Повесть о двух городах

Как сказать, что книга очень понравилась, если ты даже прочитав половину все еще не уловил ничего для себя. А как сказать, что книга не понравилась, если ее окончание, стоило двух третей вялотекущей прозы. Но и окончание вызвало разные чувства, все эти зверства восставшего народа, может быть это просто не для меня, хоть я и понимаю это история, это правда, от нее никуда не денешься, и все же, когда у меня есть выбор, я бы такое предпочла читать не в подробностях. Я еще раз для себя осознала, как сильна толпа, это стадное чувство, и если ты один против нее, тебе поможет только чудо. И в этой книге есть место чуду, точнее человеку, его совершившему. Я заметила, что во многих книгах, отдаю свои симпатии им, почти незаметным, но удивительным второстепенным героям. И чтобы мы не видели в начале, "последний аккорд его песни" запомнится навсегда. Жизнь за тебя, как кратко, емко и сильно.

Особый взгляд на Великую Французскую революцию
Время переоценки ценностей не только для французов, но и для всех европейцев.
Месть, преследующая героев на всём протяжении сюжета, а даже заявленная как действующее лицо книги. Месть, ведущая к насилию, насилие, порождающее месть. Круг, из которого выход лишь один - месть, насилие и смерть. Но рядом с этими монстрами - самопожертвование, рождённое любовью, "потому что любовь всегда придаёт силы, потому что она сильнее ненависти"

Страшная книга, хотя в ней нет ни одного жуткого описания казней, пыток и насилия.
Удивительно, но самый страшный эпизод книги - ликующая процессия, танцующая карманьолу. Фанатизм омерзителен во всех его проявлениях.

В книге нет знакомых из учебников истории имён революционеров, и даже о короле и королеве - лишь пара слов.

Лишь история одной семьи, судьба которой оказалась втянутой в жуткую мясорубку революции.
Читала на английском. В очередной раз поразило богатство языка Чарльза Диккенса.

"Это было самое прекрасное время, это было самое злосчастное время, — век мудрости, век безумия, дни веры, дни безверия, пора света, пора тьмы, весна надежд, стужа отчаяния, у нас было все впереди, у нас впереди ничего не было, мы то витали в небесах, то вдруг обрушивались в преисподнюю, — словом, время это было очень похоже на нынешнее."

Необычность сюжета: решающую роль в развязке сюжета играют вовсе не те персонажи, которые на протяжении книги выступают как главные. Неожиданный финал.

Честно, к Диккенсу приступала с опаской, так как несколько лет назад пыталась прочитать Оливера Твиста, но он не пошел у меня от слова совсем и я его бросила
Но тут с первых страниц я поняла, что эта книга мне понравится. А по завершению чтения могу сказать, что она вошла в мой топ года. Не зря ждала меня на полке 8 лет!
Очень легкий красивый язык, интересное повествование, такое переплетение персонажей, за которым интересно следить на всем протяжении романа
Произведение повествует нам о годах перед французской революцией и самой французской революции. Мы увидим историю одной семьи и как их жизни были тесно переплетены со всеми происходившими тогда историческими событиями
Последние страницы довели до слез

«Повесть о двух городах» Чарльз Диккенс

События книги начинаются незадолго до Великой французской революции. Автор показывает нищету, в которой живут простые люди Франции. Жизнь такого человека ничего не стоит – его могут обобрать, унизить, надругаться и даже убить. Смерть крестьянского ребенка под копытами лошадей знатного вельможи не более чем досадная задержка в пути. Автор очень живо описывает все эти ужасы.

Становится понятно, что долго так продолжаться не может. Напряжение копится, терпение у многих заканчивается. И происходит то, что должно было произойти.

На пороге грозных событий во Францию из Англии приезжает молодая девушка. Ее отец, которого она считала давно умершим нашелся. Оказывается, он был заключен в Бастилию, где отсидел в одиночной камере восемнадцать лет. За что? Об этом читатель узнает лишь в самом конце книги, причем при самых трагических обстоятельствах. Эта история сыграет злую шутку с несчастным заключенным.

Дочь увозит отца подальше от их многострадальной родины, чтобы своей любовью и заботой попытаться восстановить его повредившийся рассудок.

Проходит несколько лет, и мы видим дочь с отцом свидетелями на суде уже в Англии по делу такого же как они француза, покинувшего свою родину.

Сложно писать без спойлеров, потому что все, казалось бы, незначительные мелочи, описываемые автором, потом становятся важными и даже роковыми.

Расскажу лучше о своих впечатлениях. Помимо того, что сам сюжет очень интересный, было любопытно читать и об исторических фактах. Диккенс показывает, как притесненный народ свергает своих мучителей, но потом начинается такая неразбериха, что освобожденные становятся ничуть не лучше тех, кого они свергли.

Кровавые казни и подозрение царят повсеместно. Люди как будто сходят с ума… Я вот, например, не знала, что лозунг этой революции полностью звучит как «Свобода, равенство, братство или смерть». Именно это пишут на своих домах граждане и гражданки. Оплакивать своих погибших на гильотине родных тоже стало преступлением, если тех признали врагами Республики.

Доносы, ложные обвинения – увы, во все времена одно и то же. В общем из одной крайности в другую. Диккенс делает акцент именно на кровавых перехлестах того страшного периода.

Ну и, конечно, история любви проходит через все эти испытания и ужасы. Порядочность не в цене, когда власть попадает в руки одержимых местью фанатиков. Честность не может противостоять толпе.

Благородство становится пороком. Даже ребенок – дочь аристократа - может быть гильотинирована просто потому, что ее отец принадлежит к ненавистному роду. Такие вот ужасы…

Книга держит в напряжении до последнего. Я очень переживала за всех героев. А один персонаж просто восхитил меня. Причем такой персонаж, который катился по наклонной плоскости. Он неожиданно даже для самого себя совершает самый главный Поступок в своей жизни. И это так страшно и так прекрасно…
Советую прочесть. Произведение замечательное.

Страшная и жестокая эпоха, потоки крови и горы отрубленных голов в самом центре города - главное развлечение озверевшей публики. И даже если народ, восставший против своих угнетателей, попиравших его элементарные права, презирающих его по праву рождения, приведших его к состоянию постоянной борьбы за выживание, представлен как дикая неуправляемая машина, разрушающая и сметающая все на своём пути, Диккенс бесстрашно и во весь голос обвиняет и клеймит двор и аристократию за их нечеловеческое отношение к собственному народу, которое неизменно и закономерно приведёт к взрыву и жестокому возмездию. Конечно, краски очень сгущены и народ, страдающий от голода, бедности и непомерных налогов, превращается в жуткое чудовище, уничтожившее право и законы ненавистного  ему старого порядка, но не установившего своего,  жаждет крови и, если все-таки нет хлеба, так по крайней мере зрелищ, кровавых зрелищ Революции, иступленно, несясь на гребне  все сметающей мести, считает отсечённые гильотиной головы на десятки. А как хотелось бы на сотни. Но во всем этом кошмаре озверевшей толпы все ещё сохранились чистые и светлые души, исповедующие честь, совесть, сострадание и милосердие, доктор и мистер Лорри и сам Дарней, движимые самыми благородными чувствами. Но больше всего потрясает душевная красота "непутёвого" Сидни. До сих пор комок в горле от его благородства и силы духа.
Замечательная книга, неожиданная и вселяющая надежду, что зло всегда будет наказано, что чудовище, уничтожающее все вокруг, уничтожит само себя, что есть люди благородные сердцем и душой.

Очень и очень неплохо. Без всяких характерных для Диккенса сентиментальных перехлёстов, лишних героев и сюжетных линий (потому что чем-то надо заполнить очередной выпуск очередного журнала, с которым автор в то время сотрудничал). Как результат работы над формой этот роман – безусловный шаг вперёд.

Если коротко о сюжете, то это история об идеальной любви на фоне важных исторических событий. Из собственно политики будет в основном про Великую французскую революцию, но показанную в любимом романтиками духе: колоритные персонажи, страсти-мордасти, эффектные жесты и поступки, а также взбунтовавшийся Париж, в котором грянул всеобщий праздник непослушания. Законы логики и элементарной целесообразности к показанному прилагать бесполезно: отвалятся. Например, нищие и голодные деревенские жители расправляются с ненавистными господами исключительно одним способом – вешают их на фонарях. То есть голь-то голь, всего и имущества, что охапка соломы, а фонарь перед лачугой всегда найдётся. А когда эти же крестьяне поджигают замок маркиза, бесстыдно наживавшегося на их трудах, то они просто стоят неподалёку и смотрят, не пытаясь прихватить что-либо из тамошних богатств или еды, хотя их дети пухнут с голоду. Только суровый эпик! Только хардкор!
Праздник непослушания затягивается, а никаких экономических последствий даже на горизонте не маячит. Никто не сеет, не пашет, не косит, не торгует. Все ходят на митинги, марши солидарности и смотреть, как гильотина рубит головы дворянам и их приспешникам. (Только один парень весь роман как мостил дорогу при старом режиме, так продолжает это делать при новом. Кто ему платит? Или он волонтёр?) И при этом все вдруг начали хорошо питаться и одеваться и вообще жизнь наладилась.

Как вы поняли, к исторической составляющей в «Повести» лучше не присматриваться и вопросов ей не задавать. Тем более, она, к счастью, тут не главное. Однако ж при этом кое-что у автора получилось изобразить до мурашек убедительно (настолько убедительно, что в финале за героев начинаешь действительно переживать) – показать изнутри секту и сектантское мышление. Ведь французские революционеры в «Повести» один в один совпадают с классическим типажом любой религиозной секты. Вроде люди как люди, пока не коснёшься хоть ненароком объекта их поклонения. Тут у них включается шиза, а логика отключается. Причём переход абсолютно не заметен. А самое занятное, что сумасшедшие в «Повести» не считают себя таковыми и даже пытаются имитировать нормальную общественную жизнь: принимают законы, разбирают споры в суде, выписывают документы. И так получится, что главные герои волею судеб окажутся в самом центре этого сектантского параноидального государства, где поклоняются гильотине и даже держат дома её миниатюрные изображения вместо распятия. Так что лучше всего читать «Повесть» как фэнтези, антиутопию или что-то в этом роде.

Главный квест – покинуть Париж живыми, но так чтобы сектанты ничего не заподозрили. Герои, вооружённые только здравым смыслом, против фанатиков, численно во много раз их превосходящих и то и дело незаметно сползающих в фазу полного помешательства – весьма неплохой расклад. Правда, до этого расклада ещё нужно дотерпеть: роман долго, как и полагалось тогда серьёзному историческому жанру, раскачивается.
В «Повести» очень хорошо прописана любовная линия. Редко можно увидеть что-то действительно стоящее в романтическом духе и при этом без пошлых розовых соплей и эксцентричных выходок. Герои наконец-то показывают свою любовь не столько словами, сколько действиями и не устраивают парад образцово-показательных страданий с явным расчётом на публику / читателя.

В целом роман очень «кинематографичен»: достаточно много (для Диккенса) эпизодов, где события происходят при большом стечении народа, на улицах, площадях.

Ну и кое-что напоследок. В «Повести», как и в «Крошке Доррит», весьма спорные переводческие решения (читала в переводе Е.Г. Бекетовой) – попытки «обрусить» английского автора. Лондонцы попадают в дом через сени, они есть даже в большом каменном замке маркиза (ансамбль «Лучинушка» в моей голове всякий раз весело запевал «Ай вы, сени, мои сени, сени новые мои»). Главные герои идиллически беседуют под типично лондонской чинарой («Хас-Булат удалой, бедна сакля твоя» – проникновенно выводил хор). Маркизы, графы и прочие господа здесь именуются «баре», а копейки в речи героев мешаются с пенни и гинеями.

И второе. Не читайте предисловие Чуковского, не повторяйте моих ошибок: там СПОЙЛЕР!

С творчеством автора у меня 50/50: что-то очень понравилось, что-то резко нет (совсем как с Дюморье). Читала "Большие надежды" и это любовь. Далее были "Рождественские повести" и "Лавка древностей", обе не впечатлили. Особенно бесит, что многим нравится "Рождественская песнь в прозе". Ну что там такого?

Внесла "Повесть о двух городах" в вызов 12 забытых книг.  Читала долго, но сюжет необычный. Фактически это исторический роман, но особенностью является тот факт, что нет реальных действующих лиц, но есть обстановка французской революции. Кстати, два города— это Париж и Лондон.

Любимой темой автора является жизнь бедняков, здесь он остался верным себе. Множество случаев, отражающих один простой факт: в революции бунтует обычный народ, а власть- имущие при этом особо не страдают.

В центре сюжета Люси Маннет. Однажды ей говорят, что ее отец, которого девушка считала умершим, жив, но находится в Бастилии. Позже выясняется, что только за то, что хотел рассказать правду об одном преступлении богатых, но те его опередили и упекли раньше, чем он успел что-либо сделать.

Спустя 5 лет мы оказывается в зале суда и пытаемся понять, причем тут подсудимый— Чарльз Дарней.

Важный совет: не гуглите краткое содержание, если что-то непонятно: узнаете полкниги в одном предложении.  Хотя как помочь себе в таких случаях—не знаю. В общем, я узнала о событии, о котором узнала бы нескоро.

Финал вышел очень неожиданным... Роман считается смелым для своего времени. Кстати, в Европе он стал популярным очень быстро, в то время как у нас не сразу (спасибо советской цензуре).

Для меня "Повесть о двух городах" теперь на втором месте после "Больших надежд". Оба романа, кстати, входят в 200 лучших книг по версии BBC (БН- 17 место, Повесть- 62), также как и "Рождественская песнь (47-е).

Так получилось, что "Посмертные записки Пиквикского клуба" и Повесть о двух городах" стоят у меня в списке недалеко друг от друга. Ещё свежо в памяти лёгкое юмористическое повествование о приключениях трёх верных друзей. Поэтому контраст получился что надо!
"Повесть..." читается на одном дыхании. Она наполнена красочными яркими художественными образами, жесткими противопоставлениями и изящными поворотами сюжета. Да, это не набор исторических фактов о французской революции, но местами субъективный взгляд Диккенса на неё. И всё же картина соответствует действительности и тем страшнее от этого представлять её. Сначала мрачный, забитый Париж. Умирающие от голода и нищеты низы и от жестокости и гордыни верхи. Потом - страшный и озлобленный Париж. Умирающие от ярости и гнева низы и от страха и гильотины верхи. Всё это ярко стоит перед глазами во время прочтения и после него. И думаю останется в памяти ещё надолго.
Рекомендую. Диккенс здесь пробрал до мурашек=)