Шинель

Повесть "Шинель" была закончена Гоголем в 1842г. При жизни Николая Васильевича, она не вызвала ни серьезной критики, ни фурора и больше не переиздавалась. Её можно было бы назвать провальной, если бы не Достоевский. На его раннее творчество она оказала самое серьезное влияние. История "маленького человека", поднятая Федором Михайловичем на недосягаемую высоту, родилась в Гоголевской "Шинели". Больше столетия "маленький человек" странствовал по страницам произведений разных авторов, добрался до кино, вспомните фильм "Фантоцци" по книге Паоло Виладжио. Сегодня эта тема ушла в тень, но совсем не исчезла. Гоголь беспощаден, создав мир "маленьких" людей. Он заставил нас осматривать себя и изнутри и снаружи. Задавая уже не Гоголевский вопрос: - Тварь ли я дрожащая, или право имею?

Иногда распланируешь утро воскресенья, чтобы всё было круто, а потом, внезапно обнаруживаешь себя читающей «Шинель» Гоголя. А всё почему? Ну потому что посмотрела видео на Артифексе, а там так сочно про Акакия Акакиевича говорят, что я подумала «да лаааадно» и конечно же полезла перечитывать.
«Шинель» я читала давно, в институте, а потом еще быстренько перечитывала, когда задали сыну в школе. Но это даже не перечитывала, а пересматривала. Поэтому, фабулу то я помню, да она там и нехитрая, а вот подробности стёрлись. Осталось только что-то о маленьком человеке, который вызывает жалость и вообще какой-то несуразный. Но ощущения величия в этом маленьком человеке не осталось категорически. А тут его называют святым, и вообще.
Крче, перечитала я «Шинель» и многое мне открылось заново. Про величие Башмачкина я не буду говорить. Желающие послушать на эту тему лучше поищите видео на Артификсе в разделе "Исповедь литературоведа".
А я просто добавлю, что Акакий Акакиевич научит вас многим полезным вещам.
Он научит вас смирению

Это практически Сантоша: Когда вы практикуете Сантошу, вы принимаете мир, который вас окружает, вы принимаете себя. Вы удовлетворены и своим положением в мире, и своим окружением.
Акакий Акакевич научит вас любить своё дело и получать удовольствие от всего, что вы делаете:

Акакий Акакиевич научит вас быть счастливым. Помните, да, принцип счастья? Это когда вы ложитесь спать с улыбкой и просыпаетесь с улыбкой?

Особо приземленных научит экономить:

И кстати имя Акакий означает «не творящий зла».

Если вас заинтересовал Акакий Акакиевич и его философия, то отправляю вас к Николаю Васильевичу, к первоисточнику.

О чем книга? Майор Ковалёв посыпается утром и обнаруживает, что у него пропал нос, как будто и не было его. И он отправляется на его поиски...
И тут я поняла: Сатира - это не мое. Но уж коль повесть Гоголя "Нос" попала в список 1001 книги, то прочитать ее конечно же нужно (в этом месте автозамена поставила слово - нудно). Тем более, что она не большая.
Главное в любом сатирическом произведении что? Конечно же мораль. Какова же мораль этой повести? По моему, Ковалёв слишком уж задирал нос и уж очень жаждал восхождения по социальной лестнице любыми путями, вот и остался с носом в прямом и переносном смысле...

Прочитав данную повесть, в очередной раз убедилась в истинности чеховского высказывания "Краткость - сестра таланта". Удивлена, насколько точно Н.В. Гоголю удалось в сравнительно небольшом произведении передать нравы людей различных социальных статусов.

Вначале перед нами предстает обыкновенная семейная пара. Казалось бы, ничто не предвещает опасности, а значит и нет никаких поводов для тревоги. Но после более детального знакомства с ними, приходится изменить свое мнение. Причем, даже непонятно, что же вызывает больше эмоций: внезапное появление носа или же уклад и модель их семейных взаимоотношений. Муж Иван Яковлевич - простой цирюльник, "сапожник без сапог", потому что сам всегда небрит, вечно ходит во фраке, который уже порядком залоснился, а вместо пуговиц у которого остались только нитки. Он боится обронить лишнее слово, потому вынужден довольствоваться малым и вечно подчиняться. В довершении всего выясняется, что он "как и всякий русский мастеровой был пьяница страшный". Жена Прасковья Осиповна, хранительница очага, от которой не то, что поддержки - слова доброго не дождешься. Мне стало как-то не по себе от такой картины.

Далее автор знакомит нас с Ковалевым - "героем", которого даже нос умудрился покинуть, что, впрочем, неудивительно. Ковалев - кавказский коллежский асессор, но при знакомстве всегда представлялся майором. Он принадлежал к числу тех людей, для которых имеет значение именно должность, а не та польза, которую он мог бы принести обществу. Ничего не готов отдать своего, только ждет выгоды от других. Жениться и то мог только на той, у которой есть свое состояние. Пропажа носа его беспокоила только лишь потому, что теперь он не сможет посещать светские мероприятия. Вообще Ковалев достаточно эгоистичен и недалек, и встреча с собственным носом это очень ярко продемонстрировала. Нос ведь, по сути вел себя с ним точно так же холодно и равнодушно, как и он с окружающими. Хотя, заниматься анализом своего поведения - явно не удел Ковалева. И урок достаточно хороший был ему приготовлен, но, увы, он так ничего и не понял.

Лишь небольшой эпизод с частным приставом оживил в моей памяти воспоминания о походах в госучреждения. Там тоже часто не время заниматься делами: то технический перерыв, то день не приемный, то специалистов не хватает. Да и государственную ассигнацию многие там очень даже почитают, подобно гоголевскому "частному". Вот уже поистине, есть вещи неизменные.

Отдельного упоминания заслуживает главный герой - нос. Он по ходу произведения сыграл несколько ролей. Если бы не его таинственное исчезновение, никто, возможно бы даже не узнал других действующих лиц и их слабые стороны; здесь нос - обличитель человеческих пороков. В момент встречи с Ковалевым, он - вершитель справедливости и даже учитель - все-таки пытался же научить смотреть на себя со стороны. Ну а появление у цирюльника - можно расценивать, как способность потешить самолюбие.

Вот такие странные мысли возникли у меня после знакомства с повестью. А в целом, очень приятное получилось чтение!

Для меня Н.В. Гоголь один из наиболее понятных классиков. Его произведения читаются просто и легко. НО… После прочтения повести «Нос» я всерьез задумалась о «простоте» произведения.

Я не раз слышала, что «Нос» - повесть очень-очень странная и многим совершенно непонятная. А ведь и правда? Майор Ковалев, проснувшись утром и взглянув в зеркало, не обнаружил на своем прекрасном и важном лице носа. Я представляю шок человека, увидевшего пустое и гладкое место между щек. Ну и куда теперь выйдешь без носа! Ни с кем не поздороваешься, не пообщаешься! Ковалев, не теряя ни секунды, отправляется на поиски носа, предварительно прикрыв лицо платком. И каково его удивление, когда он встречает свой нос, который в свою очередь не обращает на «хозяина» внимание, попросту игнорирует его. В какое он приходит негодование, когда ему отказываются помочь редакция газеты, частный пристав, штаб-офицерша Подточина. Тогда к герою приходит мысль, что жизнь его отныне бессмысленна, что без носа он в этом обществе никто.

В этой небольшой повести автор поднимает важную тему того времени – положение человека в обществе. Коллежский асессор Ковалев, который чаще всего именовал себя майором (для важности), всю свою жизнь стремился добиться высшего чина, подняться по карьерной лестнице, стать уважаемым человеком в обществе. Казалось, что в этом плохого? Но какой ценой он этого добивается? Он позабыл о жизни с другими мечтами и приоритетами, забыл, что карьера – это не самое важное в жизни. Автор подчеркивает узость взглядов таких «одержимых карьерой» людей.

Еще раз повторю, что произведение очень странное. Каждый может истрактовать его по-своему. Поэтому читайте, понимайте и извлекайте для себя чего-нибудь полезного:)

Без носа, то есть без высокой оценки общества человек не чувствует в себе, совершенно никакой внутренней силы. Годами сидя в этой "одежке", привыкнув к ней, и вдруг потеряв ее, "а ведь это случается, хоть и редко" он никак не может найти опоры в самом себе, а только и ищет, как бы восстановить все на свои места, как было.
А ведь такая "одежка" может быть очень разного покрова, и Хороший отец, и Любящая мать, и директор магазина или просто красавица. Все течет и все меняется, как нам всем известно, и мы, и общество, и наше в нем место. Фундамент и силу, видимо, следует строить на чем-то более незыблемом, на чем-то, что мы можем отыскать только в глубине своей души (что бы это слово не значило).
Произведение вызвало цепь интересных мыслей, и спасибо ему за это! Хотя я и не уверен, хотел Гоголь пойти так глубоко, или же он ограничивался лишь рассуждениями о чрезмерной значимости "ранга и чина". Скорее первое.

Повесть, несмотря на всю комичность, оставляет в совершенно растрепанных чувствах и мыслях. И это вбитое со школы про "маленького человека" всплывает постоянно. Что вообще такое это понятие "маленький человек" и что с ним не так, особенно в параллели с другой вбитой со школы фразой "Человек - это звучит гордо!"?

И это точно не про должность. Согласно Табели о рангах, утвержденном Петром I, титулярный советник аж целая 9-я ступень в карьерной лестнице чиновника. Это высший среди низших рангов. Это как стоять у открытой двери и остается сделать шаг, чтобы оказаться полноправным членом "элитного клуба". Всего лишь одна ступенька вверх и вот ты уже не просто "Ваше благородие", а "Ваше высокоблагородие" и вправе передавать свое заслуженное дворянство потомкам. Например, сам Гоголь начинал с коллежского регистратора, самого низшего 14-го чина. Чтобы получить эту незавидную должность, ему пришлось приложить немало усилий. В той России, от будочника или учителя гимназии до министра, все были чиновниками. И для крестьян, мещан, купцов и даже духовенства - это все были господа. Вообще, в самом начале, при Петре I, когда Табель о рангах только был введен, право на дворянство получали уже с самого младшего чина. Но так как "элитный клуб" не резиновый, то со временем это право на дворянство оказывалось каждый раз выше на ступеньку. Таких титулярных Акакиев, без пяти минут потомственных дворян, были тысячи на просторах Российской империи. Если так смотреть, то многие родовитые дворяне выросли из когда-то вот таких маленьких человеков.

Наверное, звания "маленького человека" удостоили Акакия Акакиевича, потому что тот отказался от членства в клубе, когда оно у него было практически в руках, стоило только чуть поднапрячься, пошевелить извилинами, может даже отказаться от самого себя во имя лучшей версии себя. Ради такого шанса другие готовы были идти и на войну. Но у Акакия Акакиевича не было наследников. Жалование титулярного советника его вполне устраивало и хватало на все необходимое, даже смог, не опускаясь до взяточничества, накопить и какая-то, но была финансовая подушка безопасности. Да, его лучшими друзьями были буквы, а что плохого в том, чтобы найти свое призвание, каким бы оно ни было, и если оно приносит пользу другим. Профессию писаря сегодня заменили машинами, но каллиграфия, как и раньше, по-прежнему искусство.

Тогда, наверное, Акакий Акакиевич как-то мелко мечтал. Вот только, в мире чинов, шинель это не мечта и не просто предмет одежды, чтобы согревать и защищать от непогоды. Будь он обычным маленьким человеком, мог обойтись вполне и каким-то полушубком из масс-маркета или уже готовой недорогой солдатской шинелью. Но наличие чина, как определяло социальный статус и давало соответствующие права, так и налагало непререкаемые обязательства, в том числе и в одежде. Шинель, как знак принадлежности к избранным, шилась по утвержденным свыше правилам из какой и какого цвета должна быть ткань, какой длины быть шинели, сколько и на каком расстоянии пришиты пуговицы, вплоть до какой должно быть подкладке, а не по принципу идет ли или нравится ли. И даже имея все деньги мира или будь то предел мечтаний непременно сшить генеральскую шинель, Акакий Акакиевич не смог бы позволить себе ее носить, потому что, честно ли или бесчестно, но право на генеральскую шинель можно было только заслужить. Многое с тех времен кануло в лету, а выражение "честь мундира" продолжает жить.

Значит, Акакий Акакиевич такой маленький человек от того, что безропотно терпел насмешки коллег или не мог постоять за себя. Но когда шутки оказывались слишком невыносимы, ведь он мог ответить так, что за его жалостливым "Оставьте меня, зачем вы меня обижаете?" кто-то да услышал потом всю жизнь того укоряющее "Я брат твой". А когда украли шинель, ему хватило характера и духу обратиться за справедливостью к значительному лицу в генеральском чине, чего не скажешь о самом значительном лице, оказавшемуся в похожей ситуации. Ведь кража шинели было не каким-то мелким хулиганством или мошенничеством, как сегодня, когда остается только расписаться в бессилии защитить свое. Прояви брат-чиновник больше честности и рвения к службе, как Акакий Акакиевич на своем месте, и дело с воровством шинелей дошло бы до суда, а такие случаи были, то преступление каралось бы сурово. За кражу на сумму свыше 30 рублей серебром выносился приговор о лишении всех прав, а также дворянского достоинства и полагалась ссылка на житье в какой-нибудь очень далекой от цивилизации губернии.

Мое итого, идея о "маленьком человеке", на самом деле, удачный маркетинговый ход, на который не хватило креатива в свое время у царей-императоров, чтобы через жалость, а жалость - одна из форм любви, размыть границы между мелким чиновничеством и остальным рабоче-крестьянским народом и избежать новых бессмысленных братоубийственных войн.

Убило же Акакия Акакиевича страдание не по шинели, доставшейся дорогой ценой, а за поруганные честь и достоинство из-за самодурства чужого генерала да при свидетелях, чего за всю жизнь не видал от своих. Значительное лицо в чине генерала и сам потом сожалел о своем высокомерии, но вряд ли только из сострадания, а скорее всего больше из страха. Будь на месте Акакия Акакиевича кто-то помоложе или не такой кроткий и беззлобный, запросто мог бы, если не пожаловаться, то вызвать на дуэль. Оскорбление чиновника было не просто нарушением порядка, а рассматривалось как покушение и преступление против власти. Понятия и правила чести были тогда иными. Дуэли случались даже среди женщин. Человек с запятнанной честью не мог считаться дворянином и становился изгоем. За дуэли наказывали и лишали званий, но легко могли простить убийство, если это оказывалось действительно крайней мерой, чтобы защитить честь и достоинство не только свои или своей семьи. Иначе оскорбленному оставалось только умереть со стыда. Понятие чести было не пустым звуком. Например, среди купечества могли не заключать, как сейчас, письменный договор, если сделку скрепляло честное купеческое слово. Репутация и слово чести стоили дороже денег.
Душа - Богу, сердце - женщине, долг - Отечеству, честь - никому...