изображение учителей и учительниц разнится. Учителя-мужчины более живые и человечные. Такое ощущение, что они гораздо больше погружены во внешний мир. Учительницы же похожи на равнодушных роботов. За синие шерстяные форменные платья гимназистки прозвали их синявками, (как-то коробит слово). Как и в "Джен Эйр", сами учительницы обучались в подобных пансионах да так и застряли в системе. Сломали их, а теперь ломают они. Классные дамы присутствуют на уроках других учителей, но реально в воспитательный процесс не вмешиваются, только ругают и наказывают, что ничуть не воспитывает. Порадовало, что из наказаний Бруштейн описала нотации, отработки реверансов и стояние в углу.
Быту на переменах хватает авторского внимания. Столовой в школе нет, и дети едят, где придётся, в том числе и в помещении перед туалетом. Собственно говоря, основная истинная активность учениц проходит именно в этой предуборной зоне, называемой пингвином.
Бруштейн просвещает юных читателей не только рассказами о быте в гимназии, но и о мире не забывает. Коронация Николая II общеизвестна, а об участии В.Г. Короленко в защите мултанских крестьян-удмуртов, думаю, мало кто помнит. В угоду повествованию Бруштейн сдвигает события нескольких лет, объединяя их в один год.
Последняя часть трилогии будет о выпускном классе Сашеньки. Прочтение не заставит себя долго ждать.

Читая книгу Александры Бруштейн, я не могла не вспомнить фразу, услышанную в музее, в зале, посвященном истории Гражданской войны на Дальнем Востоке: "Гражданская война до сих пор не закончена. Она все еще продолжается в душах людей. Стоит послушать, как люди говорят на эту тему, как отчаянно спорят... Наше отношение к прошлому за эти годы не стало ни более простым, ни менее болезненным.".

Мне очень симпатична Сашенька и её семья, вызывает уважение их отношение к людям. О да, здесь я полностью на стороне Сашеньки! Но... Чем дальше, тем больше в повествование входят политические вопросы, и мне почти мучительно читать вещи, слишком хорошо знакомые из моего пионерского детства, слишком канонически-правильные с точки зрения воспитания советского школьника. Герои заметно выдержаны в духе учения о классовой борьбе: бедные хороши уже потому, что бедны, богатые плохи потому, что богаты. Склонность определять человеческий характер по социальной принадлежности - черта соцреализма - на мой взгляд, однобокость и большая ложь. Понятно, проблема, согласно А.Б., в том, что богатые (все? других в книге не было) не умеют сострадать. Бесспорная и поддержанная всей русской классикой мысль (помните, чеховский "человек с молоточком?"): порядочный человек не может жить успокоенно и счастливо, когда рядом страдают люди. Но нельзя же видеть счастье человечества в избавлении от богатых!!!

• Папа... Я бы хотела, чтобы ты сделал что-нибудь очень хорошее!
• Например?
• Ну, например, пошел и убил царя!
• Ох, какая Пуговка, какая глупая Пуговица!.. - посмеивается папа. - Настоящие революционеры - такие, как Павел Григорьевич, - это не делают. Они царей не убивают!

  Может быть, дело в том, что у меня в руках есть исторические спойлеры. Мы-то уже знаем, что революционеры убивают царей с детьми и близкими, что их человечность и сострадание скорее гипотетического свойства и не распространяются на живых реальных людей, а страдания человеческие, так возмущающие Сашеньку, после революции превзойдут все, что удалось добиться в этой области царскому режиму. Когда я читаю о страданиях революционеров-каторжников, я проникаюсь ими, но перед глазами стоят очереди, подобные той, в какой стояла Ахматова после ареста сына, или люди, вышвырнутые зимой на улицу с детьми как "кулаки" при запрете односельчанам проявлять сострадание и давать им приют. Сашино обостренное чувство справедливости заставляет ее возмущаться черствостью и бесчеловечностью богатых и власть имущих, мое же чувство справедливости бунтует против однобокого изображения "проклятого царского прошлого" и благостно-примитивной картины революции - на самом деле величайшей трагедии русского народа.

Это моя единственная, хоть и серьезная, претензия к этой трилогии (да и то, скорее, субъективная. Сторонники другого взгляда на историю или безразличные к ней, вероятно, не будут реагировать так остро). В целом это хорошая книга, я рада, что прочла ее (хотя бы в качестве лекарства от собственной однобокости: из неё становятся гораздо лучше понятны истоки раздражения и даже ненависти Сашиных современников к текущей власти. Все эти загибы по части благонадежности и чинопочитания возмутят кого угодно, а при таком накале "еврейского вопроса" ничего удивительного, что еврейские интеллигенты стали заметной движущей силой революции.) Замечательно, что книга учит состраданию, совести ("иди, мой друг, всегда иди дорогою добра"), что она, в конце концов, интересная и замечательно написана. Лишь не стоит забывать, что есть и другая сторона.

Хотя эта книга является в автобиографической трилогии Александры Бруштейн о детстве и юности Сашеньки Яновской второй, мне она попалась первой, и именно с нее я начала знакомство с семьей Саши, с ее подругами и прочим окружением, а первую прочитала позднее.
Итак, в этой части Сашенька впервые идет в школу, точнее, в институт для девочек. Первый же день, естественно, оказывается совсем не таким, как она себе представляла – классная дама по прозвищу Дрыгалка сразу же начинает жестко ставить девочек на место, унижать их, к чему Саша, которая растет в доброй и дружной семье, совершенно не привыкла, она едва сдерживает слезы, что неудивительно…
С первых же шагов в институте Сашенька понимает, что здесь нельзя говорить правду, чтобы не подводить одноклассниц, как и сама Саша, так и ее подруги очень быстро учатся молчать и при необходимости лгать, ничего не поделаешь, это жизнь. Понравилась линия сироты Кати Кандауровой, которую берет к себе семья Фейгелей, хотя эти люди и так с огромным трудом сводят концы с концами.
Через некоторое время в институте появляется Тамара Хованская, подопечная друга семьи Сашеньки, доктора Рогова, и всех сразу отталкивает ее самовлюбленность и высокомерие – Тамара считает себя настоящей княжной, а всех остальных недостойными ее общества, но затем эта девочка переживает серьезный удар и вроде начинает меняться в лучшую сторону, хотя отец Саши справедливо замечает, что человек едва ли станет совершенно другим, на это не следует надеяться, что и подтверждается впоследствии, уже в третьей книге.
Итак, здесь Сашенька продолжает расти, развиваться, учится дружить и в то же время ненавидеть несправедливость и зло, которых так много и в институте, и за ее пределами. У нее появляются действительно чудесные подруги – Лида Карцева, Маня Фейгель, Варя Забелина, забавная маленькая обжора Меля Норейко, тоже очень удачный образ. В общем, прекрасная книга о начале взросления, история на все времена, и сейчас очень люблю ее, как и другие части трилогии.

Книги о взрослении вызывают у меня совершенно особые эмоции. Каждая из них словно аукается с той девочкой, которой была я: «А что ты помнишь? А что расскажешь?» и убежденно доказывает, что нет на свете людей, чьи судьбы, чьи истории были бы скучны и неинтересны. Разве Александра Бруштейн рассказывает нам о чем-то экстраординарном? Отнюдь. Ну какими событиями может быть богата повседневная жизнь ребенка дошкольного возраста? Ездили в гости… побывали в зоопарке… познакомилась с новым учителем… А на деле книга дает нам живой пример того, как, казалось бы, обыденные события, преломляясь в сознании пытливой, наблюдательной и умненькой девочки, дают уже нам, читателям, пищу для размышлений.

По своему настроению книга очень светлая и позитивная. Но очевидно, что на ясном небе уже собираются облака. Тягостное предчувствие революции явственно ощущается в воздухе и Саша, подобно маленькому барометру, ощущает, что природа уже затаила дыхание перед грозой, но это не мешает ей бесхитростно радоваться каждому прожитому дню, каждому новому другу. Это не тот случай, когда вам удастся вволю порыдать над книжными страницами. И вместе с тем здесь столько моментов, цепляющих за душу, задевающих в сердце совершенно особые струны. Да какой эпизод ни возьми… с Юлькой, безруким художником, воздухоплавателем Древницким… даже с покалеченной глупой вороной!

И не могу не отметить, что для разнообразия очень приятно почитать книгу о нормальной, любящей семье! У Сашеньки Яновской просто потрясающий отец, который, несмотря на всю свою безумную занятость обязательно находит время для того, чтобы провести время с дочкой, ответить на ее бесконечные, но такие важные для ребенка вопросы. Да, порой, на мой взгляд, Яков Ефимович излишне строг, но плоды его воспитания налицо – любой отец гордился бы такой дочерью.